- 24 - Михаил

Мы с Михаилом идем по дороге от карьера, куда весь наш район ходит купаться летом. Мы идем в тени, среди деревьев и стараемся уворачиваться от их многочисленных голых ветвей.

Я в свадебном платье, а он, как и полагается жениху, в темном костюме. Мы идем целенаправленно и абсолютно счастливые, наверное, отметить наше торжество.
Так мы шли какое-то время, взявшись за руки, а когда дошли до ближайшей остановки, сели в троллейбус. Мы поехали в неизвестном направлении. Рядом с нами были многие наши одноклассники.

Почему свадебное платье? Мне же рано выходить замуж, да к тому же и жениха у меня нет. Да какой там жениха, и даже просто отношений нет. Я и близко никому не нужна. У меня нет даже хороших знакомых в городе, не считая Лизы.

Михаил — мой жених? Приснится же такое.

Мы с ним за все время учебы в одном классе за три года хорошо, если обмолвились хоть парочкой слов. Таким странным образом в моем сне переплелись окружающие меня люди.

Быть может, люди во сне видят то, чего они хотят на самом деле? Или они просто видят то, о чем иногда задумывались? А может все гораздо проще и мы видим то, что так или иначе с нами как-то связано, но события бывают переплетены самым немыслимым образом.

Нет, конечно, я, как и любая другая девчонка думала о том, что когда-нибудь буду в свадебном платье. Я буду идти молодая, красивая и обязательно счастливая, а позади будет легко плыть по земле подол моего нежного белого платья.

Это будет мой день. В нем будет все сосредоточенно на мне, как и всегда бывает на свадьбах. Невеста — вот кто главный человек на свадьбе.
Ну и пусть я не люблю свадебные конкурсы и танцы. Как-нибудь оттанцую.

Такой важный день обязательно должен быть у любой девушки, а уж у меня — милой и скромной - и подавно.

Может я много думаю о Михаиле? К чему это все? Я что тоже его полюбила?

Это же будет Лизе лишний конкурент. Лиза говорит мне о нем каждый день. Будь ее воля, говорила бы каждый день с утра до вечера. Она говорит и говорит, не оставляя времени для меня. Порой невозможно даже поддакнуть, даже чтобы вставить свое слово.

Хотя, чтобы я ей сказала? Чтобы она не думала о нем, что он не такой уж и хороший, за кого себя выдает. Плохие парни всегда привлекали девушек и тем более таких молодых и неопытных.

Ей стоило бы задуматься, что с ее внешностью ей ничего хорошего не светит. В нашем классе есть настоящие «фотомодели» и насколько мне известно, даже с ними он не встречается.

Может быть, я просто плохо осведомлена, но все-таки когда люди встречаются, они ведут себя несколько иначе. У этих так называемых «фотомоделей» при виде его краснеют щечки, а он с улыбкой флиртует с ними.

На деле так не бывает. Если люди встречаются, то они уже ведут себя между собой более свободно, потому что смогли уже друг друга хорошо изучить. Может он давно приглядел себе девчонку из соседнего дома?

О! Я ведь тоже живу не далеко от него. Неужели от постоянных рассказов Лизы я уже сама стала о нем задумываться? Нет, надо гнать от себя эти безумные мысли. Он еще ничем не заслужил моих мыслей о нем и неизвестно, каким человеком он может оказаться, если копнуть поглубже.

Если на мгновение допустить, что такое возможно. Если даже он вдруг стал бы проявлять ко мне внимание, - я не знала бы что с этим делать. Это абсолютно точно было бы неестественно.

«Слишком красив, чтобы быть здоровым» - слова Лизы не раз звучали у меня в голове.

Шутку эту каждый может понять по-своему, но в ней точно была доля правды. Мы с Лизой до сих пор о нем ничего не знали. Ладно была бы только я, но Лиза училась с ним с первого класса и я не разу не слышала о нем от нее, что он по-настоящему за человек.

Почему она этим не интересовалась, ведь ей это нужно было больше, чем мне? Она осмелилась сделать первый шаг. Что, если она сделает второй? Не пожалеет ли? А вдруг будет поздно о чем-то жалеть?

Всегда нужно заранее просчитывать свои шаги на несколько шагов вперед, как в шахматах. Кстати, я терпеть не могу шахматы и считаю их чисто мужской игрой.
Могла ли она просчитать свои шаги? Не думаю. Даже если и просчитала бы, то как она могла ручаться за другого человека. За второе неизвестное в уравнении отношений. За того, кого выбрала сейчас себе в молодые люди.

