22 глава
— Это я. — мягкий голос с лёгкой хрипотцой разрушил мои надежды.
— Знаю. — ответила я, даже не спрашивая, откуда у него мой номер.
— Уверен, ты сейчас уже в своем модном отельчике, наслаждаешься красивым видом на Шарлотт... Уверен, стоишь одна на балкончике и пьешь что-то вкусное. А прощаться тебя так и не научили, да, идиотка?
Я улыбнулась сквозь слезы.
— Вовсе нет. — наконец выговорила я. — Я только подъезжаю к своему отелю с братом и его девушкой. А ещё с кучей охраны и целой свитой дворецких. Знаешь, принцесски ведь только так и ездят.
— Врёт и не краснеет. — произнёс голос у меня за спиной.
Я медленно развернулась и натянуто улыбнулась. Я думаю, не стоит вести повествование того, кого я увидела перед собой.
— Тебе придется вновь переночевать у меня, маленькая «принцесска» с кучей свитой и дворецкими. — сообщил Мурмайер, запихивая телефон в карман узких джинсов. — Ты же не хочешь остаться тут, с этими в хлам пьяными балбесами, правильно?
— О, перестань. — отмахнулась я от него, застегивая пальто. — Одного раза вполне было достаточно, я не люблю ночевать в чужих домах, Мурмайер.
— Потерпишь, ради меня.— тихо произнес он, приближаясь ко мне.
— Ты же ради меня ничего не терпишь. — бросила я, отворачивая голову от него.
— Условия здесь ставлю только я. — холодно сказал Мурмайер и обхватив мою шею, повел меня к своей машине. — Те, кто не слушает меня, потом об этом жалеют.
— А ну отпусти!
— Тихо я сказал. — произнес он томным голосом и в один момент запихнул меня на переднее сидение.
Через мгновение он оказался на водительском месте и свободным движением завел машину.
— Мурмайер, не пойти бы тебе со своими условиями на...
— Я не твой братец, церемониться с тобой не буду. Закрой рот и смотри на дорогу.
Ну спасибо блять.
Сказал как отрезал.
Мне даже спать не в чем, на что он надеется черт его возьми?!
— Кто у тебя дома? — поинтересовалась я, даже не посмотрев на него.
— Хочешь переспать со мной и боишься, что нас застукают? — усмехнулся тот, плавно выезжая с парковки.
— Не смешно. — буркнула я и отвернулась к окну. — Я не горю желанием даже находиться с тобой в одном помещении, о каком, переспишь ты говоришь?!
— Миллер, милая, это взаимно. — крайне мягким голосом произнес он. — Я ведь тебя ненавижу. Ты не забыла?
Мотор взревел и машина полетела по ночным улицам Шарлотт на полной скорости.
— Полегче! — напряглась я, повернув лицо к Мурмайеру.
— Боишься скорости?
— Нет.
Мурмайер лишь ухмыльнулся и увеличил скорость, сильнее надавив на газ.
— Пэйтон! — заверещала я истерически, подскакивая на сидении. — Прекрати сейчас же!
Мы с такой скоростью неслись по улицам, что пейзажи за окном превратились в одну темную размытую картину с резкими проблесками света. Выезжали навстречку, сигналили всем подряд, волосы встали дыбом, когда мы чуть не вписались в светофор на резком повороте.
— Да ты спятил что ли?!! — завизжала я, врезаясь лбом в стекло.
— Трусиха.
— Замолчи!
Мурмайер резко повернул направо, скользнув в темный проулок. Шины неприятно заскретели, я поморщилась.
— Можешь выходить, именно тут я и живу. — сказал он и вытащил ключи из машины.
— Но там горит свет. — я покосилась на его дом, заметив в окне женский силуэт.
— А кто тебе сказал, что я живу один? — недобрый огонек загорелся в его глазах. Я невольно вздрогнула, запустив руку в волосы. — У меня полноценная семья.
— Ты приводишь меня домой в то время, когда твои родители дома?! Совершенно незнакомую для них девушку?
Мурмайер недовольно цокнул и вышел и машины, громко хлопнув дверью. Я мигом выскочила за ним, быстрым шагом догоняя его.
— Может, ты перестанешь вести себя как полнейшая дура? — спросил он, поднимаясь на обширное крыльцо. — Я знаю, что я делаю. И твоих советов я не спрашивал.
Я прикусила язык и молча встала рядом с ним.
— Без лишних вопросов поднимаешься по лестнице. Я позже поднимусь тоже, моя комната прямо и налево. И да, не пугайся моих собак и Фейт, а то ведешь себя как будто приехала не домой, а непонятно куда. — дал указание Мурмайер и распахнул дверь нараспашку.
— Фейт, я дома!
Я тут же вошла следом за Пэйтоном и, сняв обувку, неуверенно поддалась вперёд.
— Иди уже. — прошипел он, указывая на лестницу.
Не успела я развернуться, как в коридоре тут же появилась молодая девушка, совершенная копия Мурмайера. Ее волосы были туго заплетены, а на домашней одежде красовался яркий фартук, испачканный в муке.
