Глава 40. Не бойся, у тебя есть я
Белый бумажный кораблик проплывал среди моря облаков.
Лу Тинтьсин перестал разговаривать с Чон Шуаном и сел по удобнее в бумажном кораблике с закрытыми глазами, чтобы помедитировать. Он не знал, сколько времени прошло, но его разум постепенно провалился опять в видение.
Почему снова этот сон? Лу Тинтьсин растерянно моргнул. Он часто видел сны с тех пор, как переместился в этот мир, он постоянно погружался в сновидения и просыпался с ощущением как будто вообще не спал.
На этот раз во сне были обширные луга с белыми облаками, клубящиеся под голубым небом, такое кристальное небо, которое он никогда не видел на пике Падающей Луны.
Лу Тинтьсин обнаружил себя верхом на черной лошади с шелковистой гривой. Время от времени подстегивал кнутом, прибавляя скорости по бескрайнему полю.
«Нооо!» Лу Тинтьсин увидел «самого себя» хорошо сложенные руки, держащие поводья, и длинные белые манжеты рубашки с обсидиановыми запонками, выступающими на запястьях.
"Обсидиановые запонки? Это очень скучное украшение и явно не в моем стиле... Что за сон такой?" Лу Тинтьсин внимательно посмотрел на манжеты своей белой рубашки.
В своей предыдущей жизни Лу Тинтьсин не умел носить подобные аксессуары, только часы. Чаще всего он одевал обычные клетчатые рубашки. Каждый раз, когда он встречался с однокурсниками в институте, это было неловко, т.к. носили все примерно одинаковое, лишь на собрания и выходы из дома менял вещи на другие, то что больше подходило.
«Наставник, малыш!» Внезапно Лу Тинтьсин услышал окрик позади «него».
Это голос Чон Шуана. Лу Тинтьсин и Чон Шуан перекинулись несколькими ударами, но пока они были наравне и присутствовало некое волнение.
Когда Чон Шуан снова стал злодеем?
Когда услышал слово «Наставник», его волосы подсознательно встали дыбом, и ему захотелось оглянуться назад. Но он не мог управлять «своим» телом, и во время борьбы его сознание покинуло оболочку.
Глаза Лу Тинтьсиня расширились от удивления.
Он увидел, как черная лошадь резко повернула и ее передние копыта провалились в вязкую грязь и испугавшись резко поднял передние копыта громко заржав.
Рядом быстро оказалась белая лошадь, более спокойная и податливая. Ее хозяин управлял уверено подгоняя ближе к черной, затем ходил вокруг успокаивая угольного красавца.
Та действительно немного успокоилась и движения замедлились. Наездник вороного коня воспользовался моментом и продолжил успокаивать питомца. Когда наконец лошадь полностью пришла в нормальное состояние, наездник слез со спины, слегка покачнувшись присел на лужайку.
Наездник белой лошади был шокирован, когда увидел это. Он спрыгнул с животного и подбежал:
«Наставник, с вами все в порядке?»
Этот Чон Шуан, тот же юноша, которого Лу Тинтьсин видел в своем первом сне, но более зрелый и с более мягким нравом.
Его черные волосы отросли до средней длины и были небрежно завязаны. В черном костюме для верховой езды с белым низом и в черных ботинках до середины икры он выглядит просто потрясающе.
Владелец черной лошади, которого называли «Наставником», показался Лу Тинтьсиню одновременно знакомым и незнакомым.
Его лицо выражало безразличность, взглянув на подбежавшего ближе Чон Шуана со слабой мрачностью в глазах. Мужчина был одет в белую рубашку с запонками, черные бриджи и кожаные ботинки.
Он нетерпеливо потер руки, измученные поводьями.
Лицо было более спокойным, чем то, что Лу Тинтьсин видел во сне в прошлый раз, а в аккуратно уложенном хвосте, проглядывали светлые прядки седины, указывая на возраст.
Это «я» в свои сорок лет, и Чон Шуан в тридцать!
Сознание Лу Тинтьсиня как будто отплыло дальше, и он еле разглядел Чон Шуана, стоящего на коленях рядом с «самим собой» с крайней обеспокоенностью, и донеслись прерывистые разговоры.
«Наставник, вы можете сказать, что мне сделать? Я захватил мазь для экстренной помощи... Я нанесу ее вам. Давайте обратно поедем на вашем черном жеребце».
«А кто тебе разрешал вообще ехать со мной? Убирайся».
«Учитель, вам надо подольше отдохнуть. Теперь у вас нет духовной силы, и ваше тело не такое крепкое, как раньше... Этот ученик заслуживает смерти! Не ругайтесь. Учитель, пожалуйста, сядьте на мое пальто, земля слишком мокрая»
«...Ладно, остановись. Давай обсудим планы на вторую половину дня».
«Да, Наставник! Сегодняшняя церемония открытия начнется в 14:30, а сейчас мы...»
Лицо Лу Тинтьсиня было слегка растерянным из-за унижения перед этим парнем. Он чувствовал, что уловил какую-то подсказку, но не мог понять, что это. Его сознание постепенно уплывало в темноту и он не мог этому сопротивляться, хотя очень хотел вернуться на луг и досмотреть, что будет дальше.
