Ревность
ОЖП / Ким Сокджин (Джин)
Я всегда задумывалась над тем, хорошо ли работать в одной компании со своим парнем. И когда я попала в подобную ситуацию, то напрямую столкнулась с рядом плюсов и минусов. Безусловно, плюсов было больше и в них можно было включить совместные поездки на работу и возвращение с работы домой, совместные весёлые обеды, обмен тёплыми улыбками при встрече в коридорах и многое другое. Всё это было здорово, если бы не одно но: знали бы вы, как бесят меня мои коллеги по работе, причём бесят практически все и исключительно женского пола. Чёрт! Они ведь просто пожирают Сокджина глазами каждый раз, стоит ему зайти в кабинет, дабы пригласить меня на обед. А этот флирт и кокетство, когда они с ним здороваются в начале дня? Не будь мы коллегами, я бы давно всем глаза выцарапала и оттаскала бы за волосы по земле. А Джин вечером ещё удивляется, почему вдруг я такая злая. У меня есть причины. Но, когда я говорю в открытую, что ревную, Ким лишь добродушно смеётся и отвечает тем, что я просто слишком гружусь на этот счёт. Гружусь, да? Ну, я тебе покажу ещё! Посмотрим, как ты потом «запоёшь»!
Почему-то эта некая жажда мести, приравненная к желанию, мол, «почувствуй себя в моей шкуре», оказалась настолько сильной, что ночью этого же дня я лежала на кровати и продумывала свой план действий, который собиралась воплотить через пару дней.
На утро следующего дня мы с Сокджином зашли в здание офиса и только разошлись каждый в свою сторону, как ко мне подошёл один из сотрудников планового отдела и, мило улыбнувшись, пожелал удачного дня и засыпал парочкой комплиментов. Смущённо поблагодарив его, я краем глаза заметила, как Джин остановился на пороге своего кабинета и удивлённо смотрел на нас. Я удовлетворённо заулыбалась и направилась к себе в кабинет.
Кажется, новый костюм идеально подчёркивает мою фигуру, раз ко мне подошёл один из сотрудников и высказал столько лестных слов в мой адрес. Я понимала, что моё мщение будет подано на стол куда раньше, чем я планировала. И ведь так всё и случилось. Практически весь день мужчины делали мне комплименты и тепло улыбались. Они даже подходили ко мне за обедом, совершенно не стесняясь Джина, который сидел напротив меня.
— Ты сегодня феромоны свои выпустить наружу решила или как мне понимать такое обилие мужчин, которые вертятся вокруг тебя с самого утра? — на вопрос хмурого Джина я лишь улыбаюсь и допиваю свой кофе, соблазнительно слизывая оставшуюся капельку бодрящего напитка со своих губ.
— Тебе просто показалось. Не грузись. У меня много работы сегодня, поэтому я пойду. Встретимся вечером. За обед спасибо, — я встаю из-за стола, кладу чаевые для официанта на стол и возвращаюсь в компанию, с головой уходя в документы и бумаги.
Я настолько углубилась в работу, что совершенно не заметила, как три мои коллеги, делившие со мной кабинет, уже давно ушли домой. Мой взгляд падает на часы, и я несколько раз хлопаю ресницами. Времени уже половина седьмого, а я всё ещё тут. Спешно откладываю стопку бумаг в сторону и встаю с насиженного места. Время до сдачи документов есть, закончу завтра.
«Интересно, Джин уже уехал домой или же нет?» — мелькает у меня в мыслях, когда я открываю дверь, но тут же отшатываюсь назад, ибо прямо на пороге моего кабинета стоял Ким.
— Задерживаешься, — тихо говорит он мне, проходя в помещение и закрывая за собой дверь на замок, а после твёрдым шагом направляется в мою сторону. Я же осторожно двигаюсь назад, пока мои бёдра не соприкасаются с краем стола, а после вздрагиваю, когда его руки с громким хлопком упёрлись ладонями в столешницу по обеим сторонам от меня.
— Решила испытать меня на прочность сегодня, да? — его вопрос проносится у меня над макушкой, а перед своим носом я вижу грудь Кима, скрытую белизной рубашки. Не могу удержаться, и потому мой взгляд скользит ниже, сразу же замечая выпуклость чёрных брюк в районе паха. Злость и возбуждение — какой прекрасный коктейль…
Я горячо выдыхаю, когда пальцы Джина обхватывают мой подбородок и заставляют поднять голову, взглянуть на него, взглянуть в его глаза и понять, насколько сильно он зол. Его глаза словно зеркало души. Они настолько прекрасны, когда в них поблёскивает этот огонёк ревности и желания взять меня так сильно… Прямо здесь. Прямо сейчас.
