Делайте ставки

Я почти не помню, как доехала до общаги. Злость кипела внутри меня, словно вода в чайнике. Я злилась. Со всеми вытекающими из этого ощущения. Водитель очень странно поглядывал на меня через зеркало заднего вида, на что я едва не ответила ему трехэтажным матом. Денис, мать его, Соболев! Наверное, если бы я прокрутила ситуацию на свежую голову, то отметила бы тот факт, из-за которого прикосновения парня не источали опасность. Потому что они не были угрозой. Могло показаться, что Денис грубо прижимал меня к стене, но, по правде говоря, я даже не почувствовала ее холод, потому что была плотно прижата его руками. Плотно и аккуратно. Его руки касались меня до того нежно, что, не будь я уже полностью трезвой, я бы подумала, что мне мерещится.

Так что нет, я злилась не на его шаловливые руки. Его слова — вот, что задело меня куда больше. То, сколько яда было в каждом звуке. Будто я самое низшее существо из всех, кого ему приходилось терпеть. Неприятно, что я рядом? Что ж, желания исполняются!

Даша спала, когда я дошла до комнаты и повалилась на кровать без сил. Она, также, спала и когда я проснулась на рассвете из-за сна, который не могу вспомнить. Было так рано, что хотелось придушить себя подушкой, но, как ни пыталась, заснуть больше не смогла. И решила, что буду учиться. Весь день. Я быстро собралась, не особо заостряя внимание на том, что надеваю, оставила Даше записку о том, что ушла раньше и с просьбой вместе поужинать, а после убежала, захватив с собой все книги, которые смогла найти.

Я провела несколько часов в библиотеке, доделывая задания, которые нужно сдать через неделю, так что к началу пар была уже настолько вымотана, что стало плевать на все.

Проходя по коридорам и ощущая на себе взгляды, вспомнила о слухах, которые никуда не делись. Но переубеждать людей у меня не было ни малейшего желания. Слава богам, что они просто смотрят, но не подходят. Пока, по крайней мере.

Даша, бегло оглядев меня с ног до головы, слегка нахмурилась, но промолчала, за что я была готова расцеловать ее. Столин, ошивающийся рядышком, тоже не приставал. Еще несколько часов я усердно записывала лекции по предметам, по которым никто никогда ничего не записывает. Но эта монотонная работа так отвлекала от мозгового штурма, что я решила прибегать к такому методу постоянно.

Когда пары, наконец, закончились, Громова предупредила меня, что прогуляется со Славой, но будет в общаге к семи вечера. Это означало еще минимум три часа, которые мне нужно убить, так что я решила закопать себя полностью, начиная делать проект, который необходимо защитить в конце этого семестра. Когда будильник прозвонил в 18:40, я была едва похожа на человека. Надо отдать должное: Даша не опоздала ни на минуту.

Девушка молча зашла в комнату и позвонила в службу доставки.

— Тако? — все, что спросила она, а я радостно кивнула. Тако — то, что жизненно необходимо.

Я сидела в пижаме и с пучком на голове, представляя собой, наверное, не лучшее зрелище. Даша быстро переоделась, смыла косметику и расстелила покрывало на пол, после чего расплатилась за нашу еду.

И только потом, наконец, произнесла:

— Ну, а теперь я слушаю очень внимательно.

И я позволила мыслям выйти наружу. Я весь день так сильно пыталась не думать, что едва не разучилась это делать. Громова слушала меня внимательно, а морщинка между ее идеальных бровей проявлялась все больше. Когда я закончила говорить, обозвав Соболева парочкой «красивых» слов, девушка долго молчала, не отрываясь от своей еды. Я следовала ее примеру весьма охотно, так как осознала, что это первая еда, которую получает мой желудок со вчерашнего вечера.

— Значит, ты злишься не из-за того, что он тебя лапал, а из-за его грязных слов? — уточнила подруга.

— Именно, — подтвердила я в ответ и тут же добавила: — Хотя на что я рассчитывала, Даш? Ведь мы не друзья. Я не больше, чем очередная девка, которую он захотел. Я просто увидела его друзей и решила, что он тоже может быть таким, как они. Но.. не думаю, что он способен. Так что я, пожалуй, похороню свою идею об идеальной дружбе между нами. Я два года провела в универе, ни разу не наткнувшись на него, и не понимаю, почему должна волноваться из-за Соболева сейчас.

