Кровужесть

И тут мальчик проснулся, а всё равно слышит эту музыку тоскливую. Подошёл он к окошку, смотрит, а во дворе сидит его папа на брёвнышке и играет себе на гармошке, как ни в чём не бывало. Бросился сын к двери, да споткнулся о чьи-то ноги, посмотрел – а это его родной папа лежит на полу и спит себе! И тотчас музыка на улице стихла, только камыши шелестели от утреннего ветерка.

Папа открыл глаза, оглядел комнатку и спросил: «Где это мы?». А потом встал, посмотрел в окно и вспомнил, как они сюда попали. «Нужно придумать, как нам тут с голоду не пропасть», – сказал он.

– Ты, сын, возьми ведро и сходи к пруду, набери воды, а я попробую смастерить удочку.

Сынок взял в углу старое помятое ведёрко и вышел на улицу. Солнышко уже взошло, лёгкий туман стоял над водой, шуршал камыш у берега и вообще начинался хороший день. Слышался далёкий собачий лай, чуть слышный звон колоколов и тоскливая мелодия гармошки.

Подошёл сын к бережку и только хотел зачерпнуть воды, как из глубин вдруг всплыли пиявки, как по приказу, целая туча и у всех были ужасные красные глаза.

Мальчик словно окаменел и не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, как во сне – только стоял и смотрел неотрывно на приближающихся пиявок.

Но тут подбежал папа и успел подхватить сына из воды, пока никто к нему не присосался. А пиявок в пруду всё больше и больше становится, плывут со всех сторон – откуда они только взялись? Да ещё булькают и шипят как змеи какие-то. «Никогда не видел таких необычных пиявок и так много», – прошептал папа. «Нужно убираться отсюда, какая уж тут рыбалка, давай, иди за мной, сынок, и, пожалуйста, близко к воде не подходи».

Пошли они осторожно к избушке, папа впереди, а сынок сзади – стараются ступать тихо, чтоб их никто не услышал, потому что пиявки хоть и без ушей, но очень хорошо чуют любое движение. И вдруг неизвестно откуда всё болото окутал такой густой туман, что даже не было видно протянутой руки и все звуки стали еле слышные, как будто кто уши ватой заткнул. Ну куда вот теперь идти, в какую сторону? И папу совсем не слышно, а крикнуть нельзя – сразу наползут гады красноглазые.

Совсем рядом что-то большое и тяжёлое проползло в высоком тростнике, оставляя широкий след в примятой траве. И мальчик решил тихонько идти по этому следу, чтобы посмотреть что же это такое. Зашумел вдруг ветер в камышах, туман слегка закачался и стал расползаться в разные стороны. И что видит мальчик? Стоит возле избушки странный гражданин с гармошкой и уныло смотрит на огромную ужасную пиявку – просто Пиявищу какую-то, – у неё красные глаза, как шары ёлочные, круглая пасть с мелкими зубчиками и она, к тому же, выше этого самого гармониста. А рядом с ними сидит чёрный пёс в ошейнике и поскуливает.

И тут малыш вспомнил, что уже видел этого гражданина с гармошкой на рынке! И собаку вспомнил – она ещё там выла громко, как будто песню пела.

« Ну, как ты, милая?, – говорит гражданин Пиявище, – потерпи ещё чуток, скоро наберётся достаточно, денька 2 нужно подождать, ладно?». Всхлипнула тяжело Пиявища, кивнула и поползла назад в заросли тростника. Гражданин с собакой постояли ещё немного, посмотрели вслед чудищу, а потом повернулись, гражданин положил в мешок 2 большие бутылки с красной жидкостью и пошли по совсем незаметной тропинке через болото в глубину чащобы. Когда они совсем скрылись из глаз, сынок тихо-тихо на цыпочках подошёл к домику и заглянул в окно, но старое стекло было мутное и ничего нельзя было разглядеть. Тяжёлую дверь нужно было открывать осторожно, чтобы не скрипнула, но и в доме папы не было. Где искать, куда ещё можно пойти? Сначала мама пропала, а теперь вот и папа...

