Обрати меня

Эбби шла по школе, стуча пальцами по ремешку сумки, весящей на ее плече. Девушка прикусывала губу, не скрывая волнения, которое испытывала всякий раз, проходя по школьному коридору. Кто-то считал это подиумом, и нацепив улыбочку на лицо, виляя бедрами, проходил вперед под восхищенные взгляды остальных ребят. Но это никогда не относилось к Эбби. Девчонка сосредотачивалась на учебе, не уделяя слишком большого внимания своему внешнему виду. Такие вещи были для нее второстепенными. Сказать, что Эбби совсем не следила за собой — нагло соврать. На девушке всегда были идеально выглаженные блузки и платья, но у нее не было красивых причесок и одежды каждый день, к примеру, как у Саманты. Но Эбби это не волновало.

Девчонка прошла по направлению к столовой. Заходя в помещение, в нос резко ударил запах еды и супа, который Эбби никогда не ела. В столовой, помимо девушки, находилось еще около ста человек. Практически никто не замечал Эбби, а если и замечали, то смотрели на нее самым презрительным взглядом, на какой только могли быть способными.

Когда Эбби подошла к раздаче с подносом, в ее голову откуда-то прилетела картошка фри, и, обернувшись, девушка увидела посмеивающихся девчонок. Смотря на них печальным взглядом, бедняжка отвернулась, принимая порцию обеда для себя. Эбби держала в руках поднос, проходя мимо ряда столов, на которых сидела «элита» школы. Столкнувшись взглядом со своими одноклассниками, она свернула в другую сторону, так называемую зону для «изгоев».

Как и всякий раз, Эбби села одна за стол. Девушка водила ложкой в тарелке супа, подпирая щеку рукой. Она не обращала внимания на всех, кто находился рядом с ней. Она никогда не отвечала на их взгляды, полные ненависти. Она умела контролировать себя. Может быть, девушка была настоящей трусихой, неспособной дать отпор, или, может быть, она умела находить во всем свои плюсы, и давать тысячные шансы даже самым гнилым людям, надеясь, что они в скором времени исправятся. Эбби просто была такой. Наивная девчонка.

Сжимая своими хрупкими руками кружку с уже остывшим чаем, девушка отодвинула поднос от себя, понимая, что у нее совсем нет аппетита. Она сделала несколько глотков чая, а затем, встав со своего места, поставила тарелки и кружку на поднос, что бы отнести все это к грязной посуде. Девушка уткнулась взглядом в пол, и именно это подвело ее. Эбби столкнулась с Самантой, и Сэм, не теряя времени, громко вскрикнула на всю столовую.

— Какого черта? Смотри, куда идешь! — взвизгнула Саманта, бросая взгляд на Эбби, после которого девчонке хотелось провалиться под землю. — Ах, да, ты же, наверное, ничего не видишь..

Эбби сжала поднос в руках до такого состояния, что ее костяшки начали белеть. Руки девушки дрожали, а коленки подкашивались, но она пыталась собраться с мыслями. Девчонка пробежалась взглядом по столовой, и, не найдя поддержки, опустила глаза вниз.

— Прости, — промямлила Эбби, пытаясь пройти дальше.

Она вновь задела Саманту, и та, полностью взбесившись, опрокинула стакан с холодным чаем прямо на Эбби. Девушка взвизгнула, и, под аплодисменты остальных, выбежала из столовой, перед этим закинув поднос в грязную посуду. Все аплодировали Саманте, восхищаясь ее смелым поступком, который, определенно, стоил одобрения. Саманта и сама чувствовала себя героиней, понимая свое превосходство в этой школе, и, нацепив на лицо приветливую улыбочку, села на свое место. Кристен, подруга Саманты, похлопала ее по плечу, полностью поддерживая действия подруги. На самом деле, Кристен являлась никем иным, как обычной шестеркой Саманты, вечно бегающей за ней хвостиком.

Эбби вылетела из столовой, растирая слезы по щекам. Она побежала вперед по коридору, сворачивая в сторону туалета. С шумом открыв дверь, девчонка забежала внутрь, и, остановившись у умывальников, завопила практически во весь голос. Когда она услышала шаги рядом с туалетом, девушка забежала в кабинку туалета, и, быстро закрываясь на щеколду, села на закрытую крышку унитаза. Обхватив коленки руками, Эбби продолжала громко рыдать. Часть ее волос и одежды были мокрыми из-за пролитого чая. Девчонка не чувствовала ненависть по отношению к Саманте, она лишь видела свою вину в этой ситуации.