Вот так. Когда я сказала это вслух, все стало проще. Чего я ждала? Я не знаю этого парня, а он совсем не знает меня. Мы словно люди, которые по воле случайности оказались на одной вечеринке и напились из одной бочки. Наутро мы даже не вспомним имена друг друга. А я придумала себе сказку о дружбе, которая рождается из взаимных подколок.

— Отлично, я полностью с тобой согласна, — радостно отозвалась Даша. — Ты выглядела сегодня хреново, детка. Будто вместо пудры использовала серую краску, которая вгоняет в тоску. Я тебя такой больше видеть не хочу. Так что.. давай поговорим о твоем мальчике. Как он там поживает?

Я была прилично удивлена, что Громова завела разговор о Максиме.

— Хорошо, мы переписывались весь день, и он единственное, что не дало мне сойти с ума. Завтра встречаемся, — добавила я с улыбкой, осознавая, что испытываю искреннюю радость.

— Хорошо, хоть он ведет себя, как мужик, — пробурчала подруга. — Все, давай на сегодня закроем эту тему? Может лучше обсудить Дилана О'Брайена и то, как сильно я хочу облизать каждый сантиметр его божественного тела?

— Фу, ну ты и извращенка! — со смехом откинулась я на подушки. — Хотя я бы тоже не была против застрять с ним на необитаемом острове один на один.

Мы провели этот вечер весело и непринужденно, поедая вкуснейшее тако и запивая все это водой с лимоном, а еще посмотрели парочку фильмов с Райаном Гослингом, который всегда умел поднимать настроение.

***

— Даша, ты уже опаздываешь! — предупредила я подругу, которая лежала с головой под одеялом.

— Не, Лис, сегодня никуда не пойду, — пробурчала она. — Что-то мне не очень хорошо..

— Может, что-нибудь выпьешь? Но-шпа? — предложила я обеспокоенно.

— Нет, все нормально, — заверила меня Громова, вытаскивая голову наружу, когда я уже стояла в дверях. — А вообще, можешь мне водички подать?

— Побежала, если что — звони! — поставив стакан с водой на тумбочку, бросилась бежать, потому что нещадно опаздывала.

По дороге переписывалась с Максимом обо всем на свете, чувствуя легкость. Слава занял мне место на лекции, так что не пришлось сидеть на первой парте.

— Я твоя должница, Столик, — обняв парня одной рукой, упала на скамейку. Отдышаться было не так-то легко.

— Как земля колхозу, Александрова, — с усмешкой ответил он. — Даша написала утром, что сегодня учеба не входит в ее планы. Сколько же вы вчера выпили?

— Хэй, вообще-то, пили мы только воду с лимоном, так что не надо тут, мистер, — погрозила я ему пальцем, чувствуя тяжесть в животе.

Первые две пары прошли, как в тумане. Столько народа в лекционной, что невозможно было дышать, так что я умирала от жары. К моменту, как началась большая перемена, я уже едва могла воспринимать реальность.

— Ты себя хорошо чувствуешь? — обеспокоенно спросил Слава, когда мы оказались в коридоре первого этажа, по которому сновали студенты.

— Вообще-то не очень, — нехотя призналась я. На меня все еще смотрели. Вероятно, пройдет много времени, прежде чем они забудут эту историю. Обычно здесь не случается ничего глобальнее сифилиса у Нины Новаровой, которая была еще большей шлюхой, чем Соболев, так что ее проблема была предсказуемой. Наверное, именно поэтому Денис, я уверена, с ней не спал. Хотя если представить, что он мог бы заразиться от нее... Что ж, сифилис выглядит очень плохо, словно наросты по всем телу...

Подумав об этом, меня так стремительно затошнило, что я не успела сообразить ничего лучше, чем подбежать к мусорному ведру прямо в холе. Меня конкретно трясло, пока выворачивало наизнанку. Слава стремительно кинулся ко мне.

— Господи, Лиса! — хватая мои волосы, пробормотал парень, не зная, что еще делать. Через пару секунд приступ закончился. А в рядах столпившихся студентов я рассмотрела того, кого здесь быть просто не могло.

— Алиса! — воскликнул Максим, подлетая ко мне и оглядывая. Он проходил курсы по медицине этим летом, так что я сразу узнала его взгляд я-узнаю-что-это-за-болезнь. Он коснулся рукой моего лба, хмурясь, как старушка, а после очень аккуратно поднял на руки.

