Нелюдь

     Нужно было преодолеть больше двухста километров. Дорога пешком заняла бы два дня, если не считать сон и привалы, но с повозкой мы справились чуть больше, чем за день.

    Наконец, вдали темного леса показался просвет. Лучи солнца просачивались между веток и уже было видно, что находится за деревьями. Поле с пасущимися овцами, за которыми стояло несколько больших красных сараев с коровником, свинарником и чем-то ещё.

    Среди животных стоял пастух, подкаченный мужчина лет сорока. В зелёной клетчатой рубашке, с рукавами, подвернутыми до локтей, с тёмной бородой и герлыгой* в руке. Рядом сидел беспородистый пёс серого цвета.

    Мы постепенно подъезжали ближе, он нас заметил, и его брови удивленно поползли вверх. Оливия одной рукой отпустила поводья и стала приветственно махать:

— Юэн! Здравствуй!

     По нему было видно, что он не любит гостей на своей ферме. Мужчина стоял, грозно сложив руки на груди. Все мышцы напряжены и отчётливо было видно выпирающие вены.

     Мы слезли с повозки и подошли к хозяину этих полей. Оливия начала с ним разговор:

— Нам нужно будет остаться у тебя на некоторое время.

— Что-то случилось?

    Его голос был грубым, с низким тембром.

     Оливия рассказала, что происходит сейчас в городе, а он стоял и внимательно слушал.

— Хорошо, останетесь у меня.

     Я был удивлен, что он сразу поверил и не стал задавать вопросы. Оливия продолжила:

— И еще, брат, эти два парня помогли нам. Ты можешь сковать для них что-нибудь?

— Ладно, позже решим. Пока что пойдёмте, покажу вам место для сна.

    Мы зашли в его небольшое домишко. В одну комнату он поселил Оливию, Криспина и Алистера — как семью. Другую комнату он предоставил Ребекке. Повернулся к нам и заговорил:

— Извините, парни, но комнат больше не осталось. Могу предложить вам спать на сеновале.

— Спасибо, мы согласны. Главное, что крыша над головой.

    Я говорил это, улыбаясь и почёсывая затылок.

— Сена там много — спать будет мягко, а одеяло достану из чулана и позже принесу. Идите вон в тот сарай.

    Он указал на небольшую халабуду за коровником.

    Мы с Риком пошли в свое место жительства и завалились на сено. Я повернул голову в сторону Рика и заговорил:

— Эх, давно мы с тобой не говорили просто так. Теперь наконец-то хоть сможем жить спокойно. Наверное...

— Хорошо все будет.

    Была небольшая пауза, но потом Рик продолжил:

— Из-за этой ситуации даже и не знаю о чем поговорить с тобой.

    Я грустно на него посмотрел и положил руку на его плечо.

— Нужно выпить?

— Нужно выпить!

    И мы оба стали смеяться, встали и пошли на свежий воздух. Шли по полю и продолжали разговаривать ни о чем.

— Она тебе нравится, Девид?

— Кто?

— Ребекка.

— Я хочу ее защищать. Этой причины хватит, чтобы объяснить прибывание Реби?

     Он кивнул, и мы продолжили дальше о чем-то болтать. Сели на землю, я перебирал пальцами травинки.

     Смотрел на небо, что усеяно облаками, и на солнце, которое предательски заходило за горизонт.

— Девид, мне все равно, что будет дальше. В любом случае я последую за тобой.

— А я за тобой.

     И он дружески пихнул меня в плечо, не теряя улыбку. Поговорив еще немного, мы направились к Юэну. Обошли дом, но его не нашли. Решили скоротать время у Ребекки. Подошли к ее комнате и постучали в дверь.

— Можно?

     Оттуда послышалось тихое «входите».

    Мы зашли. Она лежала на кровати в полусонном состоянии и обнимала одеяло.

— Я хочу спать, чего вам?

— Рано ты сегодня. Мы не можем найти Юэна. Не знаешь, где он?

    Она отрицательно покачала головой.

— Ну тогда, мы посидим у тебя. — сложив руки в замок, сказал я и уселся на табурет, закинув ногу на колено.

— С чего бы?

    Она встала с кровати и начала выпихивать нас из комнаты руками, и у нее крайне плохо получалось и это выглядело мило и смешно.

— Ну тогда ты пойдёшь с нами.

    Я схватил ее за руку и как только попытался начать тянуть за собой, она выдернула запястье и сказала:

— Сама пойду! В принципе, я не против развеяться.

    Мы вышли из ее комнаты и сразу же наткнулись на Юэна, который шел с пирогом в руках.

    Ребекка восхищенно сказала:

— Вы умеете печь?

— Я живу один, кроме меня больше некому. А так как у меня появились гости, то их нужно дружески приветствовать.

    Все же наблюдать за таким мужчиной было крайне удивительно.
Он поставил на стол то, что держал в руках и направился звать остальных. Все расселись, поставили ещё пару тарелок и вино на стол. Мы с Риком переглянулись с улыбкой.

    Когда уже все выпили и поели, начались шумные разговоры. Смех и крики раздавались по всей округе. В доме уже совсем потемнело и хозяин дома зажёг свечи.

