Панацея

Подпишись!

***
Феликс

– И почему ты все еще здесь, Ликси?! – Ахнула Мивина Диерс, показательно прикрыв рот рукой, – не всегда такие парни, как Хван Хенджин, валяются на дороге!

– Я не гей, – сказал я растеряно, словно боясь разочаровать Мивину Диерс.

Она округлила глаза и снесла с губ нервный смешок. На самом деле, я никогда не задумывался о том, к какой ориентации лежит моя душа. Единственный человек, который мне нравился - милая девчонка из параллельной группы в детсаду. Это было более десяти дет назад. Я мало засматривался на девушек, поскольку моя голова всегда была забита совершенно другими интересами.

Хван объявился в моей жизни нежданно, неся за собой веские причины для моей бурной ненависти к нему. Под его ловким влиянием я и начал путь своих похотливых утех, даже не задумываясь о том, нравятся ли мне больше парни, нежели девушки. Я играл роль куклы с разбитым фарфоровым личиком, и мыслей о том, чьей куклой мне быть предпочтительнее, также не возникало.

– Посмотри-ка, как ты вдруг расцвел после встречи с ним! – Подмечает Мивина Диерс, легонько толкнув меня в плечо, – на самом деле, много кто шел против тебя, ведь отношения с парнем принято считать чем-то постыдным, верно? – Немного поникнув, призналась она, – но лично я считаю с точностью да наоборот. Нужно быть с тем, с кем ты по-настоящему счастлив, как бы банально это не звучало!

Иногда я поражаюсь ее жизнерадостности. Этим она напоминает мне мою младшую сестру: своей осознанной наивностью, шумным говором и мечтательным характером. Сам я языкастый человек с наплевательским отношением к большинству проблем. Стараюсь держать себя в руках, несмотря на многократные подрывы моего морального состояния. Но такие люди, как Мивина Диерс, кажутся счастливыми абсолютно всегда и везде. А ее искренность выбивает из колеи. И не взгляну я на то, что совместная жизнь с ней весьма проблематична: присущий ей оптимизм чувствуется каждую секунду, если ты находишься как минимум в метре от нее. Это утомляет, но в тоже время подталкивает к жизни.

Я устремил взгляд на кружку с мятным чаем, вдыхая аромат сладкого меда, добавленного в этот напиток. Запах медовых сот расслабляет голову и позволяет принимать более рациональные решения. Я покрутил в руках свой мобильник, послушал еще одну короткую лекцию от Мивины Диерс и принялся искать затерявшийся номер телефона в контактах.

Прислоняю экран к уху и ловлю на себе заинтересованные глаза девушки, которая приготовилась удовлетворить свою любознательность и подслушать наш разговор. Она точно знает, кому я сейчас звоню.

– Алло? – Мне ответили после второго гудка, и это чуть припугнуло меня, – блондинка?

– Я подумал над твоим предложением.

***

Хван все сильнее сжимает мои руки, а в моей голове продолжает крутиться только что произнесенная им фраза: «Дай мне хоть один шанс, чтобы любить твои веснушки», – от этой сахарной речи в венах стынет кровь, а я в глубине души я испытываю испанский стыд.

– Трахать больше некого? – Спросил я саркастично, насупившись.

– Дело не в сексе.

– Твое дело всегда в сексе.

– Я люблю тебя, Феликс. – Выдает он оглушительную речь, и я снова впадаю в замешательство. – Я не люблю все эти розовые сопли под ванильный мюзикл. Ты просто нужен мне таким, какой ты есть. Я хочу, чтобы ты снова жил со мной.

– Чтобы ты мог в любой момент вставить парню? – Перебил его я.

– Давай договоримся, что если ты переедешь ко мне и дашь хотя бы шанс на наши отношения, я не буду приставать к тебе столько, сколько ты захочешь.

Я замешкался. Сейчас все кажется подстроенным, не настоящим. Разве тот, кто каждый день внушал мне, что я - красивое тело, служащее насадкой для его члена, может признаваться мне в чувствах, нежно прислоняя свои губы к моим ладоням, что совершенно ему не характерно?

И все же я позволяю ему трогать себя в данный момент. Позволяю ему продолжать говорить о нелепой любви, переступающей через его холодный нрав и гордость.