Уже на улице он сказал мне и Славе, который семенил рядом, обеспокоенный до предела:

— Похоже на легкое отравление.

— Легкое? — слабо запротестовала я, потому что это было каким угодно, но точно не легким.

— Не говори ничего, милая, просто дыши глубже, ладно? — проворковал Максим, усаживая меня на переднее сидение своей машины и пристегивая. Слава тут же сел сзади. — Я отвезу тебя в общагу, хорошо? Это ближе, чем ко мне домой.. Только сначала заедем в аптеку, нужно... Ээээ, неет, — заметив, что я снова зеленею, пробормотал он, протягивая мне пакет и одновременно с этим открывая мое окно. — Дыши глубже и не сдерживай себя, если что.

Я едва заметно кивнула, пытаясь расслабить внутренности.

Дорога до общаги еще никогда не была такой долгой. Я с трудом отметила, что мы остановились на пару минут перед аптекой, а Слава в это время дозвонился до Даши, которую рвало так же нещадно, как и меня.

Когда Максим занес меня в комнату, я схватила со стола резинку для волос, на ходу затягивая пряди в пучок, и через секунду присоединилась к Громовой, которая избавлялась от содержимого желудка.

— Дерьмо... — пробормотала подруга, приваливаясь головой к стене. — Это просто гребаное дерьмо.

И я не могла с ней поспорить.

***

В то время, пока Слава держал волосы Алисы, студенты в толпе вели весьма интересные разговоры.

— Ты видел ее вчера? Да на ней же лица не было! И так не красотка, а там вообще серая была! — говорила девчонка с 4 курса.

— Да, я тоже видела, — поддакивала еще одна. — А сейчас ее рвет просто так! Смекаете? Бабу никогда не рвет просто так после того, как она трахалась с кем-нибудь!

Парни присвистнули.

— Думаете, она залетела? — жадно спросил один из них. — Вот Соболь ступил.. Забыл, как резинкой пользоваться что ли?.

— Да вы что, свихнулись? — прорезался голос здравого человека. — Соболь не забывает про резинку! Какое залетела??

— Да я тебе отвечаю! — совсем не по-женски воскликнула еще одна девушка. — Моя сестра, когда залетела.. ее точно так же выворачивало! Не успевала даже до туалета дойти! И выглядела как серая мышка!

— И еще Столин рядом с ней... — задумчиво протянул парень. — Разве он не лучший друг Соболева? Вот и помогает подружке своего братана...

В общем, пока Алису Александрову нес к машине Максим, новость о том, что девушка беременна от Дениса Соболева, разлетелась по всему холлу. И это был не предел. Сам же Денис в блаженном неведении отсыпался дома, отключив все телефоны, которые могли предупредить его о новых слухах.

***

Спустя несколько часов, проведенных над унитазом, мне стало легче. Максим накормил нас с Дашей кучей таблеток, заставил выпить какую-то дрянь, от которой тут же снова вывернуло наизнанку, но зато потом стало легче. И когда я лежала на кровати под двумя одеялами, потому что трясло, как при турбулентности, я вдруг вспомнила об одной вещи.

— А ты как вообще в универе оказался? — слова эти я прошептала, потому что горло нереально болело. Максим, который сидел у меня в ногах, слегка улыбнулся.

— Хотел сделать тебе сюрприз, — смущенно ответил парень, касаясь моей ноги, скрытой одеялом. — Приперся с цветами, весь такой мачо. А там ты концерты устраиваешь! — невольно рассмеялся Максим. — Я даже не помню, куда дел цветы..

Надо же.. Цветы. Мне, кроме отца, никто не дарил букеты. А я всегда думала, что это очень мило, когда парень оказывает такие знаки внимания своей девушке. Я улыбнулась, хоть это действие отняло у меня последние силы.

— Скажи, что тебе так же хреново, как мне.. — едва слышно прокаркала Даша со своей кровати. Выглядела она ужасно. И это еще комплимент в данной ситуации. Я просто надеялась, что достаточно сильно нравлюсь Максиму, чтобы он не сбежал от такой «красотки».

— Не думаю, что я когда-нибудь снова почувствую голод, — в тон ей отозвалась я.

— Только не надо про еду, меня от этого сразу рвать начинает, — предупредила подруга. Слава сидел на стуле около ее кровати и держал в одной руке стакан с водой, а в другой — руку самой Даши. Выглядели они чертовски мило, даже с учетом того, что большую часть дня девушка провела в туалете.

