3🏀
-Какая встреча, — усмехается Ким, и медленно идет к одной из кабинок. — Не переживайте, я ненадолго.
Парни провожают его взглядом, а Тэхён закрыл за собой дверцу и трясет головой, пытаясь скинуть опьянение и образ Чона с красными от поцелуев губами. Он заканчивает свои дела, открывает дверцу и не спеша подходит к парочке, включает воду в одной из раковин. Те смотрят на него, а Ким не может скрыть ухмылки. Интересная ситуация, особенно если учесть, что хочется этого пацана за белобрысые волосы стащить со стойки и выкинуть отсюда. А самому впиться поцелуем в эти губы.
Тэхён выключает воду, берет несколько бумажных полотенец и поворачивается к парочке, которая также смотрит на него. Смотрит в черные глаза, переводит взгляд на губы, и фыркает, возвращаясь к глазам. Вытирает руки, смотрит на блондина, тот довольно симпатичный, смазливый такой.
Ким медленно облизывает нижнюю губу и говорит хриплым голосом:
— Не тормози, малыш, — блондин хлопает глазами. — Расстегни уже его джинсы. Ты видел, как он терся о тебя своим членом? Он же просит, чтобы ты рукой своей его поласкал, а ты тупишь. Всему вас учить надо.
Тэхён усмехается, смотрит на Чонгука, который глаз с него не сводит, и подмигивает. Смятые полотенца летят в мусорное ведро, а Ким медленно выходит, закрывая за собой дверь.
_________________________
Утро добрым не было, болело все. Голова и желудок от алкоголя, ноги от диких танцев. Тэхён вернулся домой только под утро, и был очень рад, что рядом с ним на кровати никто не лежал. Не хотелось сейчас еще кого-то выпроваживать из своей квартиры. Хотелось пить и немного умереть. Зачем столько пить? Вопрос извечный и, можно сказать, риторический, потому что ответа на него нет.
Вспомнилась встреча в туалете, Ким прикрыл глаза и тихо замычал. Зачем он открыл свой рот? К чему все это сказал? Но просто взбесило то, что он увидел. Понятно, что Чонгук не девственник, но увидеть это было неприятно. Вот он уж точно ночь с пользой провел, продолжил в туалете, или они домой поехали. Тэхёна это не волновало, но раздражало. Такой растрепанный и зацелованный Чонгук казался еще более привлекательным. Но Ким мастер затыкать свои чувства, поэтому включил режим «похуй» и медленно встал с кровати. Впереди ужасный день похмелья, ему не до Чон Чонгуков.
Тренеровки проходили по понедельникам, средам и пятницам, а видеть Чона не хотелось совсем. Он раздражал, и сразу картинка перед глазами, как он целуется с тем пацаном. Но Чонгук не был бы Чонгуком, если бы не смотрел каждую свободную минуту, не кидал мимолетных взглядов, не улыбался украдкой, чуть приподнимая уголок губ. Только взгляды эти стали другими, более решительными, что ли. Он смотрел так, будто что-то знает, и знает это точно. Киму понятно, что он раскрыл себя. Не будет натурал давать советы другому парню насчет того, что не мешало бы подрочить партнеру. Но Тэхёну похер, пусть думает, что хочет. А пристает к таким же студентам в клубе.
И он ни капли не удивлен, когда после тренировки Чонгук подходит к нему и улыбается, чуть склонив голову в бок. Глаза смотрят с заинтересованным блеском, Ким поднимает голову и спокойно отвечает на его взгляд.
— Как вы себя вчера чувствовали, тренер Ким?
Тэхён поджимает губы, чтобы скрыть усмешку, и отвечает:
— Отлично, это был прекрасный день.
— Неужели? — Чон дернул бровью с пирсингом. — Знаете, вы были таким пьяным. Таким красивым, соблазнительным и… очень сексуальным.
Чонгук проводит кончиком языка по пирсингу в губе, Ким проследил за этим движением, и прекрасно знал, что парень это сделал специально. Его ухмылка выдавала его, он и не пытался это скрыть.
Тэхён усмехается и говорит:
— А что, по-твоему, я всегда хожу в спортивных костюмах и бегаю с баскетбольным мячом? Я тоже умею отдыхать и развлекаться.
— Я в этом даже и не сомневался, — улыбается Чон. — Можно вопрос?
— Попробуй.
— Откуда такие познания о том, как надо обращаться с чужим членом?