– Ты дашь мне подумать? – Вымолвил я сухо, теряясь от его тяжелого взгляда.

– Сколько угодно.

***

Я не спеша раскладывал свои вещи по сумкам: Мивина Диерс купила мне слишком много одежды, ведь ей почему-то нравилось заботиться обо мне, в частности материально. Хван сказал, что пришлет за мной одного человека, и тот привезет меня в его особняк: сам негодяй сейчас по уши загружен работой, хотя только вчера говорил мне, что в любой момент готов бросить все в свои дела и примчаться ко мне на край света.

– Я скучать буду! – Прискорбно восклицает Мивина Диерс, вешаясь на мою шею сзади, когда я склоняюсь над чемоданом, – обещай, что будешь мне писать!

– Буду, – ответил я ласково.

– Знаешь, Ликси, – вдруг погрустнела она, садясь на край кровати, – у меня редко в окружении были люди, которым я могла доверять, которых я по-настоящему ценила... Меня предавали много раз, но я шла дальше, вот только все больше забивалась в себе. И ты стал для меня очень ценным человеком! У нас с тобой много общего!

И тут я вспоминаю моменты, как вечерами мы с Мивиной Диерс заводили разговоры о любимых фантастических книгах, играли в приставку, вместе смотрели фильмы от полюбившегося нам издавна режиссера. Хоть Мивина Диерс старше меня почти на пять лет, она стала в моих глазах идеальной старшей сестрой, которую мне не нужно защищать: ее духовной силы хватит на нас обоих.

– Береги себя, ладно? И приезжай ко мне хоть иногда, будем устраивать вечер кино!

Я апатично улыбнулся и присел рядом, положив руку ей на плечо. В моих глазах читались нотки сочувствия и понимания, но они сменялись теплыми чувствами к этой девушке, которая стала для меня и вправду родной за такой короткий срок.

– И не забывай о презервативах! – Вздернув голову, воскликнула она внезапно.

Я заливисто засмеялся, отмахнувшись от нее, и поднялся с кровати. Только я потянулся за очередной вещицей, чтобы поместить ее в чемодан, как в дверь позвонили.

– Открою! – Вскочила Мивина Диерс, метнувшись в прихожую.

Я продолжил собирать вещи, а через несколько минут в дверном проеме встал крупный мужчина-брюнет с карими глазами, грубыми чертами лица и широкими плечами. Я ненароком взглянул на него, а затем на Мивину Диерс, которая встала рядом с ним и стала поглощать мужчину оценивающим взглядом.

– Вот и блондинка, – смекнул незнакомец, – поторапливайся.

– Мы знакомы? – Опешил я, изогнув бровь.

– Спас тебя от неминуемой гибели в том подвале, а еще знаю о твоей жизни все, – легко выдал он, скрестив руки на груди, – Сан, «помосочник» Хвана, будем знакомы.

Я поправил выбивающуюся прядь волос за ухо и слегка склонил голову набок.

– Не называйте меня «блондинка», это разрешено лишь одному человеку.

– Я даже знаю какому, – ухмыльнулся Сан, облокотившись о дверной косяк.

– Давайте не будем создавать неловкую обстановку в моем доме! – Улыбчиво воскликнула Мивина Диерс, смотря на мужчину, – Сан, может быть, напоить вас чаем? Поболтаем, пока Ликси собирает сумки!

Девушка обхватила руками Сана за предплечье и медленно, но уверенно повела его в направлении кухни, а тот и ответить ничего не успел. Но понял я одно: восхищенный взгляд Мивины Диерс, обращенный на этого грозного мужчину, вещал явно что-то большее, чем банальная заинтересованность в незнакомце. Я еще никогда не видел столько азарта в ее янтарных глазищах, а мне в свою очередь стоило бы задержаться с подготовкой к переезду, чтобы дать Мивине Диерс сделать то, чего ее загадочная ухмылка так и просила от этого мужчины.

***

Я переступаю знакомый мне издавна порог особняка, а Сан заносит за мной чемодан и большую сумку. На вид он заметно подобрел, видимо, так на него повлиял «чай» Мивины Диерс. Дома нас никто не встречает, даже всякой домработницы нет на своем рабочем месте. Сан, словно по плану, поднимается на второй этаж и оставляет сумки около моей условной комнаты, а затем спускается ко мне.

