Начало финала
На следующий день Чимин, как всегда был серьёзен и суров. Вот и сейчас, сидя за завтраком он не проронил ни слова. Зато Юнджин сверлила Мэйрин самым едким взглядом, которым только можно было.
— Мэйрин, меня сегодня не будет до позднего вечера. Не дай Боже, ты куда-то уйдёшь.
— Хм, думаешь она так и послушается? По-моему, ей абсолютно плевать на твои слова, — сьязвила Юнджин.
— Юнджин, если это тебя и не касалось, то не нужно было и отвечать, — ответила Мэй, которая больше не могла молчать на дерзость этой девки.
— Я имею полное право говорить в этом доме, так как я наследница клана, а тебе в твоей ситуации вообще стоит забиться в угол и следовать нашим приказам.
— Юнджин, прекрати! Между прочим тебя это тоже касается, — обратился к девушке Чимин. — Это сейчас касается каждого вампира, выходящего в столицу. Если я узнаю, что нарушает правила кто-то из моего клана - я его лично сожгу на костре.
Допивши бокал свежей крови, Чимин встал из-за стола и вышел. Вскоре, Мэйрин также поспешила покинуть столовую, не желая оставаться с язвой на едине.
— Ты думаешь, что раз жена Пака, то тебе позволено здесь всё? Ты ошибаешься, дорогая. Не смотря, что ты теперь тоже вампирша - клыки ещё не выросли, — кинула ей в спину Юнджин, но та не обращая внимания на её слова, продолжила идти, так и не дослушав. — Я от тебя все равно избавлюсь, эти дни последние для тебя...
Сидя на полу у камина, Мэйрин читала очередную книгу. А что ей ещё делать, если теперь она снова возвращается в старые времена, когда чувствовала себя заложницей? Так пролетела половина дня, когда на улице начало смеркаться, а Чимина еще не было. В какой-то момент тихую идиллию нарушил странный шум, исходящий за стенами особняка, а уже через секунду в огромное окно врезалась птичка. Испугавшись, Мэй быстро выбежала на улицу и со стороны окна зала она увидела маленького воробушка, уже почти умирающего. С жалостью Мэйрин подняла беднягу и начала осматривать его сломанное крыло, но уже что-то делать было бесполезно. Сзади послышался глухой шорох, а через несколько секунд Мэйрин стала ощущать чужое присутствие. Обернувшись, Мэй увидела два силуэта, приближающихся к ней. Мужчины были в масках, поэтому разобрать кто это было сложно, единственное, один из них был чуть выше другого. В руке одного была большая дубинка, а другой нёс за собой железные цепи с мешком. Поняв, что ничего хорошего из этого не выйдет, Мэйрин стала принимать облик настоящего чудовища. Белые зрачки почти слились с глазницами, чёрные следы, будто от потёкшей туши, начали проступать по глазами, ногти на руках стали длинными и острыми на столько, что с лёгкостью можно было бы проколоть ими артериальную вену. Девушка понемногу начала отступать назад, когда тех даже не напугал её дьявольский облик. Они продолжали идти на неё. Не в силах больше сдерживаться, Мэй дала волю синему пламеню вспыхнуть в её кристально белых зрачках и с ярой агрессией девушка кинулась убивать. От скорости её перемещений заметны были быстрые блики сосновых деревьев. Каким-то образом мужчинам удавалость уворачиваться от её ударов и попыток напасть. Наконец-то ей удалось отшвырнуть одного в сторону и тот с диким криком ударился об кору протрухшего дерева. Только она хотела подойти к нему и высосать последние капли его жизни, как вдруг Мэй почувствовала тяжёлое железо на своём теле, а затем последовала адская, жгучая боль. Постаравшись заглушить боль, девушка упорно продолжала вставать, но неизвестный продолжал накидовать на неё цепи, пропитанные странной ядовитой смесью, оставляющую алые ожоги на теле. Чуть ли не на весь лес были слышны её охрипшие крики, но так никто на помощь и не приходил. Она снова ощущала сзади присутствие кого-то чужого, но так и не могла пошевелиться, а затем что-то острое укололо её в плечо, вводя какую-то жидкость, после чего в глазах начинало мутнеть и Мэй перестала видеть чёткие очертания мира. Последнее, что девушка смогла увидеть, падающая без сил на землю - третьего мужчину, точно такого же, одетого в маске и сжимающего в руке шприц.
Было уже сильно поздно, когда Чимин вернулся домой. Обойдя весь дом он не заметил свою жену, что не на шутку разозлило его и так, будучи в не очень хорошем настроении. На собрании снова поднимали вопрос о массовых убийствах жителей Кореи.
Несколько часов назад:
- Господин Пак, до нас дошли слухи, что нарушители именно из вашего клана.
- Это исключено, - хладнокровно ответил Пак. - В моем клане люди чётко следуют правилам. Не стоит верить слухам, господин Ли, если они не точны.
- Вы не можете отрицать этого, господин Пак, даже если эти слухи не точны. Мы сейчас находимся все в сложной ситуации и каждый должен следить за своими людьми. - Если я узнаю, что это кто-то из моих людей, то я незамедлительно сожгу его голову на костре, - Пак бросил меткий взгляд, ставя точку на этом.
Реальное время:
Метаясь с одной комнаты в другую, Пак в ярости залетел в гостиную, где на кресле удобно сидела его сестра.
- Юнджин, ты не видела Мэйрин? - Хм..., эту? Нет, небось снова в город пошла, а я тебе говорила, что ты ей много позволяешь, вот, пожалуйста. Кстати, я её не видела после того, как ты ушёл.
В бешенстве парень выбежал из гостиной и начал бегать от одной прислуге к другой, расспрашивая о пропавшей девушке.
- Ммм...кажется, я видел, как она выходила на задний двор, - ответил мужчина, одетый в костюм дворецкого.
Выйдя на задний двор, Чимин стал внимательно осматривать территорию. Его злость мешала ему адекватно реагировать на ситуацию, но всё же ему удалось заметить небольшие следы засохшей крови на сухой траве. Присев на корточки, он слегка дотронулся до следа, а затем поднёс кончик пальца к носу, втягивая ароматный запах крови. О да, этот аромат он узнает везде. Сладкий и одурманивающий запах его спутницы. Собирая в голову все мысли, парень чётко определил, что здесь произошло.
- УБЬЮ!!!!!!