4 часть
4. Школьная крыша и песня про ложь.
Я резко соскочил, пытаясь отдышаться; по лбу тёк холодный пот, ладони вспотели, а член стоял колом. Чееерт, не надо было так много пить вчера. Что ты делаешь со мной, Пак Чимин? Я посмотрел на часы на комоде. 5:48. Ложиться спать нет смысла, да и надо успокоиться. Я встал с кровати и вышел в коридор. В голову пришла безумная мысль, и я проскользнул в комнату младшего. Чимин лежал, широко раскинувшись и зажимая ногами одеяло. Его рот был приоткрыт, и он сладко сопел. Я подошёл к кровати и наклонился. Он выглядел так мило, что я невольно потянулся рукой к его лицу. Я провёл тыльной стороной пальцев по его щеке. Она была мягкой и тёплой. Не помня себя, я наклонился ещё ближе и прикоснулся губами к его лбу, поглаживая всё той же рукой мягкие волосы.
— Хён? — Глаза рыжего распахнулись. Я резко отпрянул от него. В его глазах читалось непонимание и какой-то страх. Я соскочил и со словом «извини» выскочил, как ошпаренный, из комнаты, прикрывая руками стояк. Залетев в ванную, я, не снимая боксёров, запрыгнул в душевную, включая на ходу прохладную воду. Чееерт. Зачем я пошёл туда, он же опять меня бояться будет. Тело горело, а пойти и выебать его хотелось ещё больше. Я стянул мокрые боксёры и начал судорожно и резко водить руками по члену. Я без смущения постанывал, зная, что из-за шума воды и двух дверей Чимин ничего не услышит. Накатывало удовольствие, а я представлял продолжение своего сна, отчего кончил быстро, выстанывая имя младшего.
* * *
Я вышел из комнаты, уже готовый идти в школу. На кухне Чимин, поджав под себя ноги, пил кофе. Завидев меня, он опустил голову в кружку. Я подошёл к дверному проёму, говорить что-то было стыдно, но пришлось.
— Нам пора, — тихо сказал я, развернулся и пошагал к выходу. Не разворачиваясь, я услышал тихие шаги за спиной. Чимин медленно шёл за мной к выходу.
Всю дорогу мы молчали, я изредка поглядывал на него, он же шёл, опустив голову, и не реагировал. На входе в школу я кинул тихое «увидимся» и поплёлся в класс.
* * *
— Серьёзно? — Глаза Джина расширились. — Мдааа… ты почти в дерьме, товарищ.
— Я знаю… — выдохнул я в пластиковый стакан с кофе. Мы всё так же сидели в кафетерии, а друзья всё так же удивлялись моим охуительным историям.
— Я понимаю: он тебе неродной брат, но как можно было влюбиться-то? — интересовался Чонгук, потягивая молочный коктейль из стакана в руках Техёна.
— Я не знаю… — так же выдыхал я.
— Это плохо, дорогой мой, нельзя пить так много кофе и смотреть по ночам порно. Тебе даже во снах оно снится, — наигранно и тряся пальчиком, журил меня Хоуп.
— Да дело не в порно, а в самом Чимине.
Разговор прекратился, так как к нам, тихо дрожа, подошёл Пак. Помяни чёрта.
— М-можно я присяду с вами? — краснея, произнёс тот самый чёрт.
— Конечно! — улыбнулся своей странной квадратной улыбкой Ви и отодвинул стул рядом с собой, приглашая своего смущенного одноклассника сесть. Чимин опустился на свой стул и начал медленно ковыряться в еде. Повисла тишина, и всем от этого было неловко.
— Тааак, мы сегодня идем на крышу? — спросил Намджун.
— Конечно идём! — радовался чему-то Джин, обнимая своего альфу.
— И чё… как обычно? Танцуем, поём? У кого-нибудь есть новый материал? — поинтересовался Ви.
— Ну… Я новую песню написал… — выдавил я, почёсывая затылок. Чим заинтересовано поднял голову.
— Да? — Хосок восхищённо уставился на меня. — Круто! О чём она?
— Нууу… Она очень сильно отличается от того, что я пишу обычно… Она спокойная, мягкая… Она про любовь, — выдал я, краснея.
— ВОООООО, — в один голос заорали все. А я решил перевести тему.
— А Чимин обещал показать нам, как он поёт и танцует. — Я перевёл взгляд на Чимина, который зарделся.
