Никогда.

На утро, когда я проснулся, то, мягко говоря, был в ахуе. Я проснулся в комнате Грейнджер, да ещё и с ней в одной кровати. Но это ладно, она обнимала меня, чёрт! Надо вспомнить, что вчера было... Я пришёл в гостиную, мы поговорили, поцеловались... А что дальше? Чёрт. Ничего не помню.

— Эй... Грейнджер, — прошептал я и слегка потряс её. — Гермиона.

— Малфой? Что, чёрт возьми... — Она отодвинулась от меня. — Так, ну... Мы в одежде, значит, мы не переспали.

— Не знаю, как ты, а я ничерта не помню после поцелуя. Хотя... Подожди. — Я замолк, вспоминая. — Мы ещё посидели, а потом... Хмм, я вроде собрался идти спать, но ты попросила лечь с тобой, — сказал я с трудом.

— Молчи, я вспомнила. Мне просто было страшно одной, просто страх, — убеждала она себя.

— А вчера ты говорила совсем другое. — Я засмеялся и тут же получил подзатыльник. — Всё-всё, молчу.

— Вот и молчи. Малфой, у меня раскалывается голова. Как ты в прошлый раз сделал? — спросила она, и я растерялся.

— Палочку дай, — сказал я, но она вопросительно посмотрела на меня.

— Ты без палочки делал, — сказала она, и я неловко вздохнул.

Затем, нагнувшись к ней, я прикоснулся губами к её лбу. Прошептал простое заклинание и, щёлкнув пальцами, вернулся в исходное положение.

— Довольна? — спросил я через пару секунд.

— Спасибо. И ещё спасибо за то, что вчера не стал соглашаться на разговор. Не знаю, чем это обернулось бы, но всё, что было мной сказано — правда, просто запомни, — сказала она и отвела взгляд, ей явно было не комфортно это говорить.

— Знаешь, Грейнджер... В мире всё так ужасно устроено, что мы с тобой никак не можем сблизиться. Поцелуи, посиделки на подоконнике и так далее — это максимум. К сожалению, — я сразу пожалел о том, что сказал последнюю фразу.

— К сожалению? — переспросила она, и я оказался в тупике.

— Мне надо идти, давай забудем, — сказал я и, встав с кровати, быстро ушёл.

М-да... Не такое утро я ждал. Как всё сложно. Ужасно, просто чертовски ужасно. Я зашёл в свою комнату и сорвался. Я бил кулаками о стену, перевернул всё к чертям. И только через долгое время сел на кровать, уткнувшись лицом в ладони. Не знаю, что мне делать. Не знаю... Пошло всё это нахуй! Не пойду никуда сегодня, буду лежать, биться о стену, да так, чтоб кровь текла ручьём. Пусть всё закончится... Пожалуйста.

×××

День прошёл ужасно, настолько ужасно, как никогда раньше. Я хотел лечь спать, чтобы время поскорее прошло, но не смог. В голове крутились её слова. Слова, в которых был глубокий смысл. Я действительно должен жить каждое мгновение как последнее, а не вот это всё. Не рушить свою комнату, а заниматься, ну или хотя бы отвлечься на другое. "Ради той, о которой ты постоянно думаешь". Да о тебе я думаю, чёртова ты Грейнджер.

Я ужасен, я не достоин называть её по имени. Но она, она всё чаще стала называть моё имя. Может, та глупая вражда развалится? Аргх... Рука. Метка начала жечь, сильно. Лорд вызывает к себе, но что ему нужно? Очередной урок-издевательство, который мне якобы поможет. Надо собираться, блять... И что он хочет в одиннадцать вечера? Хотя, это даже рано...

Я начал собираться, отгоняя все мысли. Полностью собравшись, я решил воспользоваться каминной сетью. Быстро вышел в гостиную и зашёл в камин. Вышел я уже в том самом доме, где проходят все встречи с Темным Лордом. За креслом его не было, поэтому я решил присесть на диван рядом. Подождав минут пять, я увидел его в другом конце зала. Заметив меня, он направился в мою сторону, и, когда он уже подходил, я встал на одно колено. Как же бесит.

— Мой Лорд, — шёпотом сказал я. С ним не стоит говорить на скорую руку, тем более когда дело срочное, а мне кажется, что это именно так.

— Драко, мой прекрасный ученик. Поднимись, — своим змеиным голосом сказал он, и я выпрямился. — Ты, наверное, задаёшься вопросом... Почему я призвал тебя сюда, не правда ли? — спросил он, на что я незамедлительно ответил.

— Вы абсолютно правы... Но я жду, пока Мой Лорд сочтёт нужным сам всё рассказать, — спокойно ответил я.

