6 глава
Лиса стояла на заднем крыльце, любуясь очередным ярким рассветом Нового Вакса. За покрытыми деревьями горами горизонт светился розовым и оранжевым. Белые призраки лун-близнецов висели высоко в небе, рядом с последней мерцающей звездой ночи, которая померкнет, когда солнце окончательно заглянет за горы. Она все еще не могла поверить, что эта прекрасная планета стала ее домом и что она спарилась с вакслианским мужчиной по имени Чонгук.
— Ты уже готова, Лиса?
Она повернулась на голос своего мужчины и улыбнулась ему. Чонгук стоял в дверях их спальни, одетый в обычную черно-серую форму воина. Даже в те дни, когда он работал в лаборатории медицинских исследований или выезжал на дом в качестве целителя, надевал форму воина, которая сидела на нем как перчатка, облегая мускулистое телосложение и подчеркивая силу.
— Лиса? — снова спросил он с веселым блеском в темных глазах.
— О да, я готова, — быстро ответила она, смущенная тем, что ее снова поймали на любовании его фигурой. Лиса ничего не могла с собой поделать. Она восхищалась всем в нем, начиная от трудовой этики, мускулов и заканчивая замечательным интеллектом.
— Корабли должны скоро приземлиться.
— Я сделаю все возможное, чтобы человеческие женщины чувствовали себя как дома. — Она провела руками по волосам и подошла к Чонгуку.
— Я ценю все твои усилия, чтобы помочь новоприбывшим освоиться на Новом Ваксе, моя маленькая красавица. — Чонгук взял ее за руку, и они вышли на улицу.
Они последовали за толпой к посадочной платформе и стали ждать, когда корабли появятся в небе. Лиса надеялась, что ни одна из женщин, прибывших сегодня на Новый Вакс, не была похищена против своей воли. Нередко случалось, что вакслианец уносил с корабля свою брыкающуюся и кричащую подругу. Чонгук всегда уверял ее, что его народ никогда не станет жестоко обращаться с женщиной или уводить ее от уже заключенного брака с другим мужчиной, но это не означало, что все женщины, прибывшие на Новый Вакс, приехали сюда добровольно. Большинство из них, по меньшей мере, не желали этого.
Лиса считала себя благословенной за то, что Чонгук стал ее партнером. Он был терпелив и добр, и она не могла представить себя в паре с каким-либо другим мужчиной его вида. Он улыбался чаще, чем большинство вакслианцев, и обладал глубоким горловым смехом, который согревал ее изнутри, стоило его услышать.
Деза и Анника появились в собравшейся толпе и поприветствовали их. Лиса обменялась нервным взглядом с Анникой. Никому из них не нравилось видеть, как человеческую женщину против ее воли уносят с корабля, но вакслианские зонды с каждым днем обнаруживали все больше и больше людей в окрестных секторах. Любая взрослая человеческая женщина, по мнению людей Чонгука, считалась их добычей.
— Я только что услышал новости, которые ты, возможно, захочешь узнать, Лиса, — сказал Деза.
— О, что это? — спросила Лиса, взглянув на небо. Из облаков медленно спускались четыре гладких дискообразных корабля.
— На двух из прибывших сегодня кораблях находятся люди с Йозовинлы. Как женщины, так и несколько мужчин, поскольку, очевидно, некоторые из женщин настояли на том, чтобы взять с собой своих отцов и братьев.
Живот Лисы скрутило. Она силилась что-то ответить, но слова не выходили из горла. Внезапно темные пятна затуманили ее зрение, а ноги подкосились.
Чонгук поймал ее и поднял на руки. Его зеленые глаза светились беспокойством, когда она подняла на него взгляд.
— Лиса? С тобой все в порядке? Ты побледнела.
Через несколько мгновений ей стало лучше. Зрение прояснилось, и она больше не чувствовала слабости, как будто вот-вот потеряет сознание. Но желудок все еще скручивало от нервов.
Люди с Йозовинлы собирались сойти с двух кораблей. Что, если… нет, она не могла позволить себе закончить эту мысль. Лиса была просто параноиком. Вот и все. У Эвана не было ни сестры, ни дочери, поэтому нет никаких логических причин полагать, что он находится на борту одного из кораблей.
— Я в порядке. Извините, это, наверное, из-за солнца. Сегодня утром жарче, чем обычно, тебе не кажется? — Ложь была горькой на вкус, но она не знала, что еще сказать.
— Я отвезу тебя домой, Лиса.
Она не протестовала. Лиса не в том состоянии, чтобы приветствовать вновь прибывших людей, особенно с ее родной планеты. Хотя все они были незнакомцами, все равно узнали бы ее как йозовинланку по акценту и, несомненно, засыпали бы ее вопросами. Чувство вины терзало ее. Казалось, что она подвела Чонгука. Как только придет в себя, она лично посетит и поприветствует каждого из новоприбывших.