Ким прикусил нижнюю губу и фыркнул.
— Большой опыт.
— А сейчас вы скажете, что у вас просто друг уролог, и он читал вам лекции?
Тэхён смеется и щурит глаза. Смотрит на парня перед собой, и понимает, что молчать надоело. Надоело все спускать на тормозах и беситься от того, что ничего не может ответить. Скрипит зубами от пошлых слов Чонгука, а сам обязан держать лицо. Ведь тоже хочется ответить, хочется словами своими в ступор вводить, или заводить, как это делает Чонгук. Поэтому сейчас себя Тэхён не сдерживает, подходит чуть ближе и тихо говорит, смотря в глаза:
— Нет, Чонгук, это личный интерес к мужским членам. Не волнуйся, у тебя с возрастом опыта тоже станет больше. И партнеры будут лучше. Надеюсь, тот блондин хорошо тебя удовлетворил, а то начиналось у вас как-то не очень.
Ким усмехнулся, развернулся и пошел в сторону универа. Стало лучше, он высказался, как же он давно хотел ответить на все эти намеки. Видимо, встреча в клубе пробила плотину, и хотелось отвечать, также подкалывать, но уже с пошлым смыслом, потому что сказать было что. Но от взгляда, который так потяжелел в конце, когда черные глаза буквально вцепились мертвой хваткой в его лицо, стало тяжелее. Этот мальчик слишком заводит, держаться бы от него подальше. Это Тэхён понимает, и пытается дать себе обещание, что так и сделает, но почему-то сам ему не верит.
________________________
После этого разговора все рамки дозволенного будто стерлись в их общении. В следующую тренировку, когда она уже подошла к концу, Чонгук поймал Тэхёна в коридоре, который вел к его тренерской, толкнул к стене и встал почти вплотную. Он часто дышал, потому что изрядно побегал два часа, и как же от него хорошо пахло, Ким стиснул зубы.
— Ты какого хрена себе позволяешь, Чон?
— Я хотел сказать, — выдыхает Чонгук и наклоняется ближе к уху, — что не трахал тогда в клубе того парня. После того, как я тебя увидел, его не захотел.
Разве после этой фразы у Тэхёна должно было возникнуть чувство облегчения? Нет, не должно было, но оно возникло.
— Ты думаешь, меня это как-то касается? — спокойно спросил Ким, смотря в темные глаза, которые слишком близко. — Ты можешь трахаться с кем хочешь, и мне, как твоему тренеру, это совершенно не интересно.
— А если я хочу только с тобой? — спрашивает Чон, и переводит взгляд на губы Тэхёна.
— Даже, блять, не думай об этом, мальчик, — шипит Ким, отталкивает Чонгука и уходит.
А внутри «бум-бум-бум» тяжелыми ударами, и это не хорошо. Сука, слишком близко нельзя, и разговоры такие не нужны. Но он сам дал карт-бланш, не проигнорировал в прошлый раз, а еще до этого в клубе, и почему-то казалось, что Чонгук не остановится. Но и становиться для Чона «преподом, с которым я трахался» Тэхён не собирается. Ему важна его работа, она ему нравится. Чонгук доучится и свалит, а Ким планировал здесь задержаться подольше.
Но Чон не отступал, не было ни одной тренировки, чтобы он не делал намеков, не смотрел. Тэхён не знал, выдает он себя чем-то, или просто Чонгук не умеет сдаваться. Потому что Ким ходил как ледяная глыба, лицо безэмоциональное, глаза безразличные, голос пустой. Но Чона это не останавливало, он улыбался и подмигивал, когда никто не видит, чем бесил неимоверно. Тэхён понял, что обратно их отношения «тренер — игрок» не вернуть, потому что этот парень вбил себе в голову цель и шел к ней. Часто задиралась футболка, нагибался он только спиной к тренеру, упражнения делал только рядом с Кимом. Так сказать, показывал товар в лучшем виде. Тэхён скрипел зубами, не мог не смотреть, отворачиваться себя заставлял огромной силой воли.
-Тренер Ким!
Тэхён вздыхает и поднимает голову, смотрит на Чонгука, который подбегает к нему и часто дышит.
— Что?
— У меня проблема.
— Какая? — дернул бровью Ким.
— Понимаете, — Чон начинает говорить тише и чуть наклоняется к правому уху Тэхёна, — я так долго смотрел на вас, что у меня встал. Я не могу заниматься.
