Морское проклятье

Звуки под водой
Soothing Sounds Universe

В бескрайних водах снова разлилась морская песня. Киты протяжно завывали где-то вдалеке, дельфины игриво перекликались за соседним коралловым рифом, а вблизи Негонской впадины потрескивали клешнями беспокойные рачки, тихо крадущиеся по песчаному дну.

Золотистый, почти прозрачный плавник дернулся, улавливая всё больше и больше окружающих звуков. Кажется, сознание этой золотой рыбки постепенно возвращалось к хозяйке, а вместе с ним и способность ощущать окружающий мир. Муза, кажется, и сама забыла, что прошлой ночью ей довелось переродиться.

Девушка очнулась ото сна и удивленно оглядела своды пещеры, в которой она оказалась. На стенах и потолке мерцали блики света, словно от разбитого зеркала. Пол пещеры был устлан жемчужинами и костями невиданных ей рыб. Сама девушка находилась на весьма уютной и мягкой поверхности внутри какого-то моллюска. Хвост её, выросший место ног, был покрыт гладкими чешуйками, а плавники казались такими нежными, словно были сотканы из шелка и шифона. Длинна волос тоже изменилась: прошлой ночью она была обладательницей каре, теперь же иссиня-черные локоны девы были длинной ничуть не меньше метра.

Осматривая пещеру и перемены в своём теле Муза не сразу заметила выглядывающего из-за каменных стен удильщика.

- Ой! - удивленно пискнула она, когда их взгляды встретились. Парень неожиданно для неё зажмурился и ни с того ни с сего накинулся, повалив новоявленную русалочку на мантию моллюска. Муза зарделась и запищала, растерянно колотя Ривена по груди кулачками, а также хвостом по гигантской ракушке. - Ч-ч-что ты делаешь?!

- Обнимаю рыбку своей мечты,- сквозь хохот ответил ей Ривен, стискивая хрупкую девичью фигуру в своих крепких объятьях. Муза хоть и была готова провалиться под землю от смущения, все же не могла отрицать и волной нахлынувшее счастье. Ей давно хотелось чего-то... такого? Чего-то теплого и нежного, как его когтистые сильные руки.

- Мпф! - издала нечленораздельный звук Муза, будто не зная, недовольно фыркнуть ей или смущенно ахнуть. Совсем недавно она была человеком, приученным носить одежду. Сейчас же девушку в объятья захватил объект её воздыхания, отчего сердце так и хотело выскочить наружу. И он, как на зло, спустился чуть ниже, прильнув плавником-ухом к её груди. Она же, чёрт возьми, без одежды! Всё, что могло её прикрыть, это длинные чернильные волосы, которые в воде непослушно расплывались во все стороны, будто водоросли.

- В чём дело? - вкрадчиво уточнил морской дьявол, поднимая на девушку мерцающий хищный взгляд, но головой даже не шелохнув.

- Ты хочешь чтобы я задохнулась от смущения?! Мое сердечко не выдержит!

- Тебе претят мои объятья? - в голосе удильщика промелькнули нотки тоски и, может быть, даже обиды. Он уже хотел отстраниться от девушки, осознав свою поспешность и неучтивость, однако ладони русалки расслабились и мягко прошлись кончиками пальцев по его спине. Это было похоже на просьбу не отстраняться.

- Нет. Просто когда ты так близко... мне будто не хватает воздуха, - замешкалась девушка, отводя взгляд в сторону и смущенно надувая щеки.

- Воздуха? Так это не проблема. Я могу поделиться своим, - с ехидной ухмылкой и пылким азартом предложил Ривен, ослабив свои объятья и повиснув над Музой, поставив руки по обе стороны от неё. Удильщик дал ей понять, что в тисках держать не намерен, если ей это доставляет дискомфорт. А если она будет в чем-то нуждаться - его задача дать этого сполна. Будь то воздух или ещё что-то.

Игривость всегда была присуща Ривену. Он даже когда бескорыстно предлагает свою помощь у окружающих есть обманчивое ощущение, будто он готовит розыгрыш или желает получить какую-то выгоду. Такая загадочность и плутоватость - для Музы самая милая и очаровательная черта. Она была рада, что он не изменился. Именно таким девушка его полюбила. Однако... изменилась она сама. Любой её сон теперь мог стать абсолютной реальностью. Оттого девушка не могла надышаться, успокоить ликующее сердечко и унять безумное смущение. Вот он - объект твоих мечтаний! Прямо над тобой! Все такой же дерзкий и манящий! А его внезапное предложение поделиться воздухом... это что, ненавязчивое предложение для поцелуя?! Да уж, этот плут не знает жалости к бедной влюбленной девушке. Ну просто настоящий чёрт! Невыносимый и неотразимый.

Когда щеки девушки заалели пуще прежнего, и зажмурив глаза она шлепнула себя по щекам, Ривен окончательно решил отодвинулся в сторону. Не дурак, всё понимает. Нужно соблюдать дистанцию пока она не привыкнет. Не хватало ещё ненароком напугать её или оскорбить. Однако девушка так просто не хотела терять новоявленное ощущение близости. Вскочив с места, она вцепилась ручками в его предплечье и потянула на себя. Казалось бы, сейчас должна повиснуть неловкая тишина, однако Муза завороженно посмотрела на Ривена и даже не задумываясь обронила те слова, которые озвучивать и не собиралась, - Не верится, что ты не очередное сновидение.

- Оу? Я снова снился тебе?- коварно усмехнулся парень, отчего Муза вздрогнула всем телом и, отпустив свой цепкий хват на руке удильщика, нервно стиснула чернильные волосы. Да кто её за язык то тянул?! В прошлой раз, когда она заикнулась о своих снах, Ривен покинул её и мог вообще больше не вернуться! Просто чудо какое-то, что в момент, когда ей грозила смертельная опасность, он оказался рядом и был готов помочь! Хотя... Муза вдруг задумалась. Его присутствие в столь роковой для неё день не было похоже на случайность или простое совпадение. Может быть он всегда был рядом? Может просто не смел показаться ей на глаза, чтобы не создавать «ложных надежд»? Оберегал её благополучие и покой, мастерски скрываясь в тенях Сероскального? Кто знает. Может быть придет время, и он расскажет ей, как было всё на самом деле.

Муза улыбнулась и положила свою маленькую мягкую ладонь поверх когтистой ладони хищника. Девушка будто боялась, что Ривен, словно мираж, вот-вот растворится в лучах утренней зари.

- Действительно не сон, - усмехается она своим же мыслям, глядя его по руке. Затем поднимает на него взгляд, вновь ощущая как сердце заходится в груди от переполняющих чувств. - Я так скучала.

- Я знаю, - смело ответил ей он, убирая непослушные пряди её волос со лба за ухо-плавничок. - Теперь между нами нет преград. Ни океана, ни его проклятья.

Пусть Ривен и не говорил ей вслух о том, как невыносимо тосковал, но внезапное объятье ранним утром было красноречивее любых слов и признаний. Муза вспомнила мгновенье, когда они виделись в последний раз. Как из его глаз черными горошинами катились слезы, что разбивало её сердце на клочки. Как назвал её недосягаемой звездой в отражении воды. Что ж... ты таки дотянулся. Теперь не будет печальное морское чудовище коротать вечность в одиночестве у края завывающей бездны. Вуалехвостая рыбка мягко обняла удильщика, решив для себя, что будет счастлива разделить с ним бесконечное множество морских и лунных циклов.

***
Муза и при человеческой жизни не особо хорошо плавать умела. Разве что «по-собачьи». Сейчас же, обратившись русалкой, у неё это получалось ещё хуже. Девушка никак не могла привыкнуть к своему хвосту даже спустя три дня после перерождения.

- Давай смелее, крошка,- скомандовал Ривен, плывя спиной вперед и увлекая девушку за собой, крепко держа ту за запястья. Она же неуверенно двигала плавниками, с опаской глядя на пропасть где-то снизу.

- Знаешь, мне когда-то снилось, будто я учу тебя ходить на ногах. Кто бы подумал, что всё окажется ровно наоборот? - сетовала она на судьбу-злодейку, чувствуя себя от беспомощности немного подавленной. Не будь рядом с ней Ривена - давно бы какие-нибудь хищники сожрали.

Муза переродилась в настоящую сирену. Выяснить это оказалось не трудно: девушка слышала всё происходящее вокруг с поражающей точностью, а также по-прежнему прекрасно пела. Согласно легенде, поведанной Ривену жуткой древней множество циклов назад, сирены - это русалки с удивительными магическими способностями. Сирены должны обладать чутким слухом и пленительным голосом, однако цена сего могущества - никудышные физические данные. Увы, Музу это «проклятье сирены» стороной не обошло. Хвост русалочки был слаб ровно настолько же, насколько красив. При всем желании девушка не сможет разогнаться до большой скорости, а вуальные плавники не дадут преимуществ в маневрировании. Если все сирены были таковы, то не удивительно, что их истребили во время охоты. Впрочем, Музе очень повезло, ведь она обратилась в руках верного защитника. Её судьба сложилась весьма удачно.

Морское проклятье не опирается на одни случайности. Если и кажется, что все события навеяны какой-то потехой с игральными кубиками, на деле все было гораздо сложнее. Морю нравится подстраивать судьбоносные встречи. А ещё ему нравится, когда эти встречи дают начало чему-то грандиозному. Нельзя сказать, что встреча Ривена и Музы была кем-то там предрешена. Судьба столкнула их действительно случайно. Однако если та злодейка видела возможность подтолкнуть эти души друг к другу - она охотно это делала. Океан спелся с «другим морем», отчего даже небеса охотно разверзлись, когда пришел назначенный час забрать земную девочку в море. Так и появился интересный союз из морского дьявола и хрупкой сирены. Если немного задуматься, то их проклятья идеально дополняли друг друга. Ему подвластен устрашающий рокот бездны, а ей - сладостное очарование в колдовских песнях. Такому тандему может покориться весь океан, если они пожелают захватить его методом кнута и пряника. Однако... юной русалочке и тритону такой роскоши не надо. Им достаточно и мрачных владений подле Негонии. Одинокий, тихий пустырь у бескрайней расселины был слишком жутким местом для посетителей, так как слыл дурной славой. Разве можно найти место прекраснее для мирной жизни в компании возлюбленной? Никаких назойливых соседей, никаких любопытных бродяг. Наверное это можно назвать счастьем. Впрочем, Ривен был бы куда счастливее, научись Муза хоть чуточку плавать. А то мало ли что?

- Давай на сегодня закончим? Ты выглядишь уставшей, - сказал Ривен, подтягивая за запястья девушку к себе.