Как только они вернулись домой, Чонгук отнес ее в маленькую медицинскую комнату, где его иногда навещали пациенты. Лиса извивалась в его руках, не желая, чтобы ее осматривали.
— Я в порядке! Пожалуйста, Чонгук. — Она посмотрела на него умоляющим взглядом. — Мне просто нужно присесть на минутку, вот и все.
Его челюсть сжалась, и он понес ее в медицинскую комнату, игнорируя ее пожелания.
— Мне нужно убедиться, что наноботы не дали сбой. Ты не должна была почти потерять сознание. Они должны были регулировать системы твоего организма задолго до того, как тебе стало плохо. Если только… — Он положил ее на смотровой стол и уставился на нее сверху вниз, в его взгляде появилось подозрение. — Если только ты не испытала висцеральную реакцию на внезапную сильную эмоцию. Например, страх.
Лиса опустила голову, не в силах встретиться с ним взглядом. Она не хотела продолжать лгать ему, но какой у нее выбор? Две недели, проведенные на Новом Ваксе, были самыми счастливыми в ее жизни. Она не могла представить, что уедет. И готова на все, чтобы остаться с Чонгуком. Даже солгать. Лиса тяжело сглотнула, преодолевая жжение в горле, и сделала глубокий вдох, чтобы успокоить нервы.
Чонгук начал проверять ее, наведя небольшой прибор с мигающим синим светом.
— У тебя учащенное сердцебиение, — сказал он. — Но наноботы функционируют нормально, они просто не успевают за твоей эмоциональной реакцией на… на что, Лиса? Что тебя так расстроило? — Он взял ее лицо в руки, заставляя встретиться с ним взглядом.
— Я не знаю.
— Не лги мне, — его голос был твердым, а глаза потемнели.
— Я не могу сказать тебе правду, Чонгук. Просто не могу. Мне жаль.
***
Несмотря на ее настойчивое желание остаться одной, Чонгук отнес Лису в их спальню и закрыл дверь. Он также отдал голосовую команду системе безопасности запереть ее. Его маленькая пара никуда не уйдет, пока не расскажет ему правду.
Он поставил ее на ноги, и Лиса тут же поспешила на другую сторону кровати, ее волосы развевались от быстрых движений. Лицо раскраснелось, а грудь быстро поднималась и опускалась, привлекая его взгляд к низкому вырезу ее облегающего фиолетового платья. Чонгук переделал почти всю ее одежду в фиолетовый цвет, с удовольствием наполняя шкаф разными оттенками ее любимого цвета. Этот цвет подходил ей, подчеркивал золотые искорки в темных глазах и дополнял светлый цвет лица.
Чонгук стоял, скрестив руки, ожидая, когда она заговорит, и молясь, чтобы Лиса не продолжала отказываться отвечать на его вопросы. Или еще хуже — солгала ему. Что-то внезапно напугало ее, пока они ждали приземления кораблей. Он сомневался, что это была новость Дезы о том, что некоторые из прибывших людей были с Йозовинлы. Конечно, такие новости обрадовали бы ее, даже если бы они были чужаками. Что еще могло ее расстроить? Чонгук ломал голову, и тут до него дошло.
Толпа. По мере того как население их поселения на Новом Ваксе постепенно росло, увеличивались и размеры толп, приветствовавших десантные корабли.
Возможно, она не любила толпы. Хотя Чонгук не успел добраться до Хорсты до ее неудачной казни, он начал подозревать, что это произошло на глазах у большой толпы. Его сердце болело от всего, через что ей пришлось пройти, и он смягчил свою позицию, сложив руки, и бросил на Лису, как надеялся, утешительный взгляд.
— Нам больше не придется стоять в толпе, когда корабли приземляются, Лиса, если ты так напугана этим.
На ее лице промелькнуло страдальческое выражение. Лиса раздвинула губы и глубоко вздохнула.
— Являются ли вакслианцы членами Вселенского альянса? — пролепетала она со слезами на глазах.
Медленно обогнув кровать, Чонгук подошел к ней, испытывая непреодолимую потребность заключить ее в свои объятия. Он жаждал успокоить ее боль и снова увидеть ее улыбку. И покачал головой.
— Нет, это не так. Нас регулярно приглашают присоединиться к ВА, но наши лидеры не считают, что это в интересах нашей расы. Есть много законов, которые мы должны были бы соблюдать, но мы с ними не согласны. Почему ты спрашиваешь?
Лису пронзила дрожь, и лицо сморщилось. Слезы побежали по ее щекам, и она задыхалась, пытаясь отдышаться. Чонгук прижал ее к своей груди и ласково погладил по спине.