    Я стал постукивать по столу, выбивая ритм. Другие меня поддержали: стали хлопать, тоже постукивать или петь. Остальная половина вступила в пляс. Держась за юбку, чтобы не споткнуться, Миссис Оливия прыгала и держала за руку смеющегося Криспина.

    Ребекка стала танцевать свои испанские танцы и скинула обувь. Юэн вышел из комнаты на минуту и уже вернулся с губной гармоникой.

    Ко мне подбежала Ребекка и стала поднимать за локоть.

— Пойдём танцевать со мной!

     Встал, мы схватились за руки и стали кружиться. Она улыбалась и смеялась, а я смотрел, как завороженный. Казалось, что время остановилось. Ее волосы разлетались по воздуху, по плечам, ключицам. Мужская одежда ей не мешала свободно двигаться. Мы кружились очень быстро, хотелось чтобы этот момент не заканчивался. Перед глазами все начинало плыть.

    Чем-то она меня тянула к себе.
Мы остановились, и она запыхавшись, сказала, что хочет выйти наружу.

     На свежем воздухе единственное, что освещало нам путь, это свет из окон. Ребекка вдохнула, выдохнула и спросила:

— А где вы живете?

— На сеновале. Идем покажу.

    Пройдя десятки метров, мы приблизились ко входу, я зашел внутрь, повернулся к ней лицом.

— Вот здесь и спим.

    Она стала заходить, но не заметила порог. Споткнулась и полетела прямо на меня, но я вовремя ее ухватил, она уткнулась лицом мне в грудь. Мы стояли очень близко друг к другу, она подняла на меня глаза, и я ей сказал:

— Кажется мне нужно было падать.

    Улыбнувшись, прижал ее сильнее к себе и резко завалился назад — на сено. Она крикнула из-за неожиданного падения.

    Ребекка лежала на мне, и я слышал, как она стала громче дышать, чувствовал, как ее сердце бешено колотится, но и мое не отставало. Резко перевернувшись, оказался сверху, над ней, припечатав руки пообок ее головы.

    Лицо малышки залилось красным румянцем. Я посмотрел на ее губы, они были слегка приоткрыты, напоминали пухлые и мягкие облачка.

    Медленно, словно боясь спугнуть, стал приближаться к ним, они манили и очень сильно. Но в последний момент она отвернула лицо, и я не успел даже коснуться...

    Отодвинув голову, сказал:

— Извини.

    Встал на ноги и вышел. Решил прогуляться по округе и посмотрел в сторону леса. Поля хоть как-то освещены, но среди деревьев были одни тени и неизвестность. Смотрел в эту тёмную и устрашающую даль, пытаясь что-то разглядеть, ничего не было.

     По крайней мере сразу не заметил, как что-то таилось среди деревьев. Улегся на спину и обдумывал произошедшее с Ребеккой. Я признаю, что хотел впиться в ее губы и целовать так долго...Бесконечно долго.

     Но из мыслей меня вытянул чей-то бег. Резко поднявшись, увидел надвигающегося на меня безликого.

— «Какого черта он здесь?»

    Никакого оружия у меня не было, и я стал убегать, выискивая глазами что-либо для защиты.

     Ушел достаточно далеко от дома, и чтобы до него добежать нужно было много сил, которые начинали у меня кончаться. Нелюдь нагонял, и оставалось совсем ничего до дома.

    Но внезапно выбежала Ребекка с косой в руках. Замахнувшись, она бросила ее, крича:

— Девид, лови!

     Из-за формы орудия, она не смогла кинуть его полностью в мою сторону, и мне пришлось резко свернуть вбок, чтобы добежать до него. Оказалось, что монстр был слишком близко и с моим поворотом он схватился за мое плечо, повалив на землю.

    Острая боль прошлась по руке, казалось, что он вонзил пальцы мне в кожу. Завалившись, его рука быстро надвигалась к моему лицу, но она не успела схватиться, как раздался выстрел и чудище отлетело от меня. Я быстро поднялся. Пока за моей спиной доносились выстрелы, пробежал несколько метров и схватился за косу.

    Выстрелы прекратились, и развернувшись, чудище продолжало бежать на меня. Замахнувшись от бедра и разрезав воздух, лезвие вошло в ногу безликому, почти полностью разрубив ее до кости.

    Резко дернул косу вперед, раздался хруст, и нога нелюдя неестественно согнулась в зоне удара, полностью переламывая кость. Он упал. Я, поддев косу ему под шею и поставив на его грудь ногу, дёрнулся всем своим телом и отрубил ему голову.

     Тяжело дыша, посмотрел в сторону дома, там стоял Юэн с мушкетом в руках. Я кивнул ему в благодарность за спасение. Посмотрел на Ребекку и одними губами прошептал:

— Спасибо.

    Юэн подошел ко мне, положил руку на плечо.

— Все в порядке, парень?

— Да, все нормально, еще раз спасибо. Не понимаю, как он нас нашел?

    Я развернулся и решил, что пойду спать. В этот момент понял, что не чувствовал страха, был уставший, но не напуганный.

    Зашел внутрь, на сене уже лежало одеяло. Завалился на него и закрыл глаза.

*Герлыга — пастушеский посох с загнутым концом для поимки овцы за заднюю ногу.