Букет чайных роз

Утро нависало над городом, освещая своими лучами каждый уголочек Москвы. С улицы уже доносились звуки, оповещающие, что начался новый день.

Сегодня Юля готова была подскочить ещё в четыре утра, чтобы начать свои сборы, но мама ещё вчерашним вечером остановила её порыв, заверив, что даже если дочь проснётся в десять утра, то все успеет.

Этот день Юлия Колесникова ждала вот уже как неделю, после возвращения в столицу. Сегодня, спустя целых семь лет, она увидит, наконец, своего двоюродного брата Валеру. Последний раз ребята виделись в далёком восемьдесят втором, когда Юле было одиннадцать, а Валере тринадцать. По прошествии времени, в памяти Колесниковой, Валера остался таким же мужественным, добрым, честным, смелым парнем, каким девушка видела его последний раз. Для неё брат был одним из самых главных и любимых людей в жизни.

Филатова стоит назвать человеком со сложной судьбой. Когда мальчику было всего семь лет и он готовился к походу в первый класс, его родители погибли в автокатастрофе.

Родители Валеры - Константин и Светлана, тогда отмечали свой свадебный юбилей. Привезя за два дня до годовщины своего сына к бабушке, где также тогда гостила и маленькая Юля, родители Валерки уехали, сказав, что заберут отпрыска через два дня, в воскресенье вечером.

Но, в намеченный день они так и не появились. Бабушка отправила тогда внучку за мороженым, в ларёк у соседнего дома. Придя и принеся домой три пломбира в стаканчике - бабушке, Валере и себе, тогда ещё пятилетняя Колесникова увидела свою любимую бабулю в слезах и Филатова, который стоял рядом и пытался выведать, что же всё-таки произошло. Как оказалось позже, Валентине Степановне позвонила её знакомая, которая работает в больнице и сказала, что её дочь вместе с мужем доставили к ним в крайне тяжёлом состоянии, и их жизни находятся под большим вопросом, всё зависит от исхода операции.

Исходя из результатов, вмешательство успехом не увенчалось. Светлана и Константин Филатовы скончались от несовместимых с жизнью травм, с разницей в 10 минут, так и не приходя в себя после операции. Как в сказке, о которой все девочки мечтают в детстве. Умереть со своим возлюбленным в один день и почти в одно время.

В силу возраста, день похорон Юля плохо помнила. Честнее будет сказать, что не помнила вовсе. Разум впечатал в себя лишь слезы бабули и маму, которая прижимала к себе маленькую девочку, и тихонько плакала из-за смерти своей старшей сестры.

А вот Валерка не плакал, держался молодцом. Если в такой ситуации вообще можно хоть как-то держаться. Лишь смотрел, как два гроба медленно опускаются вниз, а через каких-то пять минут, работники кладбища вкопали в землю два креста:

«ФИЛАТОВ КОНСТАНТИН ИВАНОВИЧ» «1945 - 1976»

«ФИЛАТОВА СВЕТЛАНА ВИКТОРОВНА» «1946 - 1976»

Сергей Николаевич, мужчина в каких-то моментах довольно грубый и, можно сказать, скупой на эмоции, сразу после похорон заявил, что над Валерой они оформят опеку, чтобы мальчика не забрали в детский дом. Татьяна - мама Юли, по совместительству - тётя Валеры поддержала мужа, заявив, что любимого племянника уж точно ни в какой детдом не отдаст.

Но Валентина Степановна была непреклонна, ведь уже сама все давно решила. Женщина сама хотела взять опеку над внуком, ведь, как она говорила, у неё от Светы осталось самое дорогое - Валера, и с ним она хочет проводить каждую минуту своего времени.

Когда Юле исполнилось одиннадцать лет, Сергея пригласили работать в культурную столицу их родины - Ленинград. Отец девушки работал преподавателем в Московском педагогическом государственном университете, читал лекции на химическом факультете. Мама Юли работала с супругом вместе, вместе же они и грезили о поступлении их единственной дочери на тот же химический факультет, того же университета.

Уже подросшую Юлю-подростка бесило, что её мнение никто не спрашивает. Как однажды сказал Валерка: «Дядь Серёж, ну ей-богу, какой из Юльки химик, с такой-то внешностью?».

А сама Юлька ещё с детства мечтала быть фигуристкой. Ну, вы сами подумайте, все эти выступления в красивых нарядах и под красивую музыку, толпы поклонников, цветов и подарков, а её школьная подружка Настька вообще как-то сказала, что фигуристки эти в школу не ходят, мол, им из-за их постоянных тренировок и прокатов там некогда появляться. Ну, разве не рай? Но родители девушки были другого мнения. Сергей Николаевич считал, что эти фигуристки только и умеют, что ноги задирать, да в коротких юбчонках по льду щеголять. А мама... А что мама, собственно говоря? Татьяна Викторовна просто была согласна со своим мужем.

