10 глава
— Я могу идти? — осторожный голосок донесся до меня сзади и я резко развернулся.
Миллер выглядела напряженно, со стороны это смотрелось так, будто она хотела рвануть от меня быстрее Ноена.
Я быстрым шагом подошёл к ней.
Мимолетно посмотрев прямо в глаза. Переливаются. Красиво.
— Ненависть страшное чувство? — бросил я, перебирая в руках ключ от двери.
— В тебе собрано все самое страшное, что есть в человеке. — в ее глазах сверкнул не добрый огонек. — Прям таки напугала. Хотя впрочем, какая тебе разница?
— Твоя любознательность ни до чего хорошего тебя не доведет. — прошептал я.
— Что? Тебе ли об этом волноваться? С чего ты так уверен? — рассмеялась та, выдвигаясь вперёд.
— Пэйтон Мурмайер. — выпалил я и подошёл к ней вплотную.
Судорожно задышала. Напряженный момент.
— Не понимала, не понимаю и не собираюсь тебя понимать, Пэйтон Мурмайер. — злобно прорычала она, развернувшись ко мне лицом. — Ты для меня никто.
— Не тем ли лучше. — пожал плечами я и натянуто улыбнулся уголками губ.
Девушка съежилась, делая большой шаг от меня в сторону.
— Я провожу тебя. отрезал я и быстро направился к просторной лестнице.
— Не....
— Не указывай мне. — рыкнул недобрым голосом я, даже не приближаясь к ней. — Это в моих интересах, не в твоих. Не забывай, что ты мне никто. Однако, если тебя поймают в то время, когда все нормальные спят, отчитают не тебя.
— С чего бы? — усмехнулась та, перемещаясь где-то там сзади. — Ты никак не связан со мной.
— Ты забыла, кто тут главный? — я резко остановился. — Напомнить?
Тишина в ответ. Очень даже славно.
Весь пусть мы прошли в судорожном молчании.
«Кто же ты такая, Эмили Миллер? Ангелочек на людях, чертовка наедине. Что-то скрывает эта первокурсница, но только что...Какого черта я гружусь из-за какой то малолетки, зачем тебе эти проблемы, Мурмайер, господи, зачем....»
— Ты что-то таишь в себе. — походя к ее двери, еле слышно произнес я. — Обещаю выяснить это, в тайне не останешься, это я тебе гарантирую.
Миллер промолчала, лишь гордо вскинув подбородком.
Нашлась тут мне, птичка высокого полета.
— Не забывай, дорогуша... — я мягко улыбнулся ей, прислоняя ее к деревянной двери. — Я тебя ненавижу больше всех. В сто раз. В миллион. Не забыла? — вновь безудержно веселая улыбка на моем лице. Совсем ни к месту. — Давай уже, открывай свои двери.
Та развернулась, и начала впихивать свой старинный ключ в дверную скважину. Я чуть не заржал на весь этаж от этого жалкого зрелища. Закусив губу, я с интересом облокотился об стену и приподнял бровь. Ну до чего же идиотское создание. Ключ явно не желал ей поддаваться, она беспощадно старалась выкрутить его наизнанку, видно, в большом нежелание оставаться в моем обществе.
— Черт. — выругалась она, со страдальческим видом опустив руки.
— Что там у тебя? — со смешком процедил я сквозь зубы, стараясь держать себя в руках.
— Ничего. — буркнула та недовольным тоном.
Я лениво оторвался от стены и взглянул через ее плечо. Половина ключа болталась в двери, вторая же половина спокойно расположилась у нее в ладошке. Эта Идиотка свернула ключ. Как можно по-другому назвать этого человека? Она ведь даже дверь открыть не может.
Я громко присвистнул и оголил свои зубы в широкой улыбке.
— Миллер, могу я предположить, что у кого-то из нас большие проблемы? — с удовольствием протянул я, облокачиваясь не левый бок.
— Пошел вон. — звериный взгляд дикой кошки в мою сторону и я даже слегка пошатнулся от такого напора.
— Полегче, деточка, полегче. Не у меня руки из задницы выросли. — нахмурился я. — Что ты собираешься делать?
— Постучу в дверь, Корнелия откроет мне. Я войду и лягу спать. Вопросы?
Я усмехнулся.
— Все можно понять, что человек не умен, что человек глуп, что человек не дружит с головой. Но то что человек настолько подобен конченому созданию... — я покачал головой, неодобрительно посмотрев в пустоту. — Миллер, послушай. От твоего номера до моего ровно четыре минуты. Я даю тебе две.
Девушка распахнула глаза, растерянно захлопав ресницами.
— Что ты мне предлагаешь? — подозрительно прищурив глаза спросила она, повернув голову в мою сторону.
— Если ты вздумаешь долбить в дверь после полуночи, я тебе собственными руками по твоей же голове подолблю. — смягченно улыбнулся я, блаженно облизнув губы. — Успокойся, Миллер, на таких идиоток у меня даже после самой дерьмовой травы не встанет. Я не собираюсь трогать тебя. Но ночевать тебе однозначно придется с твоим главным врагом в одной комнате, малышка.
— Отвали со своими тупыми шутками, Мурмайер. тихо рассмеялась она. — Я миллион раз переночую на улице, чем в твоём номере. Ты всего лишь самовлюбленный болван, мне на тебя наплеватъ. Сто раз. Миллион. Забыл? — ее голос выдавал ее. Девушка тряслась как под конвульсиями, казалось, она выпила миллион энерджайзеров. — Уходи прочь.
— Уйти? — раздраженно спросил я. — Меня начинает все это, мягко говоря, бесить.
Миллер в упор посмотрела на меня. Отточенные черты лица, подрагивающие ресницы, надоедливый румянец. Она жаждет остаться у меня даже больше, чем на одну ночь. В этом я был просто уверен. Уверен так, как не был уверен даже в самом себе.
— Идиотка, я и в правду могу уйти, а тебе ничего не останется, как ночевать на улице. Ты слишком много разбрасываешься словами. — бросил я равнодушно и развернулся, собираясь покинуть ее общество, как меня тут же потянули за рукав, заставляя затормозить на месте.
— Так мне уйти или что? — рассмеялся я тихим голосом. — Чего ты добиваешься, дура?
— Тебя.