Предположим, она многого от него не хочет. Только внимания. Любой девушке будет приятно внимание, а если еще и от любимого человека, то вдвойне.

Нет, не хотела бы я оказаться на ее месте, но поезд тронулся с места. Осталось разогнаться. Теперь, я знала то, что мне доверили — секрет. Девушка — моя подруга и полюбила человека, которого я тоже знаю.

Я вижу его каждый день и выводы относительно этой неразделенной любви могу сделать свои. Я не вижу у него необходимости в ней.

А любит ли он кого-нибудь? Наивные слова, не имеющие ничего под собой. Думаю, что нет. Не похоже.

Как можно описать его? Обаятельный — не то слово. Это, кстати, давало повод подумать о том, что некоторые наши одноклассницы запросто могли быть в него тайно влюблены, хотя никогда не признавались в этом.

Вероятно это была та грань, которую эти самые девченки боялись переступить. Я задумывалась о том, что попробуй переступи эту грань — и ты уже не вернешься к нормальной жизни. Я в какой-то мере эту грань переступила. Все потому что была вовлечена в общение с Михаилом из-за Лизы.

Я тоже видела эту его дежурную улыбку. Она каждый раз возникала когда на глаза ему попадалась нужная ему по какой-то причине женская фигура.

Почему нужная? Да просто потому, что я не перестану считать, что этот человек всегда делал только то, что ему было выгодно или приносило приятные и положительные эмоции.

Может быть это его как бы потребительская сущность, а может быть банально слабая сила воли, когда не может найти силы, чтобы отказаться от повторения чего-то приятного. Но ведь течение жизни далеко не всегда связано с одними лишь удовольствиями.

Выше ростом и меня и Лизы. Русоволосый, но когда стригся почти на лысо, волосы казались темно-серыми, почти совсем темными. Широкоплечий, но относительно плеч с не пропорционально короткими ногами. Все время нашей совместной учебы у него из штанов торчала цепочка, на которой были часы.

Его походка всегда была медленной, неспешной и я бы сказала — вальяжной. Словно кот. Взгляд его серо-зеленых глаз мог вначале показаться дружелюбным и открытым, но на самом деле в своем поле зрения он оставлял только тех, кто был ему зачем-то нужен. А на остальных он смотрел свысока, годами игнорируя и как бы не замечая их.

Недавно наша Алена приглашала в класс его мать и отца. При них Алена его выругала. Я смутно смогла понять за что она его ругала, но вероятнее всего, за какие-то проделки, либо за пропуски. Видно было, что его родители были расстроены донельзя. Дома ему, наверняка, влетело еще больше, если он только сам уже не ругается на своих родителей.

За последний учебный год по милости Михаила по успеваемости скатились несколько наших мальчиков. Все эти мальчики еще недавно были круглыми отличниками, а теперь у некоторых из них стоял вопрос об отчислении. По крайней мере одного из них уже собирались отчислить, либо точно оставить на второй год.

Все они стали отставать в учебе после общения с Михаилом. Еще один бывший отличник обзавелся нехорошими манерами и часто был не готов по домашним заданиям. Он мог во время разговора перейти на брань, хотя раньше держался весьма скромным.

С Михаилом после уроков иногда общался сын нашей Алены, но в нем перемен особым не наблюдалось. Думаю, так было из-за того, что он был психологически крепко связан со своей матерью. И уважая ее, мог к ней прислушиваться и не допускать у себя плохого поведения. Она могла разговорами предостеречь своего единственного сына от влияния Михаила. Сын Алены все так же учился на одни пятерки и пользовался авторитетом в классе.

Взаимоотношения одноклассников внутри класса в этом последнем учебном году были заметны как никогда. Слишком много претендующих на роль лидеров класса. Это вносило напряжение, которое чувствовалось в разговорах почти каждый день. Думаю, что много кто из них опасался за свой рейтинг.

Кто останется в любимчиках, а кто-то в проигравших, мне было все равно. Я с самого начала заняла позицию не лезть к ним в устоявшийся коллектив. Я только косвенно, не вдаваясь в подробности, могла наблюдать, как кто-то теряет свою позицию лидера, а кто-то наоборот. Даже те, кто еще в начале года сидели за одной партой, к концу года сидели уже поодаль. Так, быть лидером оказывалось рискованным делом. Всего один прокол — и тебя уже не только не любят, но и уже ненавидят и презирают. Не помогут ни сплетни, ни доводы и убеждения. Ты уже теряешь все, что было наработано годами. Тогда есть только один шанс, чтобы вернуть к себе уважение. Его нужно просто заработать у слоев более низких.