Туман почти совсем развеялся и мальчик увидел своего отца – тот сидел на берегу пруда и голова его была опущена вниз, как будто он спал. Со всего духу сынок помчался к папе, но когда подбежал к нему – застыл от страха: на шее отца шевелились большая красноглазая пиявка, а ещё 2 поменьше присосались к руке. Схватил сынок большую пиявку, потянул что было силы, а пиявка скользкая, руки соскальзывают – никак её не оторвать от папы, тварь эта только красными глазками-бусинками поблёскивает и сосёт себе дальше.

Тогда вспомнил сынок про свой ножик перочинный с перламутровой ручкой, вытащил его, открыл самое длинное лезвие, зажмурился и ударил в пиявку. Открыл глаза и видит – лежит пиявка на траве, глазки закрыла и корчится в последних судорогах. А маленькие пиявки как увидели, что у мальчика такое оружие есть, так по-быстрому отсосались от руки папиной, свалились в траву и быстренько поползли к воде. Бросился сынок к папе, обнял его, а папа только слегка стонет и глаза не открывает, а на шее и руке у него красные кружочки от пиявкиных ртов остались. Уже полчаса вот так папа качался-качался, а потом открыл глаза, а глаза у него какие-то покрасневшие, и говорит: «Где это я? Что это со мной?».

Сынок ему, хоть и сбивчиво, но всё подробно рассказал – и про гражданина с гармошкой, и про Пиявищу огроменную, и про то, как папу от пиявок спас. Подумал папа немного, покачал головой, а потом и говорит: «Хоть я и слаб немного, но чувствую что нужно нам незамедлительно найти этого типа с гармошкой, чувствую я, что всё это каким то образом связано с мамой и нам, сынок, надо поспешить».

Немножко покачиваясь папа пошёл по еле заметной тропинке, по которой ушли гармонист с чёрным псом, а сынок подобрал в траве палку (на всякий случай) и поспешил следом за ним. Вдруг из кустов выскочил взлохмаченный Дружок, весь в болотной тине и дохлых головастиках и стал подпрыгивать от радости и лизать руки у папы и щёки у сына. Но он был такой чумазый и вонючий, что папа быстро привёл его в чувство, строго сказал ему: «Фу, Дружок!». И Дружок сразу всё понял и поплёлся сзади, потому что ему и самому было стыдно так вонять.

Тропинку было очень плохо видно в высокой траве, но папа искал примятую траву от недавних следов и скоро они вышли на окраину городка, прошли через какие-то огороды, через мелкий ручей и вышли на улицу с деревянными покосившимися избушками, а неподалеку, около колодца, стоял небольшой магазинчик и на нём было написано «Продмаг».

Папа очень обрадовался и сказал, что теперь они не пропадут с голоду. В магазинчике совсем не было народу, за прилавком стояла унылая продавщица и слушала, как мухи гоняются друг за дружкой и иногда шлёпала мухобойкой по прилавку, но всегда промахивалась и мухи улетали здоровыми и невредимыми через открытое окно.

Продавщица посмотрела сонным взглядом на папу, сынка и Дружка и ничего не сказала, потому что муха села ей на нос и она не знала что делать – ударить или нет?

– Здравствуйте, – сказал папа.

– Здрас-с-сть.

– Вот, пришли купить чего-нибудь на обед.

– Покупайте, раз пришли, – и чихнула так громко, что муха-носуха свалилась замертво.

– Пожалуйста, дайте нам полкило докторской колбасы, батон и 2 бутылки лимонада.

– Лимонада нет, есть только пепси.

– Хорошо, дайте 2 бутылки пепси.

Сонная продавщица не спеша принесла батон, колбасу ипепси. Потом вытащила пыльный калькулятор и стала громко считать стоимость, новсякий раз сбивалась и начинала снова.

– Ну, вот, опять двадцать пять! – сердито ругнулась продавщица и даже бросила на пол свою мухобойку, – достал уже! Он меня своей гармошкой когда – нибудь совсем уморит! Вот скажите, можно такое нормальному человеку слушать?

На улице действительно кто-то играл на гармошке тоскливую музыку, временами звук становился еле слышным, а потом чуть громче, словно этот кто-то ходил взад-вперёд по улице. Папа подошёл к окну и увидел гражданина, который был на рынке, а потом на болоте и снова рядом с ним был чёрный пёс.

– А кто играет, кто он такой?