Воздух, казалось, снова проникал в его лёгкие, Лу Тинтьсин почувствовал, как ветер обдувает лицо, услышал щебетание птиц и слабый шум бормотания людей. Он понял, что снова вернулся в другой мир, Бессмертный глава снял защитный барьер, и бумажный кораблик осел на землю.
Лу Тинтьсин вздохнул и открыл глаза. Он был в персиковом лесу с опавшими листьями, а рядом с лодкой тихо стоял мальчик по имени Чон Шуан.
Ожидая пока наставник проснётся, он загородил собой, чтобы прохожие не разглядывали.
Увидев открытые глаза Лу Тинтьсиня, Чон Шуан сразу же произнес:
«Наставник, мы находимся за пределами города Ляньчжоу. В городе много людей, я беспокоился, что вам будет некомфортно. Можно сделать передышку, прежде чем войдем в него».
«Нет необходимости», Лу Тинтьсин почувствовал себя немного смущенным, потому что проспал всю дорогу:
«Дай мне шляпу с вуалью».
Юноша уже заранее приготовил головной убор. Лу Тинтьсин взял шляпу и надел ее. Глядя на поведение Чон Шуана, он почувствовал, что тот очень похож на молодого Чон Шуана из сна и усмехнулся.
Он посмеялся над собой, что в этом мире, что в том сне его окружает заботой Чон Шуан, показывая «глубокую любовь между наставником и учеником».
Бумажный кораблик почувствовав, что все вышли, автоматически сжался и превратился в шар белого света, плывущий перед Лу Тинтьсинем, как бы указывая направление.
Старейшина последовал за ним в сопровождении ученика и главы, и приблизился к городу, подобие которому в этом мире он еще не видел.
Это город, расположен недалеко от гор и моря. Высокие городские стены кажутся сделанными из цельного куска горного камня. На городских стенах вырезаны плотно расположенные друг к другу гигантские изображения рун.
За стенами виднелась возвышенность размером с холм, на вершине которой находилась огромная статуя, стоящая на лотосовом троне и обращенная в сторону моря.
Статуя изображала старика с длинной бородой, выражение его лица спокойное и мудрое, как будто он обладает бесконечной силой, способной отпугивать драконов и успокаивать цунами. Одна рука этого пожилого мужчины была вытянута, а пальцы сложены как цветок, на кончиках которых была вырезана реалистичная бабочка.
«Чон Шуан, ты видишь статую?» — спокойно спросил Лу Тинтьсин. Поза статуи показалась ему знакомой.
«Наставник, зрение этого ученика немного нечеткое... Ах, это же Глава. Оказывается, Глава здесь убил тех семь драконов!» Чон Шуан взволнованно двинулся вперед.
Выйдя вперед, он повернулся лицом к Старейшине:
«Наставник, подождите минутку, я пойду поищу путеводитель».
Лу Тинтьсин: «...иди».
"Сколько же лет бессмертному Сюан Тьсину, это ведь кажется странным, что он до сих пор выглядит красивым мальчиком?"
Чон Шуан помахал Лу Тинтьсиню и разостно подпрыгивая двинулся к городской стене, перескакивая несколько ступенек. Затем резко вспомнил, что наставник наблюдает за ним и необходимо придерживаться правил, поэтому перешел на более размеренный темп.
Вход в город разделен на три пути. Главные ворота - это официальный путь, только для высокопоставленных гостей, для остальных они закрыты. Вторые ворота для торговцев и наконец третьи для простых людей.
Совершенствующие также должны проходить через ворота и регистрировать свой приход, а затем пересечь стену с рунами.
Лу Тинтьсин посмотрел на стену и спину Чон Шуана, выражение его лица внезапно изменилось, и он передал Чон Шуану мысленное сообщение:
«Чон Шуан, вернись!»
Чон Шуан остановился и развернулся, чтобы пойти обратно к Лу Тинтьсиню. Но было уже слишком поздно: он успел занести ногу на территорию стены с рунами.
В этом радиусе все руны мгновенно засияли кровавым светом, а из воздуха послышался короткий крик.
«Чудовище!» Солдаты, охранявшие город, подняли копья и быстро сформировали небольшой отряд.
Увидев кровавый свет, купцы и гражданские лица, выстроившиеся в очередь для входа в город, пришли в хаос, некоторые испугались и оседлали ослов, чтобы ускакать дальше от ворот. Мать подхватила на руки девчушку, играющую на дороге с кузнечиком.
"Демон, где он?" Чон Шуан моментально вытащил свой меч, чтобы защитить людей.
Он поднял голову и обнаружил, что кровавый свет исходящий от рун, указывал прямиком на него.
Народ со страхом смотрел на него, а воины настороженно приближались с поднятыми копьями.
Чон Шуан застыл на месте. Его тело как будто вытащили из ледяного погреба, было ощущение, что что вся кровь застыла и перестала циркулировать, а меч в руке обжигал морозом.
Он вспомнил, что город Ляньчжоу был первым городом, напрямую боровшимся с Дворцом Дракона. После того, как Глава убил драконов, город усилил свою защиту и использовал магию рун, чтобы скрыть его.
