9 В стенах отеля
Теплые струйки воды стекали по моему обнаженному телу, смывая с него всю скопившуюся грязь, доставляя мне большое наслаждение. Вместе с грязью, я отпускала свою боль, которая так цепко схватила меня в груди. Тихие всхлипы доносились сквозь шум воды. Капли слез сливались быстрым потоком.
Я ощущала себя полностью свежей и бодрой. Пройдя прямо в полотенце в соседнюю комнату, принялась изучать найденные находки. Ребята нашли целые чемоданы вещей, некоторые были запачканы в крови, видимо, пришлось отбиваться от когда-то живых хозяев этих вещей. Я смогла отыскать комфортный для себя образ. Джинсовые шорты, которые слегка спадали с меня, пришлось затянуть, удачно найденным кожаным ремнем. Легкий белый топик, слегка сжимавший мою грудь, и объемная мужская рубашка в клетку, которую я быстро повязала в красивый узел.
Вернувшись к Ричи, я прилегла к нему на кровать. Мои волосы оставляли мокрые следы на подушке. Пальцы легонько коснулись щеки брата, поглаживая из стороны в сторону. Блуждая взглядом по его телу, выискивая еще какие-нибудь раны, обнаружила следы от уколов. Видимо, кто-то из ребят, скорее всего, Ынхо, решил таким образом помочь Ричи справиться с болью и шоком. Поцеловав брата, вышла из номера, оставив его рацию включенной на тумбочке, на случай, если он очнётся.
Мой желудок давно скрутился в огромный узел, издавая жалобные звуки. Спустившись в кухню, обнаружила там только парня-латиноса, которого Ынхо назвал Камилем. Он сидел, покуривая сигарету. При этом читал какой-то комикс, с крайне сосредоточенным выражением лица. Заметив постороннего, он отложил книгу, внимательно изучая меня своими карими глазами.
- О, так ты вернулась! Рики, верно? - Сленг парня, явно намекал, что он рос в гетто-районах Нью-Йорка. Наружность латиноса была довольно симпатичной. Бронзовая кожа, черные, как смоль волосы и небольшие усики с бородкой, которые добавляли ему комичности. Моя интуиция подсказывала, что Камиль любитель дикого и безудержного веселья.
- Верно. А ты Камиль. - Произношу я, подходя к столу, изучая стоящие на нем консервы. Различные супы, бобы и сосиски с макаронами и даже фрукты. Моя рука перехватила томатный суп. Обойдя стол, я направилась к плите. В уже попользованный ребятами сотейник, вываливаю содержимое и включаю плиту. Приятный запах достиг моего носа, заставляя желудок урчать от голода.
- Кстати, ты моя должница. Черт, минус одна сигаретка! - Разворачиваясь ко мне лицом и с веселым блеском в глазах, произносит Камиль. У него была особенность - очень быстро разговаривать, как будто он прямо сейчас начнет зачитывать рэп. - Детка, воровство еще никого до добра не доводило. - Хитрая улыбка тронула лицо парня. Мои руки встали по обе стороны от Камиля, беря его в захват. А мой недобрый взгляд метнулся в него.
- Слу-шай, дет-ка, еще раз назовешь меня деткой. - Я схватила ближайшую вилку со стола. - И эта вилочка окажется у тебя между ног, дет-ка. - Меня всегда очень напрягали слова подобного формата. Особенно, когда их произносили мужчины в сторону незнакомых девушек. Камиль состроил невинную гримасу, поднимая руки вверх, полностью принимая свое поражение.
- Черт, я понял. Никаких деток, малышек и пупсиков. Только Рики. Если хочешь, могу даже поофициальней, вместе с фамилией. - Улыбка Камиля подлетела до ушей, открывая вид на его белоснежные зубы. - Мир? - Я крепко сжала руку парня, продолжая стоять вблизи него, когда послышался скрип, открывающейся двери. Ынхо, явно удивленный увиденным, но быстро сменивший маску на безразличие, нес в руке сверток, направляясь к нам.
- Уже 10 вечера, нужно думать, что будем делать дальше. Группа скорее всего уйдет с восходом солнца, не дожидаясь нас. - Глаза солдата окутывали тени. Сколько он не спал? Я забеспокоилась, но не стала тревожить его бессмысленными разговорами.
- Ты связывался с командиром? Объяснил нашу ситуацию? - Подхватывая сотейник с плиты и подходя к Ынхо, спросила я.
Солдат резко перевел на меня взгляд, но быстро опустил, раскрывая карту. Он явно был встревожен, его выдавали слегка трясущиеся руки, которые неловко разглаживали карту.
