@Глава 17@
Когда брат очередной раз уехал, я приготовила ужин и стала ждать мужа.
Анзор приехал раньше обычного.
Как только я его увидела, мне стало страшно. Он был очень зол. Глаза красные, лицо перекошенное от гнева.
- Что случилось? - спросила я.
- Ты ещё спрашиваешь??? - злобно спросил Анзор.
Он больно схватил меня за руку и потащил в комнату, с силой бросив на диван.
От обиды слёзы пошли сами по себе.
- Приводишь мужиков домой теперь? - гневно спросил он.
- Что?
- ЗАТКНИСЬ! И НЕ ПЕРЕБИВАЙ МЕНЯ!
Я заревела, вообще не понимая, что происходит.
- Мне не даешь, святая типа, а в доме бардель устроила?! - гневно продолжал Анзор.
- Анзор, ради Аллаха, прекрати... - молила я, рыдая.
- НЕ СМЕЙ ПРОИЗНОСИТЬ ИМЯ ВСЕВЫШНЕГО!
Он посмотрел на меня с ненавистью и не унимался:
- Ты мне противна. Но ты моя жена и ты девушка, поэтому я не буду поднимать на тебя руку, хоть ты и заслужила смерти. Будешь спать сегодня в другой комнате. Лучше не появляйся мне на глаза лишний раз.
Ничего не ответив, я поднялась и вышла из комнаты.
Я легла в комнате для гостей и проплакала часа два. Перед тем, как уснуть, я четко решила что завтра расставлю все точки над i. Если Анзор меня в чем-то обвиняет, то это в любом случае необоснованно, и я хотела ему это донести, надеясь, что он выслушает.
Я встала раньше, но Анзора не было уже дома.
Решила, что дождусь вечера, но он не появлялся. Я хотела позвонить, однако подумала, что это не самое удачное решение, учитывая все обстоятельства.
Той ночью Анзор вообще не появился дома. Одному Всевышнему известно, сколько я нервничала. Не находила себе места, не зная, что с ним и как он будет себя вести, когда вернётся домой.
На следующий день он приехал часов в четыре вечера.
- Анзор? - неуверенно позвала я, зайдя в спальню.
- Что? - грубо ответил он.
- Выслушай, ради Аллаха.
Он ничего не ответил, и я решила, что мне можно говорить.
- Ко мне приезжал только Рустам, клянусь Аллахом. Можешь ему позвонить и спросить.
- Что? Рустам? - Он действительно выглядел удивленным.
- Да...
- Черт... - перебил он меня, - черт... Какой же я идиот...
- С чего ты вообще взял, что я привожду кого-то в дом? - стараясь бы спокойной, спросила я.
- Мне соседка сказала, что видела. Ты, может, знаешь ее, она с Кавказа тоже. Лаура, прости за то, что наговорил.
Он подошел ко мне и обнял. Я почувствовала запах алкоголя и поняла, что он опять пил.
- Ничего страшного, - ответила я, хотя не понимала, почему он не мог сначала просто поговорить со мной и выяснить все, а не верить какой-то соседке.
В объятиях Анзора я почувствовала успокоение и даже обняла его в ответ.
Радовало то, что она даже не стал звонить Рустаму и проверять. Значит, он и без того мне верил.
- Анзор, пожалуйста, давай ты не будешь больше пить...
Он ничего не ответил.
Я расправила кровать, и мы легли вместе, сразу же уснув.
Я чувствовала сильное облегчение от того, что мы так просто помирились. Мне было трудно видеть злость в глазах мужа.
После того случая мы разговаривали относительно нормально, но Анзор все равно вел себя странно. Часто пил, и это пугало меня. Я не знала, что делать и вообще не понимала, почему он так себя ведет. Он рос в мусульманской семье, где чтили законы Шариата и адаты нашего народа, и я знала, что он всегда негативно относился к спиртному. Так что же происходит? Я хотела ему помочь, но решила сначала дать ему немного времени и не надоедать. Молилась без конца, надеясь, что Всевышний услышит мои молитвы.
