Глава 9. Задание Темного Лорда.
Драко
– Драко, – как только она вернулась, кинулась мне в объятья. – Жаль, что тебя не было. Было весело! Что это?
Она взяла меня за руку, а на ней был порез. Когда я упал на пол из-за круцио, то порезался об осколки бокала, который разбил Люциус.
– Это? Ничего. За завтраком порезался.
– Нет. Я видела тебя после завтрака. Этого пореза не было. И... почему ты соврал мне?
Поттер и Уизли стояли у нее за спиной и молчали. Только Поттер сказал:
– Нет, Гермиона. У него уже был этот порез. Я видел, – зачем Поттер врет?
– Ну, ладно. Хорошо, – она поняла, что мы от нее что-то скрываем...
Когда Гермиона пошла в библиотеку (кстати, очень вовремя), Поттер спросил у меня:
– Малфой, объясни, что происходит?
– Я сам не знаю...
И на этом я остался таков. Я вошел в свою комнату. На столе уже лежало письмо:
Драко,
Я прошу тебя выполнить одно маленькое задание.
1) Сблизься с Гермионой Грейнджер.
Заслужи ее доверие. Стань другом для нее. Я понимаю, что это очень неприлично с моей стороны простить подружиться с грязнокровкой, да еще из гриффиндора, но все же...
2) Нам нужно, чтобы ты привел ее в Запретный Лес в полночь ровно через неделю. Там тебя будут ждать Пожиратели. Ты отдашь им Грейнджер, а сам уйдешь обратно в школу, будто ты все это время там и был. Если спросят, где ты был, ответь, что ты мирно спал. Желательно, подговори кого-то, кто сможет «подтвердить», что ты спал у себя в комнате.
Не забудь, в полночь через неделю...
Подписи не было, но я понял, что это письмо от Волан-де-Морта. Вот чертова змея! А ведь он прекрасно знает, что я люблю ее! Так же, как и Люциус! Сволочь!
Я не буду выполнять это чертово задание! Вот еще! Я только больше стану оберегать Гермиону! Может, сказать ей? Нет... не надо. Она так эмоционально на все реагирует. Я не хочу, чтобы она весь год страдала... Теперь я не отойду от нее не на шаг!
Я кинул письмо в огонь. Я даже видел, как оно скукожилось... Но когда я посмотрел к себе на стол, увидел это письмо. Я еще раз бросил письмо в камин. Оно опять оказалось у меня на столе. Я покрошил его на мелкие кусочки, а письмо собралось вместе... Что за черт?! Ах, да... забыл... Отец учил меня этому заклинанию. Темная магия...
Я спрятал это письмо в тумбочку стола. Ко мне в комнату все равно никто не заходит...
***
И вот прошла неделя. Разумеется, я не затащил Гермиону в Запретный Лес! Я проводил с ней все свое время. И мне это было приятно. Как-то раз, когда мы сидели в гостиной, Гермиона сказала:
– Драко?
– М?
– Я хочу написать письмо родителям, у тебя случайно нет обычной бумаги? Мои родители не привыкли получать письмо с совой.
Я рассмеялся.
– Да. Но мне лень тебе ее дать... – мне было так хорошо сидеть около камина. В тепле, а главное с ней...
– Я сама возьму.
– А как же заклятье на мою комнату? Мне придется сказать что-то типа: Я, Драко Люциус Малфой...
– Нет, – прервала она меня. – Тебе просто можно войти. Заклинание наложено только на мою спальню, я же девочка.
– То есть, учителя не разрешают мне врываться в твою комнату, а тебе не разрешают?!
Она кивнула.
– То есть, ты можешь спокойно войти в мою комнату и изнасиловать меня?!
Мы рассмеялись.
– Да.
– Круто...
Мы опять рассмеялись. А она побежала за бумагой. Почему я храню бумагу, а Грейнджер нет? Я не знаю. А вдруг она мне понадобиться? Все может быть...