- Ладно, - понуро ответила она, не в силах даже спорить. Предыдущие два дня она усердно тренировалась, однако сейчас девушка была вынуждена согласиться: изнурение дало о себе знать.

- Не переживай, мы никуда не торопимся. Всему научишься, - утешил её удильщик, ведя её за собой, в сторону его логова.

Тренировки по плаванию проходили в аккурат над бездной. Кости гигантских змей и китов служили полосой препятствий, а непроглядная тьма Негонского желоба - стимулом не идти ко дну даже от усталости. Муза очень старалась, ведь не хотела быть для Ривена обузой, однако пока что дальше мрачной расселины ей путь заказан.

Когда пара проникла за порог владений удильщика, русалка обессиленно рухнула на лежанку-ракушку.

- Прости, слишком сложно, - вздохнула она.

- Ты уже делаешь успехи, так что отбрось уныние, - воодушевленно ответил Ривен, однако Муза ничуть не воодушевилась. Только что-то недовольно пробурчала в мантию моллюска, как в подушку. Что ж, возможно пора отвлечь её мысли от плавания на нечто другое. У Ривена как раз на этот случай был приготовлен маленький сюрприз. - Можешь закрыть глаза? Я хочу достать кое что.

- Подарок? - вдруг встрепенулась Муза, блестящими глазками уставившись на парня. Да, любая девчонка будет рада подарку. Особенно от юноши, который ей небезразличен. - Я не хочу закрывать глаза! Показывай!

- Э, нет, так не пойдет, - хмуро прыснул сквозь зубы удильщик. - Либо закрываешь глаза, либо остаешься без подарка.

- Ты что, стесняешься мне его подарить? - язвительная усмешка появилась на лице девушки, что явно пытаясь подразнить тритона. Удивительно, но вздрогнувший Ривен в самом деле резко покраснел.

- Издеваешься?!

- Разумеется. Ты ведь такой смешной и милый, когда смущаешься, - хохотнула она, отчего растерявшийся Ривен только пуще насупился.

- Да ну тебя, - угрюмо буркнул он, отвернувшись от девушки и скрывшись за сталактитами пещеры.

- Ну всё-всё, уговорил, я не смотрю, - уступила в перепалке она, решив, что если дальше будет глумиться - действительно останется без подарка. Русалка прилежно выпрямилась в спине, по-аристократически усевшись в раковине. Хоть позой она пыталась показать прилежную и послушную девочку, ехидная улыбка на лице выдавала в ней настоящую шельму.

- Только не подглядывай. И не дергайся, а то ничего не получится, - послышался мужской голос над её ухом-плавником. Муза немного напряглась, когда пучков волос на макушке коснулись чьи-то когтистые руки. Кажется, тритон просунул что-то сквозь гульки, а затем намотал вокруг. Ещё минуты две удильщик расчесывал волосы девушки и бережно укладывал пряди, а затем отстранился и зашуршал в стороне, будто пытаясь что-то откопать в завалах из костей. - Открывай глаза, - обронил он немного неуверенно. Девушка сначала приоткрыла один глаз. Первым делом она обратила внимание на Ривена, который сидел перед ней с разбитым зеркалом в серебристой раме. А затем, когда Муза открыла второй глаз, наконец-то заметила в отражении себя. На мгновение девушка потеряла дар речи, ведь видела себя впервые с момента перерождения.

- Ух-ты! - восторженно протянула она, не узнавая себя в отражении. Кожа щеках и под глазами переливались, будто рубиновые песчинки. Золотые плавнички, в которые превратились уши, были невообразимо милыми и хрупкими. А в непривычно длинных иссиня-черных локонах сверкали жемчужины! Кажется, это и был подарок Ривена. Немного пощупав гульки на голове, Муза поняла, что удильщик вплел в них прозрачную и совершенно невесомую леску, на которой были нанизаны бусины. К леске в пучках волос были прицеплены и другие, которые ниспадали по свободно плавающим локонам. Казалось, что жемчужины просто застыли в её волосах как по волшебству.

- Ну вот что-то такое я придумал. Надеюсь не слишком глупо? - смущенно буркнул парень, растерянно потирая свой нос. Забавно, ведь он не сделал его-то глупого или постыдного. Однако ему отчего-то было неловко, и легкий румянец на лице это подтверждал.

- Шутишь что ли?! Восхитительный подарок! - радостно писнула Муза и внезапно чмокнула юношу в щеку.

- Э-эм? - только и раздалось с его стороны. От глаз Музы не смогло укрыться его слегка сконфуженное состояние, потому как парень убрал зеркало в сторону и часто заморгал.

- Это благодарность, - отчеканила она, дабы развеять всякое недопонимание. А затем Муза серьезно посмотрела на его лицо и задала давно терзавший её вопрос, - Скажи, а что это за костистые наросты на челюсти? - девушка провела кончиками пальцев по скулам удильщика до самого подбородка, а затем прикоснулась к тому месту на щеке, куда мгновение назад его поцеловала.

- А, ну... - парню сложно было сконцентрироваться на вопросе, когда русалка его откровенно дразнила своими прикосновениями. Он взял её за руку лишь с целью убрать от своего лица подальше. - Скажем так, морское проклятье иногда дарует возможность «пошире» открыть пасть.

- О, правда? Но у тебя же не такой широкий рот. И почему таких выступов у меня нету? - переспросила Муза, продолжая оглядывать парня, в тоже время щупая уже свою гладкую щеку.

- Такие выступы характерны для крупных хищников. Однако открывается «вторая пасть» только акул, или у тех, кто жрет русалок или людей. Иными словами «крупную дичь». Кстати, от этого у них рвутся щеки. Мерзкое зрелище.

- Да уж, - сморщилась Муза, представив такую картину. - Погоди, так ты же вроде удильщик? Удильщика разве можно считать крупным хищником?

- Ну... не совсем, - Ривен облокотился на край ракушки, сложив свой хвост большой спиралью на полу. - От удильщика мне досталось «светило», а вот остальные части тела не очень похожи, правда ведь?

И в самом деле. Удильщики это ведь короткие рыбешки непритязательного коричневого цвета. Некрасивые, зубастые, с мерзкими усиками и даже без чешуи. Хвост Ривена же был глубокого пурпурного, почти черного цвета, с вкраплением малиновых и лиловых прожилок. Длинна хвоста была гораздо больше, чем у обычных русалок. А шипастые плавники вообще сбивали с толку, поскольку ни на что не были похожи. Его, в отличие от обычного удильщика, язык не поворачивался назвать «некрасивым».

- Что же ты за рыба такая? - спросила девушка, озадаченно почесав затылок.

- Без понятия. Исполинские раковины называют меня «пасынком левиафана». Но насколько это правдиво я никогда не узнаю. Левиафанов ведь в природе больше нет. Они вымерли около тысячи лет назад.

- Хм, - Муза задумалась. В человеческой культуре левиафанами называли огромных морских чудовищ, похожих на змеев. О них были лишь легенды, старинные гравюры, притчи и баллады. Но ученым не удалось обнаружить подтверждения существования подобных тварей на земле.

- Видела кости, лежащие над бездной? Гигантской змеи.

- А? Да, конечно. Мы же вокруг неё плавать учились, - немного подавленно отозвалась Муза, вспоминая недавние уроки. - Ты думаешь это кости левиафана?

- По крайней мере древние моллюски так говорят. Я видел ещё один такой скелет, застрявший в клыкастых скалах немного дальше отсюда. Ближе к поверхности.

- Значит они все-таки существовали, - кивнула головой русалка, продолжая рассматривать хвост Ривена. - И моллюски считают тебя «пасынком левиафана» из-за длинного хвоста? Ну, якобы, ты на змея похож?

- Наверное, - усмехнулся он в ответ, пожав плечами. - Ни один левиафанов скелет не сохранился в достаточной мере, чтобы сравнить хвост или плавники. Поэтому остается только гадать. Я уже смирился с этим. Кстати, я ведь раньше и сам не задумывался по поводу «второй пасти», - вдруг вернулся к прежней теме парень, будто вспомнив что-то важное. - У Олеаны ведь нет этих наростов, при том что она хищница. Неужели астронотус настолько маленькая рыбка?

- Ха-а-а? Кто такая Олеана? - в голосе Музы промелькнула нотка возмущения.

- А? Да просто русалка местная, - без задней мысли ответил парень, даже не заметив внезапной перемены настроения у девушки. - Ой, кстати! Пора бы тебя познакомить с ними. Уверен, ты со всеми подружишься.

- Думаешь? - сирена немного расслабилась и даже ощутила укол совести.

«Приревновала на пустом месте, ну и дура...»
- Ты чего? - спросил парень, заметив её немного напряженное выражение лица.

- Да так...

***
- У тебя уже отлично получается, - похвалил девушку Ривен. Сирена плыла следом за морским дьяволом, держа его за руку. Они впервые выбрались за пределы Негонской пустоши и направились в сторону Линфейского рифа, где он планировал познакомить новоявленную русалку со своими друзьями. Муза очень нервничала, но старалась удержать на лице безмятежность. С Ривеном она была знакома уже более трех лет, а вот другие русалки ей встретятся впервые. Какими они будут? Радушно ли её примут, или достаточно холодно? Судя по всему, Ривен доверял этим обитателям глубин. Значит, и Муза могла довериться. По крайней мере такой мыслью она пыталась утешить себя и отогнать дурные предчувствия.

- Э-э-эй! - послышался чей-то мужской голос за стеной из кораллов. Кажется, у его обладателя был мощный акулий плавник. Муза немного съежилась.

- Трусишка, не бойся, он не укусит, - с ехидной усмешкой обронил Ривен, оглядываясь на девушку. Похоже он заметил легкую дрожь в её руке.

- Я не боюсь, - надулась русалка, исподлобья посмотрев на тритона в ответ. Он пожал плечами и вновь устремил свой взгляд вперед.

По мере приближения Муза заметила и других хранителей моря, ожидавших в зарослях водорослей. Кажется, там было ещё три девушки.