Киму требовалась вся сила воли, чтобы не заржать в голос. Но он стиснул челюсти и поджал губы. Опять опустил голову, проверяя свое расписание, и спокойно ответил:
— Иди в душ, подрочи и возвращайся.
Чонгук фыркнул от смеха и также тихо спросил:
— Может, вы мне поможете?
— А что, своих двух рук тебе уже мало?
— Я хочу вашу руку, — соблазнительно тянет Чонгук.
Тэхён вздыхает, переворачивает лист и его ладонь с выпрямленными пальцами оказывается напротив лица Чонгука.
— Вот эту руку? — спрашивает Ким.
— Дааа, именно.
Пальцы сжимаются в кулак, перед носом Чона остается только длинный средний палец.
— Свободен, — холодным тоном говорит Ким, не отрывая взгляда от своих бумаг.
Чонгук смеется тихо и шепчет:
— От одного пальца я бы тоже не отказался, для начала.
Тэхён скосил на него взгляд, Чон расслабленно улыбался и ждал реакции.
— Я сказал, свободен.
Чон облизал губы и снова влился в тренировку, а у Кима в голове каша. Это значит… что Чонгук пассив? Но в клубе явно он вел, значит, актив? Блять, неужели…
Тэхён кусает губу и исподлобья наблюдает за тренировкой, а точнее, за Чонгуком. Он легко мог представить, как тот трахает, и при этом отдается тоже. Совсем неподходящие мысли о своем студенте во время тренировки. Какого хрена этот Чон вообще свалился на его голову? Не было же проблем, все было отлично. В школе он не мог ни на кого «так» посмотреть, потому что там реально одни малыши для него. Здесь, в университете, его никто не привлекал. Были пара преподавателей за тридцать, которые намекали, и троих из своей баскетбольной команды он мог назвать также заинтересованными. Но никто, сука, никто из них не привлекал. Что с Чоном не так? Почему на него смотришь, слушаешь, отвечаешь, а не пошлешь в известном направлении. Ведь он так ни разу не сказал прямым текстом, что не заинтересован. И Ким понимает, что своими ответами дает только надежду, будто показывает, что заинтересован в ответ. А для Чонгука это как красная тряпка для быка, обратное направление, когда действовать надо напролом. Что Чон и делает.
-Тренер Ким, у меня вопрос.
Тэхён ненавидит, когда Чонгук подходит к нему посреди тренировки. Он часто дышит, его кожа блестит от пота, а черные волосы чуть растрепаны, челка липнет ко лбу. Слишком, засранец, горячий, Ким вздыхает и поднимает взгляд.
— А ты любишь сверху или снизу? — более тихо и чуть нагнувшись, спросил Чон.
— И так, и так, — вылетел ответ, Тэхён сам в шоке был.
Черные глаза на миг расширились, но потом довольная улыбка растянула губы.
— Отлично, — тянет Чонгук, — я тоже.
Чон подмигивает и убегает обратно к команде, а Ким смотрит в одну точку и пытается дышать. Вот и ответ на интересующий вопрос. Твою же мать…
Нельзя оставаться равнодушным, когда человек привлекает физически и ведет такие разговоры. Они сразу наводят на мысли, а не думать невозможно. Поэтому Тэхён думал, сам того не желая. После встречи в клубе прошел почти месяц, и Чонгук его изрядно заебал. Тренировки стали казаться бесконечными. Стало холодно и они переместились в спортзал. На отопление не жаловались, поэтому вся команда занималась в шортах по колено и безрукавках. Похер на всю команду, а вот Чон, бегающий с мячом по залу, вытирающий свое лицо низом футболки, это слишком. Шорты сидят низко, над ними видна широкая полоска боксеров с лейблом «Calvin Klein», и рельеф кубиков. Ким только глаза прикрывает и отворачивается, а когда снова смотрит на площадку, то ловит довольную ухмылку. Этот мальчишка все прекрасно понимает и делает специально, а это бесит еще больше. Бесит, что Тэхён ведется, не может не вестись. А вроде взрослый мужчина, опытный и серьезный, преподаватель и тренер, но Чонгук сбивает все настройки, и это очень плохо.
_______________________
Средина октября, через полтора месяца начнутся соревнования между командами университетов, а Тэхён в бешенстве. Он смотрит на студентов, которые разбились на две команды и играют. Но в основном следит за Чонгуком и скрипит зубами.
