Стихотворение, которое ровным счетом ничего не объясняет
Три дивных зверя живут во мне - Черный, Белый и Рыжий.
Если оказываюсь на дне, они помогают выжить.
Ведь самое сложное в этом мире - остаться в своем уме.
Они помогают мыслить шире, чем стены в моей тюрьме,
Не позволяют мне падать духом, командуют "шире шаг!"
И ласково дышат над левым ухом, ночной разгоняя мрак.
Они не ангелы и не черти, не воображаемый друг,
Они со мной будут до самой смерти, если случится вдруг,
И даже дольше - звездной тропою душу мою поведут.
И ничего не случится со мною, пока они будут тут.
Три дивных зверя во мне живет. Первый, как полночь Черный.
Словно репей в темной шкуре несет светлой надежды зерна.
Если мне страшно - упрется в спину лобастой своей башкой.
С ним в самой жуткой пучине не сгину, справлюсь с любой бедой.
Если совсем уж станет несносно, так что уж лучше б не жить -
В мрак его шерсти уткнуться носом, всхлипнуть и поскулить.
Не упрекнет, и не посмеется, будет дышать и молчать,
Он точно знает - проглянет солнце, если чуть-чуть подождать.
Три дивных зверя живут во мне. И среди них есть Рыжий.
Душу мою опалит в огне взгляд его карий, бесстыжий,
Легок его прыжок и шаг - красные искры костра.
Не страшен мне будет ни вор, ни враг, пока я его сестра.
Пламя его я в сердце храню и рыжину у виска.
Если устроит он беготню, то нас не догонит тоска.
В самый жуткий и злой мороз греет дыханием руки,
Песни поет и хранит от слез, зависти, гнева и скуки.
Три дивных зверя во мне живут. Один из которых Белый.
Освобождает от крепких пут, если сама не сумела,
Истины имя дает словам и в клочья рвет миражи,
И мелкой крошкой к его ногам сыплются витражи.
Образ тонок и невесом, мудрости полон взгляд.
Дарит душе он покой, а сон сказки его хранят.
И если сердце тронет тоска, горечью полня рот,
Я буду верить - его рука, вытянет и спасет.
Три дивных зверя живут во мне - Черный, Белый и Рыжий...
Мы в этом мире - глухой тюрьме, вместе лишь сможем выжить.