Я издаю стон, когда его губы находят мои, увлекая в чувственный поцелуй, а длинные пальцы задирают юбку, с силой сжимая бёдра до лёгкой боли и покраснений на коже. Его руки подхватывают меня и сажают на прохладную поверхность стола. Моё тело горит, холод деревянной столешницы обжигает, и я вздрагиваю от образовавшегося контраста, обрывая поцелуй.
— Джин, — сладко шепчу я, раздвигая ноги, чем мой партнёр пользуется, заполняя пространство собой и упираясь своим вставшим естеством в мою промежность, давая прочувствовать его возбуждение сквозь одежду.
Я хватаю галстук Сокджина, наматывая материю на руку, и притягиваю его ближе к себе для страстного и глубокого поцелуя. Наши языки сталкиваются на первых секундах и переплетаются между собой. Ни я, ни он не хотим отдавать инициативу, поэтому этот поцелуй похож чем-то на борьбу. Внутри нас бушевали чувства, среди которых было нежелание делить своего партнёра с кем-то ещё, и я знаю, чем всё это могло закончиться. Мы теряли голову, упиваясь друг другом, и отрезали всевозможные пути отступления.
Мы не могли более сдерживаться и постепенно начали избавлять друг друга от одежды. Если на мой пиджак и осталось терпение, чтобы расстегнуть и снять его нормально, то на мою блузку его уже, видимо, не осталось совсем, так как Джин, потеряв всякий контроль над ситуацией, с силой рванул шёлковую ткань в разные стороны. Я слышала, как пуговицы с приглушенным звоном разлетелись по паркету, и раздосадовано вздохнула, прерывая поцелуй. Это была моя любимая новая блузка.
— Я куплю тебе новую, обещаю, — заверил меня Ким, стягивая ненужную ткань с моих плеч.
В отличие от Сокджина, я не спешу и поначалу стягиваю галстук, освобождая крепкую шею от стеснения, а уже после принимаюсь расстёгивать пуговицы белоснежной рубашки моего парня. Пока я увлечена своим «занятием», Ким покрывает нетерпеливыми поцелуями мою шею, отодвигая пальцами край трусиков и прикасаясь ко мне в интимном месте. Я вздрагиваю от ощущений и, закончив с многочисленными пуговицами, тянусь к ремню на его брюках. Пряжка поддаётся моим умелым рукам и звякает, призывая действовать дальше. Не знаю, сколько я времени потратила, но вскоре я уже осторожно поглаживала налитую кровью головку члена, водя по ней подушечками пальцев и сжимая в своей ладошке. Джин чертыхается и резко вводит в меня два пальца, вырывая из моей груди стон удовольствия.
Если честно, то мне было совершенно наплевать, что кто-то может нас услышать, а после доложить об этом начальнику, ибо мы вдвоём попросту не могли контролировать своё желание истязать друг друга удовольствием до дрожи во всём теле.
Подушечки пальцев Кима ощутимо давят на стенки влагалища, поглаживая и раздражая, в то время как мои пальцы растирают выступающие капельки смазки по всей длине члена. Мы тяжело дышим и попросту не в силах разорвать зрительный контакт, будто бы читая друг друга как раскрытую книгу. Нас не хватит надолго. Ещё чуть-чуть, и мы сорвёмся с обрыва, упадём в пропасть и попадём в забытье.
Я неожиданно вздрагиваю, когда Ким задел особо чувствительную точку, и обвиваю его шею свободной рукой, притягивая ближе к себе.
— Джин, пожалуйста, — мой неразборчивый шёпот прерывает вырвавшийся из груди громкий стон. Терпеть эту сладкую пытку и дальше было выше моих сил. Я проиграла, да, но какое же наказание ждёт проигравшего?
Молодой человек проскальзывает руками под мои ягодицы, подцепляя пальцами резинку трусиков и стягивая их вниз, оставляя болтаться на одной ноге в районе щиколотки, а после расстёгивает кружевной бюстгальтер, освобождая упругую грудь от «стальных» оков.
Я прикрываю глаза в ожидании, до конца избавляя своё тело от нижнего белья, пока Ким разрывает зубами пакетик с презервативом и раскатывает резинку по всей длине члена. Лишь секунда, и он резко врывается в моё лоно, руками фиксируя моё положение, удерживая за бёдра. Я лишь громко выдохнула, проведя руками по широким плечам и приспуская с них рубашку, которую я так и не сняла. Но сейчас это уже было не так важно.
Ким сразу задвигался во мне рвано и очень быстро. Его член легко скользил во мне с характерным хлюпаньем и шлепком от соударения наших тел. Я выгибалась в его руках, стонала, сжимала плечи и водила по ним руками, не зная, куда деть себя от этой приятной щекотки внизу и крышесносного наслаждения. С каждым толчком мне хотелось сильнее, быстрее, чаще, и я в открытую шептала об этом Сокджину на ушко, глубоко дыша и пытаясь удержать свои громкие стоны.
