Что здесь происходит?
Гарри Поттер мчался в крыло, где находилась штаб-квартира мракоборцев, с бешеной скоростью. Он был шокирован и удивлен. В голове крутилась куча различных «почему». Почему Гермиона никому ничего не сказала? Почему знает Падма, но не знает Рон? Почему она скрывает от него свою беременность? И сколько месяцев это продолжается? Ни на один из этих вопросов ответы не находились. Но герой магического мира был твердо и решительно настроен все выяснить. И сделать это надо сегодня, как только поговорит обо всем с Роном. Может тот все знает, но тоже молчит. Огибая все повороты и сталкиваясь с мимо идущими людьми, он, наконец, добрался до нужной двери. Ввалившись в кабинет и пытаясь отдышаться, посмотрел на Рона:
— Как давно ты говорил с Гермионой?
Друг глянул на него, как на полоумного. Потом сквозь зубы произнес:
— С тех пор, как мы расстались.
— Она же так ни с кем и не сошлась после этого, верно? — Поттер хитро прищурился, — и я, кажется, знаю почему…
— И почему же? — отрешенно спросил Уизли и с сарказмом добавил:
— Может потому, что она невыносимая командирша, для которой нет ничего важнее, чем ее карьера?
— Нет, причина в другом.
— Говори быстрее, что хотел сказать, а то ты выбрал не самую приятную тему для разговора.
Гарри решил, что тянуть нет смысла.
— Она беременна, — радостно провозгласил брюнет и похлопал по плечу шокированного друга. Гарри посмотрел на него с улыбкой, но тот не обратил внимание. В его голове сейчас, наверняка, происходил такой же взрыв, какой был и у него самого три минуты назад. Он сидел, как громом пораженный. Создавалось впечатление, что у него отняли дар речи, потому что молчание затянулось.
— Эй, Рон! Очнись, — он помахал перед ним рукой и пощелкал пальцами. Парень тряхнул головой, сбрасывая наваждение, но полностью избавиться от шока ему не удалось.
— Ты уверен? Откуда ты знаешь?
— Только что услышал. Хотел пригласить ее пообедать, но стал случайным свидетелем ее разговора с Падмой. Она сказала, цитирую: «Они не знают, что я беременна…» После этого я сразу пришел к тебе… — На последнем предложении его голос и тон стал менее уверенным. «А почему я не зашел сначала к Гермионе? Может у нее есть причина держать все в тайне?» Его лучшая подруга никогда не делает ничего просто так, а он так опрометчиво разболтал ее секрет… Тут он испуганно посмотрел в глаза Рона, который уже был готов идти прямиком к Гермионе выяснять отношения, и допустил одну мысль. Ужасную мысль… А ведь это даже не приходило в его голову… «Черт! Черт! Черт! А если этот ребенок вовсе и не будущий Уизли?!»
— Рон… — попытался остановить друга, но тот уже открыл дверь и направился к непосредственной начальнице всего отдела, которому подчинялся и Аврорат.
Работники второго уровня Министерства сегодня наблюдали странное поведения главного героя Второй Магической Войны — победителя самого темного волшебника современности. Сначала он несется в одну сторону, сбивая всех с ног, потом на обратном пути еле успевает догонять своего рыжеволосого друга, пытаясь хоть как-то задержать его возгласами и окликами, которые тот, в свою очередь, усердно игнорирует. Только прет как танк в сторону кабинета своей бывшей возлюбленной с таким выражением лица, будто готов ее порвать на тысячу мелких частичек.
Гарри, как ни пытался, образумить и остановить Рона не сумел, и вообще он еле успел заскочить в дверной проем кабинета Гермионы и наложить заглушающие чары, когда разнесся яростный вопль Уизли:
— Почему ты мне не сказала?! Почему я должен от Гарри узнавать, что стану отцом?
Гарри мгновенно стало стыдно, когда на него обратились взгляды двух девушек. Гермиона вскочила с места и выглядела удивленной и испуганной. Падма же посмотрела на него, как на идиота, после чего соответствующим жестом закрыла глаза ладонью и покачала головой.
