Пролог
Пролог
Чудища, похожие на огромных собак, рычали у ворот парка. Шерсть Зыби стояла дыбом от страха. Он, конечно, видел Чудищ и раньше — спящих в парке или носящихся по Гремящим Тропам, которыми заполнено Место Двуногих. Но он никогда не видел Чудищ, подобных этим: огромных, неповоротливых зверей с блестящими острыми когтями, которые вращались достаточно быстро, чтобы разорвать всякого, кто осмелится подойти к ним.
— Отойди, Зыбь. — Изгиб встал перед ним.
На другой стороне замерли Блеск и Рывок. За ними с недоверием выглядывала Порхание.
— Что они… — Зыбь не успел договорить. Чудища с рычанием ворвались в парк. Ужас, казалось, пронзил его насквозь, наотмашь пригвоздив к земле. Он прижал уши, но это никак не смогло заглушить рёв захватчиков.
— Беги! — Изгиб сильно толкнул его, и Зыбь, спотыкаясь, побежал по траве, через цветочную клумбу, следуя за Изгибом, который запрыгнул на узкую стену, окружающую парк. За ней был отвесный обрыв и бурлящая река, стремительно несущаяся меж двух скал. Но Зыбь беспокоило не это. Его взгляд был прикован к Чудищам — к их грязно-жёлтым шкурам, к огромным круглым лапам, взбивающим землю, к массивным, усеянным шипами челюстям, разрывающим мягкие зелёные лужайки. Как их глаза могу быть такими тусклыми? Неужели они ничего не чувствовали, когда разрушали этот прекрасный парк?
У Зыби чуть не остановилось сердце. Порхание не тронулась с места. Оцепенев от страха, она смотрела на Чудищ, её мех встал дыбом, а длинный хвост больше не был мягким и пушистым, он стал похожим на чертополох. Рывок и Блеск в ужасе прижались к ней.
— Порхание! Беги! — завопил он.
Его вой был заглушён рёвом Чудищ. Новый страх накрыл его с головой, когда он увидел Двуногих, приближающихся к троице. Небольшая группа Двуногих кралась по траве к его друзьям. Их взгляд был прикован к котам. Толстая темная паутина свисала с их лап. Зыбь нервно сглотнул. Они собираются их поймать!
— Бегите! — снова закричал он, но его крик вновь потонул в рёве Чудищ. Порхание, Блеск и Рывок сидели спиной к Двуногим.
«Оглянитесь!»
Вонь и вой Чудищ, должно быть, маскировали их приближение. Зыбь напряг мышцы, готовясь прыгнуть вниз, но неожиданно почувствовал боль в хвосте. Он обернулся и понял, что это Изгиб схватил его.
— Это слишком опасно! — Изгиб дёрнул его назад.
Зыбь оглянулся на своих друзей. Двуногие были всё ближе.
— Мы не можем оставить их там! — мяукнул он, обернувшись к Изгибу.
— У нас нет выбора.
Кровь застыла в жилах Зыби, когда он увидел ужас в глазах своего наставника. Кот повернулся и проследил за взглядом Изгиба.
Двуногие набросили свою паутину на его друзей. Его друзья оказались в ловушке. В ловушке, из которой нет выхода!
Зыбь мог видеть, как Блеск пыталась укусить Двуногого, как Рывок неистово бил лапами по паутине… Порхание тоже оказалась в ловушке… У Зыби перехватило дыхание, когда их взгляды встретились. Кошка открыла рот в вопле ужаса, но Чудища заглушили её крик. Двуногий, державший её, повернулся и понёс её прочь.
— Мы должны что-то сделать! — Зыбь с трудом мог поверить в происходящее.
— Мы ничего не можем сделать. — Глаза Изгиба потемнели. — По крайней мере, теперь они недосягаемы для Чудищ.
Зыбь уставился на него.
— А как же Двуногие?
— Двуногие им не причинят вред, — мяукнул Изгиб.
— Откуда ты это знаешь? — спросил Зыбь. Его лапы беспокойно царапали стену. Часть Зыби хотела броситься к Порханию и Двуногим, сделать что-нибудь… что угодно, лишь бы вернуть её!
— Двуногие оставили нам еду на несколько сезонов, — напомнил ему Изгиб. — И никогда не вредили нам.
— Нам — нет. Но ты же слышал, что порой случалось с другими, — возразил Зыбь. — Ты знаешь! Знаешь! Или ты забыл? Двуногие похищают котов, разрушают их семьи, запирают в своих палатках!
Изгиб твердо встретил взгляд Зыби.
— Мы должны верить, что с ними всё будет в порядке.
— Мы не можем просто смириться с тем, что, возможно, никогда их больше не увидим! — Сердце Зыби разрывалось на части. Он даже представить себе не мог, какой ужас испытывала Порхание. Он не мог оставить её! Бросить и пойти дальше! Его горло сжалось. Он не может потерять её. Он любил её. Она любила его. Они планировали совместное будущее.
«Как я буду жить без неё?»
Глаза Изгиба сверкнули тревогой, когда позади них раздалось рычание.
— Осторожно!
Чудище катилось прямо к ним. Дистанция стремительно сокращалась. Оно подняло свою жёлтую лапу с шипами и угрожающе зашипело.
