Соседи.

Утро выдалось отнюдь не добрым. Спать на тонком матрасе на полу две ночи подряд оказалось тем ещё испытанием. Первым делом после звонка будильника Кирилл с ещё закрытыми глазами побрёл в ванную. Встретившись лбом с дверным косяком, парень открыл наконец очи. Первое, что он приметил – запах. Пахло гнилью. В этом Кирилл был точно уверен – вспомнился случай из детства, когда они с ребятами нашли дохлую кошку, а именно фраза одного парня постарше: «Вот, говорят, у кошки девять жизней, а что толку? Хоть сто девять, а смерть всё равно приходит, когда ей удобно.»
Вычислить источник зловония оказалось нетрудно. Тряпка, которую Кирилл вчера просунул в решётку вентиляции, почернела и засохла. Парень брезгливо взялся за неё двумя пальцами и выбросил в ведро, завязал пакет и вынес его в коридор. Главное не забыть прихватить, когда соберётся на работу. А ещё нужно будет зайти к соседу сверху и решить уже эту проблему.
Душ и десять минут упражнений с гантелями хорошенько взбодрили сонные тело и мозг. В идеале стоило бы позавтракать… «Ничего», - подумал Кирилл, - «Перекушу по дороге на работу.»
На выходе из подъезда, любуясь жужжащими пчёлами ни свет, ни заря, на скамейке сидела Мария Павловна. Кирилл любезно поздоровался и приметил у ног старушки пару двухлитровых банок с мёдом.
- Опять печенье будете печь? – парень кивнул на банки.
- А как же? Может пряники. Заходи вечерком, чай попьёшь. А то и накормлю тебя борщом, глянь, какой худой. Небось не ешь толком.
Кирилл припомнил, что последний раз ел лапшу быстрого приготовления на ужин и в этот момент предательски заурчал желудок. Да так громко, что Мария Павловна точно услышала.
- А если просто так стесняешься, - прилипла старушка, - Поможешь мне шкафчик починить. Вот и будет тебе награда.
Да уж, так ловко просить о помощи дано не каждому. Сначала подразнила борщом и пряниками, а потом поставила условие. Но Кирилл не подумал ничего плохого. В мыслях он уже уплетал домашнюю еду, а не магазинные пирожки и лапшу, от которой спустя час снова хочется есть.
- Вообще-то вечером мне должны привезти мебель, - ответил Кирилл, выпрямляя спину, - Но я постараюсь закончить с этим как можно быстрей.
***
Рабочий день пролетел мигом. Кирилл, мчась домой на своём ВАЗ-2106, доставшемся ему как подарок от отца, морально готовился к поднятию тяжестей на третий этаж. Задумавшись, парень чуть не наехал на пешехода при въезде во двор. Обычно Кирилл водил крайне осторожно, но в этот раз потерял бдительность, чему сам очень удивился. Потерпевший с чёрными длинными волосами, в такой же чёрной одежде и не менее чёрными (опять же) кругами на глазах уставился на Кирилла сквозь лобовое стекло. Так он простоял несколько секунд, сверля взглядом нерадивого водителя, после чего, не сказав ни слова, побрёл к подъезду.
Кирилл так и не понял, что это было. От взгляда незнакомца он буквально не мог сдвинуться с места, будто тело парализовало, но сам он оставался в сознании. Не сложно было догадаться по описанию Лёхи, что это один из близнецов с пятого этажа. Парень вытер мокрый лоб и въехал во двор.
У подъезда уже стоял белый грузовичок, рядом курил водитель, его помощник и Лёха.
- Здравствуйте, - хлопнув дверью «Жигулей» спешно заговорил Кирилл, - На шесть же вроде договаривались.
Лёха, до этого момента стоявший, облокотившись о борт грузовика, выпрямился, запулил бычок в урну и сделал шаг в сторону Кирилла, протягивая руку:
- Здаров. Не бойся, без тебя не начнём. Выгружайте, мужики, а дальше мы сами, - подмигнув Кириллу он добавил, - Помогу тебе по доброте душевной.
Ребята управились довольно быстро – за час. Кирилл рассчитывал на два минимум. К слову, Лёха оказался крепким малым, что нельзя было сказать по его телосложению. Лишь раз, когда оставалось поднять кровать, тот сказал:
- Погоди-ка, давай передохнём, - и тяжело отдышался.