Как-то раз на выходных я разбирала вещи мужа. Все, что надо было, закидывала в стирку. Когда выворачивала джинсы, из заднего кармана выпала пачка презервативов.
Мне стало мерзко, омерзительно, но я сдержала слезы.
Анзор был в другой комнате, и я, взяв пачку в руки, пошла к нему.
- Вот, - сказала я, положив находку перед мужем, - у тебя выпало.
Не сказав больше ни слова, я вышла из комнаты и продолжила уборку. На ходу плакала из-за обиды и унижения. Ведь этот человек до свадьбы клялся мне в любви, а после того, как меня выдали за него, происходит череда непонятных событий. Я понятия не имела, как мне быть, что делать, чтобы все нормализовалось.
- Лаура. - Анзор зашел в комнату, в которой я прибиралась.
- Что? - спросила я, поворачиваясь спиной, и быстро вытирая слезы.
- Пойми меня, прошу.
Что? Он просит его понять? Я не в силах была понимать такое! В конце концов, он мусульманин, женат! Несмотря на все обстоятельства, которые происходят в нашей семье, он дал обязательство перед Аллахом, а теперь нарушает Его законы! Нет, я не понимала его.
- Все нормально, Анзор, - ответила я, несмотря на то, что бушевало во мне.
Была надежда, что он скажет что-то еще, но он просто вышел из комнаты.
Анзор собрался и через пятнадцать минут его уже не было дома.
У меня началась истерика. Я плакала хлеще прежднего. Ревела, истерила.
Я скучала по тому Анзору, который защищал меня от всех до того, как мы поженились. Я скучала по тому, как он смотрел на меня. Как же больно было видеть его новое отношение ко мне, причину которого я не понимала.
Вечером он объявился. Снова пьяный.
- Лаура! - крикнул он, как только зашел в квартиру.
Я была в спальне и ничего не ответила. Анзор зашел и развалился около меня. В нос тут же ударил запах алкоголя.
- Лаур, ты мне только одно скажи, за что ты так со мной? - У него жутко заплетался язык. Я еще никогда не видела его настолько пьяным.
Я ненавидела себя за то, что вновь заплакала. Мне было больно видеть Анзора в таком состоянии.
- Я так сильно люблю тебя... Почему именно тебя? Мог бы жениться на любой другой! Но почему-то именно к тебе тянуло... И тянет до сих пор... А ты другого любишь.
Я посмотрела на него с непониманием. Как он вообще мог думать, что я люблю кого-то другого?
- Ты о чем? - спросила я.
Он с болью посмотрел мне в глаза.
- Скажи, ты любишь меня?
Я была уверена, что, если бы не спиртное, он бы ни за что не вел такие разговоры.
- Ты мой муж, - ответила я.
- Я не это спросил.
Слезы скатывались с большей силой. Я понимала, что либо сейчас, либо никогда.
- Да, люблю, - еле слышно произнесла я.
Взгляд Анзора словно протрезвел за секунду. Он смотрел удивленно, уж точно не ожидав услышать такой ответ.
- Но... Подожди...
Не догорив, он резко обнял меня. Немного отстранившись, начал целовать глаза, вытирал слезы. Я пыталась не плакать, но не могла остановиться.
- Я же говорил, что ты не должна плакать... - сказал он.
Я легонько кивнула и сама его обняла. Хотелось никогда в жизни не отпускать его.
- Ты правда любишь меня? - спросил Анзор.
Я невольно улыбнулась. Как же это было не похоже на него - задавать вопросы с такой надеждой, словно маленький мальчик. Его серьезность резко испарилась, и передо мной был другой Анзор, совершенно непривычный и нетипичный.
- Да, люблю, - ответила я на родном языке.
Он улыбнулся и потянул меня к себе.
- Я тоже тебя люблю, - тихо сказал он мне.
Мы долго сидели в обнимку, а потом легли спать. В его объятиях я заснула почти сразу. Мне словно бы дышать стало легче.
Утром я проснулась от его прикосновений. Он целовал меня в щеки, лоб. Я улыбнулась, тем самым давая ему понять, что проснулась.
- Просыпайся, - заговорил он, - сегодня я никуда не уеду.