Картина была странная, несколько секунд никто ничего не говорил, все переглядывались и ждали, когда кто-то уже подаст слово. Рон был зол и не отрывал взор от дрожавшей беременной девушки. Ей было страшно, казалось, что она вот-вот заплачет, руки тряслись, дыхание участилось и она начала хватать ртом воздух, а потом глаза вдруг закрылись и она мешком осела на пол…
Гарри опомнился первый и подбежал к ней.
— Гермиона! Гермиона! — он тряс ее за плечи и пытался привести в чувства, пока Падма обвиняла Рона в обмороке подруги, ругала за то, что тот посмел кричать на беременную женщину, что нельзя ее волновать. И спрашивала, какого черта они вообще приперлись… Рон же злобно огрызался и с опаской оглядывался, не очнулась ли Грейнджер. — Падма, что делать? Почему она не приходит в себя?
Поттер заметил, что бывшая когтевранка растерялась и только хлопала глазами, совсем не зная, как приводить людей в чувства. Единственное, до чего она додумалась в этой ситуации — это отправить кому-то Патронуса со словами: «Быстрее! Гермиона в обмороке. Мы в ее кабинете…»
Гарри все думал, кому она могла его отослать. Кто еще в курсе положения его подруги? Отогнав все размышления на этот счет, он поднял подругу с пола и понес к небольшой кожаной софе у стены. Аккуратно уложив ее, схватил стакан воды и плеснул ей в лицо, но это не помогло. Она так и не приходила в сознание.
***
Драко шел от своего начальника мистера Прескотта в смешанных чувствах. С одной стороны он был рад, что его отправляют в командировку на особо важные переговоры. Если у него все получится, это станет хорошим толчком в его карьере, могут даже повысить. С другой стороны, ему не хотелось оставлять Грейнджер. Даже несмотря на то, что с ним творилось в последнее время, когда он находился рядом с ней, он не хотел, чтоб она была без присмотра. «Хотя ей-то уж точно понравится известие, что он избавит ее от своего присутствия на целых три недели». Малфой усмехнулся и направился к ней, чтобы сообщить радостную весть. Осталось, только придумать очередной предлог для секретаря, чтобы никто ничего не заподозрил. Несколько посещений мисс Грейнджер за неделю могут вызвать неправильные догадки. «Того и гляди, припишут им роман…»
Его неторопливый шаг прервала светло-голубая полупрозрачная тигрица, которая внезапно материализовалась перед ним в коридоре и знакомым женским голосом проговорила «Быстрее! Гермиона в обмороке. Мы в ее кабинете…»
В этот момент у Драко скрутило все внутренности. «Что-то случилось… что-то с ребенком…» Он со всех ног понесся в ее отдел, стараясь при этом сохранять аристократическое достоинство и не сорваться на бег. Нужно было преодолеть всего три этажа. Растолкав всех, чтоб попасть в лифт, он нетерпеливо постукивал носком ботинка и сжимал кулаки от тревоги. Наверняка, и выглядел, как безумный, потому что глаза его выдавали: он был напуган, невероятно напуган, волнение можно было легко прочитать на лице. Мозг лихорадочно перебирал варианты того, что могло случиться с Гермионой, но ни один не подходил. «Еще и Патил ни черта не объяснила!»
Пролетев мимо опешившей в сотый раз за сегодня секретарши, он ворвался в кабинет. Ровно одной секунды ему хватило, чтобы все стало на свои места. «Проклятые гриффиндорцы!». Вот Поттер дрожащими руками гладит Гермиону по волосам и шепотом просит очнуться. Она лежит мокрая, видимо, таким образом ее пытались привести в чувства. Уизли стоит скрестив руки недалеко от шрамоголового, но по бегающим глазам все равно ясно, что волнуется он не меньше остальных. Падма, наконец, нарушила тишину:
— Слава Мерлину, ты здесь! Она уже больше пяти минут в себя не приходит. — На этих словах Драко быстро приблизился к бесчувственной девушке, оттолкнул Поттера, присел перед Гермионой и трясущимися руками достал палочку, чтобы произнести «Энервейт». «Такое впечатление, что он единственный среди присутствующих, кто помнит о том, что они волшебники… Бедная Грейнджер! Какие идиоты ее окружают…»
Он не слушал назревающую перебранку, пропустил мимо ушей и то, как Рон презрительно выплюнул, что этому «недоделанному колдомедику» здесь не место… Проигнорировал вопрос «почему позвали именно его», который Падме задавал Гарри. Он только сосредоточенно шептал заклинание.
