Part 21
Утро отдалось сильной головой болью. Дверь с негромким скрипом открылась, пропуская нежеланного гостя в палату, если ее можно так назвать. Уснуть на новом месте удалось только на рассвете, еще и бубнешь, скрежет по полу и, кажется, чавканье какого-то человека через стену ухудшал ситуацию. Видимо, настолько одиноко, хотя, я не уверена, что через пару дней, сама не тронусь тут умом.
- Дженнифер Мэтью, утренняя доза препаратов. - Прозвучал приятный женский голос. Из-под одеяла невольно выглядывала только моя макушка. Я опустила рукой ткань чуть ниже глаз, и моему взору пала стройная фигура светловолосой девушке, в белом халате. Она прошла дальше, поклала на тумбочку пару капсул, поставила стакан воды и встала напротив, чего-то ожидая, хотя и так понятно, чего именно.
- Поднимайся, я должна проследить, чтобы таблетки попали тебе в желудок, а ни куда-то еще.
Тяжело вдохнув, я приняла сидячее положение и устало взяла таблетки со стаканом. Как же мне это надоело. Все это.
Правая сторона моего тела резко похолодела. Прохлада почти неощущаемо прошлась по спине. Он пришел..
Я судорожно вздохнула, чувствуя, как быстро забилось сердце, а глаза заслезились. Слишком чувствительной я стала последнее время, не находите?
- Чего застыла? Не отнимай мое время. У меня таких как ты еще десять. Быстро проглоти таблетки и от тебя отстанут до завтрашнего утра. - Вот только они совершенно не лезут в горло, ведь если у меня получится обхитрить ее, то уже завтра я вновь увижу Пэйтона, его лицо, веснушки, карие озорные глаза и, волшебным образом исцеляющую душу, улыбку. Надежда окутывает все тело.
Я закинула в рот пару капсул и сразу же запила водой, стараясь максимально незаметно спрятать их под язык. Скривив лицо и недовольно пихая ей стакан, для полной картины, я сама открываю перед ней рот и буквально через пару секунд обратно закрываю, порываясь, как можно скорее, лечь обратно под теплое одеяло.
- Не так быстро. Язык поднять забыла. - Спускает меня с небес на землю девушка. Этого стоило ожидать. Я слишком наивно думала, что прокатит. Надежда умирает последней. Стоило попробовать, может через пару дней они потеряют бдительность. Быстро проглотив то, что прятала, я с лицо вселенской обиды сделала, как просили.
Вера в то, что мне удасться поспать хотя бы еще пару часов, рассыпается в пух и прах, когда в палату вновь заходят, в то время, как я пыталась ухватиться за последние крупицы сна, ощущая любимую прохладу, лежащую рядышком.
- Миссис Мэтью младшая, утро доброе, как самочувствие? - С ходу спросил врач, который вчера обещал, что зайдет.
- Лучше и быть не может. Еще никогда так прекрасно себя не чувствовала, как когда мне не дают спокойно поспать. - Прошипела я, сильнее укутываясь в кокон. Мистер Рид только тяжело вздохнул.
- Мисс Барретт сказала, что ты не хотела пить лекарства и пыталась ее обмануть. - Ответом ему была тишина. Даже не шелохнувшись, я мысленно молилась, дабы он унёс поскорее отсюда свои ноги и дал мне наконец покой.
- Своим поведением ты можешь продлить отпуск здесь на еще одну увлекательную недельку. - Спокойно проговорил он. - Я принес твое расписание. Подъем в семь утра, принимаешь таблетки и в девять завтракаешь, в двенадцать у тебя сеанс с психологом на четвертом этаже до пол второго. В два обед, в четыре полдник, в семь ужин. Всё ясно? - Я сладко потянулась, обхватывая подушку руками. - Я оставлю листок на тумбе. - Железное терпение у этого чувака, завидую. Дверь хлопнула, и последовал щелчок замка, а после торопливые шаги.
***
Из умиротворенного сна меня вывел запах еды. Стоял приятный аромат яичницы с беконом. Желудок отозвался громким урчанием. Он успел за последние дни соскучиться по пище, ведь со всей этой ситуацией мне было далеко не до нее.
- Завтрак. - Оповестил меня чей-то голос прежде, чем скрыться за дверью.
