3 Глава - ...Всего лишь это!
Лин Хуа стоял на перекрестке.
Большинство учеников секты уже добрались до Обрыва Возрождения, но Шэнь Люсяна все еще не было видно.
ㅡ Неужели Сяньцзюнь передумал? ㅡ усмехнулся Лин Дань рядом.
Лин Хуа приложил руку ко лбу, ㅡ Возможно, кто знает. Этот парень вечно вытворяет такое, Лин Юэ наверняка с ума сойдет от злости.
Они продолжали болтать.
Вдали по направлению к ним неспешно шел молодой человек, оглядываясь по сторонам, в его фениксовых глазах читалось любопытство.
Лин Хуа бросил на него беглый взгляд, тут же потеряв всякий интерес.
А Лин Дань воскликнул, ㅡ Странно, мне кажется, я его где-то уже видел.
Одетый в белоснежные одежды, молодой человек с длинными, до пояса, черными волосами, собранными в пучок, держал в руке длинный меч, а его алая лента, привязанная к поясу, легко колыхалась на ветру.
Лин Хуа ответил, ㅡ Наверное, хочешь сказать, что он похож на Люсяна.
В этом не было ничего удивительного.
Шэнь Люсян в свое время был настоящим воплощением очарования, лидером молодого поколения секты Цинлин. А после битвы с могущественным демоном он стал предметом всеобщего обожания.
Бесчисленное множество учеников стремились подражать ему.
Будь то меч, внешний вид или одежда – все это вызвало настоящий бум подражания в мире совершенствования в то время.
Этот ученик должен был вступить в секту уже давно, иначе он не запомнил бы его прежнюю внешность и не сумел бы так мастерски ее скопировать.
ㅡ Этот ученик явно верен своим чувствам, но... ㅡ нахмурился Лин Хуа, ㅡ Меч – еще куда ни шло, пояс – тоже, но менять лицо с помощью заклинаний – это уже перебор.
Он щелкнул пальцами, собираясь разрушить заклинание, скрывающее истинное лицо юноши.
Легкий голубой свет скользнул по щеке.
И...
Ничего не произошло.
Шэнь Люсян почувствовал небольшой холод на щеке и непроизвольно потрогал ее.
Сделав несколько шагов вперед, он увидел знакомые лица и радостно помахал им рукой, ㅡ Эй, Лин Хуа, я пришел.
Лин Хуа замер.
ㅡ Оказывается, это Сяньцзюнь собственной персоной, ㅡ подтвердил Лин Дань, обойдя его кругом.ㅡ Теперь гораздо приятнее смотреть!
Лин Хуа пришел в себя, схватил Шэнь Люсяна за руку и стал внимательно его осматривать, ㅡ Раньше ты ни в какую не разрешал мне снимать с тебя заклинание, а теперь вдруг передумал? И белый цветок с уха тоже убрал.
Хотя он все еще был облачен в белое, ощущение от него было совершенно иным.
Собранные в строгий пучок длинные волосы, алый пояс, подчеркивающий свободный дух, – все это резко контрастировало с прежним мрачным обликом.
В сочетании с утонченными чертами лица он казался совсем другим человеком. Прежний Шэнь Люсян вернулся!
Шэнь Люсян переложил меч в другую руку.
Меч этот носил имя «Чжаояо».
Ему нравилось это вызывающее имя, поэтому и сам меч казался ему симпатичнее. Он взял его с собой, ведь скоро он пригодится.
Обрыв Возрождения – было суровым и неприступным местом, вздымающимся ввысь. Под висячим мостом зияла пропасть глубиной в тысячу ли.
Когда Шэнь Люсян ступил на него, сначала побледнел от страха, но спустя примерно три сожженные палочки благовоний, он уже чувствовал себя уверенно на этом крутом мосту.
На повороте он оперся на перила и, сквозь легкий туман, взглянул на половину секты Цинлин, вздохнув, ㅡ Места столь божественные и прекрасные, жаль, что слишком пустынны.