– Где у тебя лежит бумага? – спросила она из моей комнаты.
– В тумбочке стола, – крикнул я в ответ.
Она что-то подозрительно долго была в моей спальне.
– Нашла? – спросил я.
Она вышла из моей комнаты и как-то странно на меня посмотрела. Словно перед ней стоял не я, а Волан-де-Морт. И она выбежала из гостиной Старост. А я растерянно стоял в гостиной. Только через несколько минут я понял, что было в этом взгляде.
Испуг.
***
Гермиона
– Где у тебя лежит бумага? – спросила я из его комнаты. Я никак не могла ее найти.
– В тумбочке стола, – крикнул он в ответ.
Я открыла тумбочку его стола. Я сразу увидела бумагу:
– Я наш... – не успела я договорить, как из бумаги упало на пол какое-то письмо. Очень странное. Я не могла сдержать любопытства. Я прочла его... И мое сердце бешено застучало. Неужели?.. Все это... игра?.. Нет! Такого просто не может быть! Нет! Я не верю! Нет! Нет! Нет! Нет! НЕ-Е-ЕТ!
«Да», – именно это говорил разум.
Он все это время обманывал меня? Он так честно говорил, что любит меня! Все это время он... врал? Получается, что так... Он хотел заслужить мое доверие... а потом отдать Пожирателям... Это все (каждое его слово!) ложь... Я не могла в это верить... Такого не может быть! Это все просто сон... плохой сон... кошмарный сон...
– Нашла? – спросил он.
Я вышла из его комнаты и выбежала из гостиной старост. Мне было все равно куда бежать. Слезы сами лились из глаз. Он врал мне? Все наши отношения были просто ложью, чтобы заманить меня в Запретный Лес? Как я могла ожидать чего-то другого от Драко Малфоя. И он еще говорил мне, что хочет исправиться!.. Подонок...
Ноги сами привели меня в гостиную гриффиндора. Гарри и Рон играли в волшебные шахматы.
– Гермиона? Что случилось? – спросил Рон, когда увидел, что я плачу.
– Это из-за него, да? – спросил Гарри.
Я молча кивнула, а потом рассказала о то, что я прочла в письме.
– Мерзкий ублюдок... – проговорил Рон.
– Это еще мягко сказано... – сквозь зубы сказал Гарри. – Все, Гермиона. Ты должна переехать к нам. В башню гриффиндора. И больше даже не общайся с этим придурком! Теперь мы хоть знаем, что Волан-де-Морт хочет взять тебя в плен. Мы от тебя ни на шаг не отойдем!
– Спасибо, ребята... – сказала я и опять заплакала.
С того момента, как я ушла из гостиной Старост, у меня появилось чувство, как будто я упустила что-то очень важное.
***
Драко
С тех пор, как Гермиона ушла, мне показалось, что я потерял ее навсегда. А ее взгляд будет преследовать меня в кошмарах. Испуг. Она боялась меня... Я испытывал отвращение к самому себе.
Уже было девять вечера. Гермиона так и не появлялась. А я с надеждой ждал ее. Так я и заснул. В кресле в гостиной. Сегодня я проснулся рано. Гермионы не было. Что за черт?! Может, с ней что-то случилось? Пожиратели?! Я побежал к башне гриффиндора. Портрет Полной Дамы требовал от меня пароля.
– Мне срочно нужно увидеть Поттера или Уизли...
– А я тебе повторяю: нет пароля - нет Поттера или Уизли.
Я уже хотел ответить чем-нибудь неприличным, как из портрета вышли Поттер и мелкая Уизли.
– Гарри, ты такой смешной... – сказала она и рассмеялась.
– Поттер, где Гермиона? – как только он меня увидел, сразу похолодел.
– Малфой... это уже не твое дело! Знаешь, если бы не Джинни, я бы тебя сейчас точно избил! – он уже ринулся ко мне, но мелкая Уизли придержала его рукой.