Демон среди борцов с ними. Это его боялись эти люди, и именно его хотели убить солдаты. Хотя носил форму ученика ордена Сюантьсин и держал меч ордена Сюантьсин.
Когда он взял этот меч, то поклялся убивать демонов. Теперь, согласно этой клятве, он должен взмахнуть этим мечом и пронзить себе грудь.
Но Еаставник сказал... Наставник сказал, что ему нужно... Я должен...
Рука Чон Шуана, державшая меч, дрожала, он смотрел на приближающиеся копья солдат.
Это копье из специального материала, способное проникнуть в тело монстра и не дать крови свернуться, препятствуя заживлению ран. Во время битвы людей Императора они усилили защиту города Ляньчжоу.
Бойцы не практикуют магию и бессмертие, но изучают боевые искусства и способны сражаться с армией монстров низкого уровня.
«Разойдитесь», — прозвучал холодный голос.
Чон Шуан в растерянности обернулся. Ветер развевал белую ткань на шляпе Лу Тинтьсиня и юноша встретился взглядом с наставником.
Глаза Лу Тинтьсиня были спокойными и холодными, поэтому Чон Шуан успокоился. Он понял, что Лу Тинтьсин анализирует главу города своим духовным зрением.
Руна, на запястье Лу Тинтьсиня, еле заметная под манжетой, начала излучать слабое сияние.
«Наставник...» — виновато крикнул Чон Шуан. Он не хотел, чтобы Лу Тинтьсин использовал силу ради него, и в этот момент ему даже хотелось снять с себя одежды ордена СюанТьсин и разорвать все отношения с наставником.
Орден Сюаньцин процветал в этом мире на протяжении сотен лет, и в нем никогда не было ни одного подонка. Как может мастер встать с ним под это алое сияние с направленными копьями?
Главный солдат охнул, увидев показавшееся из-под вуали лицо Лу Тинтьсиня. Его так потрясло, что он чуть не уронил оружие от испуга.
Солдат с подозрением покосился на юношу в форме ученика ордена Сюантьсин, а затем снова перевел взгляд на Лу Тинтьсиня.
«Кто вы и каковы ваши отношения с орденом Сюантьсин?»
Лу Тинтьсин просто снял шляпу.
Все в одно мгновение замерли и замолчали. Даже ребенок на обочине дороги, когда увидел лицо Старейшины перестал плакать, улыбнулся и захихикал, а его мать бросилась прикрывать его рот рукой.
«Это Бессмертный?»
«Разве может такая красивая женщина быть демоном?» (пп – да, кто-то принял его за женщину)
«Ба! Я много путешествовал и много видел, даже в Западных землях, но такой кожи...»
Лу Тинтьсин заложил руки за спину. Он воспользовался шумом людей и быстро использовал свою духовную силу, чтобы взломать руны на городской стене. Кровавый Свет еще какое-то время указывал на Чон Шуана, а затем замерцал и в итоге совсем исчез, полностью отключившись.
Целью этого набора рун является выявление демонов-совершенствующихся и предупреждение о их вторжении. Чон Шуан в настоящее время является полудемоном, но все еще не превратился в демона и не практиковал демонические практики. Поэтому Лу Тинтьсин решил, что такая реакция была вызвана чешуйками на его шее.
Надо было всего лишь найти брешь в защите и подправить ее. Что было совсем не сложно для Старейшины.
Лу Тинтьсин заодно воспользовался случаем, чтобы оценить структуру рун защиты города и сравнить ее со своим текущим уровнем. "Эх, будет очень сложно соперничать в рунах с бессмертным Сюан Тьсинем".
«Мой ученик все еще неопытен. После убийства демона, кровь монстра осталась на одежде, что и вызвало тревогу. Пожалуйста, простите меня», - Лу Тинтьсин подошел ближе.
Чон Шуан напряг челюсть.
«Чон Шуан, давай еще раз поищем путеводитель, чтобы прогуляться по городу».
Рука Лу Тинтьсиня твердо легла на дрожащие плечи молодого человека.
Чон Шуан услышал ясный и мягкий голос Лу Тинтьсиня, за которым последовал, прилив духовной силы, успокаивающе доносившийся у него в голове:
«Не бойся, у тебя есть я».
---
Автору есть что сказать:
Пояснялки~
① «Это ОН?»
Это определенно ОН - человек, и мне нравится такой ОН, который полностью ОН в каждой пряди моих волос. (пп. Я думаю автор говорит про Старейшину во сне)
Благодарности:
Маленькие ангелочки спасибо за каштанчики, я буду продолжать стараться.
---
Отсебятина переводчика:
Вот и переступили рубеж – половина новеллы... фуххх... тяжело дается. Но я стараюсь!! Сейчас много забот в связи с учебой и болезнью, но бросать перевод не хочу. Самой интересно, чем все закончится.
Спасибо, что читаете и ждете каждую главу!
И мало ли захотите сказать спасибо за мой труд, принимаю не только письменно, но и на карточку 😊)) Сбер 2202 2067 4695 8904