— Это... хорошо, Драко. Присаживайся, — сказал он, указывая на диван. Как только я сел, он продолжил. — У меня для тебя хорошее задание. Я бы сказал, очень важное, но и, естественно... трудное. Ты готов?

— Конечно, Мой Лорд, — вновь шёпотом ответил я.

— Твоя новая цель — Мистер Уизли. Отец придурковатых детей, который играет не хилую роль в министерстве. Его смерть сыграет нам на руку. Я рассчитываю на тебя, Драко, и... если у тебя возникнут трудности, ты помнишь, что нужно сделать, — сказал он. Чёрт, Грейнджер меня возненавидит, если узнает, что я убил отца сопляка Рона. Ладно,сейчас не об этом.

— Безусловно, — сказал я.

— Можешь идти, Драко... — прошипел он и аппарировал.

Я вновь воспользовался каминной сетью и вернулся в гостиную. Там сидела Грейнджер, читая книгу на диване.

— Малфой... Что, чёрт возьми, творилось в твоей комнате? — спросила она, и я присел рядом с ней.

— Грейнджер, я устал. Давай не будем об этом. Должно быть, эльфы там всё убрали, — сказал я, в то время как она заметила сильно стёртые на моих руках костяшки.

— А это что?.. — вновь спросила она, на что я промолчал. — Драко, расскажи мне. У тебя есть новое задание?

— Гермиона... Пожалуйста, отстань, — устало сказал я и закинул назад голову.

— Ты можешь мне довериться. Правда, — сказала она, и я слабо улыбнулся.

— Я понимаю, но я и вправду устал, невыносимо, — сказал я, приобняв её за плечи одной рукой.

— Ладно... Иди спи, Малфой. С утра я заставлю тебя все рассказать мне, — сказала она, вставая с места, но помедлила уже у входа в свою комнату. — У тебя... искренняя улыбка, она тебе идёт больше, чем безразличие, — продолжила она и уже положила руку на ручку двери.

— Подожди... — окликнул её я, и она замерла. — Отец Рона. Моя цель, это отец Рона, — сказал я, и та обернулась.

— Нет... Скажи, что ты не сделаешь этого, — начала она, в то время как я, встав с дивана, подошёл к ней. — Малфой, пожалуйста.

— Если я не выполню его, то безусловно умру. Это игра, где приносятся крупные и малые жертвы. Я ничего не могу изменить, даже если бы очень захотел... — сказал я, обняв её.

Такое неистовое тепло прошло мне в сердце от её тела. Девушка прижалась ко мне, и я почувствовал то, как ей тяжело. Ах, если бы я мог что-то сделать, помочь Гриффиндорке... Воскресить ее отца. Это были бы тщетные попытки, разве что найти маховик времени и предотвратить его смерть, но это очень трудно, даже думать боюсь.

— Но Рон так любит его... Пусть он изменил мне и разбил сердце, но он мой друг. С самого детства, — сказала она, крепко обнимая меня. Чёрт, я таю.

— Надо принять это... Просто принять, — твердил я, но она будто не слышала.

— Мне так обидно, что я не могу ничего сделать. Рон дорог мне, но, знаешь... Ты за короткое время из врага превратился в хорошего собеседника, может, даже друга... — сказала она, и мне было приятно, но я перебил её.

— Нет, Грейнджер. Мы не друзья, не друзья. Мы не можем быть друзьями, запомни это, — сказал я и сделал больно нам обоим.

Я сделал короткий шаг назад, отпустив её, и посмотрел в карие глаза, полные боли. Глаза выдавали её с головой. Она тосковала по отцу, теряла близких людей и привязывалась ко мне. Это ужасно. Лучше бы я не просил о сотрудничестве. Лучше было бы, если бы мы остались чёртовыми врагами. Я перевёл взгляд на окно и, решив покурить, подошёл к нему. Взял одну сигарету из пачки и закурил. Я не оборачивался, просто смотрел в окно, делая одну за другой затяжки. На улице была ночь, темнота, и лишь тусклые фонари разгоняли мрак. Всё так запутано и чертовски трудно. Вроде кажется, что всё ясно, но позже начинаешь понимать совсем другое.

— Драко... Спокойной ночи, — сказала она, и я улыбнулся, но она точно не видела.

— Спокойной ночи, Грейнджер, — сказал я и, бросив окурок в пепельницу, зашагал к себе.

×××

Примерно три дня мы с Грейнджер игнорировали друг друга, избегали. Я не понимаю, почему, но пусть будет так. Я уже выполнил свое задание, и, возможно, она избегала меня, чтобы поддержать Рона. Чёртовы Уизли, бесят. Ненавижу всё это. Наконец, Грейнджер зашла в кабинет. Странно, она опоздала примерно на пять минут урока.

