Первые подозрения
Следующий день проходил как обычно. Но тут Тойе написал отец с подозрениями на то, что Ястреб в плену у Лиги злодеев. То, что Энджи собирается прийти домой к Даби не обсуждалось. В час дня послышался стук в дверь. Темноволосый спрятав Кейго, пошёл открывать дверь.
—Ну здравствуй, отец. За чем пожаловал?
Бирюзовоглазый оперся о стенку. Старатель сердито смотрел на своего сына.
—Куда вы дели Ястреба?
—Никуда мы его не девали.
—Он пропал после вашего собрания!
—Мы не держим Птицу в плену.
—И чем ты мне это докажешь?
Тойя закатил глаза.
—Если бы мы держали его в заложниках, то он нашёл бы способ попросить о помощи.
—Если в ближайшее время всё не вернётся на круги своя, я лично арестую всю вашу шайку.
Энджи специально выделил последнюю фразу, а после эффектно ушёл хлопнув дверью. Тойя облегченно выдохнул и пошёл к Ястребу.
—Птенчик, можешь выйти. Злой дядя ушёл.
Малыш выбежал из укрытия и обнял темноволосого. Даби присел и обнял его в ответ.
Остаток дня пролетел очень быстро и незаметно. Бирюзовоглазый успел уложить Кэйго в кровать, сам лёг рядом. Мини-герой уже тихонько сопел маленьким носиком... А Тодороки не спалось. Парень смотрел в потолок. В голове мчался вихрь мыслей:
***
Ночной город. На небоскрёбе, на краю крыши сидит герой номер 2. Крылья сложены на спине. Тут кто-то подходит и садится рядом. Это Даби. В эту ночь они просто разговаривали, при этом ощущалось какое-то чувство комфорта. Наконец-то появилась возможность кому-то высказаться...
—Тойя, тебе не холодно?
Наша птичка видимо настолько внимательный, что даже легкую дрожь из-за холодного ветра замечает. Одно красное крыло раскрылось и придвинуло темноволосого ближе к себе, тем самым обняв. Блондин хихикнул, увидев лицо лицо злодея и перевел взгляд на небо. Россыпь звёзд, словно веснушки покрывали всё необъятное небо...
***
Даби не знает почему, но эту ночь он запомнил. При этом всё, до мельчайших подробностей. Тут черноволосый понял, что влюбился. Нет, не сейчас. А ещё тогда. В ту ночь...
Тойя повернул голову и посмотрел на маленького героя. «Вот бы он поскорее вернулся в свою прежнюю форму...»—пронеслось у него в мыслях.