Побег
... Не успевает.
Неожиданно слышится треск сверху... Звук издался именно от туда, где закреплён наш спасательный от всего этого ужаса канат.
Кажется, наша недоверëвка не выдерживает нас двоих. Надо что-то срочно придумать, а лучше действовать.
- Мы долго не протянем! - Нашëл в себе немного сил, чтобы произнести эти слова.
- Ага. - С таким же трудом ответил мне Саня.
Монстр смотрит своими жуткими бездонными глазами на болтающихся нас, как колбаса, сверху вниз.
Мы понемногу, по паре сантиметров, спускаемся вниз по верёвке. И вдруг у Сани соскальзывают руки.
- Нееет! - Кричит он.
Саня чуть не упал, но удержался за самый конец верëвки. Его руки от трения сильно покраснели, появились стëртости и даже ожоги на коже ладоней и пальцев.
Верёвка всë же не выдерживает нас и обрывается. Мы падаем вниз. Я лечу, если, конечно, это можно назвать полëтом, всë держа в своих ладонях, согнутых в кулак, этот чëртов канат. В этом бешеном потоке мне, и думаю Сане тоже, очень сложно вдохнуть хоть один глоток воздуха. Но всё это длилось недолго...
- Аааа! - хором произносим мы, пока не...
Наступила полнейшая темнота, ничего не видно. Всё тело болит. Веки моих глаз очень тяжëлые, но я стараюсь их открыть. Медленно,часто моргая, я всë же открываю глаза, и яркий свет безжалостно ударяет в них.
- Где я? - Промелькнула мысль в голове. - Точно, мы же с Саней... - Так... - Теперь я, по логике, лежу на земле у своего дома, но что-то тут не то. Мне не холодно, уж тем более не жарко, и я не слышу звуков природы. Вдобавок я не ощущаю камней или травы подо мной. Либо я, в добавок к слепоте, ещё оглох, либо очнулся в каком-то помещении.
Моë зрение приходит понемногу в норму, фокусируется, и я вижу белый потолок, затем белые стены. Через пару секунд до меня доходит, что я очнулся в палате городской больницы.
Следующая мысль в моей голове прозвучала так: "Где Саня, как он?". Понятно, что я не мог ответить себе на этот вопрос.
За дверью белой палаты слышатся шуршания, и местами шаркающие шаги, вдобавок доносятся отголоски чьих-то разговоров. Я подслушал их - в основном говорят о пациентах, но один разговор привлëк моë внимание...
...Речь шла о Сане. Говорили, что он лежит в соседней палате, у него стабильное состояние, но он ещё не пришëл в себя. Я был рад относительно хорошим новостям. Далее заговорили обо мне. Врачи были ещё не в курсе, что я очнулся, но они предполагали, что сегодня я должен был прийти в чувства. Хорошо, что так и произошло, и врачи оказались правы. Сейчас я только надеюсь, что Саня также скоро очнëтся, как и я.
Шаркающие шаги за дверью стали приближаться. Всё ближе и ближе они становились. И вот... Дверь открыли.
Я обратно зажмурил глаза, но через пару секунд всё же решил посмотреть кто или, с недавними событиями, что там. Это был человек в белом халате, предположу, что врач. А может, это был медбрат, но это сейчас совершенно не важно.
- Итак, Ваня, я вижу, уже пришëл в себя. Как ты себя чувствуешь? - дружелюбно спросил мужчина лет тридцати на вид. - Забыл представиться, я твой лечащий врач Григорий Чумаков, можно просто по имени. - добавил он.
- Вроде бы нормально... А Саня скоро очнëтся? - решил узнать я.
- Саня? А, ты про мальчика, что поступил вместе с тобой. Говорят, должен сегодня или завтра очухаться.
- Спасибо. - Поблагодарил я доктора.
- Вот только... Полиция интересуется, честно, и мне самому интересно, что с вами произошло? - спросил более серьёзно доктор.
- Я... Я не могу Вам сказать. - Сам не знаю почему, но я решил не рассказывать ни кому о том, что произошло, по крайней мере, пока Саня не прийдет в себя. - Я не помню, что произошло. - Соврал я.
В этот момент я удивляюсь сам себе. Раньше я вряд ли бы врал взрослому человеку про такую серьёзную ситуацию, притом врачу. А сейчас я осознаю, что могу соврать и полиции в том числе.
- После такого падения и в результате лëгкого сотрясения мозга возможна небольшая потеря памяти. Не волнуйся, скоро память должна вернуться, и всё будет по-прежнему. - Пытался успокоить меня доктор. - И... надеюсь ты мне не соврал. - Спустя какое-то время добавил он.
- Я не вру Вам. - Спокойным голосом ответил я. Снова соврал.
Надеюсь, он мне поверил.
- Хм... Тогда поправляйся, думаю, завтра мы уже тебя выпишем.
- Хорошо.