Максим подошел к Громовой, коснувшись ее лба, посчитал пульс, задал несколько едва слышных мне вопросов, проверяя ее самочувствие.

— Хорошо, — одобрительно кивнул парень. — У вас обеих температура спадает, но нужно еще отдохнуть. Держи, — протянул мне парень небольшую таблетку и стакан воды. — Это жаропонижающее, из-за него будет клонить в сон. Так что спите. Я оставлю окно открытым. Сейчас нам со Славой нужно уйти, чтобы вы нормально отдохнули... Так.. Тошнить больше не должно... Пожалуйста, позвони мне, когда проснешься. Даже если это будет глубокая ночь. Обещай! — и, получив утвердительный кивок, добавил: — Мне важно знать, что с вами обеими все хорошо.

Максим аккуратно коснулся губами моего лба и вышел за дверь.

— А он не так уж и плох, — пробурчала Даша сонным голосом. — Если бы не твой мачо — точно бы сдохла.

— Да, — ответила я. Или не ответила. Усталость взяла свое, и я так быстро провалилась в сон, что даже не заметила это.

Следующий день прошел намного лучше. Меня все еще мутило, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что было ранее. Появившийся через час после моего звонка Максим заварил нам крепкий чай без сахара, который приятно ощущался в измученном горле, а Слава писал то Даше, то мне, не переставая ни на минуту. Он пошел в универ, чтобы предупредить преподавателей о нашем отсутствии, а потом собирался тоже идти к нам.

— Клянусь богом, если он не перестанет писать эти гребаные смски, я закопаю его в ближайшем лесу! — зло воскликнула Громова, получая очередное сообщение от своего парня. Хотя злость эта была по большей части напускная. Все же, приятно, когда о тебе заботятся.

А заботу мы обе чувствовали. Меня буквально распирало от щемящей нежности. После полудня парни приготовили бульон, который уговаривали нас съесть еще часа полтора. Не знаю, как согласилась на эту авантюру, потому что еда была сейчас врагом номер один. Полагаю, я еще долго буду питаться одними салатиками и чаем. Как ни странно, никого не вывернуло. Более того, лично мне стало еще лучше, хотя вчера я всерьез задумывалась, могут ли внутренности выйти через горло.

Вечером мы вчетвером посмотрели фильм, на середине которого я благополучно заснула, прижавшись щекой к мягкому плечу Максима. И я так и не проснулась до самого утра, но приснился мне приятный сон, в котором моих губ касались нежные лепестки роз.

Следующий день мы снова провели в постели. И я уже полностью пришла в себя, потому как даже подумала, что отравление прекрасно обеспечивает человека трехдневными каникулами. Да уж, как-то слишком быстро я забыла, как плохо мне было в первый из этих дней. Мы с Дашей устроили настоящие посиделки, достойные старушек, потому что едой на нашем сабантуйчике был куриный бульон, а вместо алкоголя прекрасно зашел чай. Но мы отлично провели время, и, кажется, подруга прониклась к Максиму если не любовью, то хотя бы уважением, а это уже было что-то. Я же, в свою очередь, с каждым звонком парня осознавала, что мне нравится, когда он беспокоится обо мне, но больше всего мне хотелось, чтобы он был рядом как можно дольше. Это осознание пришло как-то уж совсем неожиданно, буквально придавив меня своей силой. Казалось невозможным то, что еще недавно я не могла вспомнить, за что мне нравился Максим. Ведь он был веселым, нежным, а еще очень заботливым и умным. Полагаю, его познания в области медицины спасли нас с Громовой от нескольких ночей в больнице и промывания желудка.

Казалось, жизнь вернулась на свою орбиту. Но, оказавшись в университете, я снова окунулась в шепот, окружавший мою скромную персону. И я, соответственно, вспомнила о существовании Соболева, о котором совершенно забыла в последние дни. Хотя, чего греха таить, иногда я все же не могла заставить себя перестать думать о парне и о том, что он мне сказал. А главное, зачем. Я строила предположения, лежа ночью без сна, потому что проспала весь день до этого, что могло стать причиной таких грубых слов. Но каждое из умозаключений было краше предыдущего. Хоть роман пиши, ей богу!

Ну, в общем, я решила, что нужно просто перетерпеть, и слухи рассосутся сами собой. Так я думала ровно до того момента, пока не стала невольным свидетелем передачи этих самых слухов. И пришла в такую ярость, что даже перестала видеть на мгновение.