- Ривен, где тебя подводные черти носили?! Три дня ни слуху ни духу! - возмущенно воскликнула одна из русалок, чьи темно-каштановые волосы густыми кудрями расплывались в воде. В руках она держала гарпун, отчего вид у неё был достаточно грозный. Да и рудиментарные выступы на челюсти выдавали в ней крупную хищницу. Как и у акульего жнеца, находящейся рядом с ней, что осмелился задать следующий вопрос:

- Святые карасики, кто это с тобой?! - глаза незнакомца засветились недобрым золотистым огнем. Он будто оценивающе глядел на новоприбывшую сирену, прикидывая какие-то свои мысли в уме. - Не знал, что ты интересуешься такими хрупкими рыбками-принцессами, - шутка, озвученная этим тритоном, была на грани издевки. Он что, принял её за какую-то приспособленку? Неужели подумал, что перед ним очередная беспомощная рыбка, которая очарованием своим может приластиться к могучему хищнику лишь ради покровительства и защиты? Неужели она выглядит корыстной и меркантильной? Муза растеряно опустила глаза и прикусила губу, однако Ривен даже не глядя поспешил её успокоить, погладив большим пальцем по тыльной стороне ладони. Они ведь по прежнему держались за руки.

- Полно шутить, Некс. Я привел свою спутницу, чтобы познакомить с нашей дружной семьей. Её зовут Муза.

- П-приятно познакомиться, - неуверенно выдавила из себя Муза, подняв глаза на собеседников.

Акулий жнец, названный Ривеном по имени «Некс», стоял всё с тем же выражением лица: холодным, оценивающим, недоверчивым. Где-то поодаль находились ещё две русалки, которые голоса пока не подали. Они были спокойны, как море в безветренную погоду. Правда одна из них... делала вид, что что-то пьет из пустой кружки. Девушка была будто не в себе, отчего Музе стало ещё более тревожно.

- Кажется, я узнаю её голос, - вдруг нарушила тишину хищница с большим плавником на спине. Она направила в сторону Музы гарпун, чем не мало шокировала сирену и даже морского чёрта. - Так ты к ней последние три года наведывался на Сероскальный?! Ты привел сюда человека?!

- Что? Человека? - вздрогнул Некс, впившись взглядом в девушку ещё более усиленно. - Лейла, у неё вообще-то хвост есть. Она такая же как мы. С чего ты взяла, что...

- Да с того, что ещё три ночи назад она на своих двоих разгуливала по клыкастой горе и песни горланила! - не дослушав тритона Лейла низвергла свою гневную тираду в адрес удильщика и его сирены.

- Ну и что с того? Мы с тобой тоже раньше были людьми. Разве это имеет значение теперь, когда мы все оказались под водой? - голос Ривена казался спокойным, однако Муза знала, что он сильно разозлился. Хват его руки на девичьей ладони стал гораздо жёстче.

- Все эти три года я надеялась, что ты направлялся в ту сторону лишь от своего дурного любопытства и интереса к «странным звукам»! Но мало того, что ты бросил наше совместное дело, посвященное мести за друга, так ты ещё и спелся с этой человечиной! С этим врагом нашего народа, в тайне от всех нас! Что это, как не предательство, Ривен?! - взвыла дева-парусник, чьи глаза готовы были метать молнии.

- Лейла, успокойся, - попытался её утешить Некс. Однако ему даже прикоснуться к плечу русалки не удалось, ведь она отмахнулась от него китобойным орудием.

- Нет! Я не могу закрыть глаза на то, что наш собрат предал память о Набу, истерзанном людьми, и повелся с одной из сухопутных тварей! Ещё и к нам привел! Это неприемлемо!

- Прекрати кричать на Ривена, - вмешалась одна из русалок, стоящих поодаль. Та, чей на чьем темном хвосте переливались и ярко-оранжевые чешуйки. Она была похожа на аквариумную рыбку астронотус. Кажется, её имя Ривен упоминал после утренней тренировки. Олеана вроде как?

- Да что ты можешь понимать?! - Лейла вдруг взъелась и на неё, обиженно взглянув из-за плеча. - Мы с Ривеном потеряли Набу именно из-за людей! Они - истинное зло для океана!

- Олеана тоже пострадала из-за людей. И не говори так, будто это было только ваше горе, - та дева, что укрылась в водорослях с пустой чашкой в руках тоже встряла в разговор. По её виду было ясно, что она до последнего не хотела вмешиваться, но из-за беспокойства за юную хищницу не смогла оставаться в стороне. - Ривен познал смирение и нашел покой в своем сердце. Может быть и тебе пора?

- Флора, что ты такое говоришь?! Ладно Олеана, я понимаю отчего на Ривена защищает! Да и к людям она просто равнодушна! Но ты то с чего вдруг решила принять человека?! Разве ты не помнишь, что люди сделали с Набу?!

- Милая, приглядись. Она ведь уже не человек, и вряд-ли хоть как-то причастна к смерти твоего любимого и нашего друга, - древняя умышленно делает акцент на том, что он был и их другом тоже. Она вновь прикладывается губами к пустой чашке.

Темнокожую хищницу от переполняющего гнева аж затрясло. Никто не хотел поддержать её. Ривен был ей как брат, что разделил когда-то боль утраты и желание возместить эту боль человечеству сполна. Теперь же Лейла ощущала себя так, будто этот названный брат предал её из-за какой-то красивой рыбешки, некогда снующей по земле вдоль моря. Акулий жнец, влюбленный в парусник, тоже почему-то гнев её не одобрил, а лишь озадаченно стоял в стороне. Та, что заботой своей и мудростью направляла с самой юности... и вовсе сочла появление этой сирены за норму.

- Нет... я не могу этого принять! Я не могу простить людей! Я поклялась уничтожить всех, кто позарится на наш океан!

- Набу хотел бы, чтобы остаток жизни ты провела в слепой ярости от болезненной утраты? - вдруг послышался голос со стороны «яблока раздора». Сейчас же на лице сирены не было тревоги или испуга, ведь однажды ей уже доводилось видеть такое бешенство на лице Ривена. Вуалехвостая предположила, что если эти слова помогли Ривену преодолеть боль и ненависть, то могли помочь и этой русалке. К сожалению, Лейлу это только больше распалило. Какая-то жалкая человечина не имела права даже имени усопшего произносить, не то что советы по принятию утраты давать!

- Как ты смеешь?! - сорвалась на рык от злости Лейла, восприняв все слова Музы как какую-то издевку. Руки сами дернулись, и тело бросилось вперед, направляя китобойное орудие на сирену. Металлическое острие гарпуна с лязгом встретил острог удильщика, приняв удар на себя.

- Лейла! - грозно рявкнул Ривен, хищно оскалив пасть. Его голос жутким эхом разлетелся по округе, как настоящий рокот бездны, не тревоживший морское дно добрые десятки лет. Казалось, что хвост Ривена стал длиннее, а все шипастые плавники встали дыбом. Его глаза, налитые гневом, горели ярче, чем его же светило в пасмурные дни. Лейла вздрогнула, когда осознала,что удильщик был на грани исступления, а затем от обиды и злости темные слезы сорвались с её ресниц с кристально-чистую воду вокруг. Она не могла даже шелохнуться, будто его голос сковал всех вокруг.

- Не думал, что на меня кто-то поднимет оружие. Не важно. Я не могу подвергать опасности сирену, которую ждал, наверное, всю жизнь. А потому, если вы её не принимаете - я ухожу, - похоже, Ривен и сам не замечал, как переменился в лице и голосе от переполняющей злобы. Он взял вуалехвостую русалку на руки и поспешил удалиться с глаз долой, даже не желая прощаться.

- Прекрасно! Замечательно! Плыви ко всем чертям и не возвращайся! - крикнула ему в след русалка-парусник и с психу направилась в противоположную сторону.

Некс, Флора и Олеана тревожно переглянулись между собой, принимая решение о дальнейших действиях без переговоров в считанные секунды.

***

Ловко огибая коралловые рифы, Некс с большой скоростью проносился мимо вырастающих на его пути препятствий, пытаясь сосредоточиться только на одном. Лейла была так зла, что даже его скорости не хватило, чтобы её догнать. Теперь же времени прошло достаточно, чтобы запах русалки успел раствориться, рассеяться в водах, поэтому на своё акулье чутье он полагаться не мог. На душе скребли кошки, - Ривен выглядел до жопы злым, когда Лейла чуть не замахнулась своим копьем на его маленькую золотую рыбку. А эта царевна тоже хороша, лучше бы помалкивала в тряпочку и не вмешивалась в рыбьи разборки, не будила лишний раз лихо. Но она решила высказаться на тему, на которую боялся высказываться даже Некс, знающий Лейлу много более пятнадцати морских циклов. Теперь же ослепленная гневом Лейла могла наделать глупостей. Некс знал, что ему может достаться за попытку успокоить её, но просто не мог оставить русалку одну. Только не в таком состоянии.

Наконец, слух акулы привлекли странные клацающие звуки, доносящееся из-за большой подводной скалы. Прислушавшись, он различил разъяренные воскликни Лейлы. Тут же из-за скалы с большой скоростью пронеслась ярко-розовая струя морфикса, попав в стайку маленьких серых рыбок. Нексу не нравился морфикс: он сладко пах, а кожу от него разъедало так, что даже мази Флоры не могли унять боль, оставленную магической кислотой.

Лицо Лейлы побелело от злости. Сжимая гарпун двумя руками, она в бешенстве била им по скале. В своей ярости русалка так забылась, что даже не заметила приближение Некса. К счастью, он успел увернуться от очередной струи морфикса, с шипением попавшей в ближайший коралл.

- Лейла, - прочистив горло, попробовал позвать тритон, приблизившись на достаточно безопасное для него расстояние.

- Уходи! - в очередной раз замахнувшись, она едва ли не испепелила его диким взглядом.

- Давай поговорим...

- Некс! - прорычала парусник, резко развернувшись к акуле. - Я разве выгляжу так, будто хочу разговаривать?!

Девушку переполняло разочарование и обида в тех, кого она считала своей семьей. Перед глазами стояло бледное тело Набу, пронзённое огромным гарпунном, его потухший лиловый взгляд, направленный в пустоту. Он умер мгновенно, люди не оставили ему даже и шанса. Годами эта картина причиняла ей немыслимую боль, не позволяя отречься от мести. Теперь же Ривен, которого русалка считала своим названным братом, привел в семью эту проклятую двуногую. Хотел, чтобы Лейле пришлось жить бок о бок с этим человеческим отродьем.

- Ты выглядишь очень злой, - раздражающе ухмыляясь, ответил Некс, прислонившись о находящуюся рядом скалу. Его ярко-желтые глаза неотрывно наблюдали за каждым её действием, полные отвратительной жалости. Раздраженно зарычав, Лейла в очередной раз ударила камень.

"Убить.... Она поклялась убить каждого двуногого, что когда-нибудь попадёт в эти воды.

А Ривен с невинным видом притащил человека в дом, словно красивую безделушку."

Некс, неспешно описывающий круги вокруг парусника, казалось, пытался найти, что сказать.