Сработало с четвертого раза. Гермиона резко поднялась, жадно глотнула воздух и из-за этого закашлялась. Драко держал ее за плечи и внимательно вглядывался в лицо. Когда она немного отошла и восстановила дыхание, он крепко прижал ее к себе, позволив спрятать голову у него на груди, и прошептал:
— Как же ты меня напугала, Грейнджер…
Пока герои-гриффиндорцы как рыбы открывали рот, не находя слов, Малфой думал о том, как бы незаметно украсть Гермиону с рабочего места, чтобы показать целителю. А еще размышлял о ее друзьях-кретинах, которым теперь придется все объяснять. Судя по их лицам, вопросы должны вот-вот политься фонтаном.
Ожидания его не подвели. Первым не выдержал Уизли и громким басом прорычал:
— Что здесь происходит, черт возьми? Гермиона, ответь мне! Что этот гад здесь делает? И почему он знает о твоей беременности, а я нет?!
Грейнджер отчаянно краснела и не знала, что сказать и как оправдываться, поэтому просто опустила глаза в пол, давая Малфою возможность говорить за нее. Тот только вздохнул, поняв намек:
— А почему, собственно, тебя должны ставить в известность, Уизли?
Он сверлил рыжего уничтожающим взглядом, но потом решил, что лучше нападать, чем защищаться:
— Падма, что здесь, кстати, произошло?
— Они ворвались в кабинет и начали орать, — совершенно не смущаясь, девушка показывала пальцем на двух друзей.
— Эй, я тут не при чем. Я вообще пытался его остановить, — пытался защитить себя Поттер.
— Да если бы не ты и твои длинные уши, этого бы вообще не случилось! — Падма начала закипать.
Драко заметил, что назревает перепалка, поэтому решил остановить этот балаган. И поговорить, как цивилизованные люди:
— Стоп! Что вы здесь устроили?! Хотите снова ее довести? — он напомнил всем о присутствии здесь беременной женщины. Все мигом замолчали, он продолжил, обращаясь к ней, — Иди домой. Я скоро приведу колдомедика…
— Я никуда не пойду. У меня куча работы…
— Серьезно, Грейнджер? Ты и сейчас будешь спорить? Они, — тыкнул пальцем в ее друзей, — минут семь не могли привести тебя в чувство. И ты заявляешь мне, что не пойдешь к целителю?
Она виновато потупилась, но молчала.
— Что же, может мне стоит оставить тебя на растерзание твоим дружкам? По-моему, у них накопилось много вопросов…
Эти слова подействовали на нее, как он и планировал. Она испуганно посмотрела сначала на Гарри и Рона, а потом бросила умоляющий взгляд на него.
— Хорошо, я пойду, — она встала и покачнулась. Драко придержал ее за локоть и повел к выходу.
— Гермиона, объясни, что происходит, черт возьми?!
Драко сжал зубы. «Снова этот рыжий недоволшебник!» Он медленно повернул голову к ничего не понимающему Уизли и процедил:
— Просто… хоть раз в жизни… заткнись! Мантикора тебя подери!
— Что ты делаешь рядом с ней? — он все не унимался.
— Мерлин… — Малфой закатил глаза и обратился к парню в очках, — Поттер, я смотрю, что ты более догадливый… Будь добр, объясни своему недалекому дружку, что я волнуюсь за своего ребенка, которого Грейнджер из-за вас могла потерять…
Аристократ оглядел присутствующих: очкарик виновато кивнул, Падма устало закрывала глаза руками, а Уизли, по всей видимости, только начал понимать, что Гермиона беременна вовсе не от него. Поэтому глаза его забегали, он неверящим взглядом посмотрел на спину бывшей девушки и только собирался что-то сказать, но Драко его опередил и издевательски произнес:
— Да, Уизли, я будущий папочка ее ребенка… А теперь, прошу простить, но нам пора! — он подвел подавленную Гермиону к двери, но заглянув в ее грустные глаза, вздохнул и сказал:
— Ладно… Думаю, нам всем нужно поговорить. Спокойно поговорить. Сегодня в семь в квартире Грейнджер… И, кстати, если кто-то из вас кому-то расскажет о ее секрете, и ее жизнь из-за этого станет хоть немного беспокойной, я вас уничтожу…