– Но... что я сделал? – спросил я. Но моего вопроса никто не услышал. Поттер и Уизли удалились.
Я все-таки уговорил Полную Даму впустить меня. Как? Ох, это очень просто. Я начал все крушить и ломать. Это не помогло. Я начал петь какую-то маггловскою попсу. Это помогло... Полная Дама в ужасе закрыла уши и впустила меня, чтобы я, наконец, заткнулся.
В гриффиндорской гостиной было очень много гриффиндорцев. Как это символично...
– Никто не видел Гермиону Грейнджер? – спросил я одновременно у всех.
– Гермиону? – ко мне подошла девочка... Лаванда Браун, кажется, так ее звали. – Она уже целый день не выходит из комнаты. Она решила отказаться от отдельной гостиной и переехала обратно в башню гриффиндора. Зачем? – мне повезло. Эта Лаванда оказалась болтушкой. – Она все время плачет! Это ужас какой-то! А когда все-таки засыпает, она постанывает и говорит: «ты предал меня!» или «как ты мог?».
Я даже не знал, как на это реагировать...
– Можно я к ней? Мне нужно поговорить с ней...
– Только если ты выведешь ее из этого состояния... – серьезно попросила она.
– Я постараюсь.
Я начал догадываться, что с Гермионой. Она, наверное, прочитала письмо! Черт! Не нужно было быть таким ленивым! А она все неправильно поняла! Надо объяснить ей все!
– Гермиона! – я вошел в спальню девочек. – Я должен все объяснить.
– Не подходи ко мне! – воскликнула Гермиона и направила на меня волшебную палочку. – Вон отсюда!
– Дай мне все объяснить!
– Убирайся! Я не хочу тебя видеть! – было видно, что по ее щекам еще минуту назад лились слезы, а сейчас она была злой... Я никогда не видел ее такой.
– Это письмо ничего не значит! Я не собирался исполнять то, что там написано! Я люблю тебя, Гермиона... Я просто не смог бы!
– Первый пункт ты уже исполнил! Я доверяла тебе! А ты...
– Это письмо пришло гораздо позже, чем мы с тобой подружились, и я влюбился в тебя... И зачем, по-твоему, я спас тебя дважды от Пожирателей?
– Это была игра. Ты разыграл для меня такую сцену, будто ты спаситель невинных душ! Все это было, чтобы ты смог затащить меня в Запретный Лес! Уйди, пожалуйста! Или я сейчас позову учителей! Вон!
Я послушно ушел. Нужно будет подкараулить ее около башни гриффиндора и все объяснить. Но как? Я пошел в гостиную Старост. Заглянув в комнату Гермионы, я понял, что Браун оказалась права. Гермиона собрала все свои вещи.
Мне пришло письмо.
Драко Малфою.
Спальня Старосты Мальчиков.
Хогвартс.
От Люциуса Малфоя.
Я оказался полным придурком, когда открыл это письмо. Из этого письма вылилась какая-то жидкость. Она обожгла мне все руки и часть лица. Ожоги были очень сильными. А на моей руке было выжжено:
Ты не выполнил просьбу. Ты больше мне не сын.
Я упал без сознания.
Очнулся я в больничном крыле.
– Он очнулся, – тихо сказала мадам Помфри.
– Мистер Малфой, – на край моей кровати сел сам Дамблдор. – Что произошло?
Я решил все рассказать директору. Все. Только ради Гермионы. Я уже принял свою сторону. Я буду сражаться на стороне Поттера. Или, я бы сказал, на стороне Гермионы. Именно она была самым важным для меня на всем белом свете.
– Профессор Дамблдор, я... я Пожиратель Смерти, – я решил приостановиться, чтобы директор смог переварить полученную информацию.
– Мистер Малфой, то, что вы Пожиратель Смерти, я знал еще в начале учебного года.
Я опешил. Как?!