— Итак, вы прошли достаточно много материала, поэтому сейчас будет очень большой тест. Большой и трудный, разумеется, — сказала она, почти сразу после того как вошла.

Я молча сидел, как обычно. Но меня вроде всё устраивало. Нет лишних проблем. Не надо о чём-то ещё думать. Просто прихожу и ухожу, прямо как магглы в университетах. Грейнджер раздала бланки с заданиями и ещё что-то сказала про них. В целом, мне это не интересно, мне интересна она.

— Грейнджер, — тихо подозвал её я, но она, походу, не услышала. — Мисс Грейнджер, у меня тоже есть вопросы, можете подойти? — сказал я, на что она закатила глаза. Не нравится мне эта реакция.

— Чего тебе, Малфой? — спросила она, наконец подойдя ко мне.

— А чего так грубо? Почему ты меня избегаешь? — спросил я напрямую.

— Потому что это я и должна делать. Малфой, мы враги. Если ты помнишь, конечно, — сказала она и ушла в конец кабинета.

Чёрт, и как я сам не додумался. Она слишком прямо восприняла мои слова... Я ведь сказал ей, что мы не может быть друзьями. Пиздец, что теперь делать? Хотя, может... это и к лучшему. Надо будет поговорить с ней в гостиной, выждать момент. Или не нужно? Не знаю.

— Малфой, — послышался тихий и низкий голос от двери. — Драко Малфой. — Я обернулся. У двери стоял Снейп.

— Что? — спросил я, направившись к нему.

— Мисс Грейнджер, я заберу вашего напарника, извините, — сказал он, повернувшись к Грейнджер, и та кивнула. — Пройдёмте со мной, — сказал он, посмотрев на меня, и мы двинулись.

— Что случилось-то?! — спросил я, совсем ничего не понимая.

— Имей терпение, сейчас поговорим. Это насчёт Грейнджер, — сказал он, и я впал в шок.

— Насчёт кого?! Этой грязнокровки? — спросил я, но стал мерзок сам себе за такие слова. — Я не собираюсь её обсуждать, — также добавил я, после чего резко остановился.

— Хорошо, я задам один вопрос и ты свободен, — сказал он, посмотрев на меня. Дождавшись моего кивка, он спросил. — Между вами что-то есть? — Вопрос был, мягко говоря, неожиданным.

— Даже если есть, что с тобой?! Ты несёшь бред. Нет между нами нет ничего, и быть не может. Реально с ума сходишь, — сказал я и, развернувшись, направился в нашу гостиную.

Не было сил возвращаться к ней. Хоть и очень хотелось, я не мог... Когда я проходил мимо кабинета, в котором была она, сердце сжалось. Сглотнув, я быстрым шагом пошёл дальше по коридору. Поднявшись по лестнице, я сделал пару поворотов и наконец дошёл до гостиной. Зайдя туда, я остановился. Чёртова Грейнджер... Как я не хочу всё это чувствовать! Не хочу! Ударив о стену кулаком, я твердил одно и тоже. "Я не хочу!" — вновь вырвалось у меня и, обессилев, я опустился на пол, прижавшись спиной к стене. Кулаки были в крови, будто я подрался, как маггл. Проступили слезы, но я не позволял себе этого. Я сильный и справлюсь... Всё хорошо. Это прокручивалось в моей голове до тех пор, пока не открылась дверь.

— Малфой?! — выпалила Гермиона, как только заметила меня. — Всё хорошо? — осторожно спросила она, садясь рядом со мной на пол.

Я не мог ничего ей сказать. А если бы и мог, то не стал бы. По крайней мере, я так думал. Я повернул к ней голову, и между нашими лицами осталось минимальное расстояние. Так охота поцеловать её... Вместо этого я, не раздумывая, поднялся на ноги и протянул ей руку. Она помедлила, видимо не понимая, что происходит. Затем, ухватившись за меня, тоже поднялась. Мы снова стояли очень близко друг к другу. Она сделала небольшой шаг вперёд, тем самым ещё сильнее сократив чёртовы сантиметры. Я заглянул ей в глаза. Разочарование, жалость и грусть — всё, что читалось в ней. Всё, что она чувствовала сейчас.

Я не мог больше так стоять. Это слишком трудно, моё желание только увеличивалось. Мой взгляд наконец упал на её губы, и я не сдержался. Прижав её к стене, я прильнул к её губам. Её руки обвили мою шею, в то время как губы пылали огнём. Целуя её так, будто хрупкую жертву... я впервые почувствовал дикий страх. Не за себя и свою шкуру, а за кого-то другого. За девушку, которую обожаю, за ту самую, которой спокойно отдам свою жизнь. Мне стало не по себе, хоть я и наслаждался ею. Отстранившись, она стала поглощать воздух. Затем посмотрела на меня снизу вверх, но промолчала.

