Ты моя и это точно
Он бежал так быстро, словно боялся не успеть. Он переживал? Нет, он боялся. Мчась через весь лес, все это время его не покидала тревога. Кто бы мог подумать, что через столько лет для него кто-то снова станет важным. Он ненавидел себя за то, что так и не дал своему сердцу открыться для Мэйрин. Тогда, впервые увидев девушку, что-то внутри него вспыхнуло, сжалось от дикой тоски. Именно тогда он решил привязать её к себе, ещё не понимая почему и зачем. Со временем эта привязанность росла. Её смех, её взгляд, её дыхание, её запах, её детское, неиспорченное тело - это всё то, что Чимин хотел видеть, слышать, чувствовать рядом с собой. Но вместо любви и ласки, он показал ей только один ужас. Розовые мечты, которые Мэй видела в своих снах, обернулись для неё сущим кошмаром. Вместо любящего и заботящегося мужа Чимина, перед ней предстал суровый, кровожадный господин Пак. Потеряв семью, родителей, друзей - ей хотелось обрести что-то большое, что-то красивое и романтичное. Но вместо этого, она умерла... Да, настоящая Мэйрин умерла полгода назад, когда в самую сладкую для неё ночь, она позволила себе стать госпажой Пак.
Жалеет она? Возможно. Повторила бы она всё снова, если бы вернуть время назад? Возможно да, а возможно и нет. А что, если она не была настоящей при жизни? Что, если настоящей она стала, только сейчас? Потеряв всё - она потеряла себя, предпочитая стать серой мышью. Может она никогда и не была скромной тихоней, слушающаяся всех старших. Вдруг у неё в крови всегда была дерзость и смелость. Может ей было проще скрыть свои эмоции, чем показать? Тогда это всё объясняет.
Если вдумываться в смысл, то жизни Чимина и Мэйрин очень похожи. Оба потеряли кого-то близкого, оба закрылись от мира, оба приняли облик того, кого не являются. Если так подумать, то они не такие уж и разные. Может это их и объединило.
Мэйрин беспомощно лежит в подземелье каких-то Богом забытых катакомб, мучаясь от страшных болей по всему телу. Пак растерянно мчится по лесу, пытаясь спасти ту, которую он раньше использовал чисто в своих целях.
Юнджин, тихо сползая по стенки, задыхалась от горьких слёз, ручьём стекавших по её щекам. Да, вампиры, пусть и выглядят устрашающе, но в душе каждого из них творится буря, которая перерастает в девятибалльный штор. Ей больно, ей больно от того, что брат совершенно забыл, что такое семья. Прожить тысячу лет с самым дорогим человеком в твоей жизни и даже в тяжёлый период, он не все равно продолжает думать, что ты пустая материя на этой планете. Слёзы обиды, душераздирающий крик, слуги боятся подойти к ней, ведь её глаза наполнены кровью.
В этой истории больно всем. Все о чем-то забыли, что-то потеряли, что-то упустили.
Чимин знал эти леса слишком хорошо. Для него не было проблемой найти нужный ему вход в бункер. Громкие шаги нарушили тишину. Остановившись на секунду, парень закрыл глаза и постарался настроиться на каждую из возможных зацепок, чтобы найти девушку. Стояла гробовая тишина.
Чимин слышал всё, кроме чего-то действительно нужного. Наконец, он учуял до боли знакомый сладкий аромат вишнёвого парфюма, спутать который не возможно было не с чем. Сорвавшись с места, он направился к своей возлюбленной. Выбегая из-за крутого поворота, его встретили трое парней. Те были без масок. В ярости, даже не дожидаясь какой-либо реакции, Пак накинулся на тех, сметая всё, что было на пути. Схватив одного за горло, Чимин поднял его как можно выше над собой и, прижав к стенке, стал сильно сдавливать его шею. Бедняга стал задыхаться, а тело его бились в конвульсиях. Разобравшись с одним, Пак принялся за другого, откинув того в сторону, с глухим ударом об стенку. Тот был почти уже без сознания, поэтому Пак решительно направился к нему и одним рывком скрутил ему голову в другую сторону.