Тихие всхлипы раздавались по всему помещению туалета, но, к счастью, тут не было никого, кроме несчастной Эбби. Девчонка сжимала руки в кулаках, пытаясь прекратить плакать, но с каждым разом ее рыдания становились все громче и громче. Она не знала, как помочь себе, поэтому просто продолжала плакать. Эбби пришла к выводу, что никто не сможет помочь ей, и, пожалуй, лучшим решением сейчас будет — переждать эту истерику.

Девчонка поднесла руки к своему лицу, и, начав сжимать волосы, сдерживала крики, время от времени вылетающие из ее рта. Эбби страдала, но всеми способами пыталась скрыть это. Она не хотела сдаваться, не хотела показывать свою слабость, она хотела видеть в каждом хорошее, но, кажется, люди просто погрязли в дерьме.

Прозвенел звонок на урок, и Эбби нехотя встала со своего места, открывая дверь кабинки. Девушка подошла к зеркалу, открывая холодную воду. Умыв лицо, она поняла, что никаким образом не сможет скрыть свои красные глаза сейчас. Главное — не встречаться ни с кем взглядом.

Она перекинула сумку через плечо, выходя из туалета. Эбби посмотрела в обе стороны пустого коридора, и свернув в право, поднялась по лестнице на третий этаж. Сейчас у ее класса шла алгебра, и, на самом деле, девчонке совсем не хотелось идти на нее. Ей впервые не захотелось присутствовать на уроке, поэтому это казалось ей странным и слишком неправильным. Вся школа опустела за считанные секунды, все разошлись по своим классам. Девчонка медленно шагала по лестнице, представляя, с каким позором и унижением ей придется зайти в класс.

Сжимая в пальцах ремешок сумки, Эбби неуверенно остановилась перед дверью класса. Откашлявшись, она потянула руку к ручке двери, несмело открывая ее. Девушка зашла в класс, опустив взгляд вниз.

— Простите, — извинилась она перед тем, как пройти на свое место.

Эбби с опаской посмотрела на учителя, который кивнул ей, разрешая сесть на свое место. Девушка пошла мимо парт одноклассников и споткнулась, с грохотом падая на пол. Эбби подняла свои глаза вверх, и, увидев смешки со стороны Саманты и остальных одноклассников, еле сдерживала слезы. Саманта повернулась к Кристен, и, дав подруге «пять», продолжила тихо смеяться. На лице Сэм играла злорадствующая улыбка.

— Упс, — состроила невинную рожицу девушка, поджимая губки.

Эбби, отряхнувшись, встала с пола и села за первую парту. Она сидела одна в той зоне, к которой чаще всего обращались учителя. Ребят на последних партах, чаще всего, они даже не замечали.

Девчонка достала из своей сумки тетрадку, пенал и учебник. Она ловила каждое слово учителя, записывая все формулы и решая каждый пример. Когда Эбби вызвали к доске, девчонка, смутившись на секунду, встала со своего места и принялась решать пример. По классу прошелся гул, когда она сделала одну ошибку. В следующий момент девушка исправилась, и, не смотря на все эти перешептывания, решила пример до конца. Учитель, удовлетворенный решением одной из своих любимых учениц, поблагодарил ее и поставил пятерку в журнал. Учителя редко оценивали работу на уроке, но это не касалось мистера Фитча.

Эбби села на свое место, и вспомнив о том, что следующим уроком физика, параграф по которой она будет отвечать, решила, что всю перемену будет повторять выученное. Ей действительно нужна хорошая оценка, ведь физика — единственный предмет, по которому у девчонки между тройкой и четверкой.

Не находя себе места, Эбби дожидалась конца урока. Ее угнетало то чувство, что она являлась полнейшим изгоем в классе.

Когда раздался звонок, все подскочили со своих мест. Учитель стер с доски, задавая всем домашнее задание. Никто не записывал то, что задавали, кроме Эбби. Никто не выполнял домашнее задание, особенно в последнюю неделю семестра, кроме нее.

Эбби вышла из класса самая последняя, и сразу же направилась к кабинету физики. Девчонка достала из сумки учебник физики и, открывая нужный параграф, начала его повторять.