Лин Хуа остановился.
Как будто вспомнив что-то, он улыбнулся, ㅡ Когда мы впервые вступили в секту, ты говорил то же самое.
Шэнь Люсян был удивлен.
Лин Хуа поднял руку и провел по поясу, ㅡ Тогда мы были примерно такого роста, совсем маленькие. А сейчас уже носим почетное – Сяньцзюнь...
Шэнь Люсян нахмурился и с некоторым сомнением спросил, ㅡ И каким я был раньше?
Лин Хуа запрокинул голову, задумавшись на мгновение, и тихо выдохнул, ㅡ Этого я уже не помню.
Сказав это, он поднял бровь, ㅡ Но вот как ты восхищаешься Е Бинжанем, я запомнил отлично.
ㅡ Теперь запомни иное, ㅡ он отдохнул достаточно и собирался продолжить путь, ㅡ В будущем этот образ будет только в твоих воспоминаниях.
Лин Хуа, ㅡ Что ты имеешь в виду? Неужели ты перестал восхищаться Е Цзяньцзуном, чья красота пронзает небеса?
ㅡ Красота, пронзающая небеса?
Шэнь Люсян усмехнулся, ㅡ Разве он не просто чурбан, только и умеющий, что обращаться с мечом?
Он подмигнул Лин Хуа, ㅡ Ты определенно красивее.
Е Бинжань прославился в юном возрасте. Он с самого детства носил звание гениального мечника, а теперь является почитаемым всеми Цзяньцзуном. Лин Хуа, хоть и был Сяньцзюнем, все же уступал ему в славе.
Лин Хуа, ошеломленный от неожиданного замечания Шэнь Люсяна о Е Бинжане, еще не успел прийти в себя, как услышал следующие за этим слова, которые заставили его сердце трепетать от радости.
ㅡ Подлец!
Лин Хуа обхватил руками шею Шэнь Люсяна и с силой потрепал его по голове.
ㅡ Все-таки люблю я твою прямолинейную натуру!
Они были лучшими друзьями с самого детства, вместе играли и шутили, но после того, как Шэнь Люсян влюбился в Цзяньцзуна, их отношения стали сильно натянутыми.
И вот...
Лин Хуа почувствовал прилив радости, ему захотелось схватить друга за лицо и крепко его помять.
Вот же, наконец-то одумался!
В этот момент, очень некстати, в разговор вмешался голос.
Лин Дань, смущенно кашлянув, невольно напомнил, ㅡ Хватит болтать, посмотрите, кто там.
На повороте тропы, словно из ниоткуда, возникла толпа людей.
Во главе стоял мужчина с высоким ростом, густыми бровями и прямым носом, холодные глаза которого были устремлены на тощую фигуру у края тропинки. От него веяло ледяной аурой.
По всей видимости, он все слышал.
В воздухе повисла неловкая тишина.
Лин Хуа неловко убрал руку, поправил одежду, кашлянул и сказал, ㅡ Е Бинжань, зачем ты спустился с вершины утеса? Тебе там не сидится?
ㅡ Я привел его.
Лин Юэ вышел из-за спины, его лицо было бесстрастным, он прямо сказал, ㅡ Я боялся, что Шэнь Сяньцзюнь передумает, поэтому специально пришел сюда.
Этот предатель!
Лин Хуа про себя ругался.
Лин Юэ вошел в секту на несколько лет позже них, он был строгим и прямолинейным человеком. А став Верховным Блюстителем Правопорядка, он стал еще и совершенно безжалостным.
А самое обидное, что он всегда оказывается прав, и ему нельзя ничем ответить!
ㅡ Почему зовешь меня Сяньцзюнем? ㅡ Шэнь Люсян приподнял бровь, подошел к Лин Юэ и, нисколько не стесняясь, положил руку на его широкое плечо. ㅡ Какое странное обращение, зови меня просто Шисюном.
