1 часть
Точное место я сам не знаю, но с небольшой уверенностью могу сказать, что это было где-то в области Нарын. Дождь не прекращался уже 2-ой день, да и солнце яркое пропало где-то за густыми облаками. Многие местные, естественно, оставались дома в такую хмурую погоду, попивая вместе с семьей ароматный чай. Скорее всего, за обсуждением местных новостей, или же мудрец-аксакал рассказывал про свои удивительные истории молодости.
В одном из таких домов было почти так же, как я описал выше. Уют, тепло и бурно рассказывающий аксакал, поднимая свой указательный палец, твердил «В то время, детишки, все было по-другому.» Из зала все время выходила и заходила келин, держа в руках то посуду, то еду. Невестку у кыргызов называют «келинами». А за дасторконом, сидели около 6-ти человек. Трое из них были детьми. Шалун Бекзат едва слушал аксакала, тыкая пальцем рядом сидящую сестру. А с правой стороны дасторкона сидела их мать, показывая жестами «Тихо!»
Их техника была намного сильнее нашей, особенно Тигр...- продолжал аксакал, поглаживая бороду. В то время как, в очередной раз из зала выходила келин.
- Не закрывайте дверь,- попросил Керим, обращаясь к женщине. Все это время он сидел рядом с аксакалом и, неожиданно взяв куртку с вешалки, понесся к двери.
- Керим, ты куда собрался?- успела спросить мать.
- Сейчас приду, мама,- ответил Керим, одевая куртку.
- Застегнись!- крикнула вслед мама.
Керим вышел за дверь. И сильно замедлил шаги, подошел к выходу и, не застегиваясь, вышел на улицу.
Дождь неожиданно прекратился. Это очень порадовало Керима. Он подошел к сараю возле дома. Оглянулся и, взяв в руки маленькую деревянную табуретку, быстрыми шагами направился в поле. Солнце уже вышло, и застегиваться ему не было нужды. До поля, путь не составлял и одной версты, однако лужайки после дождя, сильно выводили его из себя. Не прошло и 5-ти минут, как он оказался перед полем. Перед прекрасным полем, которое он посещал чуть ли не каждый день. Источник вдохновения? Нет. Ему просто нравилось приходить сюда. Он немножко выпрямился, и сделал глубокий вдох. Настроение, славного интроверта, тут же пришло на свое место. И этот запах после дождя, так называемый петрикор, заставил чувствовать его, самым счастливым человеком на свете. Как же прекрасны эти горы, которые высятся с другой стороны поля, которые кажутся, что они перед ним, сливаясь с оттенками бежевого цвета, неприметных, куда-то спешащих облаков. Мокрая почва под ногами Керима была почти такой же как и в поле. Но она больше коробила, чем доставляла какое-нибудь наслаждение. Керим поставил на землю деревянную табуретку и сел, пристально глядя за каждым движением в поле.