К сдаче последних наших школьных экзаменов мы подошли со всей ответственностью. Это была ответственность настоящих неучей с большим потенциалом списывания со шпаргалок.

За несколько дней до первого экзамена по математике всем нам стало известно, что ответы на экзаменационные задания можно купить. Нам оставалось лишь всем классом собраться, заплатить денежки и получить эти ответы.

В назначенное время и в назначенное место — беседка неподалеку от нашей школы, мы стали подтягиваться. По мере сбора всех одноклассников, многие обсуждали еще и то, что хорошо было бы прикупить еще и экзаменационные листы с печатями.

Это были такие же тетрадные листы, какие нам будут выдавать непосредственно в день экзамена, но только уже с печатями. Смысл листов с печатями был нам очень важен. Таким образом, имея листы с печатями, мы все могли заранее дома заполнить их заданиями и решениями к заданиям.

К тому же, дома в привычной для каждого обстановке, шанс наделать ошибок и помарок стремился к нулю. В классе же во время экзамена, естественно, ошибаться на контрольном листе было никак нельзя. Оставалось уже на экзамене подменить пустые листы с одной лишь печатью на подготовленные и оформленные дома.

Все сошлись на том, что просто необходимо достать такие листы с печатями. Когда все одноклассники собрались, нам раздали каждому все варианты заданий, которые будут на экзамене, один из них собрал деньги и все разошлись.

Накануне экзамена по математике мы с Лизой отправились домой к Михаилу, чтобы получить те заветные листы с печатями. Почему-то выбрали тогда, чтобы именно у него лежали дома нужные листочки. Ничего необычного не происходило, мы просто пришли, взяли свое и ушли по домам.

Лиза, конечно, сдавала математику в другой день, чем я, ведь она последние два года училась в другом классе. В день первого экзамена каждый из нас понимал, что особо напрягаться уже не придется. Даже отличники знали, что все заранее было подготовлено. Не знали только сами учителя, хотя это мы так думали.

На деле было неизвестно. Может они и сами были в курсе всего, просто молчали и надеялись, что мы все задания решим верно. На практике во время экзамена уже не было времени решать примеры. Время отводилось как раз столько, сколько хватило бы, чтобы только оформить все записи в чистовик. Поэтому в случае, если бы мы не подготовились заранее, нам пришлось бы нелегко. Многие из нас могли ничего и не решить, в том числе и я. Заваливать такой важный предмет было уже никак нельзя.

Вторым нашим экзаменом в одиннадцатом классе стал русский язык. Нужно было написать сочинение. Предлагалось три варианта писателей, с которыми нужно будет работать. Какой писатель кому достанется было нам не известно, потому что как именно учителя распределят варианты мы не могли предположить. Здесь мы также, как и по математике купили варианты заданий. Поскольку их было всего три, то оставалось как раз по ним только и подготовиться.

Каждый готовился как только мог. Девушки клали шпаргалки в чулки, в рукава, в карманы юбок. Я же пришла на экзамен русского языка с тремя вшитыми внутренними карманами на поясе юбки, куда были вложены шпаргалки с тремя написанными сочинениями. На экзамене мне оставалось только достать нужную партию шпаргалок, разложить их на парте и списать потихоньку весь текст.

Поскольку я знала, в каком кармане лежит каждая партия, то мне не составило труда воспользоваться своими шпаргалками. Списывала я аккуратно, доставая из юбки по одному маленькому листочку.

Всю дорогу во время экзамена, что по математике, что по русскому языку так и казалось, что учителя, проходя по нашим рядам, могут знать о наших шпаргалках. Оставалось только умело и орудовать ими, чтобы тебя не выгнали с экзамена.
Позже я все время думала, а мог бы сын Алены рассказать ей о нашей так называемой подготовке? Думаю, что учителя знали что мы так или иначе пытаемся обмануть и списать, но закрывали на много глаза — они были так же как и мы заинтересованы в хорошем исходе экзаменов.

География, которую я выбрала вторым по выбору, была моим последним экзаменом в одиннадцатом классе и, таким образом, последним и в школе. Все экзамены были мною успешно сданы и я могла не сомневаться, что аттестат мне выдадут. Остался только один шаг, который разделял меня от выпуска из нелюбимой школы — это выпускной.
До него же еще оставалось несколько дней и я пока могла о нем не думать. Моя же подруга Лиза, напротив, очень волновалась по мере приближения выпускного и всесторонне обдумывала каждую деталь.