— Значит, тебя и твоих лидеров не волнует нарушение вселенского закона?
— Лиса, — сказал он, поглаживая ее волосы, — это о твоих преступлениях на Хорсте? — Чонгук никогда не спрашивал, за что ее приговорили к смерти. Тот факт, что она не открылась сама и не рассказала, заставил его заподозрить, что она действительно была виновна в каком-то преступлении. Он давно чувствовал, что Лиса хранит какие-то тайны, но надеялся, что, когда они лучше познакомятся и научатся доверять друг другу, она в конце концов доверится ему.
— Мои преступления на Хорсте? — Лиса отстранилась и уставилась на него. — Что, по-твоему, я сделала?
Стакс глубоко вздохнул.
— Тебя приговорили к смерти, хотя, насколько я слышал, судебная система Хорста сурова. Может быть, ты что-то украла?
— Так вот что ты обо мне думаешь? — спросила она, отталкиваясь от него, так как слезы все еще текли по ее лицу. — Что я воровка? Что заслужила то, что со мной случилось?
— Нет, я не это имел в виду. — Чонгук нервно провел рукой по волосам. — Я только хочу, чтобы ты поняла: если ты действительно совершила преступление, я не буду держать на тебя зла. Я все равно буду любить тебя, Лиса. Я по-прежнему хочу, чтобы ты была моей парой. И никогда не выдам тебя властям ВА, даже если мой народ станет членом альянса. Я убил более дюжины защитников Хорста ради тебя. Как думаешь, что бы я сделал, если бы ВА пришли за тобой? Я бы вырезал всех до единого. — Его кровь вскипела от жестокости предстоящей битвы.
Ее нижняя губа задрожала, и Лиса вытерла слезы. Она молчала долгое время, пока напряжение между ними не начало спадать. Чонгук почувствовал, как из нее уходит гнев, и вскоре, как утихает его собственная ярость. Лиса опустилась на кровать и посмотрела на него, ее большие карие глаза взывали к его душе.
— Я не совершала преступления. По крайней мере, не на Хорсте, — наконец сказала она. — Я стала свидетельницей убийства, и когда попыталась помочь жертве и позвала на помощь — ну, хорстианцы решили, что я и есть убийца. Меня тут же судили, признали виновной и приговорили к смерти.
Чонгук сел рядом с ней и обнял. К его облегчению, на этот раз она не оттолкнула его. Он обнял ее, желая стереть все ужасные воспоминания, которые ее преследовали. Если бы он мог взять их на себя. Он бы с радостью страдал за нее, лишь бы хоть немного облегчить ее бремя.
— Не думаю, что у тебя плохой характер, Лиса, — мягко произнес он. — Я просто хотел использовать пример с воровством, чтобы ты поняла, что нужна мне, что бы ни случилось в твоем прошлом. Прости, если обидел тебя, но я почувствовал, что ты хранишь какой-то секрет, хотя теперь, когда ты рассказала мне о том, что случилось на Хорсте, не могу предположить, что это может быть.
— Я расскажу тебе все, Чонгук, — ответила Лиса, — если ты пообещаешь, что не позволишь ему забрать меня, если он когда-нибудь придет за мной.
— Кто? — Он схватил ее за плечи, тревога в нем нарастала. — Кто, Лиса?
В ее глазах блеснули слезы.
— Обещай, Чонгук. Пожалуйста. Обещай, что…
— Я никому не позволю забрать тебя у меня, моя маленькая красавица. Никогда. Я даю тебе слово и клянусь духами моих предков. Ты моя пара, Лиса, на все времена, и я никогда, никогда не отпущу тебя. А теперь скажи мне — о ком ты говоришь? Кто может прийти за тобой?
— Эван, — прошептала Лиса, ее взгляд наполнился страхом. — Мой жених с Йозовинлы.Он — настоящая причина, по которой я покинула родную планету. Я покинула планету без разрешения и нарушила брачный контракт. Он жестокий человек, и я не хотела выходить за него замуж. Есть вероятность, что он ищет меня или послал охотников за невестами искать меня. Мне жаль, что я была не совсем честна с тобой, Чонгук. Пожалуйста, прости меня.
Вот тут Чонгук все понял. Понял, почему Лиса чуть не упала в обморок, когда узнала, что сегодня на кораблях прибудут и человеческие мужчины. Он крепко обнял ее и прижался ртом к уху.
— Если бы я знал об Эване и причинах твоего побега с Йозовинлы, я бы все равно привез тебя на Новый Вакс в качестве своей пары. Так что, как видишь, прощать нечего. И если Эван придет за тобой, я его остановлю. Клянусь.