...
Нам всем нужно, чтобы на нас кто-то смотрел.
(с.) Милан Кундер, «Невыносимая лёгкость бытия»,1984
Туман был почти живой. Он полз, клубясь и опутывая всё вокруг невесомой, но почти осязаемой, как сладкая вата, дымкой. Уже давно в нём не жило ничего пугающего. Эти времена прошли и сделались такими блеклыми и далёкими, что даже сказания о страшных существах, населяющих его, забылись, стёрлись и затерялись где-то в ленте истории.
Вечерело, но было еще довольно светло. Артём стоял в тени деревьев, поёживаясь от наплывающего мокрого шлейфа и с удовольствием вдыхая горький дым. Он смотрел в окна своего дома – девятиэтажного серого и унылого, но тем не менее всегда казавшегося ему самым живым местом на планете. В каждом стеклянном прямоугольнике кипела жизнь: всё вертелось, копошилось, менялось. Это постоянное движение было Артёму по вкусу, хотя сам он предпочитал жить один. Подглядывая, он напитывался разными образами человеческих жизней, сканируя и навсегда оставляя их в памяти.
А на работе — в ежесекундно гудящем и бубнящем call-центре, он наполнялся разговорами. Сотни голосов – грубых, визгливых, сонных, спокойных, эмоциональных – самых разных наполняли его уши и его день. Он любил свою работу, общение с незнакомыми людьми нисколько не раздражало его. Вслушиваясь в интонации голосов и помогая их обладателям решить какую-нибудь мелочную на его взгляд проблему, он чувствовал себя героем своей любимой онлайн-игры. Каждая просьба звонившего – задание, каждый его совет по решению проблемы – завершенный квест.
Артём не очень любил общаться с людьми вживую. Смотреть в их глаза, следить за мимикой и жестикуляциями, улавливать нотки настроения – всё это невероятно тяготило и раздражало. Поэтому в реальной жизни он обрезал все свои контакты и привязанности, а в приоритете теперь стала жизнь в интернете. Там у него было всё: положение в обществе, веселые разговоры, друзья и даже любовь. Такая жизнь его устраивала, менять ничего не хотелось.
Неожиданно мягко замигал, а затем и загорелся уличный фонарь. «Ха, не верю своим глазам, его таки починили!» — поразился Артём. Он жил в этом доме без малого пять лет и ни разу еще не видел, чтобы этот фонарь светил хотя бы пару секунд. Его пытались ремонтировать и не раз, но, казалось, безрезультатно. И вот теперь тот ярко и уверенно освещал унылый пятачок живой природы, невзрачный двор и удивлённое лицо парня.
Артём снова бросил взгляд в сторону дома. Его вниманием завладело окно на первом этаже и тонкий силуэт в нём — на фоне ярко освещенной кухни стояла светловолосая девушка лет двадцати и, как показалось Артёму, смотрела прямо на него. Он тут же потупил глаза, а потом и вовсе отвернулся, намереваясь потушить сигарету и отправиться домой. Резкая боль в груди не дала ему сделать ни того, ни другого. Он сложился пополам не в силах ни вдохнуть, ни позвать на помощь. Сигарета выпала из ослабевших пальцев и одиноко лежала на асфальте, подмигивая Артёму красным тлеющим глазом.
Фонарь погас, а вместе со светом ушла и боль. Артем, хрипя, жадно втянул воздух. Ему показалось, что на вкус тот, как подмышка дракона. Фраза его друга, которую они часто произносили в игре, и которая всегда вызывала безудержный смех, сейчас отчего-то бесила.
Он отдышался, постепенно приходя в себя. Привкус во рту исчез, как и силуэт светловолосой в окне. Артём беспощадно раздавил окурок и, сгорбившись, поплёлся домой.
****
Алина сидела на полу, боясь приблизится к окну. Ей не могло это померещиться, всё так и было. Неизвестный парень стоял и курил, как вдруг фонарь зажёгся, а от силуэта человека начала отделятся тёмная тень. Огонёк лампочки быстро погас, парень согнулся, как от сильной боли. Чёрный клубящийся силуэт же, слегка подрагивая, продолжил стоять. Он остался там даже, когда парень ушёл.