- Это всё твои сигареты, - ответил Кирилл, хотя с самого сошло десять потов.
- Ой, только не надо мне тут...
Разговор прервал с визгом влетевший во двор чёрный БМВ. Автомобиль остановился, дверь его открылась и из него вышла девушка в облегающем белом платье с приковывающим взгляд декольте, послала воздушный поцелуй невидимому за тонированным стеклом водителю и, цокая каблуками по тротуару, направилась в сторону парней.
- Привет, мальчики, - сказала та, проходя мимо.
- Приве-е-ет, - протянул в ответ Лёха и уставился на виляющую пятую точку, после кивнул и обратился к Кириллу, - Катюха.
- Я уж понял. Ну что, раз-два взяли?
С каждым днём Кирилл узнавал больше об обитателях «дурдома», как любил выражаться Лёха. Синицыны, Пална, Катюха, девушка с забинтованным лицом и один из близнецов. Были и другие, но пока на глаза они не попадались.
***
Закончив с мебелью, ребята попрощались. В половину восьмого Кирилл постучал в триста третью квартиру, где жила Мария Павловна. Старушка открыла дверь и тут же отошла в сторону, пропуская гостя:
- Заходи, милок.
«Похоже, пора обратиться к лору», - подумал Кирилл, войдя в квартиру, - «В последнее время у меня слишком обострено обоняние».
По другому он не мог объяснить бивший в нос отчётливый запах мёда. Даже открыв рот, казалось, что туда положили ложку этой тягучей сладости. Кирилл любил этот запах, но от того духа, что царил в квартире Палны, хотелось закрыть нос.
Старушка провела Кирилла на кухню. Ничем не примечательную, кроме одного факта – банки. Повсюду стояли банки различного литража. Какие-то были вымыты, другие пустые, но с остатками жёлтого нектара, остальные до краёв или наполовину наполнены сладким вонючим мёдом. Именно вонючим, потому что спустя всего пять минут нахождения здесь, Кирилл не мог иначе воспринимать этот запах.
С счастью сломанный шкафчик оказался всего-навсего выдвижным отделением, где хранились вилки и ложки. Ролики вышли из пазов и Пална в силу возраста (может из за проблем со зрением) не смогла вставить его обратно. Парень отложил зря прихваченные инструменты и приступил к делу. Мария Павловна стояла в дверном проёме и молча наблюдала.
«Ящик» оказался липким на ощупь. Кирилл, поморщившись, схватил его, примерил, ровно ли тот заходит в пазы и ловко задвинул в стол.
- Делов-то. Можно мне помыть руки? – парень не мог больше ощущать эту липкость.
Из-за стены послышался протяжный стон. Кто-то в соседней комнате сначала тихо проскрипел «А-а-а», затем и вовсе перешёл на вопль. Протяжный и идущий из самого нутра. Глаза старушки округлились и та, настолько быстро, насколько могла, кинулась на звук, лишь бросив на ходу:
- Проснулся!
Кирилла это напугало не на шутку. Он решил поскорее убраться из квартиры, липкими руками схватил инструменты и вышел из кухни. Неясно откуда появившаяся старушка чуть не стала причиной инфаркта в столь молодом возрасте.
- Проснулся, - повторила она, - А ты что, уже уходишь?
- Да, знаете, я совсем забыл, что обещал помочь… Там… В общем мне пора.
- Тебя если старый напугал, не волнуйся. Он ходить не может, вот я и кручусь над ним каждый день как пчёлка, - улавливая недоумение Кирилла, Пална добавила, - Это муж мой – Кеша, я его старым называю. А что? Он ведь и вправду старый.
- Нет, что вы. Не подумайте ничего, просто мне действительно пора, - Кирилл уже обулся и схватился за ручку двери.
- Хоть пряников возьми с собой.
- Да нет, спасибо. До свидания, - парень выбежал и хлопнул дверью.
Первым делом он отправился на улицу, где был свежий воздух, которого после «медового дворца» так не хватало. Кирилл около десяти минут стоял у подъезда и переваривал произошедшее. Муж? Пална до этого не только ни разу не намекнула об этом, но и всё время вела себя так, словно она одинокая старушка, доживающая свой век. С другой стороны это личная жизнь и нет смысла кричать о ней всем, особенно учитывая нынешнее состояние её супруга.