«Механические волны. Отдельные частицы любого тела - твердого, жидкого или газообразного — взаимодействуют друг с другом. Поэтому если какая-либо частица тела начинает совершать колебательные движения, то в результате взаимодействия между частицами это движение начинает с некоторой скоростью распространяться во все стороны. Волна — это колебания, распространяющиеся в пространстве с течением времени», — повторяла про себя девчонка, надеясь, что ей удастся успешно ответить.

Эбби присела на скамейку рядом с классом физики и продолжила перелистывать страницы в параграфе. Все ее одноклассники разбрелись по разным частям школы, занимаясь своими делами. Кто-то, наверное, бегал покурить, кто-то сидел, обжимаясь друг с другом, кто-то уткнулся в свой телефон. Никого не волновало то, что чувствовала девушка, когда они смеялись и издевались над ней. Это было странно, что они обращали на нее столько внимания, часто думая о том, как же еще оскорбить и унизить ее. Скорее всего, они где-то в глубине души признавали, что Эбби в тысячу раз лучше их, но они не хотели это показывать, продолжая унижать бедняжку. А в других ситуациях они напрочь забывали о девчонке, как будто ее и вовсе не существует.

Когда раздался звонок на урок, все начали лениво подходить к классу. Около десяти минут ребята ждали учителя. Все стояли по свои группам, увлеченно беседуя о разных вещах. Эбби продолжала сидеть на скамейке, повторяя параграф. Когда на горизонте появилась фигура учительницы, класс мгновенно замолк, делая вид, что они ждут ее так, как надо.

— Проходите, — открыв дверь в класс, сказала учительница, забегая первой.

Топот каблучков по полу раздался, когда большинство девушек из класса зашли. Парни пропускали их, словно были джентльменами. Но это было не так. Мягко скажем, парни из этого класса были невоспитанными, порой грубыми, высокомерными или, наоборот, очень тупыми спортсменами. Но они были симпатичными, но Эбби никогда не замечала этого.

— Кто будет отвечать параграф? — спросила учительница, открывая журнал.

Девчонка подняла руку вверх, вызываясь ответить. Миссис Керрол пригласила Эбби к доске, и та, сдерживая дрожь в коленях, вышла и повернулась к классу лицом. Девчушка смотрела в потолок, не желая встречаться с классом взглядом, боясь, что в этот момент она забудет все и опять будет унижена.

Эбби успешно начала рассказывать параграф, четко проговаривая все определения.

— Обратим внимание на то, что при распространении волны вдоль шнура колебания совершаются в направлении, перпендикулярном направлению распространения волны. Такие волны называются поперечными. В поперечной волне смещения отдельных участков среды происходят в направлении, перпендикулярном направлению распространения волны. При этом возникает упругая деформация, называемая деформацией ... — Эбби сделала большую паузу и, теребя край своего кардигана, нервно прикусила губу, понимая, что она забыла.

Девушка никак не могла вспомнить нужное слово и, опустив свой взгляд ниже, встретилась со взглядом своего одноклассника, Гарри. Брови девушки были нахмурены, и она усердно старалась вспомнить.

— Деформацией, — вновь повторила она, надеясь, что нужное слово тут же придет в голову.

Она вновь взглянула на своего одноклассника, быстро перелистывающего страницы учебника. Остановившись на какой-то определенной странице, Гарри поднял глаза на девчонку и одними губами начал шептать: «сдвига». Эбби несколько секунд не могла разобрать, что пытается сказать ей парень.

— Деформацией сдвига, — закончила свою мысль Эбби, взглядом благодаря парня за помощь.

Девушка еще недолго рассказывала параграф, теперь уже ничего не забывая. От чего-то она глупо улыбалась, когда отвечала у доски.

— Молодец. Ты можешь сесть на свое место, — отвлекаясь от журнала, который она заполняла, сказала миссис Керрол.

— Спасибо, — кивнула девушка, перед тем, как сесть за свое место.

Урок физики был самым последним. Как оказалось, рассказ Эбби отнял большую часть урока, поэтому вскоре прозвенел звонок. Девчонка краем уха слышала разговоры Саманты и остальных о предстоящей вечеринке по поводу конца четверти. Конечно, Эбби и не планировала туда попасть.