Квартира

Это был июльский вечер. Солнце только начинало заходить за крыши девятиэтажных домов, оставляя возле себя нежно-розовое пятно, постепенно переходяшее в голубое небо. Если выйти на крышу и посмотреть на закат, то солнце будет напоминать подсвеченную десятирублёвую монету. За одним из этих девятиэтажных гигантов, которые олицетворяют всю безысходность бытия, находится дома поменьше, обыкновенная кирпичная пятиэтажка. Во дворе перед этой самой пятиэтажкой стояло порядка десяти машин, большая часть которых были отечественного производства. Они стояли прямо напротив миниатюрной детской площадки, которая была поставлена ещё в далёкие восьмидесятые года. С железной горкой, которая заржавела вся, стояла основа для парных качелей, куда пропали седушки, годали ещё долго, но в конечном итоге всем просто стало всё равно. Также там стояли три турника, на которых облезала жёлтая краска, показывая всю ржавчину, прямо как горка. На обратной стороне дома был какой-то маленький магазинчик под названием "Людочка". Обыкновенный продуктовый магазин, которых полным полно не то что в городе, а в целой стране. Там продавались продукты, по нему было видно что он более менее был на плаву, но чтобы продержаться ещё хоть немного, продавщицы продавали алкоголь и сигареты всем кто попросит.

Из этого магазина вышел мужчина лет 28, ростом он был около 187 сантиметров, а телом был довольно худощав, об этом говорили его скулы и костлявые пальцы. Лицо у него было бледным, практически белым, и на нём были хорошо видны огромные мешки под глазами, которые придавали лицу очень страдальческий вид. Губы были тонкими, сухими и потрескаными. Надо ртом были не слишком большие, но и не слишком маленькие усы русого цвета, низ которых был чуть светлее. Волосы были растрёпанными, грязными и жирными, длина их была до узких и сгорбленных плеч. Из-за жирности волос, их русый цвет переливался белым и не особо приятным блеском, будто их намазали каким-либо гелем. Мужчина был одет как говорят многие, в лохмотья. Единственнми хорошим вещами которые выделялись в его образе, были чисто белые кроссовки, выглядели они как только что купленные, даже пылинки на них не было. На нём были старые, грязные, в каких-то пятнах рваные джинсы и какая-то чёрная кофта с небольшими дырками в области живота и плеч. Оплатив продукты, он сложил их в также купленный пакет и попрощался с продовщицей. Взяв пакет в руку, он направился в сторону своего подъезда.

Зайдя в третий подъезд из пяти, мужчина направился на четвёртый этаж. Подъезд был как и все подъезды, стены были зашпаклёваны, а внизу были закрашены зелёной краской. На третьем этаже он встретил одну из своих соседок, бабушку 67 лет. На её лице было множество морщин, из-за которых разобрать где глаза, а где что, было сложно. Она сказала:
— Серёжа! Если ещё раз включишь музыку после 11 вечера, то я вызову полицию, ты меня понял!? — старушка пригрозила мужчине пальцем, а тот лишь молча кивнул, и также продолжил подниматься на свой этаж. Подойдя к квартире под номером 58, Сергей достал ключи из кармана джинсов и открыл входную дверь, после чего осматриваясь по сторонам, зашёл внутрь и заперся.

Внутри же творился бордак. В коридоре, длиною около двух метров, было довольно-таки много мусора. Белые, зашпаклёванные стены, отдавали блевотно-жёлтым цветом из-за лампочки накаливания, которая висела и работала из последних сил.
Сергей зашёл в свою комнату и положил пакет с продуктами на старую, провонявшую чем только можно кровать серого цвета. Подойдя к старым, деревянным окнам, на которых было заклееное стекло, он просто смотрел на уплывающий закат. Сняв с себя кофту, он бросил её на кровать и вновь взяв пакет, пошёл на кухню. Зайдя в эту комнату, он подошёл к жёлтому советскому холодильнику, который гудел не хуже двигателя автомобиля, но который мог проработать ещё 50 лет. Разложив продукты, которыми были: яйца, морковь, огурцы, лук, полторашка пива, полторашка водки и молоко. Он закрыл холодильник и развернулся на 180°.

Убрав волосы от глаз, он начал смотреть своими пустыми, безэмоциональными карими глазами на девушку которая стояла на коленях. Руки были у неё за спиной, а на запястьях и лодышках находились кандалы, которые были прикреплены к чугунной батарее. Её длинные и чёрные волосы были как сосульки, жырные и некрасивые. На лице была чёрная маска для сна, закрывающая обзор, а рот был заклеен строительным скотчем. Сама она сидела абсолютно голая, она лишь по звуку смогла понять что Сергей смотрит на неё. Ему нравилось смотреть на её тонкие и бледные ручки и ножки, а также красивое туловище с маленькой грудью.

Взяв со стола большой кухонный нож, который нужно было хорошенько отмыть и наточить, он сел на корточки возле неё и притронулся металлическим кончиком её левого сосочка. Девушка пискнула и начала тяжело дышать. Сергею было всё равно, он нежно-нежно проводил ножом по её бледной, как мрамор коже, на которой оставались небольшие красные полосочки, которые начинали кровоточить.

Так продолжалось ещё полчаса. Когда мужчине надоело резать безымяную ножом, он просто встал и достав из холодильника полторашку пива, и молча ушёл к себе, не забыв выключить свет. Оставив заложницу в кромешной темноте и тишине.