– И я... Давайте я начну с самого начала. Мне не было дано никаких заданий. Нас с Гермионой наказали и там мы... – я хотел рассказать директору о Зелье Вечной Дружбы и Любви, но не смог из-за данного Гермионе обещания.
– Выпили, как вы сначала считали, Зелье Вечной Вражды, верно? – а этот директор начинал мне нравиться!
– Как вы это делаете? – спросил я.
– И это зелье оказалось Зельем Вечной Дружбы и Любви. Я это тоже знал, – он дружелюбно мне улыбнулся.
Я был просто в шоке от этого старого маразматика!
– Потом мы...
– ... сварили зелье, которое нейтрализовало действие Зелья Вечной Дружбы и Любви. И начали дружить по-настоящему.
– Я люблю Гермиону, – поправил я.
– Это я тоже знал.
– Мне прислали письмо, в котором...
– ... говорилось, что ты должен заманить мисс Грейнджер в Запретный Лес, чтобы добраться до мистера Поттера.
Я все еще не привык к этому старику!
– Послушайте, вы, что следите за мной?
Он усмехнулся:
– Достаточно просто открыть глаза пошире.
– Вам нужно преподавать Прорицания вместо профессора Трелони, – посоветовал я.
– Я учту.
– Но я не собирался. Я вообще давно хотел попросить вашей защиты. И перейти на вашу сторону. А Гермиона нашла письмо и подумала, что я...
– ... дружите с ней только чтобы заманить в Запретный Лес?
– Точно. И она даже слушать не хотела меня!
– Мистер Малфой, так что вы мне хотели сказать? Из всего этого я не услышал ничего нового для себя, – директор улыбнулся.
– Можно один вопросик?
– Конечно, – решительно ответил директор.
– Вас вообще можно удивить?
– Поверьте, если бы вы, мистер Малфой, сейчас встали с постели и начали танцевать канкан, я бы удивился, – заявил Дамблдор.
– Но вы знали, что я этого не сделаю, – предположил я.
– Именно так.
– Профессор, но что мне делать?
– Драко, ты уверен, что хочешь сражаться за нас? – Я молча кивнул. – У меня к тебе есть одно задание. И оно очень даже опасное, так что если ты захочешь отказаться, я не буду возражать... Дело в том, что мой шпион сообщил мне, что как только Волан-де-Морт нападет на Азкабан и вызволит своих верных приспешников, сразу же нападет на Хогвартс.
– Ну, и когда он собирается напасть на Азкабан? – в нетерпении спросил я.
В ответ директор лишь протянул мне газету Ежедневного Пророка:
ВОЙНА НАЧАЛАСЬ...
Сегодня ночью совершился массовый побег из волшебной тюрьмы Азкабан. Триста двадцать пять Пожирателей смерти разгуливает на свободе...
Дальше я читать не стал. Все и так было ясно.
– Получается, что...
– Да, мистер Малфой, именно. По нашим данным, через неделю Волан-де-Морт нападет на Хогвартс.
– Черт!
– Это строгий секрет, мистер Малфой. Никто не должен знать об этом.
– Тогда зачем вы это мне рассказали?
– Верно. Я отклонился от темы. Мне нужно, чтобы вы кое-что для нас сделали. Мы хотим, чтобы вы вернулись в ряды Пожирателей Смерти.
– Вы с ума сошли! Они убьют меня из-за того, что я не привел Гермиону в Запретный Лес!
– Я говорил, что это будет опасно. Вы скажете, отцу и всем остальным, что знали, что за вами следят, поэтому так старательно притворялись, как будто вы на нашей стороне. Скажете, что вы хотели втереться ко мне в доверие, и вам это удалось.
– Допустим, что это у меня получилось, что дальше? – я начинал раздражаться.
– Вы должны будете сказать мне о планах Волан-де-Морта.
– Как я, по-вашему, это сделаю?! – я злился. – Вы в курсе, что Волан-де-Морт очень хорошо следит за Пожирателями. Я уверен, что он глаз с них не сведет! Как я в самый последний момент уйду?
