⚜Глава 6⚜
Они ехали в тишине, которую нарушали всхлипы и дрожь СукКюн. Казалось, Чимина это совсем не волновало.
— Успокойся! - разрезал тишину его твердый голос, и СукКюн вздрогнула.
Она подавила слезы, понимая, что ему ничего не стоит убить её так же, как тех мужчин. Картина их смерти четко врезалась в её памяти, смешиваясь с памятью о смерти отца.
Он положил руку на её голое бедро, и СукКюн опять вздрогнула.
— Расслабься! - все тем же твердым голосом произнес он, чувствуя рукой, дрож тела.
— Я...
— Тише, Ангел, - он повернулся к ней и сжал подбородок рукой, заставив посмотреть ему в глаза. - Эти мерзавцы заслужили этого. Так должно быть. Это истинный мир. И тебе стоит привыкнуть к нему.
— А если я не смогу? - тихо, с прерывистым дыханием, спросила девушка.
— Ты привыкнешь, - с улыбкой ответил он.
— Отпусти меня, Чимин, пожалуйста!
Она смотрела на него такими невинными глазами. Видя столько крови, она до сих пор могла так смотреть, удивило Чимина.
— Поздно, Ангел. Ты моя, - прошептал он ей прямо в губы.
— Твоя? - все также дрожа, переспросила СукКюн.
— Да. Моя. Моя любовница, моя игрушка, моя рабыня.
— Боже мой, ты сумасшедший! - воскликнула она, отпрянув от Чимина и вжавшись в сиденье.
— Нет, дорогая. Просто сейчас я владею этим миром. Меня все боятся, пытаются убрать, но ещё ни у одного не получилось. А твоя ошибка заключается лишь в том, что ты слишком привыкла к тому миру, слишком расслабилась и помогла незнакомцу, не задумываясь о последствиях.
— Что в этом плохого? Помочь человеку. - СукКюн смотрела на Чимина большими глазами, полными страха.
— Помогла. И вот результат. Платье порвано, тело в синяках, тушь размазалась на лице, губа изранена, почти изнасилована, и все такая же невинная. Ты забавляешь меня, Ангел, - засмеявшись, произнес он.
— И поэтому ты не хочешь меня отпустить? Потому что я тебя веселю? - не веря в его нелепые слова, спросила она.
— Нет, милая. Потому что я хочу тебя до безумия, - Чимин смотрел ей прямо в глаза, видя, как сильнее она вжимается в сиденье, - и ты будешь моей. Будешь таять под моими руками, раздвигать ноги по моему приказу и принимать меня полностью. Я доставлю тебе столько удовольствия, сколько не доставлял ни один мужчина. Будешь купаться в мехах, в драгоценностях, и у тебя будет всё, о чем бы ты ни пожелала. Этого тебе достаточно, чтобы дать своё согласие.
Чимин прожигал её взглядом и получал такое безграничное удовольствие от того, что увидел там. Сейчас в её глазах был лишь страх и презрение. Он был счастлив. Безумно счастлив.
— Мне не нужно ничего! Я не продаюсь, - резко произнесла СукКюн, подавшись чувству гнева. - Отпусти меня, пожалуйста. Дай забыть об этом кошмаре, а самое главное, о тебе.
Реакцией на её слова был его громкий смех.
— Ангел, ты не поняла ещё. Ты моя! А своё я не отпускаю и не отдаю никому! - в голосе его звучала непоколебимая твердость.
После его слов в машине воцарилась тишина.
— Куда мы едем? - спросила она, в мыслях пытаясь свести вместе все его слова и действия, боясь открыто с ним воевать.
— Домой.
— Мой дом в другой стороне.
— Если ты имеешь в виду свою квартиру, так она продана, некоторые твои вещи перевезены в наш дом, - хищно улыбаясь, произнес он, видя, как напряглась СукКюн.
— Продана? - с дрожью спросила она, не веря и понимая, - Ты не имел права! - тихо добавила СукКюн.
— Ангел, пора тебе привыкать к тому, что я имею права на все и на тебя в первую очередь, - с ухмылкой добавил Чимин.
— А университет? - тихо спросила она, понимая всю трагичность своей ситуации.
— У тебя, так сказать, академический отпуск по семейным обстоятельствам. Но вряд ли ты когда-нибудь вернешься. Да и зачем? Я и так знаю, что ты у меня очень образованная. А история тебе точно не пригодится в жизни. И зачем было выбирать такой неактуальный факультет. СукКюн лишь молча уставилась в окно, просто ушла в себя. Из этого состояния её вывела остановившаяся машина. Её взор был устремлен на великолепный дом, в готическом стиле. Он смахивал на замок. Достойное жилье Дьявола.
— Выходи, - твердо произнес Чимин, открыв дверцу.
СукКюн вышла с машины. Чимин отодвинув край своего пиджака, взял ее за локоть и повел за собой. Сзади них шли Техён и ещё двое мужчин.
— Техён и мои всадники живут здесь, - словно читая её мысли, сказал Чимин.
— Дьявол, приказать приготовить комнату для девушки? - спросил Техён, когда они вошли внутрь.