— Блять, — шипит себе под нос Ким, резкий и громкий звук свистка разлетается по залу, отскакивает от стен, словно баскетбольный мяч. — Чонгук!
Тэхён чуть ли не рычит, взглядом прожигает Чона, все игроки смотрят на него и тяжело дышат.
— Вот я не понимаю, что с тобой не так, — сощурив глаза и сложив руки на груди, говорит Ким, Чонгук в удивлении поднимает брови. — Ты один из самых лучших игроков, входишь в основной состав, играешь великолепно. Но твой трехочковый бросок… — Тэхён выдыхает и продолжает. — Это ужасно. Это провал. Самый худший в команде. Ты хорош в нападении и защите, в штрафном броске, в игре у кольца. Но дальний удар… Сколько раз я говорил тебе, чтобы ты его тренировал? Не вижу прогресса.
Чонгук стиснул зубы, взгляд стал раздраженным. Он нервно облизал губы и ответил:
— Я тренировался…
— Я не вижу, — оборвал его Ким, не сводя со студента холодного взгляда. — Да, у каждого из вас свои роли, но вы должны быть универсальны во всем. Потому что неизвестно, как пойдет игра и с какого расстояния придется делать бросок. У тебя два попадания из пяти, а должно быть пять. Игра уже скоро, и я точно в тебе не уверен.
Чонгук усмехается, два раза стучит мячом по полу, разбивая тишину в зале. Подхватывает мяч и медленно начинает приближаться к Тэхёну. Тот смотрит на него безразличным взглядом, и не двигается с места.
Чон подходит к нему, губы растягивает усмешка. Чон наклоняется ближе и шепчет почти в ухо:
— Когда ты злишься, то становишься таким горячим. Так и хочется назвать тебя папочкой, а потом попросить наказать.
Этот шепот и этот студент доведут точно до дикого желания и бешенства, причем одновременно. Ким смотрит в темные глаза, но на усмешку не отвечает, только шепчет в ответ, чтобы слышал один Чонгук:
— Если бы я был твоим папочкой, мальчик, то нагнул бы над столом и трахнул за такую дерзость.
Чонгук стиснул зубы, взгляд стал раздраженным. Он нервно облизал губы и ответил:
— Я тренировался…
— Я не вижу, — оборвал его Ким, не сводя со студента холодного взгляда. — Да, у каждого из вас свои роли, но вы должны быть универсальны во всем. Потому что неизвестно, как пойдет игра и с какого расстояния придется делать бросок. У тебя два попадания из пяти, а должно быть пять. Игра уже скоро, и я точно в тебе не уверен.
Чонгук усмехается, два раза стучит мячом по полу, разбивая тишину в зале. Подхватывает мяч и медленно начинает приближаться к Тэхёну. Тот смотрит на него безразличным взглядом, и не двигается с места.
Чон подходит к нему, губы растягивает усмешка. Чон наклоняется ближе и шепчет почти в ухо:
— Когда ты злишься, то становишься таким горячим. Так и хочется назвать тебя папочкой, а потом попросить наказать.
Этот шепот и этот студент доведут точно до дикого желания и бешенства, причем одновременно. Ким смотрит в темные глаза, но на усмешку не отвечает, только шепчет в ответ, чтобы слышал один Чонгук:
— Если бы я был твоим папочкой, мальчик, то нагнул бы над столом и трахнул за такую дерзость.
Чонгук тяжело сглотнул и тихо выдохнул от хриплого глубокого шепота. Тэхён отклонился от него и сказал громче:
— А как твой тренер, я покажу тебе, как должно быть.
Ким берет мяч из рук Чона и медленно идет на площадку, отбивая неспешный ритм мячом по полу. Подходит к линии трехочкового броска с левой стороны, два удара об пол, Тэхён чуть подпрыгивает в броске, и мяч летит точно в корзину. Ему передают его обратно, он идет по линии и встает в середине площадки. Два точных броска, один за одним, и мяч оба раза в корзине. Четвертый бросок с правой стороны площадки, и мяч, чуть ударившись о кольцо, снова скользит сквозь сетку. Ким ловит мяч и не спеша бежит в конец площадки. Там разворачивается, смотрит на кольцо, набирает разбег. Быстро ведёт мяч, приближаясь к трехочковой линии, прыжок, и мяч летит точно в корзину.