Спустя несколько часов, она услышала как льётся вода, но она не лилась на кухне, так как звук был приглушённым. Сергей за долгое время решил принять душ. Он залез в ванную и включил воду. Засунув руку под кран, он почувствовал как его кожа горит от кипятка, что аж пар идёт. Добавив чутка холодной воды, он включил лейку и начал мыться. На душ у него ушло порядка 30 минут, в основном вся трудность была в его сальных волосах. Выключив воду и отодвинув синюю зановеску, парень взял старое и дырявое полотенце, после чего вытерся им. Выйдя из ванной, он встал перед зеркалом, и порядка десяти минут смотрел на своё худое и будто мёртвое тело. Взяв со стиралки трусы и носки чёрного цвета, он надел их. Пройдя в комнату, он откопал у себя хорошие чёрные брюки, которые он купил в секондхэнде по дешёвке, а также серое худи которое купил там же. Он надел их и прошёл на кухню, помыв и почистив огурец, он начал довольно медленно есть его, сидя на корточках прямо перед безымяной. Она слышала этот звонкий и сочный хруст огурца, она начала ныть, как бы моля мужчину о том, чтобы он поделился с ней. Съев где-то половину, парень молча подсел поближе к девушке, и немного отклеив скотч, засунул оставшуюся часть огурца в её ротовую полость, после чего заклеил его обратно. Девушка же начала жадно жевать и пережёвывать этот злощасный огурец. Мужчина лишь встал и сказав.
— Я скоро прийду, Чёрненькая. — и ушёл из квартиры.

Неизвестно через сколько часов вернулся Сергей, но можно было понять только одно, он пришёл не один, а с какой-то девушкой. Она начала проходить по коридору,  прямиком к кухне, как вдруг Чёрненькая могла услышать приглушёный звук, как будто кого-то ударили кирпичом по голове, и как что-то тяжёлое и массивное упало на пол. И тут, неожиданно она смогла открыть свои голубые глаза. Она вновь увидела своего мучителя, как и полгода назад, он посмотрел сначала на неё, а после куда-то в сторону. Чёрненькая посмотрела туда же, и с шоком в глазах могла увидеть привязаную к этой же батарее девушку. Она выглядела лет на 30, кожа была чутка смуглой, а сама она была чутка полненькой. На её блондинистых волосах было красное пятно, на её рту также был строительный скотч. Чёрненькая начала рыдать и кричать, она знала что будет дальше. Она была не первой "девушкой" Сергея, до этого была Русая, Сергей сфотографировал их двоих, а дальше он надел на Чёрненькую повязку, и она слышала странные и устрашающие звуки. Она рыдала без конца. Спустя минут 5 проснулась новенькая девушка. Она медленно открыла глаза и начала мычать, спустя какое-то мгновение, до неё дошло что она находится в ловушке. Она начала орать, но рот её был заклеен. Сергей в одной руке держал старый фотоаппарат, а в другой держал ту самую чёрную маску. Он состряпал кривую и гротескную улыбку, попутно расстёгивая ширинку на брюках. У новенькой в глазах пробежала вся жизнь, в её глазах можно было прочесть дикий и неописуемый страх. Она начала часто и тяжело дышать, ну а Сергей, улыбался, обнажая свои жёлтые и кривые зубы. Он сказал.
— Блондиииночка. — Голос его был весёлым, даже дразнящим, в нём можно было услышать наслаждение этого мужчины. Девушки посмотрели лицо Сергея, а тот с той же улыбкой сфотографировал их. Он застегнул ширину и ушёл в комнату.

Раздевшись до белых трусов, которые из-за долгой носки перекрасились в жёлтый цвет, он вернулся на кухню. Мужчина подошёл к кухонному столу, и взял с него верёвку цвета триколора. Он встал сзади Чёрненькой, и обвив верёвку вокруг её шеи, начал её душить. Она сопротивлялась как могла, но наручники и руки Сергея были сильнее. Закатив свои глаза, залитые кровью, она издала свой последний хрип, после чего резко опустила голову. Сергей молча отпустил верёвку и открыл каналы. Он взял труп Чёрненькой за волосы, а со стола свой любимый нож, после чего, валачя её по полу, пошёл в ванную. Блондиночка могла услышать как там полилась вода.

Сергей пришёл на кухню и растелил на полу клеёнку. После он приволок обескровленное тело Чёрненькой, и расположил его на клеёнке. Из ящика он достал две своих гордости. Блястящий и острый тесак для рубки мяса, и ножовку для металла. Он с улыбкой рассматривал их, а после заворожённый их видом произнёс.
— Знаете... Каннибализм это тоже любовь. — После чего он начал чуть ли не со всей силы рубить руки и ноги Чёрненькой, когда же он доходило до костей, он пилил их ножовкой. Закончив с этим, он продолжил дальше разделку мяса. Кости он аккуратно положил в мусорный пакет, а мясо убрал в морозилку. Из органов он сделал фарш. Всё это видела Блондиночка, она уже давно сделала все свои дела, и просто наблюдала за всей этой работой мужчины.

Сергей достал муку, молоко и другие ингредиенты для теста. За какие-то 4 часа у него был целый тазик пирожков с фаршем. Сергей взял один с максимальной осторожностью, после чего откусил от одного из них большой кусок. Мужчина радостно замыкал и начал качаться из стороны в сторону. Он взял ещё один, и подошёл к Блодиночке с явным намерением накормить её. Девушка начала вертеть головой и орать, но скотч заглушали её крики, превращая их в мычания. Поняв что она не хочет, Сергей молча доел свой пирожок, после чего пошёл в душ.

После душа, он оделся в свои любимые джинсы и кофту, после чего он одел на Блондиночку повязку на глаза и ушёл из квартиры. Он постучался в дверь своей соседки снизу и предложил ей пирожок в качестве извинения, та взяла его с удовольствием и съела.