— Ну вот и хорошо: есть, чем заняться, — подытожил Джин.
* * *
Мы с Джином поднялись на крышу. На ней было тихо и просторно, и только Чимин сидел, скрестив ноги и отчего-то очень сильно краснея.
— Чим~а? Ты чего тут один? Где Тэхён? Вы разве не вместе пошли? — Присел я рядом с Паком, лицо которого было темнее волос.
— Вместе… — выдавил Чим.
— А где он?
— Он… они… там… и… вот… я… мне… — Чимин неразборчиво мямлил.
На крыше появились Мон и Хоуп.
— Ну что? Начинаем? Шугарь, вытаскивай аппаратуру, — закатывая рукава и потирая руки, сказал Монстр. Я направился в маленькую чердачную комнату, в которой, помимо школьных принадлежностей, хранилась наша техника.
— Нет, хён, не надо туда… — завопил Чимин, но было поздно. Я открыл дверь и передо мной предстала такая картина: рычащий Чонгук с горящими глазами и спущенными штанами вдалбливает в стенку своего омегу, который тихо выстанывает его имя. Я вылупил глаза и захлопнул дверь. Медленно повернувшись, я посмотрел на ещё более красного Чимина.
— Ты поэтому такой красный и смущённый? — Чим в ответ только покивал. — Яяяясно… Что ж, будем ждать этих малолетних засранцев. — Я сел рядом с Чимином, а к нам уже пристроились остальные.
— Хееен… — тихо, смущённо протянул Пак и повернулся ко мне. — Раз… разве так можно, они… они же ещё… Гуку же 14. — Чимин недоумённо ныл, чуть не плакал.
— Ну… понимаешь… — я положил руку на плечи рыжеволосого, успокаивая его. — Возможно, покажется, что это неправильно… но… они же в этом не виноваты по сути. Они познакомились, когда Гуку было ещё 12. И они сразу поняли, что являются истинными. Из-за того, что они всё время были вместе, течка вишнёвого началась куда раньше, чем могла бы начаться. Гук, конечно, был растерян, но он хотел, чтоб его омеге было хорошо, чтоб он не мучился… ну и… сам понимаешь… — Чимин опять просто покивал.
* * *
Минут через 15 аппаратура уже стояла на крыше. Ну как, аппаратуры у нас немного, в общем-то: магнитофон с неслабыми колонками и синтезатор. РэпМон весело читал очередную рэп-импровизацию юмористического содержания, и все смеялись. Даже Чимин, кажется, забыл об утреннем инциденте и мило посмеивался над очередной шуткой.
— Чимин~и, ты обещал нам показать свои таланты, — с интересом смотря на него, сказал Ви.
Чимин засмущался, но встал и направился к лежащей около забора сумке. Достав оттуда флешку, он подошёл к магнитофону и воткнул её в гнездо.
— Юнги~я-хён… — от такого обращения ко мне мурашки по коже побежали, — ты хотел услышать мою песню…
Чимин нажал на плей и отошёл на свободное место. Из колонок полилась музыка, а он уже встал в позу и начал двигаться. Я смотрел как заворожённый. Губы танцора распахнулись, и из них полились слова.
«Скажи мне, со своей сладкой улыбкой, расскажи мне, расскажи, словно шепчешь что-то на ухо…»
Я завороженно смотрел, открыв рот, как нежный, робкий Чимин превращается в танце в сексуального омегу, который сводит с ума всех окружающих альф. Его голос звучал по всей крыше, нежный, мягкий, он ласкал мои уши и не только их. Все с восхищением смотрели, как он великолепно двигается, а он продолжал:
«Пойман на лжи, найди невинного меня…»
Я наблюдал за движениями, смотрел, как движутся, напрягаются мышцы, а в штанах становилось тесно. Я старался успокоить себя, с трудом, но это получалось.
Музыка закончилась, и все громко начали хлопать, а РэпМон даже свистел. Чимин же снова встал, как прилежный смущённый мальчик.
— Это было потрясающе! — выдал я, когда все замолчали, а Чимин зарделся.
Обсудив охуенное выступление Чимина, все перекинулись на меня. Пора было представлять свою новую песню. Я не знал, как её оценят, ведь раньше я подобного не писал, мой всеми любимый микстейп был резкий, дерзкий, пафосный, а эта песняя…