- Я тебя и не пущу, - сказала я, обнимая его.
Обычно я всегда стеснялась своих чувств, но с ним было иначе. Казалось, что это вполне естественно - говорить ему все, что у меня на душе.
- Ты, оказывается, умеешь быть приятной женой, - произнес он с лукавой улыбкой.
- Эй!
Мы немного посмеялись, после чего Анзор серьезно на меня посмотрел.
- Лаур, ты меня прости, но я прочитал твою запись в дневнике. Помнишь, когда ты уснула? Ты тогда дневник открытым на столе оставила. Я только последнюю запись прочитал, подумал, что читать все - неправильно. Дневник - это слишком личное. Я был уверен, что ты про Тамерлана писала.
Мысленно я выстроила все воедино и поняла, что к чему. Аллах, сколько же недоразумений! Сначала эта запись в дневнике, потом его мысли о том, что я привожу домой каких-то парней! Может, Всевышний проверял нас?
- Глупый, - сказала я с легкой улыбкой. Как же мне просто было в тот момент...
- Я многого не знаю из твоей жизни, - задумчиво сказал Анзор, - но ты моя жена, и я должен знать о тебе все.
Я неотрывисто смотрела в любимы глаза, мысленно взвешивая все. Аллах указал мне правильный путь.
Приняв решение, я поднялась с кровати и, игнорируя вопросительные взгляды Анзора, вышла из комнаты. Найдя дневник на своем месте, я взяла его и вернулась в комнату.
По-турецки села рядом с мужем и заговорила:
- Только не смейся, хорошо? В дневниках много пафоса, но мне было необходимо его вести.
Анзор смотрел с легкой улыбкой, и я понимала, что он считает все происходящее ребячеством.
- Пожалуйста, Анзор, - серьезно попросила я, - прочитай. Я всегда думала, что дам дневник человеку, который станет мне близок.
Передав ему дневник в руки, я вышла из комнаты.
Я понимала, что на чтение дневника у Анзора уйдет достаточно времени. Чтобы провести время, зашла в душ, радуясь тому, насколько хорошо все сложилось, без конца благодарила Аллаха.
После душа направилась на кухню, почему-то боясь заглядывать к Анзору.
Приготовила сытный завтрак. На него у меня ушло достаточно времени, так как я душу вкладывала. Мне было приятно стараться для мужа. Почему-то я без конца улыбалась, осознавая, что еще не была так счастлива после смерти Моники. Вспомнив подругу, я ощутила боль, но большей частью старалась испытать светлые чувства - ведь я обещала ей, - поэтому вспоминала все весёлые моменты, которые связывали меня с ней.
Когда я уже почти закончила с готовкой, на кухню зашел Анзор. Он сжимал в руках мой дневник, лицо было серьёзное и сосредаточеное.
- Почему ты не говорила мне про Монику? - было первым, что он спросил.
- Не знаю, - честно ответила я.
- Обещай, что будешь говорить мне все. Мы теперь одно целое, мы одна семья.
Я промолчала. Не смогла ответить из-за резко нахлынувших чувств.
- Лаура, обещай.
- Клянусь, - после небольшой паузы сказала я.
Он подошёл ко мне и обнял.
- Теперь тебе не нужно вести дневник. Если что-то будет беспокоить, говори мне. Дневник помогал тебе сравниться с одиночеством, но теперь ты не одинока, не забывай об этом.
Каждое слово, произнесено им, придавало мне силу. Я крепко сомкнула руки на его сильной спине и, закрыв глаза, осознала - теперь он моя опора, мой муж, моя вторая половинка.
- Спасибо тебе, - тихо сказала я, заплакав, но в этот раз от облегчения.
- Было бы за что благодарить.
- Ты всегда мне помогал. Ты мне послан Аллахом.
Анзор посмотрел мне в глаза и, осторожно наклонившись, впервые коснулся моих губ своими.
- Обещаю, что ты будешь счастливой. Ты заслужила.
Я улыбнулась сквозь слёзы и сказала на нашем языке:
- Я люблю тебя.
- И я тебя, - ответил он.
________ 🌟⭐🌟⭐🌟😊❤_______