В подъезд вошёл низкорослый мужчина с красными то ли от недосыпа, то ли от воспаления глазами и что-то буркнул под нос, быстрым шагом пронёсшись мимо Кирилла. Парень не обратил внимания на странного прохожего, постоял ещё пару минут и отправился домой.
***
Следующим вечером Кирилл и Лёха сидели на скамейке. Нет, они пока не стали друзьями. По правде мутный Лёха всё ещё был слегка противен Кириллу, но тот ведал если не обо всём, что происходит в доме, то точно знал кое какие детали его обитателей.
- Слушай, - прервал тишину Кирилл, - А ты знал, что Пална, оказывается, живёт не одна?
Лёха вопросительно глянул на собеседника и Кирилл продолжил:
- С ней в квартире живёт её муж, который не может ходить. А ещё, - парень убавил тон чуть ли не до шёпота, - Она помешана на мёде. У неё весь дом им заставлен.
- Ну и что? Любит человек мёд, что тут такого?
- Нет, ты не понимаешь. У неё всё в нём. Я приходил ей шкафчик чинить, так у неё всё липкое и несёт так, что дышать невозможно.
Лёха подумал несколько секунд и сказал:
- Давай наведаемся к ней. Спроси, может ей ещё какая помощь нужна, полку там прибить, например. Уж больно интересно стало.
- Ну нет, я больше к ней ни ногой. И печенье её теперь в рот не возьму. Если хочешь, иди сам.
- Да не ломайся, круто будет. Посмотрим на её мужа заодно, - Лёха припас козырь в рукаве, - А я тебе про близнецов расскажу или про забинтованную. М? А знаешь, у меня на этаже ещё мужик живёт, который свет по ночам не выключает.
Естественно Кирилл согласился:
- Один раз. Зайдём, сделаем дело и выйдем.
- И в комнату заглянем?
- Заглянем, - вздохнул Кирилл.
- Голову на отсечение даёшь?
Парень в ответ кивнул, отчего Лёха ни с того, ни с сего закатился смехом.
Уходящее в закат, но ещё жаркое июльское солнце заставляло дом, словно каменный исполин, нависающий над улицей, отбрасывать большую тень. Птицы в кроне близ растущей берёзы чирикали друг другу в крайний раз, прежде чем разлететься по гнёздам. С востока шли чёрные тяжёлые тучи, намекающие на ночной дождь.
Катюха привела к себе очередного ухажёра, пару раз из подъезда выходил и заходил обратно один из близнецов или это были они оба, вновь вернулся вчерашний мужичок с красными глазами, Синицыны снова всей семьёй шли домой – наверно единственные, кто выбивался из общей картины «дурдома». Если посмотреть иначе, их странностью было то, что из всех здесь, лишь они одни были нормальными. И Кирилл, конечно. Он то в этом не сомневался.
***
Для Марии Павловны в её доме всё было в порядке вещей. Она даже не думала, что кто либо примет её страсть к мёду за сумасшествие. Вечером среды они втроём – Пална, Кирилл и Лёха – сидели на кухне. Парни нехотя хлебали чай, который и без сахара был сладким. Заранее ребята продумали план: Лёха заговаривает старушке зубы, пока Кирилл, под предлогом отлучиться в уборную, проникает в комнату. Помогать в чём либо не пришлось, все полки в доме Марии Павловны держались крепко. Один раз за столом Лёха скривил морду Кириллу, мол да, ты прав – Палне «слишком сладко живётся».
- …С детьми, жаль, не вышло, - старушка чуть ли не плакала, рассказывая о своей жизни, - Я отчего за чужими стараюсь присматривать, заботиться обо всех, хоть даже о соседях, так ведь матерью не стала, а для меня любую заботу дать, как наверстать упущенное…
- Марь Пална, - некрасиво перебил Кирилл, - А где у вас можно…
- А-а-а, прямо по коридору, вторая дверь слева, Кирюш.
В коридоре было темно. По левую сторону, судя по всему, располагались ванная и туалет. Справа была одна единственная дверь, не запертая и даже не закрытая до конца, судя по тому, как она выпирала относительно косяка. Кирилл подметил иную планировку, нежели у него в квартире. Проход казался слишком узким, а может ему просто так казалось из-за стоящих вдоль стен вездесущих банок из под мёда.