– Вы правы, никак. Сведенья вы передадите через сову. Конечно, на нее будет наложено заклятье Недосягаемости, то есть перехватить ее будет невозможно.
– А я, по-вашему, получается, приду в Хогвартс вместе с Пожирателями?!
– Я уверен, что Волан-де-Морт умен. Вы не сможете сбежать. Трансгрессировать у вас точно не получится. Наверняка он наложит Антитрансгрессионные чары. Камином тоже воспользоваться не получится. Я бы на его месте отключил камины от сети. А убежать по маггловски тоже не получится. Там, скорее всего, будет силовое поле.
– Вот именно!
– Вы придете в Хогвартс с Пожирателями Смерти, а потом тихонько ускользнете к нам. Во время битвы вряд ли кто-то заметит, что ты сражаешься на нашей стороне, – я рассмеялся над планом этого сумасшедшего.
– Где гарантия на то, что меня не убьет кто-то из своих? Все будут думать, что я преданный слуга Волан-де-Морта и обязательно прихлопнут заклятьем!
– Об этом позабочусь я, мистер Малфой. Можете не волноваться. Но никто не должен знать, что вы предатель. В замке полно сыновей и дочерей Пожирателей. Нотт. Гойл. Крэбб...
– Я знаю, профессор, – оборвал я.
– Пусть все думают, что ты Пожиратель Смерти. Только в самый последний момент ты раскроешь себя. – Мне не нравилось, что Дамблдор то называет меня мистер Малфой и обращается на «вы», то перескакивает на Драко и «ты».
– А что мне делать с Гермионой? – тихо спросил я, когда директор уже собирался уходить.
– Еще пять дней ученики будут в Хогвартсе. Это самое безопасное место в мире, поэтому мы эвакуируем учеников в самый последний момент. У вас есть три дня, мистер Малфой. Через три дня вы должны будете пойти к Пожирателям.
– Но...
– Я не думаю, что она послушает меня, – в отчаянии сказал он.
– Спасибо и на этом, профессор.
– Мадам Помфри уже залечила ваши раны, мистер Малфой. Вы можете продолжать учиться.
– Я все сделаю, – пробормотал я, скорее для себя, чем для него.
– И еще, – сказал директор. – Вам необходимо изучить окклюменцию. Будете приходить к профессору Снейпу сразу после уроков. Я распоряжусь, чтобы вам не задавали домашнюю работу. – Он как-то странно на меня посмотрел, а потом прибавил: – Спасибо, Драко.
Я встал с постели и осмотрел себя. Ни следа от ожогов. Вот и отлично. Но меня сейчас волновала только одна вещь. Точнее не вещь...
– Гермиона! – я окликнул ее, когда увидел, что она выходит из кабинета трансфигурации.
Никакого ответа. Она лишь продолжала идти. Да еще прибавила скорости!
– Гермиона!
Ее дружки (верные Поттер и Уизли) остановились и спросили:
– Чего тебе, Малфой?
– От вас, ничего. Только от нее, – я жестом указал на Гермиону, которая остановилась, но к нам лицом не поворачивалась. – Мне нужно все объяснить ей! – нарочно громко сказал я, потому что знал, что она слушает.
– Мне не нужно, чтобы ты врал мне в глаза, Малфой! Смирись с тем, что твой план не удался. Или чей это план? Ах, да, Волан-де-Морта!
– Гермиона! ДАЙ МНЕ ШАНС! Ты не можешь выслушать меня?
– Ты можешь говорить все, что угодно, Малфой. Я не поверю ни единому твоему слову.
Мне показалось, что она плакала. Как хотелось отправить в нокаут Поттера и Уизли и утешить ее.
– Ладно...
Я молча побрел в кабинет к Снейпу, ведь уроки уже закончились.
