Девичник
Гермиона стояла посреди комнаты, неловко переминаясь с ноги на ногу, пока к ней поочередно подходили «подружки» невесты, примерно с одной и той же фразой:
— Вы ведь Гермиона, да? — на этот раз это была Дафна, носившая теперь фамилию Нотт.
— Э… да, именно так, — кивнула Гермиона.
— Возможно, я ошибаюсь, но... Эм, вы же магглорожденная? — спросила та немного нервно.
Гермиона в ответ лишь снова кивнула.
— Ага... Любопытно, любопытно... Прошу меня извинить, — Дафна поспешила отойти в другой конец комнаты.
Парвати и Лаванда восприняли это как «сигнал к действию» и подошли поговорить с невестой.
— Привет, Гермиона, как ты? — нарочито радостно поприветствовала её Парвати.
— Ну, неплохо, вроде... Я, э-э, замуж выхожу, — ответила Гермиона.
— Это здорово. Но... Гермиона, с каких это пор у тебя роман, — она понизила голос до едва различимого шепота, — с Малфоем?
— Ну... — начала было она, но вдруг подпрыгнула на месте от неожиданности. С громким хлопком прямо за ней аппарировал Малфой. Разве он мог сюда аппарировать?
— Здравствуй, дорогая, — он приобнял её за талию и чмокнул в щеку.
Парвати и Лаванда невольно раскрыли рты. С другого конца комнаты за происходившим следила Дафна: её лицо скривилось от отвращения.
— Как ты это сделал? — спросила Гермиона, внезапно почувствовав прилив сил от его присутствия. Она никогда не была эгоисткой, но выражения лиц окружающих были бесценны.
— Сделал что? Поцеловал тебя? О, это легко. Просто вытягиваешь губы и делаешь так, — он снова поцеловал её в щеку, на этот раз задержавшись губами чуть дольше.
— Да нет же, я про аппарацию, дурачок, — густо покраснев, ответила Гермиона.
— А, ты про это... Я, видимо, так толком и не объяснил. Только члены семьи могут здесь аппарировать. Как только мы поженимся, ты тоже сможешь, — тут он впервые за все это время заметил Парвати и Лаванду. — Добрый день, дамы.
Он встал позади Гермионы и обнял её обеими руками.
— Э-э, здравствуй, Драко. Мы как раз спрашивали Гермиону...
— Как мы сошлись? — подхватил он с полуслова. — Трудно объяснить, но давайте скажем, что во всем виновато волшебство, — он нежно поправил волосы Гермионы.
— Что же, наши поздравления, — отозвалась Лаванда, с трудом выдавив из себя эти слова. — О, смотрите-ка, Сьюзан пришла! Я целую вечность её не видела. Пойду, поболтаю с ней.
Обе гостьи ретировались, оставив парочку наедине.
Гермиона тихонько хихикнула.
— Что? — повернулся к ней Драко.
— Если честно, я очень надеялась, что ты придешь показаться им, — ответила она, улыбаясь.
— Вот как, мисс Не-такая-уж-невинность? Не могла удержаться, чтобы не похвастать мной перед этими несчастными дамами, так рано угодившими под венец?
Гермиона прикусила губу. Драко попал в самую точку.
— А что ты вообще тут делаешь? — она постаралась перевести разговор в другое русло.
— Просто я прекрасно разбираюсь в людях. Я почувствовал, что нужен тебе, чтобы немножечко побахвалиться и вот — я здесь, — ответил он, широко ухмыляясь. — И прекрати кусать губы, дорогая. Для этого у тебя есть я, — ухмылка стала ещё шире.
Гермиона зарделась. С одной стороны, ей хотелось залепить ему хорошую пощечину, а с другой — чтобы он поскорее исполнил свое «предназначение».
— Ну да, допустим, — наконец сдалась она. — Пойдем, это «празднество» продлится ещё минимум часа два.
Драко подмигнул ей и осторожно взял за руку. Полчаса спустя миссис Малфой объявила о начале обеда, предназначавшегося лишь для дам, и выпроводила своего сына вон. Лишь после обеда, пары банальных «конкурсов для девичника» и докучливого обмена подарками, Гермиона наконец смогла вздохнуть с облегчением и спокойно ждать настоящей вечеринки со своими родителями.
***
Спустя неделю состоялся второй девичник. Заправляла всем Джинни, позаботившаяся и об украшении дома Грейнджеров, и о приглашениях для всех родственников и друзей-магглов.
— Не могу поверить, что наша малютка Гермиона выходит замуж! — восклицала тётя Труди, хлопая племянницу по спине. — Расскажи о нём всё, дорогая!