Как и всё в этом доме, ручка двери была липкой. Держась за неё, Кирилл прикидывал: ещё не поздно просто взять и уйти. Что там может быть? Старый инвалид, о котором заботится заботливая супруга. Такая нездоровая любопытность со стороны ребят могла привести к серьёзным последствиям. Хотя Пална, вероятно, простит юных бандитов и не оторвёт им носы, как знаменитой Варваре на базаре, смотреть старушке в глаза не получится ещё долго.
Отбросив сомнения, Кирилл осторожно потянул дверь на себя. Прозвучал лёгкий скрип – от влажности дверь разбухла и никак не хотела покидать своё нынешнее положение. Тогда Кирилл резко дёрнул её и чуть не упал от приторного удара по рецепторам. Если в остальной квартире можно было хотя бы дышать, то в комнате стояла непроходимая невидимая сладкая стена.
Но ещё больше Кирилла ввергло в шок то, что было внутри. На кровати – единственной мебели, что была в комнате – лежал мужчина. То и дело он мычал, вяло перебирая в воздухе руками и шевеля обрубками, что когда-то служили ему ногами. Кожа его была жёлтой, как лимонная кожура, а сам он лоснился мёдом, блестящем на солнце, чьи лучи проходили сквозь окно, усиливая парниковый эффект.
Парень, не в силах больше сдерживаться, согнулся в двое и выпустил содержимое своего желудка на липкий пол. На звук прибежали Пална и Лёха. Второй, увидев нелицеприятную картину, только нецензурно выразился и попятился назад, наткнулся спиной на стену и остался так стоять.
- Кеша! – выкрикнула Пална и, оттолкнув приходившего в себя Кирилла, кинулась к мужу.
Тот очнулся и стал вопить с трудом раскрывая рот. Пална попыталась успокоить его:
- Тише, тише. Я здесь. Я рядом, - затем обернулась к ребятам и прокричала, - Вы не знаете! Вы ничего не знаете! Он не может по другому! Не может!
Лёха, слезясь от едкой вони прокричал в ответ:
- Ты сумасшедшая старуха! Мучаешь человека, пичкая его мёдом? – в ярости он пнул одну из банок под ногами.
- Нет! Не-е-ет! Он ничего не ест… И не пьёт! Он только просит сладкое. День за днём, день за днём. Я не виновата. Я хотела ему лишь добра. Хотела, чтобы он ни в чём не нуждался!
Кирилл в ужасе смотрел на весь этот сюр и, не выдержав, выбежал из квартиры. По пути он сбил кого-то на лестнице, но, не обратив внимания, продолжил бег. Оказавшись на улице, он глубоко вдохнул и оглянулся по сторонам. Затем услышал громкий бас:
- Эй! Эй, Кирилл! Ты как? С тобой всё нормально? Кирилл!
Парень пришёл в себя. Зрение сфокусировалось и он увидел перед собой Николая, державшего его за плечо.
- Ты как? Что случилось? Ты как ужаленный выбежал из подъезда.
Ком встал в горле. Парень пытался сказать хоть что ни будь, тыча пальцем на дом, а потом его снова вырвало.
- Полина, присмотри за ним, - после этих слов Николай вбежал в подъезд, а Кирилл только сейчас заметил испуганные взгляды Полины и маленькой Иры.
***
Двое сидели на скамейке у подъезда.
- Дай сигарету.
- Ты же не куришь.
- Раньше курил, потом бросил. Надо нервы успокоить.
Лёха протянул открытую пачку:
- Видел бы ты себя. Глаза бешенные, башкой вертишь. Пены изо рта не хватало.
- Это просто паника.
К ребятам подошёл мужчина в форме. Сейчас начнут задавать вопросы. Кирилл совершенно не хотел вспоминать события, произошедшие пол-часа назад и последующие за ними. Как уводили Палну, рыдающую и выкрикивающую одно и то же, когда врачи на носилках выносили её мужа, как Николай сетовал на то, что такое может происходить прямо у него и его семьи под боком. Кирилл хотел лишь, чтобы это оказалось дурным сном.