- Мне она тоже не понравилась, - наконец, проговорил он дурацким сожалеющим голосом. - Лучше бы красивое стёклышко к своим черепкам притащил, оно тоже красивое и хотя бы есть не просит. Да и вообще, он взрослый парень, водится с кем хочется. К тому же, ты, похоже, забыла, как Флора тебя приютила, недавнюю человечину. Думаешь, ей люди зла за долгую жизнь не делали?

- Заткнись! Это совсем другое! - Некс в ответ только рассмеялся.

- А по-моему тоже самое, - акула описал круг над её головой. - Люди убивают русалок, а русалки убивают людей. Как думаешь, сколько это будет продолжаться? Может, пора хоть кому-то из нас остановиться? - Когтистая рука Лейлы ещё крепче сжала гарпун, но застыв с каким-то мыслями парусник на мгновение перестала бить по камню. Некс видел, как от напряжения дрожит её челюсть. - Да и Ривен, в отличие от всех нас, никогда не влюблялся. Только-только ему нормально перепало, а тут ты категорически против. Как думаешь, каково ему в этой ситуации?

Каждое сказанное им слово заставляло девушку закипать внутри всё сильнее и сильнее. Даже Некс, который иногда специально притворялся идиотом, чтобы рассмешить, защищал проклятую человечину. Почему весь мир настроен против отмщения?! Почему весь мир настроен подыграть неумолимой боли в груди, раня разбитое сердце снова и снова?!

- Лейла, пора оставить эту ненависть. Вырасти в конце концов.

Лейла озлобленно скрипнула зубами, а сжатый до побеления кулак неосознанно засветился розовым.

- ЗАТКНИСЬ! - внезапно материализовавшаяся ярко-розовая волна морфикса снесла Некса в сторону. Тот в шоке едва успел прикрыть лицо ладонями.

Раздался страшный, утробный крик, заставивший Лейлу вздрогнуть всем телом. В одно мгновение сошла вся спесь и ярость переменилась ужасом, захлестнувшим её вместе с чувством вины. Из-за её неконтролируемой ярости тритон лежал на камнях, тихо завывая от боли. Все его руки от кончиков пальцев до локтей, грудь и живот покрылись страшными ожогами. В её глазах от страха и застывших слез всё было будто в тумане, но даже так она кинулась к нему, взяв лицо Некса в свои ладони.

Дышит! Слава проклятью, он дышит!

- П-прости меня, я не хотела... - она едва владела своим голосом. Тяжело подняв голову, Некс взглянул на неё очень злобно. Так, как никогда не смотрел. До боли стиснув зубы он скинул её руки и всклочил с места. Его тело трясло, как маленькую шхуну во время шторма. Лейла смотрела на него снизу вверх, щурясь не то от света за его спиной, не то от накатывающих слез. - Обжигай! Обжигай меня, сколько влезет! - прорычал он, ударив себя по обожженной груди и тут же злобно зашипел от боли. - Можешь меня хоть убить! Но я не позволю тебе отвернуться ни от друзей, ни от семьи из-за чертовой ненависти, ясно?! - Лейла вновь почувствовала, как слезы жгутся в глазах, а горло сковывает горький комок. - Да ты, блять, не такая! Ты смелая, добрая, охуенная русалка! Не какая-то там пустышка бестолковая, но отчего-то тратишь свою жизнь на такую мелочную ерунду!

Гарпун с громким звоном вывалился у Лейлы из рук. Из ярко-голубых глаз, смешиваясь с морскими водами, потекли чёрные, как её боль, слёзы. Все ещё с трудом шевелясь, Некс осторожно взял её за руку, заставив посмотреть в глаза. На лице девушки отразилось столько боли, что он понял, - в этот момент внутри Лейлы что-то надломилось. Пошла трещинами старая, камнем лежащая на душе печаль. И пускай ему было до безумия больно касаться её сейчас, он крепко сжал девушку в объятиях, погладил перекошенное гримасой отчаяния лицо, позволил выплакаться на своём плече. Всё это время призрак Набу не отпускал её, маячил где-то поблизости, напоминая о желании мстить. Но только сейчас она поняла, что готова его отпустить. Набу наконец-то сможет упокоиться с миром, ведь печаль русалки больше не будет держать его якорем в этом мире.

Спустя пару минут Лейла виновато посмотрела в сторону своего гарпуна, осторожно касаясь кончиками пальцев его острия.

- Как думаешь, насколько сильно я обидела его?

- М? - Некс не сразу понял о чем речь, ведь тема разговора переменилась слишком быстро, а он из-за ноющих ран соображал достаточно туго.

- Ривен. Что если он правда уплывет? Я ведь... крикнула ему в след «не возвращайся», - русалка нервно прикусила губу. Выглядела она так, будто снова готова разрыдаться. Некс закатил глаза, прикидывая в уме, чтобы ей ещё такого ободряющего сказать. Ох уж этот Ривен! - Если после смерти Набу я ещё и Ривена потеряю по такой глупой причине - наверное с ума сойду.

- Что ж, - тяжко вздохнул парень, понимая в глубине души, что её тревоги весьма обоснованны. Ривен тоже горячая голова. В любой другой ситуации Некс сказал бы: «да брось, перебесится и приплывает мириться». Однако, как ни прискорбно, эта ситуация была из ряда вон выходящей. Сегодня он впервые был на грани исступления. Это... о многом говорит, чёрт подери. - Вам нужно поговорить ещё раз. Но... только без гарпуна, пожалуйста.

Некс гладил каштановые волосы девушки очень бережно, радуясь тому, что Лейла не видит, насколько больно ему даже просто дышать. Это заставило её улыбнуться. Парень чувствовал облегчение, видя, как зареванная девушка неловко шмыгает носом, но уже готова принять новый путь. Ну, или хотя бы попытаться. Снова погладив её раскрасневшееся личико, он не удержался и щелкнул девушку по носу. Недовольно нахмурившись, Лейла осторожно приблизилась к нему, стараясь лишний раз не касаться ожогов.

- Спасибо тебе... за всё, - она осторожно провела по его гладкой щеке, из-под которой был виден двойной ряд акульих зубов. Ну что за чудо в перьях? Готов был броситься под морфикс, чтобы переубедить её. И то, что он сказал ей... Неужели Некс и правда так он ней думает?

Они много целовались в прошлом. Для Некса это было все равно, что поздороваться. Лейле даже нравилось, когда он проявлял знаки внимания, либо держал её за руку, однако в этот раз, поцеловав его, она впервые почувствовала невероятную волну теплоты в сердце, заставившую затянуться старые шрамы, оставленные смертью Набу. Акула довольно улыбался, будто давно этого ждал, и совсем не скрывал своей радости. Его обожженные руки, сопротивляясь желанию ласково провести по спине парусника, неуклюже застыли над её головой.

***
Разгневанный Ривен вернулся в свое логово и положил Музу на исполинскую раковину.

- Постой, - девушка взяла его за руку, остановив, когда тот хотел отстраниться. - Ривен, я...

- Не вини себя, - прервал её удильщик, сбросив с предплечья женскую руку. Голос юноши звучал совсем как в тот день, когда ловчий поплавок заманил его в сети. Вернее... когда она заманила его в сети своей песней. Случайно, как ни странно.

- Ты не должен ссориться из-за меня со своими друзьями, - как бы тяжело ни было это произносить, она всё-таки решилась. - Ты с ними гораздо дольше, поэтому если они против моего присутствия, будет лучше, если я...

- ИДИОТКА, НЕ МЕЛИ ЧЕПУХИ! - раздраженный восклик Ривена потусторонним эхом отскочил от стенок пещеры и выскочил в сторону бездны, разыгравшись там как настоящий раскат грома. Он в самом деле был ужасно зол, аки настоящий дьявол. Его некогда аметистово-малиновые глаза сейчас казались едва ли не алыми от распирающей ярости. Даже когти вытянулись на несколько сантиметров, будто он был готов кого-то порвать ими в клочья. - Я три блядских года жил с ощущением, что судьба надо мной жестоко пошутила! А последние пол года и вообще казалось, будто я сдох! И вот, казалось судьба-шутница сжалилась, я получил то, чего хотел... ТАК С ЧЕГО ТЫ РЕШИЛА, ЧТО Я ВОЗЬМУ И ОТПУЩУ ТЕБЯ?! - Ривен в исступлении выглядел грозно. Возможно, даже слишком. Муза почувствовала, как её пробрала дрожь от его потустороннего голоса и нервно сглотнула. Она понимала, что своими глупостями может ещё больше расстроить и разозлить его, отчего нервно съежилась, прикусив губу. Это сразу было замечено морским дьяволом. Его грудь тут же стиснуло от ноющей боли и тоски. - О... Муза, прости, я... я, наверное, напугал тебя? - его когтистые руки, дрожа, легонько коснулись щечек сирены, когда он забрался к ней на ракушку и приблизился к её лицу. Больше всего он боялся, что недавно обращенная в русалку девушка почувствует себя в плену у морского чудовища. И сейчас, кажется, когда разум был в хаосе от злости, а в теле всё ещё бушевало бешенство из-за попытки Лейлы напасть... он в самом деле выглядел и вел себя как чудовище.

- Нет, я тебя не боюсь, - ответила она, уткнувшись лбом в его грудь. - Просто расстроена, что из-за меня всё так обернулось. Не стоило мне встревать...

- Аргх! Я же сказал, не вини себя! Ты не сделала ничего плохого! - парень попытался смягчить свой тон, однако его голос по-прежнему звучал достаточно жутко. Похоже, пока исступление его не отпустит, прежний тембр к нему не вернется.

- Послушай, - тихо обронила она, отстраняясь для того, чтобы посмотреть в его глаза. - Семья - это самое главное в жизни. Конечно, они могут сказать что-то обидное сгоряча, но... не бросай их из-за меня.

- Не брошу, - хмуро ответил Ривен, понуро опустив голову. - Но и тебя я тоже не брошу. Я три года мечтал о том, чтобы иметь право находиться возле тебя. И я несу ответственность за то, что твоя человеческая жизнь оборвалось в пучине моря.

- Не мели чепухи, - ответила Муза его же словами, но с совершенно другим умыслом. В её голосе даже промелькнула усмешка. - Я сама так решила. Я ведь... лишилась семьи на суше и решила, что имею право претендовать на твою. Такая дура, боже.

- И вовсе не дура! - Ривен схватил сирену за плечи и отрезвляющие встряхнул её. - Я хочу, чтобы ты была моей семьей! Но и от той семьи я отказываться не хочу, потому что я жадный. Однако, если они будут так сопротивляться, не могу же я силой навязывать им свое желание? Создадим новую!