Лин Юэ совершенно невозмутимо ответил на эту внезапную фамильярность, ㅡ Сяньцзюню положено почтение, нельзя обращаться к нему столь фамильярно.
Вот же зануда.
В книге Лин Юэ был воплощением железных правил, Чжифа Чжаньлао, который неукоснительно следовал своему долгу.
Он был одним из двух мужчин, что не поддались чарам Су Байче.
Однажды Су Байче нарушил правила, и Лин Юэ безжалостно наказал его, избив до полусмерти, что вызвало недовольство у многих его поклонников.
Шэнь Люсян заинтересовался.
Удерживая Лин Юэ, который собирался уйти, он рассмеялся, ㅡ Ты же беспокоился, что я передумаю. А я сейчас как раз хочу сбежать. Что будешь делать?
Лин Юэ был ошеломлен.
Он явно не ожидал от него подобной наглости, и лицо его слегка помрачнело, ㅡ Я никуда тебя не отпущу.
Шэнь Люсян, ㅡ Я уже достиг пика Юаньинь.
Иными словами, если он захочет сбежать, Лин Юэ будет бессилен.
Несколько учеников секты, которые ранее с презрением смотрели на Шэнь Люсяна, изменились в лице. Они забыли, что этот человек, который не знает стыда, все еще Сяньцзюнь!
Тот, кто находится в полушаге от достижения Вишайя Хуашэнь!
Поздно прибывшие ученики секты Цинлин, стоявшие вдали, с трепетом и беспокойством наблюдали за происходящим впереди, боясь даже вздохнуть.
Что происходит?
Здесь собрались Сяньцзюнь, Цзяньцзун и Чжифа Чжаньлао!
Лин Юэ нахмурился, ㅡ Чего ты хочешь?
Разве ты не говорил, что примешь наказание? А теперь собираешься отказаться? Неужели ты считаешь правила секты детской забавой?!
Несколько учеников секты Цинлин глубоко вдохнули. Чжаньлао был известен своей строгостью и внушал страх всем ученикам.
Шэнь Сяньцзюнь действительно разгневал его! Только бы нас не задело!
ㅡ Все просто, ㅡ Шэнь Люсян, словно не замечая ледяного взгляда Лин Юэ, подмигнул ему и с улыбкой сказал, ㅡ Просто назови меня Шисюном, и я смиренно приму наказание.
Грозное выражение лица Лин Юэ застыло.
Какое же странное требование.
Он думал, что тот снова будет сопротивляться и выдвигать свои условия.
Лин Юэ открыл было рот, но тут же замолк.
Шэнь Люсян наклонил голову и лукавыми глазами смотрел на него, придвинувшись ближе настолько, что Лин Юэ мог видеть каждую пору на его белоснежной коже, которая была безупречно гладкой.
Лин Юэ взглянул пару раз, но затем быстро отвел взгляд.
Он отвернулся, чувствуя странное тепло на щеках, и спустя долгое время промямлил, ㅡ Шисюн...
Его голос был напряженным, чувствовалось нежелание, но и полное бессилие.
В его голосе даже слышалась детская обида.
Ученики, стоявшие позади, застыли в оцепенении.
Неужели это наш холодный и безжалостный Чжаньлао? Что за вид обиженного и несчастного?!
«Шисюн...» – это слово доставило Шэнь Люсяну огромное удовольствие, будто он мгновенно стал выше по старшинству.
Затем он повернулся к стоявшему в стороне и вынужденному наблюдать за сценой «братской любви» учеников секты Цинлин, Е Бинжаню и, распахнув рукав, протянул к нему руку, ㅡ Е Цзяньцзун, прошу, проходи, ты ведь тоже с нетерпением ждешь, когда я получу свое наказание?
Е Бинжань опустил взгляд.
Всего несколько дней прошло, а этот человек так сильно изменился. Не только внешне, но и в своем отношении к нему.
Раньше он буквально вился вокруг, и в его глазах был только он.