Я откинула одеяло и поднялась на ноги. Желание кушать сильнее, чем обида на родителей, поэтому мелкими шашками я подошла к столу, где находилась тарелка с, на вид, аппетитной едой.
Стол находился у стены прямо напротив кровати, у него стоял одинокий стул со спинкой, а слева, ближе к выходу, была неприметная дверь, за которой находится туалет и душ. Спасибо, что общим пользоваться не придется. А справа, у изголовья кровати, было окно с железными прутьями. Комнатка небольшая, но для одного человека пойдёт.
Справив нужду, я умылась и приступила к трапезе. Еда была вкусной только на вид и запах. Яйца будто резиновые, а про бекон вообще лучше молчать, сомневаюсь, что он из мяса. Из всего был приятным на вкус только чай. Посуду должны забрать только через час - полтора, она была из пластика, это логично: фарфоровую могут разбить и намеренно порезаться.
Я приземлилась обратно на кровать, что прогнулась под моим весом, даже не сразу заметила, что холод парня больше не ощущался.
- Пэйтон? Ты ведь еще здесь правда? - Тихо спросила я, бесполезно бегая глазами по комнате, пока не заметила, как стакан на столе двинулся в сторону. Облегченный выдох сам вырвался из груди. - Я так скучаю по тебе... Так устала от всего этого... От жизни.. - Так же тихо начала я, - Не представляю, что буду делать дальше, когда выпишут. Родители явно будут контролировать, еще этот Джош...встречу его - голову сверну. Я... Просто не понимаю, что мне дальше делать? Как мне жить? Еще пол года до восемнадцатилетия, и то сомневаюсь, что родители отстанут от меня, а с шизофренией мне будет трудно найти работу, несмотря на адекватное поведение. Справка с диагнозом в моем досье, как клеймо на всю жизнь. - Я закрыла лицо руками, опираясь на согнутые колени и понимая безысходность моей ситуации. - Я уже не могу... Пэйтон.. - Парень прошелся ладонью по моей спине, в ободряющем жесте, вызывая табун мурашек от холода.
Пэйтон тоже мучился и не находил себе места, понимая, что никак не может помочь и даже успокоить. Хочется прижать к себе девушку, закрыть от всего мира и всех злых людей в нём. Дать ей покой и всю любовь, в которых она так нуждалась.
Это так странно... Малознакомый мертвец ей ближе, чем родные родители. Но так часто бывает. Малознакомые люди становятся нам роднее родных. Хотя, это происходит по вине самих родителей, что не могут принять свое чадо таким какой он есть, что не могут поддержать его в трудный момент, что намеренно отворачиваются от него, когда он так сильно в них нуждается.
***
- Как вам спалось на новом месте? - Задал вопрос Льюис Хилтон - психиатр, к которому в кабинет на четвертый этаж почти силком затащили меня. Когда наступило двенадцать часов, я совершенно не горела желанием говорить с кем-то, а уж тем более идти куда-то. Но санитары, стащили меня с кровати и, под угрозой - оставить меня еще на неделю здесь, привели сюда: к мужику, задающему очень скучные и никому не нужные вопросы.
- Сосед у меня довольно буйный. - Скучающи выдала я, с ногами забираясь на кресло перед столом. За ним сидел мужчина, лет пятидесяти, с густыми бровями, огненно - рыжими волосами и такой же небольшой бородкой.
- А состояние как? Наслышан, что вы противитесь брекспипразолу , - Хмыкнул он.
- Я не нуждаюсь в нём. - Смело заявила я, зная, что могу только ухудшить всё, но мне терять нечего. Уже нечего. Только к одному человеку я пойду, как только выпишусь. Когда я вновь его увижу, уже никто не сможет мне помешать, уже просто будет поздно. А я наконец смогу притронуться к нему...
- Все, кто здесь лежит, так же говорят. - Усмехнулся Льюис Хилтон, проводя рукой по бороде. - Я вижу, ты не настоянна на разговор по душам, - я фыркнула, - тогда я проведу тебе лекцию о том, как хорошо жить. Это стандартный процедура, все через неё проходят. - Лучше пристрелите меня...
_______________________________________
Хээй, поздравляю тех, кто вышел на новогодние каникулы🥳
Мне еще неделю торчать в техникуме😰
Кстати, до конца этой истории осталось ±2 главы. После чего я закончу историю "Зря боялись", в ней планируется немного глав, максимум 10 и начну новую, пока я выбираю из 2х тем.