— О, Пэйтон, да ты не один! — воскликнула девушка, снимая с себя фартук.
Я застыла на месте как вкопаная боясь развернуться. Черт.
— А, да. Это Эмили. Мы вместе учимся. — Мурмайер чувствовал себя совершенно уверенно, даже не обращая на меня внимания. — Фейт, какого хрена ты печень свои пироги в самый пик ночи? Ты сошла с ума?
— Я внезапно захотела тыквенный пирог. — невинно пожала плечами.
Она печет тыквенный пирог?!
Мне срочно нужно прочистить желудок.
— Это не значит, что ты должна печь всю эту гребаную стряпню почти в два ночи. — Мурмайер недовольно покачал головой и подошёл к своей сестре, приложив ладонь к ее лбу.
— Моя сряпня вовсе не гребаная! — возразила девушка недовольным тоном. Мурмайер приложил палец к губам и убрал с ее глаз выпавшие прядки.
Я никогда не видела его таким заботливым.
Без лишних слов он обнял девушку, проведя рукой по ее спине, а затем что-то шепнул ей на ухо и мягко улыбнулся одними лишь уголками губ.
Я расплавилась как лёд на солнышке.
– Так, уважаемый любитель клубов, почему ты не знакомишь меня со своей новой девушкой?! — возмутилась Фейт, указав на меня запачканными в муке пальцами.
Это она про меня что ли?!
Я чуть под землю не провалилась, а потом чуть не расхохоталась. Новая девушка Мурмайера, ну и призвание!
— На самом деле я не девушка Пэйтона. — деликатно сказала я, осторожно переведя взгляд на него.
Он спокойно смотрел на меня, засунув руки в кармане. Совершено безоблачное выражение лица, не предвещающее ни взлетов, ни падений.
— Тогда я должна угостить тебя своим фирменным пирогом! Раз ты не девушка Пэйтона, то ты должно быть не...
— Фейт, она не моя девушка. — улыбнулся Пэйтон, лёгким взглядом посмотрев на сестру.
— Не рассказывай мне сказки! — отмахнулась она от него и схватила меня за руку, полагая, что я сейчас отправлюсь поедать ее пирог.
— О нет, нет. — запричитала я, стараясь казаться доброжелательней. — Я только что побед.. поужин... вообщем, я только что поела.
— Но как ты можешь не попробовать мою выпечку, она ведь ещё горячая... Я могу подогреть чайник... а ещё я приго...
— Фейт, давай не будем. — оборвал ее Пэйтон на полуслове, нахмурившись. — Эмили устала и ей не до твоих пирогов, пойми правильно.
— Но может быть она хочет...
— Достаточно. — ледяным тоном перебил сестру Мурмайер. Он подошёл ко мне, его пальцы крепко сжались на моей пояснице.
Стало нестерпимо больно. Зачем же так крепко.
— Мы пойдем. — сказал он и не отпуская меня, принялся подниматься по лестнице. — Если что, сразу зови.
Мы молча поднялись по ступенькам, затем вошли в темную комнату и Мурмайер тут же неоновую подсветку.
— Ты не важно выглядишь. — оповестил меня он, снимая с себя на ходу футболку. — Тебе нужно принять душ?
— Мне нужно домой.
— Не нужно. — сказал он, выбирая в шкафу‚ по видимому, другую футболку
— Ты предлагаешь мне душ, потому что я не красиво выгляжу? — ухмыльнулась я, догадываясь, что мой вопрос не дождется хорошего ответа.
— Я обращаю внимание только на красивых девушек, Миллер. — он бросил мне на колени свою футболку и тут же развернулся. — Извини, милых пижамок с мишками у меня не имеется.
Я пригладила футболку ладонью, боясь посмотреть Мурмайеру в глаза.
— Я хочу домой. — резко сказала я. Неожиданно даже для самой себя.
— Ты не хочешь домой. — он стал подходить ко мне уверено смотря мне в глаза. — Пока я не закончу, ты не захочешь домой.
— Что ты задумал!? — неуверенно воскликнула я, за что тут же была наказала сильным прижатием ладони к моему рту.
— Все, что я задумал, касается лишь меня. Но не тебя. Все, что связано со мной, тебя вообще никак не касается. Понятно?
— Мне не нравится твой тон. — нахмурилась я и в упор посмотрела на него.
— Тебе не обязательно должно нравиться. — ухмыльнулся нахально он. В глаза загорелся возбужденный огонек.
— Дэниел будет искать меня...
— Не будет. — перебил холодно Мурмайер.
— Будет. — снова заявила я.
— Я не оставил ему поводов для волнения. — спокойно сообщил он, касаясь моей скулы мягким пальцем.
— Так это ты все подстроил?! — тут же возмутилась я. — Вот почему он уехал без меня! Мурмайер, да как ты вообще...!
Я опешила, решительно посмотрев в его похотливо-настроенные глаза.