Теперь же эти фениксовые глаза смотрели на него равнодушно, как на незнакомца.
Нет, не совсем так, в них проскальзывало что-то вроде отторжения.
Е Бинжань не понимал, что происходит.
Но, заметив красную ленту в волосах Шэнь Люсяна, все его сомнения мгновенно рассеялись.
Опять задумал что-то странное.
Пытается привлечь его внимание, используя глупые уловки.
Скучно и глупо.
Е Бинжань, взмахнув рукавом, направился вперед, и сопровождающие его ученики поспешили за ним.
Ученики секты Цинлин держались на некотором расстоянии.
ㅡ Шэнь Сяньцзюнь вдруг перестал подражать Су Чжэньжэню? Как-то непривычно... Честно говоря, он неплохо выглядит, зачем ему подражать? ㅡ прошептал кто-то.
ㅡ Чтобы угодить нашему Цзяньцзуну, конечно. Кстати, он опять что-то выкинул, сказал, что... он чурбан!
ㅡ Ну и наглость у него, забыл что ли, кто раньше как собака за ним бегал!
Е Бинжань обернулся, ㅡ Молчать!
Его лицо было серьезным, и ученики тут же затихли.
Их Цзяньцзун всегда был холоден по отношению к посторонним, но заботился о младших учениках. Иначе он не взял бы их с собой в этот выход к секте Цинлин, чтобы они увидели все собственными глазами.
Несмотря на это, когда необходимо проявить строгость, он не церемонится.
Обсуждать Сяньцзюня за его спиной – действительно непозволительно.
Ученики Цзяньцзуна прекрасно знали это, но к Шэнь Люсяну они испытывали отвращение.
Это было как если бы на их редкую и прекрасную капусту запал голодный кабан. Хоть за капусту можно и не волноваться, но этот кабан все время крутится рядом, из-за чего всех вокруг раздражает.
Их Цзяньцзун прекрасно может быть один.
Даже если ему кто-то и полюбится, то это будет уж точно не Шэнь Люсян.
Он не достоин!
На вершине Обрыва Возрождения простиралась широкая площадка.
Сейчас здесь было шумно и многолюдно, какие-то ученики стояли, какие-то сидели, разбросанные повсюду.
Лин Цзинье, после того как отправил сообщение своему учителю с просьбой о помощи, был отправлен сюда одним ударом ноги Лин Хуа со словами, ㅡ «Занимайся своими делами, не лезь не в свое дело, уже осмелился обсуждать своего Шишу.»
Он огляделся по сторонам.
Он не заметил Чжоу Сюаньланя в этой толпе, но зато увидел другую фигуру.
ㅡ Мушань, ты тоже пришел.
Юноша, облаченный в небесно-голубую одежду, с яшмовой подвеской на поясе, с улыбкой сказал, ㅡ Я докладывал учителю о произошедшем и немного задержался.
Его учитель, – Лин Е.
Нынешний глава секты Цинлин.
ㅡ По дороге встретил Сюаньланя, ㅡ на голову Лин Цзинье, неизвестно откуда, упал бамбуковый лист. Лин Мушань заметил это и, протянув руку, снял его, ㅡ Опять сбежал в бамбуковый лес бездельничать? Если Хуа Сяньцзюнь узнает, накажет тебя.
Лин Цзинье, охваченный страхом, через некоторое время ответил, ㅡ Сюаньланя только что увел Шэнь Сяньцзюнь, ты правда его видел?
Лин Мушань провел пальцем по прожилкам бамбукового листа и загадочно улыбнулся, ㅡ Раньше не замечал, но у них с Шишу, оказывается, сильная связь учителя и ученика.
Шэнь Люсян и Лин Е были личными учениками Юань Сяньжэня.
И его он называл Шишу.
Лин Цзинье был ошарашен, и как раз собирался спросить, как вдруг увидел появившегося Чжоу Сюаньланя.
На его поясе появился новый аксессуар – маленький мешочек из тонкой ткани.