— Не воспринимай мои слова так близко, пожалуйста... Может, мы и не можем стать друзьями, но ты ведь сама сказала. Надо рушить то, что не нравится. Значит, шансы есть, и пусть они малы, но мы-то знаем про них, — сказал я, и её реакция не заставила себя ждать.

Она заключила меня в свои тёплые объятия. Сжимая каждую частичку моего тела, она сказала что-то на подобии "спасибо тебе". Но я не обращал внимания. Прижимая её к себе, я чувствовал тепло, лёд вокруг души таял. Пусть это ненадолго, но я навсегда запомнил этот момент и, думаю, она тоже.

×××

02:40

Я сидел и курил на подоконнике. Облокотившись, на мне расположилась Грейнджер. Она засыпала на моём плече. После того, что было полдня назад, мы ничего не говорили друг другу. Но, я думаю, вовсе и не нужно каких-либо слов. Я чувствовал, что она постепенно меняет ко мне отношение, и мне становилось больно. Больно осознавать, что мы никогда не сможем быть вместе. Я буду очень стараться находиться с ней как можно чаще.

— Иди спи, — негромко сказал я, повернув к ней голову. — Ты вымотана.

— Да всё нормально. Или ты спать хочешь? — спросила она, на что я отрицательно помотал головой. — Ну вот...

— В чём кайф от того, что мы молча сидим ночью на подоконнике? Есть ли вообще такой? — спросил я, но она не торопилась отвечать.

— Когда ты вместо друзей доверяешь врагу, времяпровождение с ним не напрягает, и ты чувствуешь себя в безопасности, полностью спокойной, — сказала она, и мне стало так тепло на душе.

— Я это учту, — сказал я с ухмылкой, и в голову пришла просто безумная идея. — Грейнджер, а может полетаем?

— Ты с ума сошёл? Три часа ночи, нас точно увидят, — обеспокоено сказала она.

— Наложим дезиллюминационные чары, — сказал я. — Давай, пошли, всё равно не спим.

— Малфой, ты сумасшедший, — сказала она и слезла с подоконника. Я сделал тоже самое.

— Главное, не отпускай мою руку, пока я не скажу, что все окей, — сказал я.

Достав палочку, я наложил на себя чары и, взяв её за руку, наложил на неё те же чары. Убрав палочку в карман, я, держа её руку, потянулся за мантией, которую на самом деле следовало надеть до того, как я наложил чары.

— Подожди, — сказал я и отпустил её руку. Взяв мантию с вешалки, я в воздухе нашёл её плечи и, надев мантию, прошептал короткое заклинание, чтоб та тоже стала невидимой. — Всё, пойдём, — сказал я и снова взял её за руку.

— А тебе не будет холодно? — спросила она, на что я усмехнулся.

— Нет, всё нормально, пойдём уже. — И мы двинулись из комнаты.

Выйдя в коридор, я, не отпуская её, двигался в направлении поля для квиддича. Мне безумно понравился прошлый полет. Она так крепко держалась за меня. Ахах, а ведь сказала, что никогда больше не будет летать со мной. У нас с ней завтра совместное занятие, походу, оба проспим. В своих раздумьях я не заметил Филча. И чуть было не налетел на него, но Грейнджер успела прижать нас обоих к стене.

— Кто тут бродит?! Пусть ты и невидимый, я слышал шаги, — заругался Филч и осмотрелся по сторонам. — Ник? Дрюзг? Кто из вас тут шастает?! — Он явно подумал на приведение, и у меня появилась идея.

Я провёл от ладони Грейнджер к локтю и перевёл руку на её талию. Та явно не понимала, что я делаю, но, видимо, доверилась. Крепко обхватив рукой её талию, я медленно и беззвучно двинулся вдоль стены. Из-за того, что я крепко её держал, она двинулась ровно так же тихо и беззвучно, как я. Пусть медленно, но мы отошли от Филча на далёкое расстояние, оставив того в недоумении оглядываться по сторонам. Когда я убедился, что он не может меня услышать, то вновь взял её за руку.

— Всё нормально, идём, — прошептал я, и она сжала мою ладонь. Хм, и зачем?

— Малфой, тебя ничему жизнь не учит. Мы только что чуть не попались Филчу. Зачем я только согласилась на это? — прошептала она, но я знал, что она злится.

— Не злись. Всё нормально, — сказал я и, не дав ей возможности ответить, потянул вдоль коридора.