- Никто не выходит на связь. Но миссия продолжается. Наша цель - аэропорт. Но прежде мы вернемся в магазин, для выяснения причины, куда пропала группа. -Ынхо говорил твердо и уверенно. Его глаза были направлены прямо, в никуда. К нему снова вернулся дух бесстрашного солдата. Но при этом его тревожило неведение.
- Каков план? - Я перешла сразу к делу. Мне было очень интересно, какое место в нашем плане будет занимать Ричи. В глубине души, я была готова остаться с братом в отеле, оставив Ынхо и группу без моей помощи. Ведь прекрасно понимала, что больной человек, будет для многих обузой. Ричи все еще не пришел в себя. И меня пугало случится ли вообще его пробуждение. Даже если это произойдет, нужно время, чтобы окрепнуть и прийти в себя после такого шока. Отрезание пальца без наркоза, без обезболивающих могло сильно навредить его психике. Этот морально тяжелый фрагмент навсегда запечатается в моей памяти. И я не сомневалась, что не только в моей.
- Мы сольемся с толпой. Это будет отличной идеей, учитывая, что Ричи не в лучшем состоянии. - Помечая что-то на карте, изрек Ынхо.
- Не в лучшем состоянии? Бро, да он конкретно не в состоянии. Мы ему палец насильно отрубили. Сечешь, о чем я?
Мой грозный взгляд метнулся в Камиля, который выпучил на нас с Ынхо свои огромные шарообразные глаза. Но понимала, что в его грубо сказанных словах, таится доля правды.
- И что ты имеешь в виду? Слиться? Чувак, что это, черт возьми, значит?
- Мы обмажемся внутренностями ходячих, чтобы они не уловили наш запах. И пройдем через толпу. Конечно, все это мы воплотим в силу, только после того, как очнётся Ричи. - Он пристально посмотрел на меня, считывая мою реакцию. - И после того, как мы убедимся, что он готов продолжить миссию.
- Ну окей, бро. Я за любую движуху. Мне все равно некуда податься. А с вами даже весело. Пальцы я еще ни в одной группе не отрубал. - Хватая консервированные фрукты со стола и уходя в сторону двери, произнес Камиль. - Ну я пока посплю, если понадоблюсь, я в вип-номере. - Подмигивая нам на прощание, Камиль удалился.
Послышался топот, удаляющихся ног. Оставляя кухню в полной тишине. Я встала с Ынхо на одном уровне, изучая разложенную карту Нью-Йорка. Отобрав из рук солдата черный фломастер, я принялась наносить пометки. Жирно обвела район Манхеттен, чтоб быстро ориентироваться при виде карты. Вот наше местоположение: отель Four Points на улице 59 Чарлтон-стрит. Я нарисовала флажок. Моя рука полетела вверх, поглаживая приятную на ощупь бумагу. Вот магазин Gristedes на 8-й авеню 224. Моя рука быстро пометила нашу цель новым флажком. Ынхо внимательно наблюдал за моими движениями, удивляясь моим хорошим познаниям города.
- Сейчас мы находимся в районе Вест-Вилидж. Вот этот флажок - мы. То есть наш отель. - Я аккуратно водила своим ногтем от одной части карты в другую, пытаясь объяснить Ынхо всю структуру карты. - Раньше до Gristedes можно было добраться за минут 30, но сейчас же с учетом всех событий это займет около часа. - Я непроизвольно взяла фломастер в рот, покусывая его колпачок. Продолжая внимательно изучать карту. Я подняла взгляд на Ынхо, он выглядел усталым. Казалось, все, что я ему тут рассказываю, никак не укладывалось в его голове. Мои руки быстро свернули карту, под возмущенным взглядом.
- Продолжим позже, а сейчас тебе нужно набраться сил. Если ты, конечно, хочешь, чтобы наш план с переодеванием в трупы вышел удачным. - Ынхо устало потер свое лицо, издавая жалобный звук. - Ты заботился о моем брате и спас ему жизнь, теперь я отвечу тебе тем же. Отдохни, а я постою на страже. Ричи все равно не очнулся, так что спешить пока точно некуда. - Я замерла, увидев замешательство в глазах солдата. И поняла, что сглупила. - Прости, то есть... Я уверенна, что с группой все хорошо. Они явно не ушли и не уйдут в ближайшее время далеко. Сирена была слышна по всему городу.
Мои глаза рассматривали пол, когда большая, но мягкая ладонь коснулась моего плеча, ласково поглаживая. Поблагодарив меня, Ынхо удалился, сказав, что отдохнет в номере рядом с нашим. Кухня вновь погрузилась в одинокую и пугающую тишину. Моя рука погасила свет, оставляя помещение в кромешной темноте. И я последовала наверх.