Глава 18.
В машине стояла звенящая тишина, мягкий гул двигателя и шорох шин заполняли все звуковое пространство вокруг. Хани казалось, что от страха ей кружит голову, мысли носились со скоростью света и ей трудно было сконцентрироваться хоть на какой-либо. Своими тонкими похолодевшими пальцами она нервно перебирала подол платья, закусывая губы от волнения. «Боже, как медленно мы едем...» — подумала она и мельком посмотрела на панель — стрелка спидометра указывала на 100 км/ч. Случайно уловив её взгляд на панель приборов, Чонгук сочувственно вздохнул и положил свою теплую ладонь на её неунимающиеся пальцы — он хотел поддержать её, но не знал как... да и на этот раз у него не вышло, потому как она тут же выдернула свои руки из-под его ладони и, сведя в гневе брови, бросила на него свой пристальный, полный ненависти взгляд — очевидно было, что она винила его во всём! Подъехав к родному дому, Ли распахнула дверь и выскочила из машины.
— Тэ! Тэ! — кричала она, лихорадочно бегая по всему дому в поисках.
— Вы так быстро? — выходя из библиотеки на зов сестры, отозвался Тэхён.
— ...Ла... Ла... Лалиса... — задыхаясь начала она...
— Что с ней? — недоумевая от испуга в глазах сестры, вскинув бровь, спросил он.
— Она видела нас, — ответил вошедший следом за Хани Чон.
— Что именно она видела? — обеспокоенно спросил Ким, моментально въезжая в суть проблемы.
— Она видела нас в «Sweet Palace», который я снял на нас двоих...
— И что она? — продолжал он, но уже напрямую обращаясь к Чонгуку.
— В ярости, если честно, — ответил тот, покаянно потупив взгляд, откровенно признавая свою вину.
— А ты с ней разве не порвал? — тут же, словно опомнился, Тэхён.
— Блядь, Тэ, и ты туда же! Чтобы порвать, надо, чтобы было что рвать! А я с ней не встречался! И ты знаешь об этом!
— Но, она-то — нет! — перешёл на гнев Тэ.
Как-то ответить на это Чонгук не смог, ведь его друг был прав — надо было сначала расставить все точки над «И» с Лалисой, прежде чем начинать отношения с другой девушкой, ну или попытаться их начать... И не имея ничего в ответ, Чон лишь опустил взгляд и закусил губу.
— Ну хорошо, — словно приняв раскаяния друга, продолжил он, смягчив тон. — Есть рычаги? — будто начав с чистого листа, спросил он, казалось, переходя на какой-то только им знакомый язык.
— Ну я намекнул... надеюсь, что поняла... но это же — Манобан... — многозначно добавил он последнее.
— Так, всем нужно успокоиться, особенно тебе, — вновь заглядывая в перепуганные глаза Хани, сказал мягко Тэ и, открывая дверь в комнату, откуда вышел несколькими минутами ранее, жестом руки пригласил всех войти.— Хьюн! — позвал он горничную, натирающую тем временем перила лестницы. — Нам два кофе по-ирландски и один карамельный Латте.
Уже через минут семь Хьюн принесла кофе в библиотеку и, поставив на столик у дивана, удалилась. Тэхён открыл небольшой барчик у стеллажа с книгами и приправил все чашки с кофе различным алкоголем на свой вкус.
— Пей, — протянул он чашку девушке.
— ... но, Тэ...
— Тебе сейчас станет легче. Пей! — и она послушно приняла её. Протянув вторую чашку другу, он первым сделал глоток из своей как хозяин. — Что будем делать? — тут же начал он, отрываясь от своей чаши и поднимая взгляд на Чонгука.
— Хотелось бы надеяться, что она — не дура... — протянул брюнет.
— Какие у тебя рычаги?
— Их семейство близко к банкротству и им нужны вливания извне... Её отец уже просил моего о слиянии дочерних компаний... но положительного ответа не будет. Наши компании работают в одном сегменте рынка, и я могу искусственно сбить стоимость акций «Monoban technologies», и тогда их фирма захлебнется в долговой яме.
— Она это понимает? — уточнил Тэ.
— Я думаю, да, — поведя плечами, протянул как-то неуверенно Чон.
— Значит этот вариант отсекаем, — отрезал Ким.
— ... может мне просто перевестись в другую школу? — робко вплыла в разговор чуть осмелевшая Хани.
— Бегство — не вариант! — отсёк Ким Тэхён и её предложение.
— Хорошо. А у тебя есть варианты? — поднимая глаза на друга, спросил Чонгук.
— Вариантов нет. В «Кангнам» Хани беззащитна, как ни крути. И поскольку ситуацию усугубил ты, то тебе теперь и отвечать за это! Возить в лицей и обратно теперь её будешь сам, причем максимально выражая свою симпатию к ней! — пристально смотря в глаза младшему, выдавал он свой приговор, который, к слову говоря, наказанием оборачивался лишь для Хани, и абсолютно все в комнате понимали это. Вообще в данной ситуации у Тэхёна не было выбора, и Чонгук это знал, ведь только если Чон будет сопровождать Ли повсюду, Лалиса сможет поверить в крепость этих отношений и, возможно, сама не полезет в них, в противном случае — она будет бороться за «своего Гуки».
Услышав это, Хани с ужасом раскрыла и без того большие глаза, подняла испытывающий взгляд на брата, потом — гневный на Чонгука, и, приняв то, что это не шутка и неизбежно, она бросила еще недопитую чашку Латте на стол и, громко хлопнув дверью, вышла из библиотеки.