После Чимин знал, что есть ещё один, последний, но никак не мог его найти, пока тот сам не выскочил на парня с очередным шприцом в руке, которую Чимин смог ловко перехватить.
— Эти ваши детские игрушки, как порошина в одном месте для меня, — дерзко сказал Пак, выкручивая парню кисть, тот чего тот завыл.
— Да, странно, а твою вампиршу быстро скосило.
— Уроды, как вы посмели!
— Это Пак Юнджин, она обещала нам вечное бессмертие, — шептал он хриплым голосом, морщясь от боли.
— Теперь у вас будет вечный кошмар. Передавай привет демонам в аду, — он одним движением откинул того в сторону, прямо головой об каменную стену.
— Мэйрин! Мэйрин! — кричал встревоженно Пак, подбежав к ней, но в ответ была тишина. — Девочка моя, всё будет хорошо, — подняв ту на руки, Пак старался как можно скорее добраться до особняка.
..........
Солнечные лучи тихо играли на полу в комнате, иногда попадая на хрупкое тело девушки. За окном задорно пели птички, создавая слишком красивую картину утра. Вот так мечтала просыпаться юная Мэй каждое утро. Сейчас, открыв глаза, она ещё долго не могла понять где находится, жива ли все ещё или это её рай.
— Ты проснулась, — с улыбкой на лице произнёс Пак, войдя в комнату. — Как ты себя чувствуешь?
— Эм...нормально. Я плохо помню все подробности... Помню только мои попытки убежать и то, что мне постоянно что-то кололи.
— Тебе кололи яд вербены, он ослабляет вампиров, а длительное его применение убивает. Зато теперь твой организм выработал иммунитет к яду, — слегка усмехнувшись, парень потянулся убрать одну прядь роскошных тёмных волос. — Что?
— Что с тобой?
— В смысле? — с недоумением спросил Чимин.
— Ты улыбаешься, ты добрый.
— Тебе не нравится, — его ехидна улыбка тут же появилась на лице.
— Нет, просто странно, ты никогда таким не был. Что произошло, Чимин?
Парень слегка замялся, а затем собравшись с мыслями продолжил говорить.
— Просто, когда ты была рядом - я не думал, как сильно ты для меня важна. Ты просто всегда была рядом со мной и этого было достаточно. Когда тебя выкрали - я испугался, что могу больше никогда тебя не увидеть. Сейчас ты снова рядом со мной - и я счастлив, — он говорил это искренне. Его глаза были полны нежности и решимости. Мэйрин действительно никогда раньше его таким не видела. Суровый господин Пак Чимин сейчас выглядил, как маленький котёнок, который лащится к своему хозяину.
— Я дорога для тебя? — переспросила Мэй, будучи ошарашена таким поведением мужа и вовсе не понимая, что происходит. Для неё это всё звучало, как очень дешёвая шутка.
— Да. Мэй, мне незачем жить без тебя и я так не хочу. Я виноват перед тобой и хочу это исправить, даря тебе настоящую свою любовь! Этот дом будет только наш. Юнджин и все её слуги переехали в другой дом. Тут будем жить мы, наши дети. Мы создадим свою новую историю. Только мы с тобой.
Чимин трепетно держал Мэй за руку, смотря ей прямо в глаза. Их взгляды были полны любви. Все печали, обиды и тревоги ушли куда-то очень далеко, наконец, оставив их в покое. Девушка не могла поверить, что для неё весь ужас и кошмар закончился и теперь она действительно, по-настоящему сможет жить сказкой. Неужели, чтобы получить сказочную жизнь всегда нужно пройти через боль и страдания? Даже если это и так, то это того стоит.