Про себя, уже пятнадцатилетняя Юля решила, что раз уж фигуристкой ей стать не суждено, то будет она журналистом, ну, или социологом каким-то, на худой конец, но уж точно не химиком. В холле института, где преподавали родители, всегда лежала целая кипа цветных буклетов с информацией для будущих абитуриентов.

Именно эту кучу и принесли когда-то родители девушки в их съёмную двушку в Ленинграде, кинули её на письменный стол, сказав, мол, выбирай, на какую специальность хочешь поступать, особенно посоветовали обратить внимание на предложение химического факультета.

Когда же родители покинули комнату, Колесникова-младшая в кипе цветных бумажек отыскала брошюру химического факультета и, бегло пробежавшись по ней глазами, скомкала и выбросила ненавистную бумажку в урну под письменным столом. Тогда-то Юля и увидела ничем не привлекательный клочок бумаги серого цвета, с предложениями для абитуриентов от социологического факультета. Предложения заинтересовали девушку, и она твёрдо решила, что будет подавать документы именно на этот факультет, осталось только определиться со специальностью, но это сделать можно уже прям перед поступлением.

В конце 88-го, прямо перед Новым годом, Сергею пришло распоряжение, что его переводят обратно в Москву. Всю новогоднюю ночь Юля провела в слезах. Ну не хотела она расставаться со всей этой жизнью, к которой уже так привыкла. И с Андреем, парнем из параллельного класса, тоже расставаться не хотела. У них ведь только- только поцелуй первый был, все это было настолько хрупким, что, казалось, если ветерок дунет - все мигом разобьётся, как хрустальная ваза.

Андрей понравился Юле с первого взгляда, как и она ему. Колесниковой до этого только один парень так нравился - друг её брата, душа компании и просто балбес Витя Пчёлкин. Но девушка не видела его очень давно, да и влюблённость эту детской считала. Она ведь девчонкой совсем была, так, пару раз за ручки подержались, пару раз Витя её до дома проводил и аж один раз, осмелев, в щёчку поцеловал, после чего от Валеры по лбу схлопотал. Но тогда Юле пришлось уехать, оставив свою детскую любовь к Вите в Москве.

А вот уезжать из Ленинграда все же нужно было. Сергей договорился с руководством, что уедут они только в июне, когда Юля закончит школу и сдаст все экзамены. На том и порешали. Хоть как девушка не просила оставить её тут жить одну, поступить в университет и строить отношения с Андреем, родители были непреклонны.

Уже сидя в поезде, девушка прокручивала в памяти, как они, каких-то пятнадцать минут назад, прощались с Андреем, стоя на перроне; как на парня косо смотрел отец Юли, и как Колесникова пообещала, что на каникулы после зимней сессии обязательно приедет к Андрею, и они будут проводить каждую минутку вместе.

Приехав в Москву, семейство сразу же поехало в свою квартиру, в которой они жили до отъезда и в которой Юля не была уже очень давно. Узнав от бабушки по телефону, что её любимый брат уехал на какие-то там сборы и приедет только через неделю, Юля решила, что убьёт двух зайцев сразу - через неделю, как вернётся Валера, она поедет к ним в гости, чтобы и брата увидеть и любимую бабушку, за которой очень скучала. И вот этот день наступил.

Проснувшись в половину десятого утра, девушка, не теряя времени, стала собираться. Родители ещё два часа назад ушли на работу, и перед тем, как дверь квартиры захлопнулась, в комнату к Юле зашла мама, разбудив дочь, сказала, чтобы та начала собираться. Девушка кивнула и вроде как даже проснулась, но как только дверь за родителями закрылась, вновь провалилась в сон.
Быстро сделав все необходимые процедуры в ванной, Юля пошла на кухню заваривать чай. Чай вообще был ежедневным утренним ритуалом девушки. Кто-то не может начать свой день без чашки крепкого кофе, как отец Юли, например, а вот сама Юля день без чашки чая не начинала никогда, даже если на улице была невыносимая жара, как сегодня.

Сегодняшним утром плотно завтракать не было смысла, она ведь к бабушке едет, и знает наверняка, что Валентина Степановна наготовила целый стол разных вкусностей, которыми будет закармливать свою внучку, приговаривая при этом, что она - ходячий скелет.

Сделав лёгкий макияж, одевшись в джинсовую юбку и заправленную в неё обычную белую футболку, сложив необходимые вещи в рюкзак, вещь в палах было остаться с ночёвкой, Юля вышла из квартиры. Улица встретила её жарким ветром, поэтому, чтобы меньше находиться на солнце, которое девушка так не любила, будущая студентка быстрее пошла в сторону метро. Ехать нужно было на другой конец города, местность девушка знала плохо, поэтому решила, что даже если и заблудится в метро, то ничего страшного, спросит у кого-нибудь, не маленькая уже. По пути Юля зашла в кондитерский магазин, чтобы купить чего-то сладкого к чаю, бабуля ведь любит сладкое, да и Валерка, хоть и отрицает, аргументируя, что он спортсмен и все такое, сластёна тот ещё.