— Нет, она будет спать в моей комнате, - ответил он и посмотрел в расширенные от ужаса глаза СукКюн. - Я же сказал, что ты моя игрушка, а игрушки держат возле себя. Успокойся, сегодня я тебя не трону. Пошли.
Мужчина подвел её к лестнице, и они поднялись наверх. Чтобы не думать о его комнате и своем новом положении, СукКюн стала разглядывать дом. Интерьер дома соответствовал Чимину. Везде преобладал черный цвет, все было тусклым и нагоняло ужас.
Они вошли в его комнату, и Чимин мягко подтолкнул её к кровати.
— Вот та дверь в ванную. Приведи себя в порядок и ложись спать, а у меня еще парочка незаконченных дел, - произнес он и направился к двери, но остановился и обернулся к девушке, - и не думай о побеге. Повсюду камеры и мои люди, тем более, что тебе уже некуда бежать.
СукКюн сидела на кровати и смотрела в одну точку. Его слова звучали в ее уме, как приговор. В один миг ее жизнь рухнула. Она медленно встала и направилась в ванную.
СукКюн быстро стала стягивать с себя тряпки, после она залезла в ванную. Взяв первый попавшийся гель, стала намыливать себя. Когда кожа уже покраснела, СукКюн наконец успокоилась. Она не знала, сколько времени прошло, но когда голова уже стала кружиться, и её потянуло на сон, СукКюн решила выйти. Медленно она вышла с ванны, кое-как вытерлась полотенцем, накинула халат, и, чувствуя головокружение, вернулась в спальню, падая на кровать и отдаваясь такому желанному сну.
Когда Чимин наконец зашел в комнату, он нашел своего ангела, укутанного в его халат, свернувшегося калачиком и мирно спящего. Он аккуратно присел возле неё и ощутил запах своего геля, чувствуя, как в душе просыпается первобытное чувство собственника. Она носила его запах, словно сама заклеймила себя, и ему это безумно понравилось.
Чимин встал, тихо разделся догола, подошел к СукКюн. Он аккуратно снял с неё халат, достал ещё одно покрывало и лег рядом, сжав своего ангела в объятиях и накрывая их легкой тканью, его рук и продолжила спать, Чимин тоже закрыл глаза, отдаваясь манящей темноте.
* * * *
СукКюн медленно приходила в себя. Было чувство, что её переехала машина. Она пыталась пошевелиться, но была придавлена к постели сильными мужскими руками. И когда мысли стали приходить в порядок, она вспомнила, где находится, и резко открыла глаза. Чимин лежал рядом с ней, обнимая её рукой, и пристально смотрел на неё, с легкой улыбкой на губах.
— Ну, Ангел, я же ещё тебя даже не укусил, а ты уже боишься. Хотя гарантирую, когда я тебя, наконец, укушу, - он опустил голову к её плечу и легко сжал зубами кожу, а потом обвел место укуса языком, - ты испытаешь совсем другие чувства, далекие от страха. - Чимин, пожалуйста, - взмолилась она.
— Хватит, - резко сказал он и перекатился, оказавшись сверху на ней. - Ненавижу жалостные ноты в твоём голосе. Теперь ты моя, а женщины Дьявола о пощаде не просят, только об удовольствии, или же молчат совсем.
Он опустил голову и завладел её ртом, безжалостно врываясь в него. СукКюн мотала головой, но не могла побороть его силу. Когда он насытился, он оторвался от её рта и сдвинулся к шее, проводя по ней языком. Она стала бороться с ним, но тут же её руки оказались над головой. Вторая рука безжалостно скользила по телу, сжимала ее груди, обвела живот и спустилась вниз. Она почувствовала дискомфорт и отвращение, когда его палец стал входить в нее.
Тогда Чимин остановился и посмотрел на её лицо: - Ты девственница? - тихо спросил мужчина и, не ожидая ответа, наклонился к её лицу, и слизал с её щеки слезу, потом провел языком по её губам, нежно накрыл ее уста своими, лаская губы. - Ангел, - с придыханием прошептал Чимин. - Настоящий Ангел. Мой Ангел. Моя.
Потом он оторвался от её губ, отпустил её руки и зарылся лицом в её волосы. Они лежали так минуту. СукКюн тихо всхлипывала, Чимин тяжело дышал. Пока, наконец, он поднялся с неё и встал с постели. СукКюн зажмурилась, впервые увидев вживую перед собой голого мужчину.
— Открой глаза! - прозвучал его приказ.
Она медленно открыла глаза и посмотрела на Чимина, потом медленно опустила взгляд на его тело, взгляд прошелся по его груди, покрытой шрамами, опустился на живот, накаченный и плотный, сбоку красовался старый шрам, она опустила взгляд еще ниже. СукКюн чувствовала, как покраснели её щеки.
— Ты видишь, как я желаю тебя, мой Ангел, - проговорил он, - и ты будешь моей!
— Чимин...
— Не бойся, я не возьму тебя силой, но тебе придется вести себя хорошо. Ты мне это можешь пообещать?