- Нет, не пойдет, - Муза покачала головой. - Ты должен с ними помириться. Ну, вернее с ней.

Ривен недовольно сложил руки на груди, а на его лице появился скептический прищур.

- Знаешь, Лейла очень гордая рыба. Она ослеплена ненавистью, совсем как я когда-то. Очень сомневаюсь, что выйдет что-то хорошее из нашего разговора. Мы оба на взводе. К тому же, она направила на тебя гарпун, будто убить хотела! Я не могу просто так взять и закрыть на это глаза! Ты ведь мне так же дорога, как для неё Набу! - периодически его голос срывался на крик, что лишний раз подтверждало, насколько далеко его состояние от понятия «спокойный». Однако он старался казаться хладнокровным, чтобы не пугать Музу своим монструозным поведением. И девушка понимала, с каким трудом ему это давалось.

- Ты ведь помнишь, что любовь лучше ненависти, верно? - спросила Муза, глядя на него с легкой улыбкой. - Эта русалка сможет преодолеть ненависть. Ты веришь в неё?

- Ну... с тех пор как Лейла потеряла Набу, она закрыла свое сердце для посторонних. Может быть поэтому она так долго привыкала к Олеане и до сих пор не начала отношений с Нексом, который из кожи вон лезет, чтобы та его ухаживания оценила по заслугам. Я... не очень уверен на её счет. Кажется, сердце Лейлы вообще разучилось любить после того, как возлюбленный умер.

- Тебе только кажется, - Муза ласково погладила Ривена по щеке и добродушно ему улыбнулась, - Она ведь не разлюбила свою семью после его кончины, правда ведь? Верь в неё, Ривен. Верь в её любовь к семье.

- Я постараюсь.

Муза всегда была тем созданием, что способно разжечь в нем огонь различных эмоций. Или же потушить их, когда это необходимо. Сейчас сирена успешно погасила большую часть его злобы, за что он чувствовал бесконечную благодарность. Однако когти так просто назад не втянутся. Обреченно вздохнув, Ривен склонился над девушкой и приложился виском к её плечу, на что девушка усмехнулась и немного погладила его по затылку.

- Знаешь, мне надо немного остыть, побыть наедине со своими мыслями. Думаю, охота на косяки рыб поможет мне успокоиться. Ты не против, если я покину тебя на часик-другой? Не хочу... чтобы ты видела меня... таким.

- Каким таким? Ты меня устраиваешь и бесишь абсолютно любым! - засмеялась Муза, хлопнув парня по спине. - А если серьезно, то плыви конечно. Я останусь здесь, в пещере.

- Тут безопасно. Исполинские ракушки чужих в расселину не пускают. Если что - забирайся в любую из них и закрывай крышку - враги в жизни не достанут. Поняла?

- Да.

- Хорошо, - Ривен поднял голову и хитро улыбнулся, - Ты меня тоже любой утраиваешь и бесишь.

На этой ноте они и простились. Удильщик с острогом в руках выскользнул из пещеры, перекатывая мысли о том, как же много фраз можно придумать, чтобы заменить пресловутое слово «люблю».

***

2:44
Streets Suspense
Daniel Licht

Олеана была в недоумении и абсолютно не знала, как это все воспринимать. Она думала успокоить Лейлу, но Флора находящаяся рядом мягко придержала её за плечо и покачала головой, безмолвно намекая, что не стоит лезть.

- Она немного побесится и остынет, только под горячую руку попадешь, - как только Некс и Лейла уплывают, отвечает Флора и убирает руку с плеча девушки.

- Спасибо, что заступилась за меня. - русалка переводит взгляд на Флору, и та ей слабо улыбается в ответ.

- Не стоит. Ей нужно остыть... и ему тоже. - она смотрит в сторону, куда уплыли Ривен с Музой. - Подняли такой шум. И как так вышло, что эти двое выросли такими вспыльчивыми? - Флора вздыхает и опускает взгляд в свою пустую чашку. Она молчит пару секунд прежде, чем снова заговорить. - Ты же понимаешь, что эта русалка, которую он привел...

- Я прекрасно осознаю смысл слова «спутница», Флора. Не нужно мне объяснять, - Олеана отвечает резко, но тут же чувствует вину и прикусывает губу. - Прости. Я не хотела грубить. Просто я не понимаю. Я видела, как он меняется и отдаляется, и понимала, что его начинает что-то манить, но я не думала...

- Что это будет другая девушка? Да, я признаться тоже удивлена, - Флора усмехается. - Но он, кажется, счастлив. А если его душа пребывает в умиротворении, то и моя тоже. Надеюсь, что и тебе хватит сил поддержать его в этом.

- Я не знаю. Не понимаю, чем я хуже, - в голосе русалки чувствовалась обида и горечь. На самом деле, хоть она и выглядела спокойной, внутри все будто бы опустилось. Ее молчание во время ругани друзей было больше из-за недоумения, ведь меньше всего она ожидала, что в конечном итоге место девушки Ривена займет какая-то неизвестная никому русалка, а не она.

- Милая, ты ничем не хуже. - Флора качает головой. - Просто возможно в тебе не было того, что было нужно Ривену.

- Я не умела петь? - Олеана горько усмехается.

- Не думаю, что дело только в этом.

- Ладно, я поняла тебя, - Олеана переводит взгляд вдаль: туда, куда уплыл Ривен со своей избранницей. - Я поплыву за ними. Не знаю, как ты, а я не переживу, если он действительно уплывет и бесследно исчезнет.

Флора молча кивает, и Олеана устремляется вглубь темных вод. Она была уверена, что догонит их, но совсем не представляла, что скажет. Попросит остаться? Это единственное, что она могла сделать в данной ситуации.

На счастье или на беду девушки, пещера удильщика оказалась пустой. Точнее, в ней не было того, кого она искала: лишь новоиспеченная русалка, сидящая на крышке прикрытой раковины и смотрящая по сторонам.

Олеана цокнула языком и уже собиралась уплыть, однако Муза заметила древнюю быстрее и окликнула её, поспешив за той единственной, как ей показалось, что спокойно приняла её.

- Подожди! Ты же Олеана, да? Прости за то недоразумение, что произошло недавно. Мне очень неловко, что из-за меня все рассорились, - Муза медленно и неумело догнала русалку, выплыв за пределы пещеры и остановившись в аккурат над костями, провисшими как мост над пропастью. Олеана нехотя остановилась, когда её окликнули.

- Да уж, - только и ответила русалка, сжимая пальцы рук в кулаки. - Где Ривен?

- Уплыл, но сказал что скоро вернется. - Муза заметила напряжение Олеаны по её рукам, но приняла это как за беспокойство за Ривена. - Не переживай, я думаю он остынет и вы все помиритесь. Вы ведь, всё-таки, семья.

- Не ты должна мне говорить, что чувствует Ривен, - Олеана не сдерживается и невесело усмехается, переводя взгляд на Музу. - Или что, думаешь, ты знаешь его уже лучше других?

В голосе древней новоявленная сирена услышала неприязнь и, может быть, даже надменность? Даже та, кто, казалось бы, нейтральна к людям и спокойна во время ссоры, была не слишком-то расположена к Музе. Вуалехвостая прикрыла глаза, пытаясь найти в себе равновесие, чтобы оставаться дружелюбной и приветливой. Хотя где-то глубоко в душе ей хотелось ответить в том же надменном тоне или съязвить.

- Пускай я знаю Ривена не так долго как вы, ребята, но он всецело доверяет мне свои чувства. Поэтому я прошу за него не беспокоиться, - Муза ощущала себя так, словно она с Олеаной сидела за шахматным столом, а каждая фраза - ход фигурами по черно-белой площади. В этой игре не будет победителей, однако проигравший определенно оскорбится. Поэтому каждую фразу нужно было произносить с толком и расстановкой. - К тому же я хотела бы узнать поближе знакомых Ривена, и поэтому окликнула тебя.

- Знакомых? - Олена переспрашивает и с её губ срывается смешок. - Я его друг. Хороший друг. Он что же, совсем не рассказывал обо мне? - она задает вопрос с надеждой, заведомо зная ответ. Муза делает вздох прячет руки за спиной, сцепив их между собой, чтобы унять мелкую нервную дрожь. Это был... неудачный ход. Олеана не правильно поняла слово «знакомые». Возможно слово «друзья» подошло бы лучше, однако даже таким можно было кого-то ненароком оскорбить, потому Муза и не решилась его использовать. А напрасно.

- Послушай, я просто хочу познакомиться. Ривен упорно видит меня частью семьи, поэтому я хочу постараться и как-то помочь ему. Для начала решила узнать тебя по-ближе. Было бы здорово подружиться, - Муза протягивает руку как для рукопожатия, но немного выше обычного. Олеане такой жест показался незнакомым. Она даже подумала, что сирена потянулась к её плечу, отчего неожиданно оскалилась.

- Не трогай меня! - раздался обозленный рык и взмах рукой. Спесь сходит ровно в тот момент, когда Муза тихо вскрикивает и хватается за порванное ухо.

Daud Encounter
Daniel Licht

Олеана на мгновение замирает. Древняя и сама не осознала, как так вышло, что она применила больше силы... чем хотела изначально. Она растерянно смотрит на нанесенную ею рану, и только после поднимает взгляд к лицу Музы. Сирена натянула маску полного замешательства и непонимания, хотя по глазам было видно, в каком разочаровании та находилась. Шах и мат, дорогая. Правда... кто кому его поставил - тот ещё вопрос.

Мышцы на лице Олеаны дрогнули от смеси злости и тревоги, из-за чего напряженные губы вытянулись в узкую полоску. Ривену очень не понравится то, что после утреннего инцидента кто-то всё-таки посмел ранить его красивую игрушку. Более того, следовало ожидать, что эта мелкая наябедничает и выставит себя жертвой. Кто знает, как удильщик тогда отреагирует?

- Лучше вернись в логово, - тихо, почти шепотом выдыхает Олеана от напряжения, что стянуло её грудь. - На будущее, не выплывай на встречу тем, у кого видишь когти длиннее своих. А лучше вообще не выплывай без Ривена. Такую как ты разорвут и сожрут с потрохами, даже не моргнув.

- Ты ударяешь меня, а теперь даешь советы по выживанию?! - Муза, всё ещё держась за сочащейся кровью плавник, не сдерживается и обращается к древней в достаточно раздраженном тоне.

- Извини, я не хотела тебя ранить... так сильно, - Олеана чувствует вину, но только за свою несдержанность. - Я приплыла, чтобы просить вас не исчезать. Я... не буду вам мешаться.