– А кто ж его знает. Он тут приехал вместе со взрослой уже дочкой откуда-то с юга, лет 7 уже живут у нас. Поселился в хате бабки Сычихи, её уже лет 10 никто не видел, наверное, померла, а добром про неё никто не вспомнит – говорят с нечистью дружбу водила, ну так вот, ремонт сделал, крышу новую смастерил. Сначала всё хорошо было, вроде мужик нормальный, дочка у него добрая душа, всех кошек бездомных кормила, ещё, помню, галчонка покалеченного вылечила... Ой, а что это у вас на шее такое? Вот возьмите зеркало, посмотрите сами, – и зеркальце вынула из кармашка передника и папе подаёт. Папа посмотрел в зеркальце, а на шее у него какое-то воспаление красное.

– Сейчас я вам салфеточку дам, приложите к больке своей, – говорит продавщица.

Папа приложил к шее салфетку и говорит: «Ну, и что дальше было?».

– Ну, вот я и говорю – весёлый был поначалу, на гармошке играет, танцы по вечерам устраивал в клубе, а потом дочка его куда-то подевалась и его как подменили – как утром встанет, так сразу на гармошке такую печаль-тоску нудит, что настроение на весь день поганое. А сейчас наладил на рынке играть до самого закрытия и собака к нему приблудилась откуда-то. Вот парой и бродят, нагоняют тоску на людей. Ведь почти все уехали из этих мест, из-за этих вот охламонов, бросили свои дома и уехали кто куда.

– А где он живёт?

– Неподалёку, в доме под зелёной крышей, рядом с церковью разрушенной. Направо будет, как выйдете. С вас 3 рубля 15 копеек.

Папа заплатил за продукты и он втроём вышли на улицу. Солнце уже поднялось над домами и начинало припекать. Музыку уже никто не играл – видимо, гражданин с чёрным псом отправились, как обычно, на рынок. На улице около магазина была скамеечка, а над ней росла раскидистая ива около каменного замшелого колодца и было очень хорошо сидеть на скамейке в тени и есть колбасу с батоном, Дружок тоже получил кусок колбасы и был за это очень благодарен.

– Папа, а собаки пепси пьют?

– Наверное, но от сладкого у них нюх потеряться может.

– Ну, тогда мы сами пепси выпьем, а Дружку нальём воды из колодца.

Из открытого окна «Продмага» выглянуло лицо продавщицы: «А в этом колодце, давно уж нет воды – с тех пор, как Сычиха пропала».

Ну, что тут поделать – съели всю колбасу, выпили всю пепси, а горбушку батона покрошили воробьям. Посидели ещё немножко в приятном ивовом теньке, а потом папа подумал и сказал: «Давай, сын, сходим-посмотрим что это за дом такой с зелёной крышей».

Пошли они по пыльной улице до разрушенной церкви, а рядом с ней дом с зелёной крышей стоит и небольшой пруд с камышами. Подошёл папа к дому, постучал в дверь – никто не открывает, подёргал за ручку – заперто.

А сынок с собачкой тем временем пошли пруд рассматривать около дома (тут Дружок и попил себе вволю) – в пруду много чего интересного происходит: там и хищные личинки ползают и жуки водяные шастают, головастики всякие. Ещё пиявок увидели, но пиявки эти были обычные, никаких у них глаз не было и вели они себя довольно мирно – одна тёмненькая хотела пристроиться к ножке лягушонка, но он блямс, блямс – и уплыл, а пиявка в задумчивости спряталась в тине.

И вдруг что-то блеснуло на солнышке, как раз около тины с пиявкой. «Ой-ёй-ёй! – подумал сынок, – надо посмотреть, что там лежит». Поддёрнул штанишки и, сторожно ступая по мягкому дну, добрался до блестяшки и поднял её. Он сразу же узнал это – это была мамина серёжка «дельфинчик»!

– Папа! Папа! Иди скорее сюда!

– В чём дело?

– Да иди-же скорее, посмотри, что мы тут нашли!

Папа взял в руку серёжку и даже не поверил своим глазам – это была действительно мамина серёжка! Вот даже маленькая царапина есть – это когда сломалась застёжка и папа стал её чинить. Он так разволновался, что даже уронил серёжку на траву.

– Дружок, ищи серёжку!

Дружок сунул мордочку в густую траву и сразу нашёл пропажу.

– Вот молодец, Дружок! Папа, а давай, пусть Дружок понюхает серёжку получше и приведёт нас к маме!