Мы отдавались страсти, вымещая на ней всю свою ревность, которая скопилась в груди. Мы беспощадно терзали друг друга удовольствием. Это было комбо чувств и ощущений, которые я не смогла бы передать словами. Мы были единым целым, и складывалось впечатление, будто мы извиняемся за все свои ошибки, промахи и за то, что было совершено ранее.
Джин тем временем всё ускорялся и ускорялся, сбивчиво дыша и издавая тихие рыки. Вдруг он резко хватает меня за волосы, наматывая пряди на кулак, и оттягивает мою голову назад, открывая шею. Впивается в нежную кожу губами, самозабвенно посасывая и зализывая следы засосов языком.
Резкий грохот об пол рывком снесённых со стола папок и шум разлетевшихся в воздухе листков заполняет помещение, а меня же валят спиной на расчищенную столешницу, ускоряясь, хотя казалось, что быстрее уже некуда.
Ким нависал надо мной, покрывая поцелуями ключицы, ложбинку между грудей и продолжал крепко удерживать за бёдра, потому что я в любой момент норовила выскользнуть из-под его горячего тела. Я извивалась, словно змея; прогибалась в спине, словно кошка; я сходила с ума от плавных, но быстрых движений члена во мне, мотая головой.
Сокджин втягивает в рот мой возбуждённый сосок, посасывая его и прилизывая самым кончиком языка, добавляя остроты ощущений и приближая к оргазму, отчего я уже полностью перестаю контролировать себя. Мои глаза слезились от переизбытка приятных ощущений, и я не могла сфокусировать взгляд из-за размытого изображения действительности. Внизу всё горело и неприятно хлюпало, тело покрылось испариной, и капельки пота щекотливо стекали по коже. Я не могу больше терпеть, чувствуя, как волна оргазма неумолимо приближается, и потому скольжу ладонями по спине Кима в самый низ, вскоре сжимая пальцами его упругие ягодицы, призывая поскорее дойти до кульминации.
Для меня это было и наслаждением, и пыткой. Казалось, что ещё пару минут и я растекусь по этому столу, словно мороженое, тающее под лучами обжигающего солнца. И в данном случае моим солнцем был именно Джин. Я заглядываю в его глаза, возвращаю руки наверх и обхватываю его лицо ладонями, едва соприкасая наши губы.
Моё тело начинает дрожать, а тело Кима напряжено, словно струна. Мы больше не сдерживаем наши стоны, смешанные с тяжёлым дыханием, потому что сил уже практически не осталось. Сплетаем губы во влажном пошлом поцелуе и громко стонем, содрогаясь в волнах сильнейшего оргазма, уходя в него с головой.
Сокджин обрывает поцелуй и устало валится на меня, придавливая к деревянной поверхности и обжигая моё ушко дыханием. С удивлением отмечаю, что мне приятно чувствовать тяжесть своего возлюбленного, руки которого успокаивающе поглаживали меня по бёдрам.
Минут пять мы тратим на то, чтобы отдышаться, и после Ким немного приподнимается, заглядывая в мои глаза. Его взгляд тёплый, нежный, согревающий. Я тону в нём, и мы в очередной раз скрепляем узы нашей любви чувственным поцелуем.
Джин отстранился, и его член легко выскользнул из меня. Я же кое-как приняла сидячее положение и обречённо вздохнула. В порыве страсти мы натворили столько дел, что сейчас целый час ещё придётся потратить на то, чтобы найти пуговицы от моей блузки, собрать все скинутые со стола бумаги и, вдобавок ко всему, отсортировать их по папкам.
Мы пользуемся влажными салфетками, чтобы привести себя в порядок и стереть следы нашего соития прямо на рабочем столе. Все «улики» мы, естественно, складываем в отдельный пакет, чтобы потом его выбросить за переделами офиса, а не оставлять здесь всем на обозрение. Итак дел натворили выше крыши.
После же мы принимаемся за работу и справляемся с сортировкой документов за полчаса. Только с ними покончено, мы спешим поскорее покинуть здание, выйдя из которого, садимся в машину и в унисон вздыхаем.
— Больше так не делай, — говорю я Сокджину, откидываясь на спинку сиденья и устало прикрывая глаза.
— Больше не провоцируй, — прилетает мне в ответ, и я согласно киваю, не забывая напомнить Киму о том, почему всё это началось.
— Хорошо. Всякий раз, когда у тебя появится очередной приступ ревности, говори мне. Я не прочь поэкспериментировать, — голос Кима таит в себе загадку, и я догадываюсь над двузначностью последнего слова. Что ж, кажется, самое время разнообразить свою половую жизнь, и начать стоит с досконального освоения Камасутры и похода в магазины для взрослых. Собственно, почему бы и нет?