Потратив чуть больше часа на дорогу, девушка оказалась в знакомом районе. От метро к бабушкиному дому было идти ещё минут пятнадцать, и Юля невольно стала вспоминать, как же проходила её жизнь в Москве до момента, как она уехала в Ленинград. После того, как Валентина Степановна забрала Валеру к себе, маленькая Юля стала просить, чтобы родители почаще отвозили её к бабушке, а когда наступали летние каникулы, девочка и вовсе, все три месяца, проводила не дома.

Филатов тогда как раз пошёл в первый класс, где и познакомился со своими друзьями - Сашей, Витей и Космосом. Пятилетней Юле было гораздо интереснее гонять в догонялки по двору с ними, чем играть в куклы и лепить пасочки из песка с девочками из её двора. Поначалу мальчишки не хотели брать её в свою компанию, но после того, как Юля высыпала целую гору песка Вите за шиворот за то, что он обозвал её малявкой, а Пчёлкин стал бегать за ней по всему двору с целью отомстить, все как-то само стало на свои места.

Юлька была, что называется, своя в доску. И первую сигаретку в 10 лет попробовала с Космосом и Витей, за что потом нагоняй от бабушки получила, и если во дворе назревала драка, Юля всегда была в первых рядах, чтобы кулаками помахать, наравне с Космосом, который уже тогда был на две головы выше.

Довольно-таки быстро пройдя нужный отрезок пути, девушке на глаза попалась знакомая панелька в девять этажей. Мама вроде говорила, что у бабушки второй подъезд и четвёртый этаж.
Подходя к нужному подъезду, Колесникова увидела расположившегося на скамейке парня, примерно её возраста, размеренно курящего сигарету. Странный он, конечно, подумала девушка, жара такая на улице, а он мало того, что в штанах, так ещё и олимпийку сверху нацепил. На глазах были очки-полароиды с тёмными стёклами.
- Девушка, а можно с вами познакомится? - уже проходя мимо лавочек к подъездной двери, услышала Юля в свой адрес.

Обернувшись, перед собой она увидела того самого парня, который пару мгновений назад сидел на лавочке.

- Не знакомлюсь, - буркнула себе под нос девушка и развернулась, чтобы наконец-то зайти в подъезд.

- Юлька, ну ты даёшь, не узнала меня, что ли? - послышался из-за спины голос парня.

Обернувшись ещё раз и вглядевшись в лицо молодого человека, который уже успел снять очки и выбросить окурок, Юля поняла, что перед ней сейчас стоит и улыбается, никто иной, как та самая её первая любовь - Витька Пчёлкин.

- Пчёлкин, ты, что ли? - в надежде на то, что не ошиблась, расплываясь в улыбке, спросила Колесникова.

- Он самый, - улыбнулся парень, подходя ближе к девушке. - Слушай, ну ты прям выросла, ещё краше стала, чем была, - оглядывая Юлю с головы до ног, произнёс Витя.

От комплиментов девушка всегда смущалась и краснела, как помидор, этот раз не стал исключением.

- А ты тоже неплохо выглядишь, - усмешка на её губах. - Может, тогда обнимемся, раз не виделись давно?

Пчёлкина просить дважды не пришлось. Заключив девушку в крепкие объятия и приподнимая от земли, Витя не переставал говорить о том, как долго они не виделись, и как же Юлька выросла.

- Ну, ладно, всё, поставь меня, - сквозь смех сказала девушка. - Уже люди оборачиваются на нас.

- Ну и пускай оборачиваются, - Витю, похоже, трудно было смутить. - Давай, до квартиры тебя провожу, что ли?

- Ну, давай, - уже заходя в подъезд спросила девушка. - А где Валерка, кстати?

- А он там на своей тренировке задерживается, попросил, чтобы тебя возле подъезда встретил кто-то. Фил нам ещё с начала года все уши прожужжал, что ты в Москву возвращаешься, - поднимаясь по ступенькам на четвёртый этаж, рассказывал Витя.
Дойдя до нужной квартиры, молодые люди остановились перед дверью с цифрой «49».

- Странное чувство, сто лет тут не была.

- Волнуешься?

- Да, - честно призналась девушка. - Может, тоже зайдёшь?

- Да нет, спасибо, мне ещё по работе нужно вопросы порешать, вместе с Косом, - объяснил парень. - Мы вечером в беседке за домом собираемся, приходи за компанию к нам.

- Спасибо, обязательно приду, - улыбнулась в ответ девушка, параллельно нажимая на дверной звонок. - Тогда, до вечера?

- До вечера, Юляша, - улыбнувшись и щёлкнув девушку легонько по носу, Витя побежал вниз по ступенькам.

- Ещё раз так назовёшь меня - в лоб получишь!
Ответа от Пчёлкина так и не последовало. За дверью послышались бабушкины шаги.