– Попробовать можно, – согласился папа и побледнел немного, – что-то мне нехорошо, – сказал и на траву опустился. Посмотрел на салфетку, а она красная от крови...

– Сынок, нужно вызвать скорую помощь – совсем мне плохо..

– Счас, папочка, я бегом, я телефон найду и позвоню, а ты потерпи немножко!

Побежал мальчик в магазин, а Дружок остался папу оберегать. В магазине как раз продавщица по телефону разговаривала и мальчик быстро ей объяснил про скорую помощь и чтобы поскорее, пожалуйста.

Продавщица набрала 03 – номер скорой помощи и сказала, что тут недалеко от магазина очень тяжёлый случай: «Приезжайте поскорее, пожалуйста!». «Спасибо!» – крикнул мальчик и побежал к папе.

Папа лежал на траве совершенно бледный и тихо стонал. Сын совершенно не знал, что ему делать и ему было страшно, а вдруг папа умрёт? Скоро послышалась сирена и машина скорой помощи со всего разгона остановилась около самых ног лежащего папы. Из машины быстро выскочили санитары с носилками и доктор. «Так, – сказал он, – сейчас мы отвезём больного на лечение и нам нужно знать о нём сведения. У него паспорт есть?». «Сейчас посмотрю, – сказал сын и стал смотреть в карманах у папы, но ничего не нашёл, кроме кошелька и сложенного кусочка бумаги – это было предсказание, которое они купили на рынке. Доктор покачал головой и сказал: «Ты его сынок? Так вот, мы отвезём твоего папу в больницу, будем лечить не знаем сколько времени, очень тяжёлый случай потери крови, но мы надеемся на лучшее» – погрузили папу в машину и с воем уехали.

Вот так и остался малыш совсем один – хорошо, хоть Дружок был рядом, а то прямо садись и вой от тоски и печали. Сунул кошелёк в карман, а бумажку с предсказанием не удержался и открыл. На листочке было написано что-то красивым почерком, но сынок ещё не ходил в школу и ему трудно было читать длинные слова. Сел на траву, и потихоньку начал читать по буквам-слогам: «В и О – ВО, С и Н и Е – СНЕ, Т и Ы –ТЫ, Н и А и Й и Д – НАЙД, Ё и Ш и Ь – ЁШЬ – НАЙДЁШЬ! Н и А – НА, В и С И Ё – всё, О и Т и В и Е и Т – ОТВЕТ! Получается – ВО СНЕ ТЫ НАЙДЁШЬ НА ВСЁ ОТВЕТ!». Задумался малыш, что бы это значило и при чём тут какой-то сон и что ему делать дальше? Дружок, хоть и понюхал мамину серёжку, но никуда искать не побежал – видимо запах от мамы пропал из-за болотистой воды и головастиков.

Уже наступил вечер, на небе зажглись первые звёздочки, а они вдвоём с Дружком сидят около какой-то избы и разрушенной церкви – вот как бы ты поступил на месте мальчика, а ведь ему было всего 5 лет? Вот что решил малыш – всё-таки узнать тайну гармониста с чёрным псом и чего бы это не стоило – будут следить за домом под зелёной крышей, хоть всю ночь, а спрячутся как раз в разрушенной церкви, что напротив дома.

Сходили с Дружком в продмаг, купили печенья пачку и сосиску для Дружка, а продавщица смотрит на них с жалостью и состраданием: « Как же ты теперь один будешь? Ведь ночь уже на дворе», но мальчик улыбнулся в ответ и пожелал ей доброй ночи.

На небе уже светила половинка луны и всё было видно – и дома, и церковь, и тропинка.

В некоторых окнах горел свет, но в доме с зелёной крышей окна были тёмные. Мальчик подумал, что из церкви через дырки в стене хорошо будет видно всё, что делается вокруг. Вот только забраться в церковь оказалось сложно – под ногами навалены кучи битых кирпичей и какого-то мусора, того и гляди споткнёшься и сломаешь себе что-нибудь.

Конечно, малышу было страшно войти в тёмную разрушенную церковь, но луна светила как ночная лампа и это помогло пробраться к дыре повыше без больших проблем.