СукКюн лишь судорожно кивнула головой.
— Теперь ты будешь жить здесь и спать каждую ночь со мной, привыкай к моему виду. Никаких ночных рубашек и никаких мыслей о побеге. Эта территория очень хорошо охраняется. Ты даже из комнаты выйти не сможешь, без моего ведома. Все понятно?
СукКюн снова кивнула.
— Нет, произнеси это вслух! - потребовал он.
— Да, я всё поняла.
— Вот и умничка. Сейчас тебе принесут твою одежду, оденься и спускайся вниз завтракать. Карен, твоя служанка, тебя приведет, - сказал он и направился в ванную.
Когда за ним закрылась дверь, Алекс на мгновение расслабилась и разжала пальцы, которыми вцепилась в простыню, успев натянуть её на себя, когда он встал.
За своими мыслями СукКюн и не заметила, как Чимин вышел из ванны. Лишь, когда он остановился перед ней и резко стянул с нее простыню, она опомнилась.
— И еще одно правило. Не смей от меня закрываться! Я хочу видеть твоё тело, - строго произнес он и направился к двери.
— Одевайся, я жду тебя за завтраком.
Как только Чимин вышел, в комнату вошла служанка с сумкой в одной руке и одеждой в другой.
— Это то, что вы должны одеть на завтрак. Меня зовут Карен, и, если вам что-то нужно, обращайтесь, - сказала девушка и, развернувшись, направилась к шкафу, рядом с которым поставила сумку.
Быстро приведя себя в порядок, СукКюн вышла и посмотрела на девушку, которая дожидалась её.
— Прошу вас, идите за мной. Господин Пак ждет вас на завтрак. Без вас они не начнут.
— Они? - спросила СукКюн, но служанка промолчала и вышла из комнаты.
Пройдя холл, они оказались в столовой, где во главе стола сидел Чимин, по правую сторону от него Техён, по левую было свободное место, дальше сидели четверо мужчин, по двое с разных сторон. Вглядываясь в их лица, она узнала в них тех мужчин, что были вчера с Чимином.
— Ангел, иди сюда, - прозвучал приказ Чимин, и она подошла к нему.
Он поднялся со своего места и развернул её лицом к сидящим за столом.
— Это мой Ангел, за неё будете отвечать головой. Всем понятно?! - громко произнес он, и мужчины дружно кивнули.
— СукКюн, Техёна ты знаешь, он моя правая рука. Вот этих мужчин мои враги называют всадниками дьявола. Это Намджун, смерть, - кивнул ей на мужчину, что сидел возле её места, - это Хосок, война, - на этот раз он указал на мужчину, сидевшего возле Техёна. - Это Юнги, голод, - кивок на мужчину возле Намджуна, - а это Сокджин, завоеватель, - и кивок на мужчину, что сидел напротив Юнги. - Это мои самые доверенные лица. Садись за стол.
СукКюн мягко усадили за стол, а Чимин снова сел на своё место. Перед ней поставили тарелку с едой, и СукКюн, опустив голову, взяла вилку в руки.
— СукКюн, ешь, - услышала она громкий приказ, и вздрогнула, но все же наколола кусочек и поднесла его ко рту. Тишина напрягала. Ей казалось, что её пронзают взгляды, и когда она набралась смелости и подняла голову, то никто на неё не смотрел. Тогда она немного успокоилась, страх не ушел, но она уже могла спокойно позавтракать.
— Ангел, мои мальчики живут здесь. Так что тебе следует привыкнуть к ним. Они моя тень, - Чимин попивал кофе и смотрел на нее поверх чашки. - После завтрака есть дела, и к обеду меня точно не будет. Ты можешь передвигаться по дому. И ещё раз напоминаю, не думай о побеге.
— А что, у твоей птички, Дьявол, уже были такие мысли? - весело спросил Юнги.
— А ты не видишь, у неё это на лице написано. Попалась мышка в клетку с тиграми, - добавил с ехидной улыбкой Сокджин.
— Хватит. Вы её пугаете, - произнес Намджун.
— Больше, чем Чимин, её уже никто не напугает, - заметил Хосок.
Они разговаривали о ней, как будто её здесь не было, и это пугало.
— Сокджин, моя мышка и так запуганная, а ты её ещё и тиграми пугаешь, - Чимин пристально следил за СукКюн и читал всё на её лице.
— Прости, Дьявол, - но лицо мужчины не выражало ни капли раскаяния.
— Дьявол, нам пора. Встреча в десять, - произнес Техён и встал из-за стола.
Чимин поднялся со стула и, встав за спиной СукКюн, наклонился и поцеловал её в макушку.
— Я скоро вернусь, Ангел, - мягко проговорил он и направился к двери. Вслед за ним, также скрылись за дверью остальные мужчины. Когда СукКюн, наконец, осталась одна в столовой, она судорожно выдохнула, стараясь сдержать слезы. Её отец всегда повторял, что жизнь важнее всего, а она была жива. Ведь неизвестно, что вздумается Дьяволу, в следующую минуту и что будет с ней, когда она наконец ему надоест.