— Ну, — начала Гермиона, — его зовут Драко Малфой... Да, странное имя, я знаю. Мы учились в одной школе, какое-то время назад вновь увиделись и начали встречаться, — нескладно завершила она свой короткий рассказ.
— Как он выглядит? — подключилась к допросу двоюродная сестра Гермионы Луиза. Она была на два года моложе и была её точной копией только со светлыми волосами.
Гермиона переглянулась с Джинни:
— Он блондин, светлокожий...
— Настоящий красавчик, — вмешалась миссис Грейнджер.
Луиза хихикнула, но тут же посерьёзнела, заметив выражение лица Гермионы:
— Что такое? Ты не согласна?
— Он довольно привлекателен, да... — начала было та.
— Тогда почему такое лицо? — настаивала Луиза.
Гермиона чувствовала себя все более и более неловко с каждой минутой.
— Скажем так, я все ещё не воспринимаю его внешность такой, какая она есть.
Луиза сделала жест рукой, подгоняя её для объяснений.
— Мы, э-э, были не в лучших отношениях в школе. Поэтому мне приходилось не замечать его привлекательность.
К её удивлению, Луиза начала хихикать:
— Слушай, очень похоже на того паренька, который всё бегал и докучал тебе в начальной школе! Взрослые тогда все твердили, что ты ему нравишься. Да, мам? Помнишь? — спросила она у Труди.
— О да, маленький Мэтти Фергюсон. Он готов был досаждать тебе бесконечно, лишь бы ты только обратила на него внимание.
У Гермионы невольно отпала челюсть. Это определённо была совершенно другая ситуация, но всё же... Почему эта мысль никогда не приходила ей в голову? Ведь такие истории не редкость. Сколько маггловских книг и фильмов посвящено именно таким отношениям между парнем и девушкой! Возможно ли, что Малфой невольно, неосознанно обращался с ней хуже, чем с другими магглорожденными потому, что она ему нравилась? Или всё намного прозаичнее, и это лишь потому, что она была подругой Гарри, да к тому же еще и лучшей по всем предметам? Любопытно...
— А почему его мать не пришла? — включилась в разговор Алиса, вторая кузина Гермионы. Она была на год старше, и у нее были прямые каштановые волосы, которым Гермиона в тайне немного завидовала.
— О, весьма забавная ситуация. На самом деле она устроила мне ещё один девичник на прошлой неделе. Мы не смогли договориться, эм, о месте проведения, — соврала Гермиона. — И вот мы здесь, — она обвела рукой комнату.
Джинни косо посмотрела на подругу, но всех остальных такое объяснение вполне устроило.
— А кому положить кусочек торта? — развеяла молчание миссис Грейнджер. Она вышла на минутку на кухню и вернулась с большим белым тортом, на котором было написано «Гермиона и Драко».
— Какое всё-таки странное имя, — прокомментировала Пенелопа, которая, к слову, заметно раздалась в талии. — Мне до ужаса хочется посмотреть на родителей, догадавшихся назвать своего сына в честь человека, носившего такое жуткое имя.
— О, они просто... — Гермиона запнулась. — Я думаю, его вообще назвали в честь «дракона», так что...
— Кстати, я передумала. Я решила, что не назову ее, — Пенелопа указала рукой на свой округлившийся живот, — Эми. Посоветовавшись с Гарри, мы решили, что Лили будет лучше — в честь бабушки.
— Кстати, о детях, — вмешалась миссис Грейнджер. — Гермиона, какие у вас с Драко планы на этот счет? С первых минут, как я его увидела, я уже мысленно представляла себе своих будущих прелестных внуков...
— Эм, — Гермиона отчаянно хотела, чтобы кто-то именно сейчас объявил, что девичник подошел к концу, — ну, когда-нибудь...
К её ужасу, мать достала детские снимки и раздала их гостям:
— А теперь только представьте такую же малютку, но со светлыми волосами. Исключительная прелесть!— Как мило! Гермиона играет с энциклопедией, — воскликнула Алиса, показывая всем фотографию, где Гермионе было не больше трех лет.
— А на моей она голая, — провозгласила Труди прежде, чем Гермиона успела выхватить снимок из рук.
— Всё, достаточно, всем спасибо! — она быстро собрала остальные фотографии. — Полагаю, уже поздно. Я приеду с ночёвкой в четверг, хорошо, мам? Драко хочет встретить Рождество со мной в доме своих родителей.
— Хорошо, дорогая. Доброй ночи!