- Подожди! - крикнула сирена в след Олеане, когда та собиралась уплыть. - В каком смысле «не мешаться»?! Я, может быть,чего-то недопонимаю, и между нами возникло недоразумение?

Прежде чем ответить, Олеана некоторое время молчит, а затем резко разворачивается, глядя яркими латунными глазами на это... «недоразумение».

- В прямом смысле! Тебе с Ривеном не мешаться! Просто я... сильно люблю его! И очень давно, понимаешь? Я не была готова к тому, что какая-то незнакомка околдует его своими красивыми песнями и сапфировыми глазками. До последнего верила, что его женщиной буду я! - последние слова древняя произносит с горечью, почти что плача. Муза молча стискивает локоны черных волос, не зная, что ещё она может сказать на такое признание. В голове только крутился вопрос, знал ли сам Ривен о том, что его подруга испытывает к нему? - Если вдруг я понадоблюсь, то скажи ему, что я буду у Лейлы и Флоры. И извини ещё раз за порванное ухо, - Олеана не ждет ответа Музы и быстро ускользает прочь.

На самом деле хотелось уплыть как можно дальше, но это было бы эгоистично по отношению к тем, кому она была дорога. Поэтому сейчас её мысли были заняты только тем, где бы она могла спрятаться, чтобы не попасться на глаза никому из знакомых. Не хотелось, чтобы её видели такой разбитой и потерянной.

***

2:04
Zetsubou no Rosette (OST - Chrono Crusade)
Chrono Crusade

Муза вернулась в пещеру и присела на уже привычное ей место в ракушке. Одиночество было для неё делом привычным, ведь последние пару лет она всё время оставалась одна. Отец минимум год лежал в коме, затем и Ривен покинул её, скрывшись в море. А остальные люди существование Музы просто не замечали. Оттого ей казалось, что в море начнется новая жизнь, полная радости и приятных эмоций. Но сейчас вместо радости она приносила Ривену одни только проблемы. Чертово проклятье! Лучше бы позволило захлебнуться, а не перерождало в нечто настолько слабое и бесполезное! Тогда всего этого не произошло бы! Но тогда... Ривен снова ощутил бы боль утраты. И, возможно, стал куда злее и мрачнее той же Лейлы. Наверное это худшее, что могло бы произойти вообще.

- Никчемная, почему ты тогда вообще о таком думаешь? - спросила она себя, взявшись за крышку моллюска и закрывшись в раковине от всех, хлюпая носом. Там было темно и уютно, а слезы сразу растворялись в соленой воде. Сирена никак не могла выбросить из головы, что именно её глупая фраза довела конфликт между Ривеном и Лелой до апогея. Будто мало было этого, теперь ещё нарисовался конфликт с Олеаной. Это даже не его конфликт, но разрешение проблемы всё равно упадет на плечи Ривена.

А что, если Олеана ему признается? Что тогда? Он расстроит ещё одного члена семьи, выбрав «незнакомку, околдовавшую его красивыми песнями»? Или образумится, предпочтя себе в пару кого-то более знакомого и способного выжить в этой опасной среде? Что тогда будет с ней? Кому она будет нужна? Те немногие, кого Муза успела встретить в воде, были ей явно не рады. Ненависть Лейлы, предвзятость Некса, ревность Олеаны... все они буквально говорили о том, что ей здесь не место. И та странная русалка, что усердно делала аристократический вид, прикладывая чашку к губам... Вероятно она, как и Олеана, только создавала мнимую видимость спокойствия. Кто знает, как она думала о вуалехвостой на самом деле? Тогда, что же последует дальше? Ривен разочаруется и сочтет её обузой? От одной этой мысли Музе дурно становилось.

Девушка потерла тыльной стороной ладони свои глаза.

"«Нет», - вдруг сама себя отрезвила Муза. «Он же сказал, что не бросит. Любимому нужно верить, так ведь? Ну и какого, простите, чёрта морского ты нюни развесила, Муза? Хочешь, чтобы он увидел тебя такой слабохарактерной? Жалкой? Нужна ли такая пара владыке бездны? Будешь ли ты достойной владычицей, продолжая существование, подобное загнанной в угол добычи?»"

Муза остервенело заколотила хвостом по мантии моллюска, отчего тот издал недовольные звуки, а полость наполнилась жемчужным секретом, будто слюнями. Муза брезгливо сморщилась.

- Если ты меня случайно переваришь, Ривен тут камня на камне не оставит. Не зли хозяина, - холодно сказала она ракушке, похлопав ту по мантии у самых клыков. Странно, конечно, но это отчего-то моллюска успокоило. Или же устрашило, что более вероятно.

"«Человеческая жизнь не была лишена радости, но будем честны, во многом протекла дерьмово. Я всё ещё скучаю по матери, и всё ещё не отошла от потери отца. Ривен сказал, что хочет быть для меня новой семьей. Что ж... его я уж точно не потеряю. И едва ли меня запугает хоть что-то, после того, как на меня обрушился Сероскальный.»"

- хмуро думала про себя девушка, как вдруг крышка ракушки поднялась над её головой. Сапфировые глаза сирены встретились с глазами удильщика, который, судя по внешнему виду, в самом деле успокоился.

- Ну что, спящая царевна, я не потревожил твой покой? - усмехнулся он, как вдруг почувствовал сладкий для хищника запах крови. - Что за... - Он сразу понял, откуда исходил этот запах. На ушном плавнике золотой рыбки была свежая рана. Морской дьявол сразу переменился в лице, будто возвращаясь в свое исходное состояние. - Кто? - одним лишь словом озлобленно спросил он.

- Почему сразу «кто»? Вдруг я сама ударилась? - Муза отвела взгляд и попыталась прикрыть ухо ладонью, однако Ривен опередил её, мягко расправив плавник пальцами, чтобы рассмотреть.

- Муза, я же вижу, что это след от когтей! Кто это сделал?! Лейла?!

- Эх, - тяжко вздохнула девушка, совсем не желая тыкать пальцем на обидчицу и обвинять её во всех грехах. Впрочем, исполинские ракушки - та ещё находка для разведчика. Пока Муза сконфуженно обмозговывала свои следующие слова, Ривену уже всё что можно разболтали.

- Что?! Олеана?! Но... почему? - теперь и удильщик выглядел рассеянным. Его злость как рукой сняло, потому что в услышанное даже верить не хотелось. - А... что произошло?

- Ну, - Муза задумчиво почесала затылок. - Мне кажется тебе лучше спросить это у неё. Если я о таком скажу... будет не правильно.

Сирена не могла выбросить и головы слова той русалки.

"«Я... сильно люблю его. И очень давно, понимаешь?»"

Если он узнает о таком из уст Музы во время допроса касательно раны... столь сокровенные чувства Олеаны, хранимые ею долгие годы, можно будет просто закопать или выбросить на помойку. Конечно, Муза ничуть не желала уступать кому-то, но и подставлять подобным образом тоже было не в её характере. Очернять чужие чувства, делая кого-то виноватым из-за них - это низко. Несомненно, Музе было немного страшно думать о том, что Ривен узнает о чувствах Олеаны, однако один лишь взгляд удильщика был способен наполнить её сердце спокойствием и уверенностью. С «семьей» морской дьявол провел множество морских циклов, а с ней лишь ночи в течении последних трех лет. И он уже сделал свой выбор, пускай тот был не самый простой. Поэтому Муза решила проявить немного... слепого доверия.

- Что за чушь?! - прыснул сквозь зубы морской чёрт. - Муза, она же ранила тебя! Если на то есть причина, и ты её знаешь - расскажи мне!

- Всё, что я скажу, будет звучать как обвинение. Я хочу, чтобы ты услышал её версию, - девушка с непринужденным видом похлопала Ривена по плечу, делая вид, что её рана на ухе вообще не заботит. Хотя, по правде говоря, она всё ещё болела.

- Тц, - отвернувшись, Ривен принялся искать склянку с лекарством из водорослей и глины, которое Флора настоятельно рекомендовала хранить на такой вот «непредвиденный» случай. Оно было способно остановить кровь и чуть заглушить столь аппетитный для хищников запах. Хорошо, что Ривен к таким запахам довольной стойкий. У того же Некса давно бы снесло крышу. - Знаешь, меня очень злит то, что на тебя кидаются с гарпунами и когтями близкие мне русалки. Но ты на удивление спокойна, и это успокаивает меня, - вдруг признался ей Ривен, подплыв к девушке с темно-зеленой баночкой в руках.

- Меня сложно напугать. Ведь я спутница «морского чудовища», - подразнила его в ответ девушка. Удильщик усмехнулся и аккуратно закрыл рану лекарством, размазав по плавнику. Мазь была липкой и густой, почти как сладкая патока.

- Хм, теперь к плавнику могут прилипнуть волосы. Надо что-то с этим сделать, - сказал Ривен, слизнув лекарство со своих пальцев. Пусть выглядело оно как нечто аппетитное, на деле оказалось ужасно горьким с неприятным землистым привкусом. Парень от нежданно неприятного вкуса даже сморщился.

Муза пощупала плавник. Мазь была мерзкой не только на вкус, но и на ощупь. Впрочем, кровь это и вправду остановило.

- Давай я просто приложусь ухом к песку и на этом забьем?

- Согласен, - кивнул парень и посмотрел в сторону ещё маленьких ракушек, которые делали жемчуг размером едва ли больше песчинки. - Вот вы и пригодились.

Пока юноша собирал мелкий жемчужный песок, Муза убрала волосы сторону, подальше от плавника, измазанном в лекарственном клею.

- Так когда ты собираешься мириться с Лейлой? - вдруг огорошила она его вопросом. Парень застыл на месте, растерянно взглянув на русалку.

- Я... не знаю. Уверен, она всё ещё бесится. Да и я тоже... не хочу её видеть.

- Чем дольше будете дуться, тем сложнее всем остальным, - строго отчеканила Муза. - Завтра вечером поплывем её искать.

- Что?! Завтра? А не рановато ли?

- Только перед этим тебе нужно навестить Олеану у Флоры и выяснить один важный «нюанс», - будто не услышав предыдущего вопроса продолжила сирена. Эта деловая рыба возомнила, что может командовать? Ну... наверное это лучше, чем беспомощные всхлипы лицом в ракушку. Ривен покачал головой и засмеялся.

- Нравится мне эта твоя дерзость и стервозность. Особенно когда ты её не ожидаешь от такой мило выглядящей золотой рыбки.

- ЧТО?! Это ты меня стервой назвал?! - возмущенно пискнула Муза и швырнула в сторону Ривена морского ежа, что к его несчастью лежал под исполинской ракушкой.