– Я пошел, Ликси, – последнее слово он произнес с интонацией Мивины Диерс, как бы пародируя ее и заставляя уголок моих губ приподняться.

– Где Хван? – Остановил его я.

– Уже соскучился? – За спиной пронесся грубоватый баритон с отголосками нежности, от чего я резво дернулся.

– Ты из какой норы вылез?! – Словив отдышку после испуга, я показательно положил руку на сердце и насупился.

– Не буду мешать вашей идиллии, – прикусив губу, Сан подмигнул, прежде чем покинуть особняк и оставить нас наедине.

Хван, разрастаясь в ехидной ухмылке, без смущения приблизился ко мне. Я оказался прижат к стене. Одной ладонью он облокотился на поверхность за мной, а второй очертил мою скулу, облизнув губы. Я почувствовал от него жгучее тепло и запах табака, перемешанный с его хвойным парфюмом.

– Я уж думал, что ты не придешь, – едва касаясь моей щеки губами, пропалил он, – а ты одумался уже на следующий день.

Я почувствовал, как внизу живота завязался крепкий узел. Жар, который исходил от его разгоряченного тела, подкашивал мои ноги. Он знал все мои эрогенные зоны, и настоятельно давил на них своим адским пламенем, заставляя почувствовать нарастающую эрекцию в штанах. Хван ненавязчиво прислонял губы к моей шее, рисуя ими сухую дорожку. Облизнул угол моего подбородка, укусил за мочку уха и игриво оттянул на себя. Я рефлекторно схватил пальцами ткань его рубашки и сжал бедра, пытаясь скрыть то, насколько мой орган набух от возбуждения.

– Да у тебя уже во всю стоит, – подмечает Хван бархатным шепотом, облизнув мою ушную раковину, от чего по телу прошелся табун крупных мурашей, – ты так рад меня видеть?

– Ты обещал не прикасаться ко мне, пока я сам не захочу, – напомнил я, сглатывая свою томную раскрепощенность, – от тебя воняет лживостью.

– Разве ты не хочешь сейчас кончить, блондинка? – Выдал он улыбчиво, касаясь пальцами моего члена через ткань брюк, – твое тело говорит иначе. Я сейчас сделаю все, что ты только захочешь.

– Прямо все? – Я улавливаю его игру и, обхватив горячую шею руками, хищно трусь бугром о чужое бедро, – все сделаешь?

– Все, – повторил он напористее, прижимая меня к себе с еще большей силой.

***

– То есть, ты на полном серьезе вместо секса предпочел посмотреть сраный мультик? – Почти прорычал Хван, сжав руками подушку.

Мы расположились на диване, только вот сидим на разных его углах. Я с аппетитом уплетаю мороженое, не отрывая глаз от экрана, а Хван продолжает обижено упрекать меня за то, что под «Все сделаешь?» я имел ввиду отказ от траха во имя просмотра мультфильма.

– Дитя погоды - мое любимое аниме. Я давно хотел его пересмотреть, – рассказываю я, глотая усмешку вместе с ванильным мороженым, – ты ведь сказал, что согласишься на любую авантюру.

Хван отвернулся и, театрально надув губы, насупился.

– Но мы же потом потрахаемся, блондинка? – С малейшей надежной в голосе спросил он.

Я медленно повернулся в его сторону и, натянув лисью улыбку со вздернутыми бровями, отрицательно покачал головой.

Хван чуть приоткрыл рот, расклеив губы, и нахмурился еще сильнее. Я лишь показал ему средний палец, придерживая в руке таящее мороженое на палочке. Затем, пользуясь его пристальным взглядом, я немного достал язык, чтобы прокрутить на нем холодную сладость, а после и вовсе напряг кончик языка, водя им по верхушке мороженого. Мои губы безобразно испачканы в белой ванили, которая медленно стекает по подбородку.

– Ты не оставляешь мне выбора, – откинув подушку в сторону, Хван резко поднялся с дивана,  – я беру свои слова назад. Мой дом - мои правила, – говорил он, приближаясь и расстегивая пуговицы на своей рубашке.

***

Как вам глава? Давайте подписку на тгк @sotarosza и побольше звезд.