ㅡ Этот мешочек для хранения, скорее всего, стоит немало, ㅡ с любопытством спросил Лин Цзинье, ㅡ Откуда он у тебя?
Чтобы оценить качество мешочка для хранения, нужно обращать внимание на его размер и узор. Этот был маленький, с четким рисунком – явно не обычный.
Чжоу Сюаньлань не стал скрывать, ㅡ Подарок от учителя.
Лин Цзинье округлил глаза, ㅡ Что же там?
Сказав это, он, видимо, почувствовал, что его вопрос неуместен, и, смущенно хихикнув, почесал затылок.
ㅡ Не знаю, ㅡ Чжоу Сюаньлань опустил голову, посмотрел на мешочек и легким движением снял его. ㅡ Учитель сказал, что там лежат его пожизненные накопления.
Лин Цзинье восхищенно воскликнул, ㅡ То есть, там столько ценностей!
В его глазах блестели звездочки.
ㅡ Шэнь Сяньцзюнь такой щедрый, он так хорошо к тебе относится! В отличие от моего учителя, который отделался от меня двумя кувшинами вина.
Лин Мушань тоже заинтересовался, ㅡ Пожизненные накопления Шишу, очень любопытно.
Он прищурился и усмехнулся.
ㅡ Шишу подарил Е Цзяньцзуну бесценные вещи: высокоуровневые магические артефакты, высшего качества пилюли, редкие и необычные предметы, которые просто невозможно сосчитать. По богатству и влиянию он, вероятно, самый могущественный в секте Цинлин.
Чжоу Сюаньлань замешкался.
Развязал мешочек и засунул руку внутрь.
Затем выражение его лица стало странным.
Лин Цзинье нетерпеливо спросил, ㅡ Что такое? Там столько сокровищ? Ааа, как же это волнительно! Я еще никогда не видел высокоуровневых магических артефактов! Кстати, кстати! А там, может быть, есть и духовные пилюли высшего качества? Говорят, у них есть собственное сознание, вдруг они сейчас улетят!
Прошло некоторое время.
Наконец, Чжоу Сюаньлань достал что-то.
Он вытащил руку и раскрыл ладонь.
В ней сверкал кристально чистый духовный камень.
ㅡ ...
Пожизненные накопления? Все его богатство? Небольшое проявление чувств?
Учитель, всего лишь это!
*
Прим.пер.:
Герои.
1. Су Чжэньжэнь (真人), он же Су Байче. ㅡ 真人 zhēnrén — праведник; будд. поистине прозревший. Тот, кто постиг Дао и воплощает его принципы в своей жизни. Это состояние внутренней целостности и понимания космических законов. Титул используется как знак глубокого уважения и признания достижений культиватора. Он говорит о том, что этот человек является примером для других, достигшим подлинной мудрости и силы.
2. Юань Сяньжэнь 渊仙人 yuān xiānrén (Юань - Фамилия, Сяньжэнь - титул, как и Сяньцзюнь, Цзяньцзун, Чжэньжэнь и тд.). Сяньжэнь – небожитель, бессмертный, святой; отшельник.
Другое.
1. Меч Чжаояо 招摇 zhāoyáo ㅡ 1) показушный, пижонский. 2) пускать пыль в глаза, прикидываться 3) создавать шумиху.
2. Палочки благовоний, как счетчик времени – стандартное время сгорания палочки благовоний 30 минут, однако палочка благовоний ичжусян может сгорать и за 5 минут.
3. Вишайя Хуашэнь 化神境 huà shén jìng (Царство Хуашэнь). Хуашэнь - Божественное Преображение / Божественная сущность (примерный перевод) ㅡ Huà - превращаться, изменяться (к лучшему); развиваться; обновляться. shén 1) дух; добрый дух, гений; небожитель, святой; относящийся к духам; 2) божество, бог; божественный.
4. Шишу 师叔 shīshū ㅡ дядюшка-наставник (вежл. о младшем брате учителя или его младшем соученике)