Она никогда в своей жизни не верила ни во что сверхъестественное, но глядя на эту жуткую, будто сотканную из чёрного тумана штуковину, понимала, что либо она сошла с ума, либо это и в правду что-то потустороннее. И то, и другое было плохой новостью.
Вода в кастрюльке исправно выкипала, а девушка так и сидела на холодном полу, боясь подняться и пройти мимо окна.
****
Прошла неделя. Фигура никуда не делась, оставаясь на своём посту и днём, и ночью. Алина панически боялась выходить на улицу, а с недавних пор поняла, что каждый раз, когда она выглядывает в окно, фигура оказывается чуточку ближе к дому, ближе к ней.
Теперь ей также стало совершенно ясно, что фигура смотрит именно на неё. «Нам всем нужно, чтобы на нас кто-то смотрел», — вспомнилась ей где-то прочитанная и отложившаяся в памяти фраза. Стало еще страшнее. Ей вовсе не хотелось такого внимания.
Она чувствовала тот немигающий взгляд практически круглые сутки, будто он мог проникать через стены и выдавливать последние крупинки воли и здравого смысла.
Заказанные в интернет-магазине шторы, отгородившие её плотной серой завесой от улицы, совсем не успокаивали и не давали никакой моральной защиты от страшного и неведомого существа. В малюсеньком коридоре стояли пузатые дорожные сумки. Алина не знала куда может уехать, но сам вид собранных вещей вселял веру в то, что, если всё станет ещё хуже, то она успеет убежать.
Был еще вариант перебраться на пару дней к подруге. Но та была беременна, плюс ко всему они с мужем делали ремонт и ежедневно с орами и битьём посуды проверяли отношения на прочность. Поэтому эта возможность была отметена сразу же.
Поспрашивала соседей. Удалось узнать, что тот парень, живёт на седьмом этаже в квартире 156. Алина часто поднималась к нему, стучала, слушала тихие, осторожные шаги. Вскоре и они прекратились.
Гнетущее молчание давило. Парень не желал идти на контакт, и спустя пару дней девушка бросила эти бесполезные попытки пробиться в квартиру и поговорить.
Алина отодвинула штору и осторожно выглянула во двор. Все её рассуждения вмиг показались ей глупыми, она сразу же поняла, что уехать отсюда — чудесная идея, но уже не осуществимая.
Тень стояла у окна и тянула сквозь стекло свою мерзкую, покачивающуюся руку-щупальцу. В следующий миг черный туман коснулся девушки, и та, неспособная даже на крик, рухнула на пол.
****
Артём ненавидел эту неделю. Раз в год он совершенно неосознанно вставал в тени деревьев под тот злополучный фонарь. Сущность приходила и забирала частицу его души, становясь сильнее. А он, отравленный прикосновением этого существа, в который раз вспоминал: первый прорыв, в который он случайно угодил, оказавшись в страшном, населённым жуткими существами мире. Вспоминал почти наступившую смерть и неожиданное спасение, договор с одним из обитателей: «По душе в год». Вспоминал выход физического тела из комы, удивление врачей, уже собиравшихся отключать его от аппаратов. Вспоминал свой страх и жалость к тем людям, которых он обрекал на страшную судьбу.
Впрочем, всё это забывалось, стоило существу забрать свою дань. Жуткая неделя стиралась из памяти, а та частица его души, которую тварь отнимала на время, возвращалась, и Артём жил дальше. И всё так же боялся сближаться с людьми, лишь изредка подглядывая за жизнями в яркие окна, да слушая эхо голосов в телефонной трубке.
Светловолосая, красивая девушка больше не приходила. Уже пару дней никто не стучал в дверь, и Артём был несказанно рад этому.
Мечтая немного отвлечься, он сел к компьютеру и запустил игру.
«Ну, привет, отрыжка преисподней», — тут же высветилось приветствие друга.
Миг. Испуганный крик светловолосой в далёком, тёмном мире. Забытие.
— Привет, плювок орка, - сказал Артём, строча сообщение и впервые за неделю широко улыбаясь.