Зыбь отпрыгнул назад. Паника захлестнула его с головой, когда его задняя лапа соскользнула вниз. Грубая поверхность обожгла его лапу, он пошатнулся и начал падать. Зыбь вцепился когтями в край стены, но ухватиться было не за что, его задние лапы беспомощно скользили в воздухе. Яркая полоска неба промелькнула у него перед глазами, ослепив кота, прежде чем он полетел вниз и упал в реку.
От удара о воду у него перехватило дыхание. Вода сомкнулась у кота над головой, хлынула в уши и залила широко открытые глаза. И всё же он продолжал погружаться в воду. Этому погружению не будет конца? Он будет тонуть вечно?
Обезумев от ужаса, Зыбь забился в воде. Он отчаянно пытался подняться, сделать глоток воздуха… Он не понимал, где верх, а где низ, он боялся проглотить воду, которая давила со всех сторон. Его разум помутнел от страха, и он погрузился в темноту.
Вдруг его лапа ударилась обо что-то твёрдое. Тёмный силуэт парил над ним в воде. Из последних сил Зыбь протянул лапы к силуэту и обхватил его. Когти погрузились в промокшую древесину.
Бревно!
Свет мерцал в воде вокруг него. Отталкиваясь другой передней лапой, Зыбь крепче ухватился за бревно и подтянулся. Он вынырнул на поверхность, как кролик, выбирающийся из норы. Облегчение захлестнуло кота, когда он, жадно хватая ртом воздух, вылез из воды и вскарабкался на бревно.
Оно было достаточно широким и покачивалось из стороны в сторону. Крепко вцепившись в дерево, Зыбь откашлял воду, его паника ослабла. Но он не был в безопасности. Когда его взгляд, наконец, прояснился и он смог отдышаться, Зыбь оглянулся и увидел, что стена парка виднеется вдалеке. Изгиб казался крошечной точкой на стене, его морду было невозможно разглядеть. А затем Изгиб исчез за деревьями, когда река повернула в сторону.
Зыбь замер в ужасе.
Нет!
Он должен добраться до берега, пока парк не оказался слишком далеко. Ему нужно вернуться домой. Порхание нуждается в нём. Он огляделся, его сердце сжалось, когда он понял, насколько широка река. Бревно и берег по обеим сторонам разделяла настоящая пропасть… Она была даже шире бревна, на котором он стоял!
«Смогу ли я доплыть до берега?»
Течение становилось всё быстрее. Зыбь никогда раньше не плавал, его лапы дрожали от страха. У него едва хватало сил держаться за бревно. Он знал, что утонет, если попытается плыть.
Парализованный страхом, Зыбь закрыл глаза. И темнота захлестнула его.
Внезапно он оказался возле своего дома. Порхание была рядом с ним. Сквозь дымку огней Двуногих он смотрел на чёрное звёздное небо. Порхание прижималась к нему. Тепло её запаха и мягкость бледно-оранжевого меха успокоили его. Он смотрел на неё, любовь наполняла его сердце. Она была так красива — её усы были длинными и пышными, подбородок с мягким изгибом был высоко поднят.
Он больше не мог сдерживать эти слова.
— Ты будешь моей парой? — Он был уверен, что она скажет «да», и всё же его сердце сжалось в ожидании её ответа.
Как только их глаза встретились, он всё понял. В них сияла такая любовь, что его сердце заныло от радости.
— Конечно, буду, — тихо мяукнула она.
Зыбь видел отражение луны в её глазах и, вместе с этим обещание счастливого будущего, которое они разделят. Он со вздохом вытянул морду, чтобы коснуться мягкой шерсти на её щеке.
— Порхание…
Он напрягся. Что-то было не так. Её мех был шершавым, как кора. Её сладкий запах теперь сменился резким привкусом воды. Он коснулся её шкуры лапой. Она была холодной и влажной. Кот потрясённо отпрянул.
— Порхание?
Она всё ещё смотрела на него, но теперь её взгляд был полон печали.
— Что случилось? — Зыбь сглотнул. Она передумала?
Ее глаза округлились от сожаления. Казалось, она вот-вот заплачет.
— Меня здесь нет, Зыбь, — прошептала она. — Ты меня больше никогда не увидишь.
Страх пронзил его грудь, разрывая сердце, и он рывком заставил себя проснуться. Его лапа волочилась по воде. Бревно всё также неслось вниз по реке. Он одёрнул лапу и резко сел. Страх разочарования охватил его, когда он оглянулся по сторонам. Берег отдалился ещё сильнее. Куда его несёт река? Что, если она будет становиться всё шире и шире, пока берег совсем не исчезнет из виду? Зыбь почувствовал, как всё внутри сжимается от охватившего его отчаяния. Умрёт ли он на этом бревне? Увидит ли он когда-нибудь своих друзей? А Порхание? Он потерял её навсегда?
От страха у него перехватило дыхание.
С каждым мгновением река уносила его всё дальше от подруги.
«Я должен вернуться домой! Должен!»
Затем новая, более мрачная мысль проникла в его разум. Он вспомнил Чудищ. Они разрывали парк на части: переворачивали клумбы, уничтожали кусты и деревья. Даже если он сможет найти дорогу назад, будет ли его там ждать прежний дом?