— Какого черта?? — загремела я, надвигаясь на Столина недалеко от универа. Парень непонимающе уставился на меня. — Ты слышал, что обо мне говорят???

По взгляду я поняла, что слышал.

— Ты мне сказать мог?? — вызверилась я, осознавая, впрочем, что Слава здесь совсем ни при чем. Просто меня так поразил тот факт, что люди охотно обсуждают чужую жизнь, что хотелось выть. — Ты уже слышала, Даш? Я, оказывается, беременна от Соболева!!! От Соболева, мать твою за ногу!! Откуда вообще взялись эти бредни?! — кричала я, вымещая злость, а потом так стремительно побелела, что Столин даже вздрогнул, решив, что мне снова тошнит. — Все же видели, как меня выворачивало... Черт.. Выходит, если девушка была замечена в метре от Дениса, а потом ее рвет, значит, непременно залетела?? Никому в голову не приходило, что рвать может из-за самого Соболева, поганки несчастной?!

Я резко замолчала, пытаясь отдышаться. Боже, такие разговоры смолкнут еще не скоро. Полагаю, теперь люди будут всматриваться в мой живот, ожидая, что он начнет расти прямо на их глазах.

— Клянусь богом, если кто-нибудь подойдет спросить, почему мой живот не растет, я стану убийцей, — угрожающе спокойно сказала я. — Извини, Слав. Я какая-то нервная в последнее время..

— Гормоны.. — ляпнула Дашка и заржала, как ненормальная. Но тут же смолкла, когда заметила мой взгляд. — Что? Это же смешно, — равнодушно махнула она рукой, убирая длинные волосы назад. — Меньше обращай внимание на всякую шелуху. А если кто-то подойдет поболтать, то мы разделим срок за убийство.

***

Следующие 3 недели прошли спокойно. Я начала меньше слушать слухи о себе в коридорах и решила уделить больше времени учебе. И еще проводила каждую свободную минуту с Максимом, наслаждаясь тем, что ощущала рядом с этим парнем. Хорошо, что у него была дистанционная работа, так что он мог спокойно забирать меня после пар, чтобы погулять или сходить в кафе. А еще я впервые в жизни взяла билеты в кино на последний ряд, чтобы целоваться до потери контроля над своими эмоциями. Мне нравился тот трепет, который возникал в груди каждый раз, когда губы Максима касались моих губ.

Пару раз мы зависали у него в квартире. Парню нужно было работать хоть иногда, а я не хотела расставаться, так что просто училась, постоянно отвлекаясь, чтобы посмотреть на его сосредоточенное лицо и длинные пальцы, кликающие по клавиатуре с нереальной скоростью. Мне было почти страшно от осознания того, как сильно я привязываюсь к Максиму.

Несколько раз мы вместе смотрели фильмы, лежа на диване, и пару раз эти безобидные посиделки сопровождались горячими поцелуями не только в губы. Я таяла от ощущения губ парня на своих ключицах и шее. Однажды я даже оказалась без рубашки, но едва вещь полетела на пол, дала задний ход, потому как к большему была категорически не готова. Парень всегда соглашался с моими словами, но при этом прилагал много усилий, чтобы восстановить нормальное дыхание.

В общем, жизнь шла своим чередом. Дениса Соболева я избегала, что было не слишком тяжело, потому что наши пути не сильно пересекались, но когда видела его издалека, то сразу меняла направление своего движения. Так что я не разговаривала с парнем с той самой ночи в караоке.

Слухи о моей беременности все не утихали. Казалось, что весь универ следит за изменениями в моей фигуре, и даже некоторые преподаватели посматривали на меня со снисхождением и каким-то даже.. теплом? Дениса любил весь преподавательский состав. Они, небось, не знают о его похождениях, а то сомневаюсь, что консервативная, как королева Англии, Красовская так уж сильно его бы жаловала. Так что девушка, беременная от такого «хорошего мальчика», тоже считалась человеком достойным. Иногда я даже подумывала использовать накладной живот, чтобы спокойно сдать зимнюю сессию, а если повезет, то и летнюю автоматами, но совесть все же мучала. А что, было бы даже весело.. Не думаю, что Соболев возникал бы слишком сильно из-за того, что я подкармливаю слухи, ведь он и сам не спешил их разрушать.