Вот так сидели они вдвоём час, съели и печенье и сосиску, никто в дом не приходил, свет не зажигал... Хорошо, что лето тёплое случилось – и днём тепло, даже жарко, и ночью тоже тепло, хоть в траве спи. Одно плохо – комары закусать могут и жужжат противно. Вот с такими мыслями мальчик и не заметил, как заснул.

И снится ему опять та чудесная поляна, где тихая речка и дворец 6-этажный, пошёл он по дорожке прямо к скамейке каменной, на которой сидит удивительная девушка, но только теперь павлин куда-то пропал и лицо у девушки очень печальное, как будто она сейчас вот-вот заплачет.

Посмотрела девушка мальчику в глаза пристально и говорит тихим голосом: «Прошу тебя – окажи мне большую услугу: найди в городе на рынке гармониста с красными глазами и чёрным псом. Подойди с восточной стороны, скажи одно только слово «ПОРА» и передай вот этот ключ на кожаном ремешке – он знает, что это за ключ, а потом иди туда, куда поведёт, но только заклинаю тебя, после того, как отдашь ключ – не говори ни одного слова, что бы там не увидел, что бы там ни услышал! Прошу – ни звука, ни словечка!» – и слеза скатилась по её щеке.

Дружок тихо гавкнул и мальчик проснулся, а в руке у него был зажат ключ на кожаном ремешке – значит, это всё было не совсем сон, а что-то другое и он не знал, что это, но помнил всё, что видел, до самых малых подробностей. Положил ключ в карман на пуговке, где уже лежал кошелёк, мамина серёжка и половинка печенья.

Уже наступило утро, по улице гордо прогуливался белый петух и громко кукарекал, но на улице совсем не было людей и около дома с зелёной крышей тоже никого не было. Мальчик совсем не знал, как ему пройти на рынок и решил спросить у прохожих, которые ему обязательно встретятся.

Пошли они с Дружком по пыльной улице, мимо петуха, мимо продмага к большому зданию из красного кирпича, около которого стояла грузовая машина. А это как раз оказалась овощная база, на которой хранятся всякие овощи и фрукты, а потом их продают в магазинах. Малыш с Дружком подошёл к машине и спросил у весёлого шофёра: «Дяденька, а как дойти до рынка, может вы знаете?».

– Конечно, знаю, – ответил шофёр, – я как раз туда яблоки счас повезу. Могу и тебя подкинуть.

– А я вот вдвоём с Дружком.

– Ну, ничего – возьмём и Дружка твоего, места всем хватит.

Вот так удачно всё получилось и через полчаса малыш и Дружок уже стояли перед входом на рынок, где они совсем недавно гуляли втроём с папой и мамой. Хотя и было раннее утро, но народу на рынке уже хватало, все старались купить чего-нибудь посвежее и получше. А вот где искать гармониста с чёрным псом?

– Дружок, ищи, – сказал мальчик, но Дружок не понял, чего искать – поэтому остался сидеть рядом, изредка поглядывая на малыша. Так они стояли около киоска «Пиво – Воды» и ждали.

И вот послышалась тоскливая музыка – это играл гармонист. Мальчик пошёл на эти звуки и вскоре увидел и гармониста и его чёрную собаку. Странный гражданин сидел около киоска «Ремонт обуви» и играл свою любимую заунывную музыку, а пёс с ошейником иногда подвывал в такт музыке. Кто-то из прохожих иногда останавливался поглазеть на эту парочку, а некоторые даже бросали деньги в картонную коробку около ног гармониста, но если кто-то подходил очень близко, тогда чёрный пёс злобно рычал на него.

Мальчик не знал, что ему делать теперь, потому что он не знал, где этот самый «восток», откуда надо подойти к гармонисту и решил спросить у знающего человека, поэтому подошёл к военному офицеру, который покупал огурцы у бойкой старушки.

– Разрешите у вас спросить.

– Чего тебе малыш?

– А скажите, пожалуйста, где расположен восток, в какой стороне?

Офицер огляделся, подумал и говорит: «Ну, это просто – церковь высокую видишь? Вот она как раз и стоит на востоке, а киоск «Ремонт обуви» стоит на западе. Запомнил?». Мальчик кивнул и сказал: «Спасибо вам».