- Эй! Ну я же любя! - только и успел протянуть Ривен, уворачиваясь от атаки.

***
Вечерело. Солнце ещё не зашло за горизонт, но уже не обжигало, преломляясь сквозь тонны воды.

Ближе ко дну свет рассеивался, не представляя серьезной угрозы для морского чёрта, который в компании сирены выбрался на поиски девы-парусника. Муза на удивление не плохо справлялась с покорением воды. Видимо решимости найти Лейлу в ней было гораздо больше, чем в её спутнике, оттого и плыла гораздо увереннее виляя хвостом.

- Как... прошел разговор? Ну, с Олеаной? - не смело спросила она, оглядываясь на Ривена. Тот слабо улыбнулся ей в ответ.

- Тебе не о чем беспокоиться, - ответил он, сжав в своей руке фаланги её пальцев. Вообще он хотел взять девушку за руку, но как-то Муза выскользнула за секунду до этого.

- Хорошо, - кивнула русалка, - но я вижу, что ты будто... не в своей тарелке?

- Что это значит? - озадаченно уточнил Ривен.

"«Чёрт, наверное он даже не знает, что такое тарелка»"

- Ну знаешь, ты как рыба... не в своей воде.

- Хм, насквозь меня видишь, - улыбнулся он. - Всё вышло не так, как я ожидал, поэтому немного растерян. К тому же мы Лейлу ищем. Даже не знаю, как с ней разговаривать буду. Никакой речи я не подготовил.

"Кроткое объятье. Чуткое, уютное, по-настоящему семейное. Полное понимания и нежности.
-Чёрта с два я отпущу тебя хоть куда-то, Олеана. Ты нужна нам здесь. И мне нужна, так что не говори чепухи. У меня большое сердце, в нём найдется место для каждого. А для тебя особенно. Ты же знаешь, что я невыносимый жадина.
Руки за его спиной сжимаются в кулачки. Волосы цвета темной латуни расплываются непослушными кудрями.
- Хочется... в это верить.
- Не сомневайся. Ты ведь очень дорога для меня. Не представляешь как. Хочешь дурачиться вместе, как раньше? Плавать к поверхности по ночам, чтобы предсказывать погоду по звездам? Смотреть на их отражение в воде?
- Конечно хочу. Я люблю этот недосягаемый свет во мгле «другого моря». Удивительный, волнующий, аж сердце замирает. Жалко, что до него не дотянуться, правда ведь?"

"Осознание пробрало его по спине холодком. Недосягаемый свет... о звездах ли она говорила? Или же... о нём?"

Муза ничего не ответила. Но и спрашивать сама не стала. Ей было интересно, призналась ли Олеана в чувствах. Может быть да. А может быть нет. В любом случае, Ривен... что-то понял.

- Любовь удивительно похожа на солнце. Оно жизненно необходимое для всех, но порой больно обжигающее. Впрочем, это не причина злиться на него или винить в чем-то. Оно обжигает лишь от желания обласкать тебя светом, - вдруг произнесла сирена, поднимая свое лицо, чтобы взглянуть на блики под поверхностью.

- Да, правда, - хмыкнул удильщик, опустив глаза ко дну и остановившись. Музу его резкая остановка дернула назад, словно корабль, вставший на якорь. Она посмотрела на него немного возмущенно, но её тут же отпустило, когда она увидела, как парень неприступно сверлит взглядом камни на днище. И ведь там ничего примечательного. Только рачки, снующие из стороны в сторону. Похоже, Ривена снедало... чувство вины?

1:44
Без названия
Неизвестен

Муза почти невесомо прикоснулась кончиками пальцев к волосам Ривена, а затем провела ладонью до самого затылка. Её голос... чарующим исцелительным бальзамом расплылся во мгле.

"Милый, смотри на меня, слаще чем яд
Этих очей тоска, голоса кроткий хлад
Догорят за мной фонари
Солнце в руках ты сбереги"

Сердце Ривена в миг будто из холодной пустоты плюхнусь в теплую медовую воду. Муза... словно всё знала. Всё чувствовала. Но, не дрогнув перед этим знанием, доверилась ему без тени сомнения, глупых ужимок или вранья. В её руках он чувствовал ласку, а в голосе - надежду дать глоток спокойствия. Такая... необыкновенная. Воистину, она - его дьявольский менестрель, что с нежностью рвет на душе всё струны терпения. И когда последние из струн лопаются, алчущий зверь делает неконтролируемый рывок вперед. Болезненно-горький и нежный. Когти вплетаются в чернильные локоны, а хищная челюсть смыкается... на её губах. Трепетно, нежно, почти целомудренно. Мгновение будто застыло, превратившись в вечность. И она... отчего-то не отталкивает. Напротив, вжимается в его губы жадно и покорно, будто утопающий в спасительный трос. На сердце расходятся всё швы и душа распахивается настежь. Кажется, в этом поцелуе двое могли захлебнуться насмерть: так невыносимо сладко, что оторваться невозможно.

Он отстраняется лишь за тем, чтобы прошептать, как сильно он любит это солнце в руках. Её вуальные, сверкающие золотом плавники, легонько скользят по его змеиному хвосту. Густые ресницы, опущенные вниз, задрожали на глазах девушки. Она открыла их несмело, глядя влюбленно, с обожанием и такой же... ненасытной жадностью.

Вдруг, ушные плавники девушки уловили вдалеке всплеск воды. Где-то у поверхности. А за ним и вздох до боли знакомый.

- Ох, это же Лейла! - вдруг воскликнула Муза и, выскользнув из объятий хищника, стремительно направилась к скалам, растущим ввысь до самой поверхности.

- Стой! Это же опасно!

***

Вечера, когда над Негонской впадиной не бушуют волны, довольно редки. Именно в такие дни пейзажи океана изобилуют своей живописностью: оранжевые и малиновые цвета на небе, похожие на мазки масляных красок, играют пестрыми отблесками на поверхности водной глади, а подводные рельефы, местами выступающие выше уровня воды, в совокупности с великолепием океана создают поистине невероятную картину. И только звуки капель, разбивающихся о воду, скрежет железа о камень и тихие всхлипывания нарушали этот умиротворенный момент.

На горизонте виднелась одинокая сгорбленная фигура русалки-парусника, сидящей на морской скале. На ее согнутом хвосте туда-обратно перекатывался гарпун, звонко лязгая о камень до тех пор, пока ослабшие руки русалки не упустили последний перекат, и гарпун плашмя устремился ко дну. Девушка посмотрела вслед утопающей вещице абсолютно пустым взглядом, а затем заметила в ряби воды новый отблеск.

- И долго ты за мной наблюдаешь? - Лейла медленно повернула голову в сторону кома иссиня-черных волос, изящно расстелившихся на поверхности воды, из-под которых робко выглядывали два виноватых сапфировых глаза. - Если нечего сказать, то оставь меня в покое. - голова русалки поникла ещё больше, а пустой взгляд снова устремился куда-то вниз в бездну. Муза осторожно приблизилась к опечаленному паруснику, медленно обнажая из-под воды свои плечи:

- Ривен внизу. Следит за нами и ворчит, что к солнцу подняться не может, - эта фраза заставила встрепенуться парусника, и она в растерянности взглянула на Музу. - Послушай, мне больно наблюдать за тем, как ваши семейные узы так сильно пошатнулись из-за одной меня. Вы оба очень гордые и упертые, но не дайте своим характерам разлучить вас. Я хочу, чтобы вы спокойно поговорили.

- Это касается меня и Ривена, не лезь в наши разборки, - недовольно хмыкнула Лейла. - Да и сможет ли он меня простить после того, как я ему наговорила столько гадостей?

- Вы одна семья, как-никак, - золотая рыбка облокотилась на выступ рядом с Лейлой. - К тому же, он сам себе места не находит. Поверь, он всю прошеную ночь глаз не сомкнул от тревоги. А если его что-то тревожит - он просто невыносим.

- Да, это точно, - чуть улыбнулась Лейла, вспоминая те давние времена, когда морской чёрт от беспокойства или вредности мог всю плешь проесть. И не было спасения никому, если у черта дурное настроение. Хотя... в последние три года он был не таким уж несносным. Скорее напротив: весьма спокойным и хладнокровным, порой даже отрешенным. Неужели это её влияние? - Как ты вообще моего братца до неузнаваемости смогла изменить, скажи-ка, - парусник с недоверием окинула девушку взглядом. - Обворожила какой-то двуногой магией? Да, чудик?

- Может и магией, - девушка загадочно подкатила глаза и хитро улыбнулась. - А может я ему просто напомнила о времени, когда вы с ним не знали печали и могли искренне радоваться жизни.

- Радоваться жизни, значит... - задумчиво пробубнила русалка, поглаживая водную гладь. Вдруг, резким движением руки она окатила Музу всплеском воды, заставив вторую зажмуриться. - Ты меня все ещё бесишь, чудик. Но... наверное чуть меньше, чем когда Ривен впервые притащил тебя в мои воды.

Золотая рыбка, немного ошарашенная такой выходкой, сначала удивленно захлопала глазами, а затем звонко рассмеялась, смутив тем самым Лейлу. - Знаешь, а мы обе достаточно чудики, чтобы со временем подружиться, - пожала плечами сирена и положила руку на хвост хищницы.

Вдруг из-под воды с плеском и брызгами показались малиновые волосы удильщика. Он выпрыгнул внезапно, и также внезапно его лицо ошпарил ещё яркий блеск удящего солнца.

- Ты чего удумала?! - внезапно рявкнул он.

"На самом деле ему было очень тревожно отпускать Музу вперед, но та прямо-таки выскочила наверх, как поплавок из-под воды. Неудержимая и неугомонная зараза! Ну... под стать ему, чего уж жаловаться? Ривен предлагал дождаться заката солнца, но девушке натерпелось поговорить с парусником по-душам. Сначала сирена соблюдала условленную с Ривеном дистанцию между ней и скалой, на которой и сидела Лейла. Но затем она начала сокращать дистанцию, что Ривена заставляло беспокоиться. Через пару минут ко дну плашмя пошел гарпун.

- Вот те раз, - обронил парень, провожая орудие одним лишь движением глаз. Впрочем, там ему и место: на днище.

Затем Муза совсем близко подплыла к скале, что не позволяло Ривену даже на секунду расслабиться. «О чем они говорят вообще? И как Лейла её так близко к себе подпустила? Не нравится мне это...» - думал про себя удильщик, как вдруг заметил, что силуэт Лейлы замахивается рукой. Тело тритона взмыло к поверхности даже быстрее, чем конкретная мысль или причина сформировались в его голове. Ему было плевать, что он моментально может получить ожоги. Но вот позволить кому-то опять поднять руку на сирену он не мог."