– Профессор Снейп, – я знал, что Снейп Пожиратель Смерти, а что если Дамблдор проболтался Снейпу, что мне нужно научиться окклюменции, чтобы противостоять Волан-де-Морту? Тогда Снейп точно убьет меня. Или, что еще хуже, сдаст меня Темному Лорду.
– Здравствуй, Драко. Чтобы Волан-де-Морт не проник в твое сознание, нужно научиться окклюменции. Это будет тяжело. Я предупреждаю.
– Профессор? – мне послышалось?
– Да, Драко?
– Вы...
– Да, Драко. Я на стороне Дамблдора. И был там с самого начала.
Я непристойно выругался. Черт! А Снейп начал удивлять меня.
– Классно! – я сам не понял причины своей радости.
– Начнем?
– Да. Конечно.
– Сосредоточься. Отчисти свой разум от всех эмоций! – как я могу отчистить свой разум от всех эмоций, когда все мысли снова и снова возвращаются к ней. – Леггилеменс! – воскликнул Снейп, указывая палочкой на меня.
Снейп увидел меня в шесть, когда я подслушал разговор мамы и папы, когда папа поклялся, что убьет меня, если я буду сквибом.
Потом он увидел, как я в его кабинете предложил Гермионе выпить Зелье Вечной Вражды, которые впоследствии оказалось Зельем Вечной Дружбы и Любви.
Снейп увидел наш с ней первый поцелуй.
Он увидел то, что я жутко ревновал ее из-за того, что подумал, что это она целовалась с Забини.
– Хватит! Это слишком личное! – сказал я и Снейп прекратил действие заклятья.
– Для Темного Лорда не будет ничего «слишком личного». На первый раз неплохо. Продолжим. Леггилеменс!
Снейп увидел, как я говорю с Гермионой в коридоре около кабинета трансфигурации сегодня.
«– Ты можешь говорить все, что хочешь, Малфой, я все равно не поверю ни единому твоему слову! – эти слова очень больно ударили по мне»
Снейп увидел, как я и Гермиона целовались. И я знал, что Снейп чувствовал то же самое, что и я. Меня это взбесило! И я начал противостоять. В конце концов, я выпихнул Снейпа из своего сознания.
– Драко! У тебя получилось. На сегодня хватит. Ты большой молодец, Драко, – я уже развернулся, чтобы уйти, как Снейп с хитрой ухмылкой пробормотал:
– Странно... В твоих воспоминаниях мисс Грейнджер намного красивее ее реальной...
Я лишь хмыкнул. Не хватало еще его комментариев.
– Все наладится. Вот увидишь. Она умная девушка. Она поймет, что ты не врал ей, – сказал профессор зельеварения. Именно этих слов я от него и ждал.
– Спасибо.
– Кстати, Дамблдор решил сказать Поттеру о том, что ты на нашей стороне. Но взял с Поттера клятву, что никому не должен говорить об этом.
– Даже Гермионе? – в надежде спросил я.
– Даже Гермионе...
***
Гермиона
Я лежала у себя в спальне. Всю ночь я не могла заснуть. Слезы так и лились у меня из глаз. Я старалась как можно реже выходить из своей спальни. Я знала, что он преследует меня. Что же делать? Я была готова поверить любой его лжи... Только частичка разума не давала этого мне. Каждый раз, когда я его видела, мне хотелось кинуться к нему в объятья. Именно поэтому я его избегала. Я переехала обратно в башню гриффиндора. Меня старались утешить Гарри, Рон и Джинни. Я знала, что Джинни сохнет по Гарри. А я стала отличным поводом, чтобы им больше общаться.
Потом вдруг появился ОН. Малфой. Сначала, я даже не поверила в то, что это не сон, я очень злилась. И на него. И на себя. Как я могла поверить, что тот, кто обижал и унижал меня шесть лет исправиться? Он все тот же Малфой. Драко Малфой.
Как только он ушел, я заплакала. Заревела так сильно, как никогда. Мне так хотелось поверить ему... На завтра я узнала, что он в больничном крыле. Что случилось? Как? Я быстро побежала в лазарет.