Теперь малыш знал, с какой стороны нужно подойти к гармонисту. Нужно идти к гармонисту от самой церкви и никуда не сворачивать. Даже пёс не почуял, когда мальчик подошёл к гармонисту, протянул ему ключ на ремешке и сказал одно только слово «ПОРА». Гражданин с красными глазами захлопнул свою гармошку и резко встал, схватил ключ, подошёл к двери «Ремонт обуви» и открыл её: «Проходи» – сердито сказал он малышу. Мальчик помнил, что теперь нельзя ничего говорить, а то что-то случится, поэтому он ничего не сказал, когда Дружок жалобно заскулил и попятился от открытой двери, вытащил половинку печенья из кармана и бросил собачке, а сам шагнул в темноту киоска.

Внутри было темно и прохладно, малыш шёл за гражданином с гармошкой, а сзади тяжело дышал чёрный пёс. Они шли по какому-то длинному коридору со множеством дверей по обе стороны, некоторые двери были открыты и мальчик видел в комнатушках без окон странных тётенек в золотистых платках, которые сидели и читали какую-то книгу, а перед ними горела свеча. А сбоку стояли длинные бутылки с чем-то красным, похожим на клюквенный сок.

Гармонист всё время говорил: «Давай быстрей», а сзади сипло дышал пёс и мальчику было жутко вот так идти неизвестно куда и что там ждёт его в конце пути?

Взглянул мальчик в открытую дверь, а там стоит его мама! Стоит и читает книгу как ни в чём не бывало! Живая и здоровая, родная мамочка, только слегка странная... Бросился малыш к маме, обнял её крепко и закричал: «Мама!».

Чей-то протяжный стон наполнил всё вокруг тоской и печалью: «О-о-ох, пропадаю я...» – дунул холодный ветер и погасли все свечи, только у мамы и сына свечка горела ярким ровным пламенем. Взял сынок свечу и повёл маму к выходу на волю, а мимо бегут, спотыкаются другие тети и не знают, как выйти из этого бесконечного коридора.

– Идите за нами, – крикнул мальчик, – я знаю дорогу!

И все пошли за ними и скоро вышли на простор рынка, где сразу прекратился шум и всякое движение – все покупатели и торговцы просто остолбенели от такого удивительного зрелища – из маленького заброшенного ларька уже вышли 100 женщин и всё идут и идут новые... На улице малыш загасил свечу и спрашивает: «Мамочка, ты как себя чувствуешь? Может, попить хочешь или поесть? Я счас куплю что-нибудь», а мама молчит и не отвечает и на всё смотрит равнодушно.

– Мамочка, а ты узнаёшь это? – спросил сынок и достал из кармашка дельфинчика-серёжку. Мама посмотрела на неё, задумалась, как будто с большим усилием что-то вспомнила, а потом сняла свой золотистый платок и показала сыну 2-ю серёжку. И заплакала почему-то и плакала долго, а прохожие не понимали: отчего плачет женщина, а мальчик её утешает. Ну, вот, наконец, мама перестала плакать, вытерла слёзы, обняла сына и спрашивает: «А где-же наш папа?». Всё-всё сын рассказал ей как было, а потом они поспешили в больницу, где как раз папе сделали переливание крови и несколько уколов-антибиотиков.

Папа увидел маму и сына вместе и тихо сказал: «Ура», и потерял сознание, но это было от неожиданной радости и поэтому было совсем недолго и без вреда здоровью. Папу тут же выписали из больницы и они все втроём пошли домой, а около рынка из-за ларька выскочил Дружок и радостно залаял на всю улицу от такой встречи – когда из ларька выбежали 200 тётенек, то его чуть не раздавили в толпе и пришлось Дружку срочно бежать подальше от суматохи. И он уже совсем потерял надежду найти мальчика и папу, а тут – вот они, все втроём и смеются – ура! И пошли домой уже вчетвером.

На следующий день вечером к дому с зелёной крышей на спецмашине привезли очень большой и тяжёлый гроб на колёсиках. И он был совершенно наглухо закрыт, поэтому никто не догадывался, кто там находится, но знающие старушки судачили, что это пропащая дочка гармониста. Гармонист сам завёз гроб в дом и крепко закрыл двери и окна и ещё задёрнул занавески. А утром в доме все окна были нараспашку и двери тоже – внутри было совершенно пусто, пыльно и заброшено, как будто в нём никто не жил 120 лет.

А цирк-шапито с тех пор больше ни разу в этот городок не заезжал.