Лейла от внезапного восклика Ривена даже подпрыгнула на месте. Его слов она даже разобрать не успела, так как машинально дернулась в сторону, чтобы спихнуть дьявола обратно в воду.

- Совсем крыша поехала?! Ты зачем вылез на солнце?! Сгореть хочешь?!

Ривен шмякнулся под воду, и чтобы тот не всплывал, Лейла концом хвоста стукнула его по голове. Но он всё равно высунул её, а хвостовой плавник парусника так и лежал на его макушке. Ну, хотя бы тенью свой прикрывал, и на том спасибо.

Юноше хватило мгновения, чтобы взглянуть на Музу и понять, что тут произошло. На лице девушки застыла улыбка, а жестами она показывала, что с ней всё в порядке. Ага, значит просто водой окатили. Ну тогда стоило расслабиться и чисто ради забавы разыграть перед девой-парусником драму. Морской чёрт подмигнул сирене и, набрав воздух в легкие, наиграно-недовольным голосом обратился к Лейле.

- Мы тут мириться приплыли, а ты даже спуститься ко мне под воду не хочешь! Сидишь тут неприступная такая для морских чертей, на солнышке греешься! Ещё и по голове меня стукнула! Ну вообще! - выдавил из себя Ривен, отчего вуалехвостая едва-едва сдерживала смех. Нет, он порой правда невыносимый. - Мы, короче, поплыли. Идем, Муза, с нами опять не хотят беседы вести.

Удильщик и сирена погрузились под воду одновременно, оставив ошарашенную русалку-парусник наедине.

- Что? - обронила она вопрос в пустоту, а затем взглянула на воду. - Эй, нет, погодите! - крикнула она и погрузилась следом.

Ривен не успел отплыть далеко, и дева-парусник догнала его моментально, накинувшись и вжавшись в его тело внезапным объятьем.

- Ты! Я раньше тебе сказала проваливать! Но знай, если посмеешь уплыть, то я тебя найду и откушу жопу! - хныкая обронила девушка, обнимая удильщика. Кажется, она внезапно расчувствовалась, и все эмоции сами собой хлынули рекой. Ривен с печальным лицом обнял русалку в ответ, как настоящее сокровище. Она ведь для него была как младшая капризная сестренка, которую иногда можно дразнить, а иногда нужно и утешить. Так, Ривен и Лейла молча стояли в обнимку наверное с минуту.

Сложно сказать, по-настоящему Лейла хныкала, или тоже чуть наигранно, но когда девушка услышала его внезапно сорвавшийся смешок, сразу побледнела, будто бы и не была растрогана. С её губ холодящим кожу серьезным голосом донесся вопрос:

- Чего ржешь?

Ривен коварно улыбнулся и обнял парусник покрепче.

- Мы и не собирались уплывать. Я тебя на понт взял, - ответ удильщика настолько выбил Лейлу из колеи, что она аж рот от удивления открыла. Это был розыгрыш?! - А ты сразу ко мне да с обнимашками. Вот мы тебя и раскрыли. Строишь из себя буку, а на самом деле такая ранимая.

- Ты! - раскрасневшись крикнула Лейла в сердцах и замахнувшись кулачком на него. - Ты опять это сделал! Бессовестный чертила! Всё такой же несносный, как и всегда! Я ведь реально щас укушу тебя за жопу! - не унималась она, продолжая по-ребячески колотить его тумаками. А Ривен продолжал хохотать.

- Как дети малые, ей богу, - буркнула под нос Муза, наблюдая за этой семейной идиллией. Кажется, теперь у них всё было хорошо.

***

Прошло несколько недель. Близился к завершению очередной морской цикл. Все уже обитатели пустоши подле Негонского разлома привыкли к своей новой соседке и признали её членом семьи.

Лейла по-началу очень настороженно относилась к «чудику», но затем как-то слово за слово, улыбка за улыбкой, и дружба сама нашла их в этом беспокойном море. Хищница сама не заметила, как привязалась к этой настырной, вечно оживленной золотой рыбке. Может быть в этом была её магия? Притягивать взгляды и исцелять потрепанные жизнью души? Спустя пару недель после знакомства Лейла даже позволила расчесать свои волосы костяным гребешком и вплести в её волосы жемчуг. Не удивительно, что этот чудик растопил сердце вечно злобного одинокого удильщика. Надо признать, она поменяла его в лучшую сторону. Да и сама Лейла понимала, что после отказа от ненависти и мести стала лучше. А за это спасибо вмешательству вуалехвостой занозы.

Некс свое мнение о Музе переменил не сразу, но довольно быстро. Примерно одна луна сменилась с первого её появления, и акулий жнец проникся к ней уважением. Он понял, что Муза не из тех меркантильных женщин, ищущих за мужской спиной лишь выгоды. Между ней и Ривеном было что-то особенное, и это, несомненно, радовало глаз. Некс с улыбкой вспоминает момент, когда после первой встречи прошло всего две ночи и он пытался подплыть к Музе, чтобы познакомиться нормально.

"- Ну чел, нормально же общались, чё ты начинаешь? - расстроено протянул Некс, подняв перед собой руки, будто бы говоря, что он сдается. Ещё бы! Ведь перед ним сверкало двойное острие острога!

- Я тебе ещё раз говорю - у неё ухо продрано! Я что сделаю, если ты от запаха крови опять в неуправляемую какашку превратишься?!

- Ну Ри-и-ивен

- Я сказал не-е-ет! Поболтаете, когда ухо её заживет!- строго ответил тритон, уткнувшись плечами вилки в шею акулы и утаскивая его подальше.

«Где-то я это уже видела» - пронеслось в голове Музы, когда шея Некса оказалась в западне оружия удильщика. Похоже он привык использовать его как средство удержания."

Флора, как оказалась, к Музе не относилась как-то предвзято. Скорее даже наоборот: её появление вселило надежду на то, что Ривен перестанет прятаться в своей пещере в полном одиночестве и прожигать жизнь так бесполезно. Морской чёрт стал намного счастливее, а Лейла перестала заниматься опасным кровопролитным делом. Это позволило и Флоре ощутить внутренние умиротворение, ведь дети малые наконец-то повзрослели и научились радоваться жизни.

Сейчас Муза и Флора мило беседовали между собой, собирая водоросли для еды. Сколько бы раз сирена не спрашивала о её странной чашке и манере прикладывать ту к губам, Флора загадочно не отвечала.

Ривен сидел на камнях, наблюдая за тем, как травоядные русалки занимаются собирательством, а тем временем Олеана обрабатывала его очередной ожог на плече.

- Ухш-ш! - зашипел он, словно кот, стоило только бальзаму из морских огурцов прикоснуться к ране.

- А вот не надо было подниматься к поверхности так рано! Что ты там вообще забыл не пойму! - хмыкнула Олеана, когда удильщик опустился на дно, проскользнув спиной и хвостом по камням. Она склонила голову вниз, посмотрев на удильщика. Он же потянул девушку на себя, затянув её ко дну хвостом кверху. - А-я-яй!

- Хотел утащить из лодки людей кое-что вкусное. Не вынырни я тогда - они бы уплыли уже, - засмеялся он, держа за запястья девушку, чье перевернутое лицо находилось перед ним. Латунные волосы, в которых сверкала парочка темных жемчужин, опустились до его хвоста.

- Ага, понятно. Мягкий сыр значит. Опять что-то из человеческого рациона на ужин готовить собрались? - озвучила свою догадку девушка и, оттолкнувшись от камня хвостом, перевернулась, оказавшись к Ривену спиной.

- Да. Я упросил Музу снова приготовить эти маленькие рулеты с рыбой и рисом. Достать рис и сыр всегда сложно, но оно того стоит.

- И правда, - согласилась Олеана, вспоминая вкус того, что сирена с гордостью называла «суши».

Темнохвостая русалка присела рядом с удильщиком и уставилась сначала на Лейлу и Некса, которые плавали наперегонки с акулой-молотом. Кажется, это тот самый акуленок по имени Плуто, которого Ривен подарил Нексу в качестве сторожевой рыбы. Кто б знал, что и Лейла когда-нибудь заинтересуется играми в салочки с питомцами.

Затем Олена переметнула свой взгляд на Флору и Музу. Эти двое тоже поладили и нашли много общего. Им было весело собирать со дна побрякушки и готовить еду для всех. Изучать земную кухню и съедобные растения с суши для Флоры оказалось очень занимательно, а Муза была только рада поделиться своими знаниями. Наверное всё-таки хорошо, что сирена появилась в их море. Даже не смотря на то, что она заняла сердечко этого удильщика. Олеана с улыбкой посмотрела на сидевшего рядом Ривена и вздохнула. Видеть этого вечного брюзгу счастливым - особый сорт удовольствия.

- Ты не против, если я вздремну тут? - спросила она, прислонившись головой к его плечу.

- Если тебе так будет удобно, - хмыкнул он в ответ и погладил русалку по макушке. Но затем он резко дернулся в сторону, отчего голове Олеаны соскользнула с его плеча.

- Ой! Что случилось?

- Прости, - засмеялся он, а затем заглянул за валун, у которого они сидели. - Я услышал внезапно нагрянувшего к нам гостя.

- Что? Кого? - Олеана приблизилась к Ривену и тоже заглянула за валун. Где-то у коралловых рифов показался темно-сизый хвост морского ската, который изредка посещал эти воды в поисках каких-нибудь безделушек.

- Эй! Гелия, привет! Хочешь остаться на ужин? У нас будут деликатесы по людским рецептам! - похвастался удильщик, заманивая бродягу к себе движением руки. На самом деле Муза совсем недавно рассказывала о человеческих обычаях дарить «обручальные украшения», отчего Ривен был намерен в тайне от всех договориться этим странником о совместном поиске каких-нибудь вещичек с земли: кольцах, или, быть может, подвесках-неразлучниках. Искать интересные вещи на днище - это талант, и уж кому доверять такую задачу, как ни талантливому Гелии?

Странствующий скат улыбнулся своему новому другу и подплыл чуть ближе. Не сколь ужин его привлек, сколь само приглашение провести время в интересной компании. Похоже, вечер у Негонской расселины обещал быть веселым.

***

На этом основная сюжетная линия «Морского проклятья» подходит к концу! Но не спешите расстраиваться! Планируется одна бонусная глава, посвященная мемам, блуперсам и адской кухне авторов.
Спасибо, что читали! Посвящаем Вам океан любви <3