Хотя я не думаю, что смогу забыть выражение на лице парня, когда у него впервые спросили, как получилось, что я забеременела. По счастливой случайности я проходила недалеко, так что сполна насладилась всем спектром эмоций, а потом тихо хихикала над тем, как он пытался подобрать слова. Он даже заикнулся пару раз, от чего я хохотнула так громко, что привлекла к себе внимание. Так что Соболев смотрел мне прямо в глаза, когда дал ответ на вопрос: «Как она залетела?»:

— Позже расскажу тебе, откуда берутся дети.. — и дьявольски улыбнулся, вгоняя меня не только в краску, но и доводя до нового уровня ярости.

Но пузырь спокойствия, который я надувала с таким усердием больше трех недель, с треском лопнул, когда я стала свидетелем очередного разговора. Восхитительно, меня уже начали обсуждать в моем же присутствии.

— Я вообще не понимаю, как он на нее посмотрел, — рассуждала миниатюрная девушка с рыжими волосами. — У нее же ни рожи, ни сисек...

Ну, естественно, когда у самой как минимум третий размер, все остальное кажется нулевкой...

— Да он откупится, как только она родит! — воскликнула вторая. — Ее же разнесет, как колобка. Да и отпрыск не вырастет красивым, так что зачем они ему будут нужны...

Я так разозлилась, что едва сдержала порыв выдрать чьи-нибудь волосы.

— Зато, — на грани спокойствия громко сказала я, отчего обе девушки ошарашенно подпрыгнули, — у моего ребенка будет шанс стать человеком, а не мартышкой, что непременно случилось бы, будь его мамой ты!

Рыжая смешно выпучила глаза, становясь похожей на пугало. Но прежде чем я успела поведать ей свое замечание, в разговор вмешалось еще одно лицо.

— А я, между прочим, не собираюсь откупаться, — лениво протянул Соболев, небрежно прислонившись к стене. — Я люблю свою девочку. Обеих. Пора дать друзьям знать, что мы ждем малышку, верно, ангел?

И он нахально коснулся моего живота, будто там действительно рос его ребеночек. Я чуть не треснула ему по руке. Какого хрена этот пижон подкармливает толпу очередными сплетнями?!

— Извините, дамы, нам с будущей мамочкой срочно нужно обсудить имя малышки, — учтиво поклонился он ошалелым девушкам и потащил меня в сторону лифтов, хоть я отчаянно сопротивлялась.

Я даже решила, что если убью его прямо сейчас, то можно будет потом сказать, что он ко мне приставать начал. Какая заманчивая идея...

— Убери руки, дегенерат! — прошипела я, безрезультатно вырывая руку. Наверное, синяк останется. Но уж скорее из-за того, как я извивалась, чем из-за самого захвата Дениса. Но признаваться в этом я не собиралась.

— Успокойся, — раздраженно буркнул парень, вталкивая меня в лифт и не давая зайти больше никому. — Нам поговорить надо.

— Я с тобой разговаривать больше не намереваюсь, — высокомерно отозвалась я, потирая запястье, которое он отпустил, как только дверцы закрылись.

— Придется! — рявкнул он, а потом глубоко вдохнул. — У тебя пара на 12 этаже, я займу немного времени, а потом ты отправишься на свои лекции, как прилежная ученица.

Не смогла не уловить саркастические нотки в его последней фразе.

— Что тебе не нравится в том, что я пытаюсь учиться? — вызверилась я. Надо же. Только встретила парня, а уже не в себе. А ведь за время отсутствия между нами контакта, настроение у меня было ровное, словно поверхность стола. — Я в универ поступила как раз для этого, а не чтобы спать со всем, что движется..

— Я сплю не со всем, что движется, — картинно закатил он глаза.

— Плевать, — устало покачала головой я. — Как только двери откроются, я уйду, а если ты пойдешь за мной, узнаешь, что значит лететь с высоты 12 этажа.

Парень уже хотел что-то возразить, но тут лифт издал протяжный стон и остановился, оставляя двери закрытыми.

Я несколько секунд стояла с открытым ртом, почему-то совершенно не понимая, что произошло, а потом Соболев так громко захохотал, что у меня мурашки по спине прошлись.

— Похоже, тебе придется, малышка, — с веселыми искорками в глазах воскликнул парень. — Идти-то тебе некуда.

И он был чертовски прав. Впервые в жизни я застряла в лифте. И надо же было сделать это в компании именно Дениса...