Шепот Этерны

Семья Морган состояла из двух человек: Кэтрин, женщины с усталыми, но добрыми глазами цвета морской волны, и ее дочери Элис – пятнадцатилетней девушки с копной непослушных каштановых волос и задумчивым взглядом. Отец, Дэвид Морган, исчез из их жизни два года назад, оставив после себя лишь пустоту и горькие воспоминания. Кэтрин взвалила на себя все заботы о семье, работая без выходных, чтобы обеспечить им достойную жизнь.

Переезд в Аверин был для них новым началом. Небольшой портовый город, затерянный среди холмов Эстерии, казался тихим и спокойным местом, идеальным для того, чтобы начать все с чистого листа. Кэтрин надеялась, что здесь, вдали от городской суеты и болезненных воспоминаний, они смогут обрести покой и счастье.

Их новый дом представлял собой двухэтажное здание из серого камня, с черепичной крышей и небольшим садом. Он был старым, местами обветшалым, но уютным. В воздухе витал запах моря и сосновой хвои.

Раскладывание вещей заняло весь день. Кэтрин и Элис работали слаженно, словно давно отработанный механизм. Каждая коробка, каждая вещь находила свое место в новом доме, постепенно заполняя пустоту и создавая ощущение дома.

На втором этаже было три комнаты. Одна – большая, светлая, с видом на сад – предназначалась для Кэтрин. Две другие, поменьше, располагались в противоположном конце коридора. Элис выбрала ту, что выходила окнами на море. Несмотря на то, что комната была меньше материнской, она казалась ей уютнее. Обои с мелким цветочным узором, старый деревянный шкаф и широкое окно, из которого открывался вид на бескрайнюю морскую гладь, – все это создавало особую атмосферу, которая сразу пришлась Элис по душе.

– Ну как тебе твоя новая комната? – спросила Кэтрин, заглянув к дочери.

Элис, сидевшая на полу среди коробок с книгами, улыбнулась.

– Мне нравится, – ответила она. – Особенно вид из окна.

– Я рада, – Кэтрин присела рядом с дочерью и обняла ее за плечи. – Знаю, что переезд – это тяжело, но я верю, что здесь у нас все будет хорошо.

Элис молчала, прижавшись к матери. Она тоже хотела в это верить, но в глубине души таилось смутное беспокойство. Аверин казался ей слишком тихим, слишком спокойным. В этом спокойствии чувствовалась какая-то скрытая напряженность, словно город хранил какую-то тайну.

– Завтра ты пойдешь в новую школу, – сказала Кэтрин, нарушая молчание. – Я уже все уладила. Директор показался мне очень приятным человеком.

Элис вздохнула. Новая школа – это новые знакомства, новые испытания. Она не любила перемен, но понимала, что выбора у нее нет.

– Хорошо, – ответила она.

Кэтрин поцеловала дочь в лоб.

– А теперь спать, – сказала она. – Завтра тебе нужно будет много сил.

Элис кивнула и забралась под одеяло. Кэтрин выключила свет и вышла из комнаты, тихонько прикрыв за собой дверь.

Элис лежала в темноте, прислушиваясь к звукам нового дома. Скрип половиц, шелест ветра за окном, отдаленный шум прибоя. Эти звуки были незнакомыми, чужими. Она закрыла глаза, пытаясь уснуть, но сон не шел. В голове кружились мысли о новой школе, о новых знакомствах, о тайнах Аверина.

Внезапно она услышала какой-то странный звук. Он был тихим, еле уловимым, словно кто-то шептал ее имя. Элис открыла глаза и прислушалась. Звук повторился. Он доносился откуда-то из-за окна.

Элис встала с кровати и подошла к окну. Она посмотрела на улицу, но ничего не увидела. Улица была пуста. Только ветер шелестел листьями деревьев, отбрасывая причудливые тени на стены домов.

"Показалось", – подумала Элис и вернулась в кровать.

Но шепот не прекращался. Он становился все громче, все настойчивее. Он словно проникал в ее сознание, нашептывая странные, непонятные слова.

Элис закрыла уши руками, пытаясь заглушить шепот, но это не помогало. Звук словно шел изнутри, из самой глубины ее души. Она почувствовала, как ее охватывает страх. Страх перед неизвестностью, перед тайной, которая скрывалась в этом тихом, спокойном городе.

Засыпая, она продолжала слышать шепот, который словно звал ее, манил ее в неизвестность.