– Он спит? – шепотом спросила я у мадам Помфри.
– Да. Он без сознания.
Отлично. Можно хоть одним глазком посмотреть на него... Я не удержалась. Он лежал на кровати так беспомощно. Но часть его лица и рука были очень сильно обожжены. Какой ужас!
– Мадам Помфри, вы это вылечите?
– Конечно. Зелье уже действует. Просто нужно время, – сказала она.
В палату пошел Дамблдор.
– Мисс Грейнджер? – спросил он.
Не успела я ничего ответить, как Мадам Помфри сказала:
– Он очнулся.
А я быстро убежала. Надеюсь, он меня не видел.
Вся моя жизнь очень изменилась. Каждый новый день был похож на предыдущий. Мне начали сниться кошмары каждую ночь. Лаванда и Парвати каждую ночь просыпаются от моих криков. Когда его выписали, я опять начала избегать любого, выхода из спальни. Гарри и Рон иногда даже приносили мне еду в мою комнату.
– Гермиона! – он, когда я выходила из кабинета трансфигурации. Никакого ответа. Я лишь продолжала идти. Мне так хотелось обернуться! – Гермиона!
Слава Богу, что Гарри и Рон были со мной.
Он вновь хотел извиниться и все объяснить. Он так хочет послужить Волан-де-Морту, что даже обидно!
Почему все так? Именно так... Почему я до сих пор люблю его, хоть я и знаю, что он враг! Он Пожиратель Смерти!
Мне стало еще хуже. Все время я не выходила из спальни. Книги из библиотеки я просила принести Джинни. Гарри и Рон теперь носили мне еду каждый день. Только на уроках я бывала. Совместные уроки со слизерином... Какой это был кошмар для меня! Он все время смотрел на меня. А мне хотелось плакать... Каким подонком он оказался! Влюбил меня в себя, только для того, чтобы убить. А, может быть, он специально попросил Пивза поменять этикетки на Зелье Вечной Дружбы и Любви?
– Гермиона, – в комнату вошла Джинни. – С тобой точно все хорошо?
Я попыталась улыбнуться.
– Да, Джинни. Спасибо.
– Вот твоя «Нумерология. Расширенный курс», – Джинни подала мне книгу.
– Спасибо...
– Гермиона, почему он довел тебя до такого состояния?
– Это не он. Это я сама...
– Зачем? – недоумевала Джинни. – Он разве стоит этого?
«Стоит», – хотелось ответить.
– Ты права. Не нужно...
Джинни ушла. Но дверь опять открылась. Я никак не ожидала увидеть Гарри.
– Гермиона, можно с тобой поговорить?
– Да. Конечно, – я так и не поняла причину его прихода.
– Это насчет Малфоя. Я вздохнула. Зачем они все напоминают о нем, когда я всеми силами стараюсь забыть его?! – Ты уверена, что поступаешь правильно?
– В смысле? – Гарри что защищает Малфоя?
– Ты даже не выслушала его...
– А что толку слушать его, Гарри, если нет ни одного подтверждения, что он говорит правду?
– Может, Сыворотка Правды? – Гарри хочет, чтобы я дала Малфою Сыворотку Правды?
– Я слышала, что Пожирателей учат противостоять ей.
Гарри вздохнул.
– Ладно. Не буду мешать тебе, – сказал он и ушел.
***
– Гермиона, поговори со мной, – Малфою все-таки удалось словить меня, когда я шла с зельеварения на нумерологию.
– Ты и так говоришь со мной, Малфой, – сухо ответила я и пошла дальше. Но он не отставал и тоже шел за мной. Жаль, что Гарри и Рон куда-то запропастились.
– Гермиона, это письмо... это все неправда!
– То есть ты хочешь сказать, что ты не Пожиратель Смерти?
Он задумался и не ответил.
Я молча ушла.
Вот. Вся правда. Вот она.