Глава 28
«Скорую», врача, хоть кого-нибудь!»- кричала преподавательница французского языка на
весь коридор. «Господи, Новак, тебе плохо?»- спрашивала она меня, когда я на коленях
стоял посреди женского туалета (до мужского было дольше идти) и блевал. В перерывах
между приступами, я пытался убедить женщину, что «все нормально» и «это в порядке
вещей».
Кейт Ивил. 17 октября, 2008.
Были в «Харде» с Новаком, Химом, Ларой и Ники.
Новак-красивый.
Глаза просто как лед, а когда глаза-в-глаза, то чувствуешь, как лед медленно
плавится превращаясь в искорки.
Новак-умный.
«Новый альбом Мэрлина Мэнсона отличается огромным своеобразием
музыкальных стилей, и в тоже время их совокупностью»(с)
Новак-странный?(слово «странный» зачеркнуто несколько раз)
Он вроде как был со мной, но в тоже время... Я не успела поговорить с ним
нормально-он постоянно отлучался в туалет.
Он-наркоман?(зачеркнута вся фраза)Анорексик?(подписано рядом другими
чернилами)
«Новак, ты совсем придурок?»- спрашивает Кейт. Я лежу на черной железной кровати у
нее дома. (Кровать Ивил это НЕЧТО! Когда видишь эту КРОВАТЬ, то ни о чем, кроме
СЕКСА думать невозможно... А предусмотренные, наверняка для садо-мазо, перила
вообще были шикарны. «Может и да...»- отвечаю я, блаженно улыбаясь и разглядывая
хозяйку комнаты. Солнце ярко светило в окно, и Кейт от этого постоянно щурилась. На
солнце ее ярко-красные волосы разгорались тысячами кровавых оттенков.
«Ты очень красивая...»- улыбнулся я. «Тебе не надоело еще после каждой еды бегать в
толчок?»- ей не до моей нежности... Я резко сажусь на кровати. Живот моментально
сводит судорогой. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Кейт бросается ко мне, укладывая обратно на
кровать. «Лучше ляг...»- шепчет она. В глазах паника и страх. Она ложится рядом, кладет
мне на грудь свою руку с длинными черными ногтями. Другой рукой гладит меня по
голове, перебирая в пальцах мои черные волосы. «Ты очень бледный...»- качает головой
она: «Что-нибудь хочешь?» - «Тебя...»- уголками губ улыбаюсь я. «Может приготовить
тебе что-нибудь?»- она пропускает мой ответ мимо ушей. «Ты умеешь готовить?»-
удивляюсь я. «Нет, но хот-дог сделать могу...»- пожимает плечами она. «Нет, пожалуй, просто поцелуй меня...»- она целует. В губы. Нежно чмокает как-то совсем легонько, я
даже не успеваю заметить... Наверное, боится задеть мой новый пирс в губе.
Жертвы булимии поглощают большое количество пищи в короткий промежуток
времени, а затем стараются предотвратить повышение веса, вызывая у себя
рвоту или употребляя слабительные. Страдающие булимией могут также
прибегать к чрезмерным физическим нагрузкам или использовать мочегонные
средства, чтобы сбросить лишние фунты, но обычно они сохраняют нормальный
вес тела. Это расстройство также может привести к тяжелым последствиям.
Я опять ем. Огромными количествами сметая все на своем пути. Я могу съесть ведро
морожного «Баскин Робинс», а потом подчистую извлечь его из себя в унитаз.
«Ты будешь есть так, как я тебе скажу!»- кричит на меня Йон, пытаясь отобрать девятую
шоколадку Ritter-sport с орехами. Мне плохо без нее... Без ее внимания, без ее странных
черно-красных глаз... Без ее голоса, без ее смеха... ПЛОХО БЕЗ КЕЙТ!
Из дневника Кейт Ивил, 10 октября, 2008 года
...Наши отношения с А. с каждым днем становятся все хуже. Рядом с ним мне
просто не хватает воздуха! Каждое ласковое слово дается с трудом, каждый его
взгляд прожигает насквозь во мне дыры, как от сигареты.
(мелким торопливым почерком)
Раньше, когда мне было лет 14, я прожигала себе точно такие же дыры
сигаретами на руке, выписывая ЕГО имя. Между синяками от шприца, порезами
от лезвия так аккуратно было выведено ЕГО имя...
Мне 18. Я больше не хочу быть ЕГО куклой!
Я думаю, нам стоит расстаться... ?