— Твой братец уверен, что я хороший и не причиню тебе вреда. — коварная улыбка появилась на его лице. — Но на самом деле это все гнусная ложь и тупая провокация. Забудь о братце.
— Зачем ты это сделал?
Ответа не последовало. Вместо этого шаловливые пальчики скользнули от моего пупка до груди. Мурмайер, слегка прикусив губу, осматривал меня снизу вверх, ненадолго останавливая взгляд на самых пикантных местах.
Похотливый извращенец.
Какого черта я не чувствую страха? Мурмайер притянул меня к себе за талию и близко приблизившись, коснулся своим лбом моего. Его губы притягивали, но я сдерживалась.
Хотя хотелось наплевать на все приличия и вцепиться в них. Он начал целовать меня, но я не отвечала на поцелуй.
Пошел ка он к черту со своими нежностями. Меня не подкупить. Наверное.
Мурмайер стал посасывать мои губы и я ощутила его улыбку.
Его пальцы обхватывали мои бедра, вжимая их в себя. Поддавшись его покусываниям мои губы приоткрылись и его язычок проскользнул ко мне в рот. Руки его опустились на мои ягодицы и стали сжимать их, как будто проверяя их форму
— Ты хочешь меня изнасиловать? — усмехнулась я.
— Я не насилую первокурсниц.— бросил Мурмайер, оторвавшись от меня. — Я использую их в своих целях.
Парень холодно засмеялся.
Мне тут же стало не по себе. Все возбуждение и трепет внезапно пропали, оставляя за собой лишь обрывки страха.
— Не трясись. Для тебя я приготовил кое-что похуже, чем изнасилование.
Меня бросило в дрожь. Что он мелит?
От него у меня тут же начала кружиться голова.
И кажется, кружиться только лишь в его сторону.
— Твоя очередь позвонить братику или папочке. — хрипло-угрожающе прошептал Мурмайер. — Позвони и скажи что я угрожаю. Давай, деточка, пожалуйста.
— Звонить папочке? — насмешливо выдохнула я. — Моему папочке не до меня, Мурмайер. — ухмыльнулась я с иронией.
Он на секунду отстранился от меня, взглянув внимательно в глаза. Ни капли сожаления или грусти в его глазах я не увидела.
Не удивительно.
— Жаль. — без капли сожаления бросил он, снова прижавшись ко мне всем телом. Его руки все ещё сжимали мои ягодицы, и мне чертовски хотелось, чтобы он прекратил. Но мне ничего не оставалось делать, только терпеть.
— Слушай, Мурмайер. — однако сделала попытку я, слегка оттолкнув его от себя. —Ты можешь сделать все, что ты хочешь прямо сейчас.
Он удивленно приподнял одну бровь, уставившись на мои покусанные губы.
— Что ты сказала?
— Если ты считаешь, что я буду ныть ты ошибаешься. — всем тем же уверенным голосом говорила я, гордо смотря ему в глаза. — У меня характер не тот, солнышко.
— Ты ещё не готова, солнышко. — передразнил он меня, не отпуская с моего тела свои руки. — Совсем не готова.
— Какая разница, когда. Всё равно ты это сделаешь.
Стайлс мимолетно рассмеялся, оголяя свои зубы. Такой лёгкий и непринужденный вид, будто он тренируется так делать каждый день.
— Ты сама это сказала. — надменно заметил он.
Я промолчала. Отвернув голову. Меня начинает подташнивать от данной ситуации. Или я настолько голодная, или я просто устала.
Или я просто хочу Мурмайера.
— Ты ещё не сталкивалась с такой болью. — шепнул парень, обхватывая мой подбородок пальцами и поворачивая к себе.
— Так давай же! Приступай, черт тебя возьми! — выкрикнула я во весь голос, вырываясь из его хватки.
— Мне от твоих выебонов, Миллер не легче. — безразлично сказал он.
— А мне от твоих прелюдий не легче, Мурмайер. — процедила в ответ я.
— А мне плевать, малышка.
— А если мне будет больно?!
— Не волнуйся, будет. — ухмыльнулся он. — На это мне тоже плевать. Помнишь, я говорил, что всем бывает больно? Так вот, потерпишь.
— Я не мазохистка, идиот.
— Тебе понравится эта сладостная боль, Миллер. — прошептал Мурмайер мне на ухо. — Ещё никто не жаловался на такое. Тебе очень понравится, это я тебе обещаю.
— Не думаю.
— Это пока что. Ты ведь не знаешь, что это такое.
Я в упор посмотрела в его глаза. Они горели недобрым огоньком, ничего, абсолютно ничего не предвещало хорошего исхода.
Он мне так нравится и не нравился, я готова была отдаться и не давалась, я пыталась и сама не верила.
— Очень скоро ты передумаешь. прошептал Мурмайер, осторожно, как будто к сокровищу, прикасаясь своими губами к моей шее. — Очень скоро ты уже не сможешь без этого. И тогда я стану твоим главным спасением.