Страшила в чемодане
Леона прибежала к старой пятиэтажке.
Ей казалось, будто прошла целая вечность с момента, как она покинула это место.
Она зашла в дом, поднялась на второй этаж и предстала перед массивной дверью. Проведя пальцами по верхнему бортику дверной рамы, она не обнаружила ключа. Лео аккуратно дернула ручку, и оказалось, что дверь была не заперта. Девушка бесшумно прокралась внутрь квартиры и проследовала в коридор. Всюду было чисто, тихо. Никаких следов взлома или ограбления. Лео заглянула на кухню и ей тут же полегчало. За старой барной стойкой из тёмного дерева всё так же сидела унылая Бет и читала очередную нудятину.
— Кх-кхм, — прокашлялась Леона, уведомив о своём присутствии.
Элизабет подняла голову и на её лице не отразилось ни единой эмоции. Она любила пошутить и очень ладно насчёт подобных видов своей подруги, но сегодня была сама тишина.
Обычно к разбитому лицу Леоны всегда прилагались окровавленные кулаки, но сейчас чего-то явно не хватало.
— Ты что здесь делаешь? — только и спросила Лиз.
— Прости? А где я должна быть по-твоему?! — поинтересовалась Лео.
— Не знаю. Тебе почта пришла. Там, на столе.
— И это всё, что ты мне скажешь?
— Ну да, — только и сказала Элизабет.
Леона была в шоковом состоянии. Она молча подошла к столу и взяла в руки большой белый конверт.
— Что там? — поинтересовалась Бет.
Внутри конверта оказалась куча документов, содержимое которых окончательно добило моральную стойкость Лео. Девушка резко развернулась чтобы покинуть кухню, как тут же заметила марлевую повязку на груди своей подруги.
— Что с тобой? — холодно поинтересовалась Леона.
— Да так, — отмахнулась Лиз. — Небольшой ожог.
Заметив неловкость подруги, Лео оставила её.
Приняв душ, Леона стала чувствовать себя куда лучше. Она закуталась в полотенце и вышла из ванной, но завидев опять Элизабет, не сдержалась:
— Знаешь, те, кто нас вытащили из поместья, наверняка в курсе, кто мы есть на самом деле. Нас могут привлечь к уголовной ответственности за взлом и ограбление.
— Возможно. И что ты предлагаешь?
— Предлагаю валить отсюда.
— Не думаю, что это хорошая идея, — Бет притронулась к повязке на груди.
— Что? В чём проблема? — удивилась Лео. — Знаешь, в том конверте... — она вздохнула. — В общем, моя мать умерла и... Оставила мне наследство.
— М-м, вот как.
— Это целый дом в другом городе. Далеко отсюда, очень далеко. Адрес есть, можно уехать прямо сейчас! — Леона распиналась непонятно для кого. Она видела, что её подруге было абсолютно всё равно, поэтому просто молча прошла в свою комнату и закрыла дверь.
Лео высушила волосы, оделась и принялась собирать вещи. Вдруг в её дверь постучали.
— Заходи, Элизабет.
— Прости, но я с тобой не поеду, — тихо сказала Лиз, стоя в дверном проёме.
— Я это уже поняла. У тебя есть свой план отступления?
— Что-то типа того.
— Бет, я же вижу, что его нет, — усмехнулась Леона, закрывая чемодан. — Нет у тебя никакого плана. Не знаю что с тобой стало, но ты только смотри не наделай глупостей.
— Я уже их наделала. Благодаря тебе.
— Так это я во всём виновата?! — Лео замерла на мгновение, и её миловидное лицо исказила злость. — Без меня ты была бы всего навсего амёбой в этом затхлом вонючем озере, полном дохлой рыбы и человеческих отходов. Еще одним полуживым нечто, стоимость жизни которого равна нулю в квадрате. Но, знаешь, всё это было исключительно твоим выбором. Всего доброго! — Леона подхватила конверт, чемодан и вылетела из комнаты, задев плечом Элизабет. Она быстро прошла в коридор и стала натягивать тяжёлые кожаные ботинки.
— Нам пришлют счёт за больницу, — только и сказала Лиз, подходя к девушке.
— Отлично, — Лео достала из кармана джинсов пачку мятых банкнот, быстро отсчитала сумму и швырнула на комод. — Сколько, говоришь, мы там провели?
— Сутки.
— Сутки, да? — иронично переспросила Леона. — А ты быстро оклемалась.
Элизабет промолчала.
— Эй, Бет, — Лео подошла вплотную к подруге. — Знаешь, что я помню? Я помню крики, — она замолчала, наблюдая Лиз в немом оцепенении. — Что там произошло? Что с Тобой произошло?
— Я не хочу говорить об этом, — Элизабет отвела взгляд.
— Ладно, — Леона быстро накинула куртку, взяла свои вещи и вышла из квартиры.
— Лео, — вдруг окликнула её Элизабет. — Будь осторожна.
— Я всегда осторожна, Бет, — уверенно сказала девушка. — Чего нельзя сказать о тебе.
И Леона ушла.
Холодный город понемногу избавлялся от холодного тумана, от холодных туч и от холодных людей.
Лео сидела, раскинувшись на скамье, в ожидании прибытия поезда. Она не думала в прошедшем времени, хоть и знала, что это ненадолго. Всякий опыт важен, но её — бесценен. Рядом лежал большой белый конверт, который содержал стройматериал для её новой жизни. Стоять на месте было вредно для её здоровья, поэтому Леона двигалась, неважно куда, неважно как, но просто шла дальше. Она слушала бесподобную тишину, разбавленную шелестом листвы от ветра и — не может быть! — голосами птиц. Сейчас холодная пора, да и эту местность они не очень любили, оттого и не жили здесь вовсе. Поток странностей страшил Леону, но и в тоже время вызывал дикий интерес. В её чемодане лежал Браунинг Хай Пауэр, и Лео думала только о том, как оставаться невозмутимой на протяжении всей своей дороги. Вдруг задрожали рельсы, оповещая о скором прибытии поезда.