Радужные облака над Эгюий-де-ла-Ца

Прошло три дня после того, как девочки приехали с летнего лагеря. Погода стояла дождливая уже второй день подряд, но это ни коем образом не останавливало Лизу от прогулок под её любимым зонтиком в виде Божьей коровки. Так как Василиса не любила грязь и чрезмерную сырость, младшей сестре приходилось одиноко скитаться по двору. Однако она обожала прелый запах после дождя, глубокие лужи и звуки капель, которые разбивались о её красный зонт. А также Лиза всем сердцем любила эту всепоглощающую тишину, которая пронизывала будто весь город.

Весело прыгая по лужам в своих синих резиновых сапожках, девочка заметила одинокую фигуру рядом с песочницей. Ей очень захотелось посмотреть на человека, который также, как и она, любил проводить время на улице в столь холодную и промозглую погоду. Поэтому аккуратной поступью она направилась в сторону к интересующему её объекту, смотря при этом во все глаза. Мама ни раз предупреждала её о том, что нельзя разговаривать с незнакомцами, а уж тем более что-то брать у них из рук. Сейчас же Лиза самолично шла на возможную погибель, но что-то внутри подсказывал ей, что всё будет хорошо. Уже приблизившись, девочка слегка выдохнула, потому что перед ней сидел никто иной, как Миша. Мальчик незаинтересованно тыкал палкой в песок, напевая при этом незнакомую девочке песенку.

-Привет, а что ты здесь делаешь? - сказала Лиза взволнованным голосом. Она прекрасно помнила, как Иванов добровольно вызвался её искать, так ещё и впоследствии отомстил её же обидчику. Даже, если бы они не стали друзьями, Лизе хотелось быть с мальчиком в хороших отношениях.

-А что не видишь? Палкой землю вспахиваю. Ну, а если серьезно, то дурью маюсь. Бабушка выгнала меня на улицу со словами о том, что мне нужно подышать свежим воздухом. Только, кто будет гулять в такую ужасную погоду, - недовольно заметил Миша, продолжая агрессивно ковыряться палкой в песке.

-Ты можешь со мной погулять, я абсолютно не против, - радостно протянула Лиза, слегка щипая мальчика в бок. Однако Миша никак не отреагировал на её действие, только нахмурил светлые брови.

-Разве я тебе нравлюсь? - насупившись, спросил мальчик, - ты никогда не хотела играть со мной. Так ещё при любой ситуации звала старшею сестру, потому что, видите ли, я обижал тебя. А в лагере даже дверью перед моим носом хлопнула.

-Но, Миша, я никогда не избегала тебя, - задумчиво произнесла Лиза, - мы же толком и не общались, чтобы я это делала намеренно. А за поведение в летнем лагере, прости меня. Я должна была поблагодарить тебя, но ты, как говорит моя мама, попался под горячую руку. Мне правда стыдно.

-Ладно, это ерунда. Однако, Лиз, я всегда хотел дружить и играть с тобой. С самой первой встрече на площадке я понял, что мы точно подружимся. Но ты была готова общаться с кем угодно, кроме меня, даже с теми идиотами, которые называли тебя чудачкой. Поэтому я и дернул тебя за косички, ты уж прости, - сказал мальчик, стыдливо опуская голову.

-Но я же видела, как ты гулял с ребятами, которые меня обзывают, - присев рядом на корточки, промолвила Лиза, - плюс ко всему, как ты мог сразу понять, что мы с тобой станем друзьями? Ты меня даже не знал, вдруг я бы оказалась вредной и очень капризной.

-Вредной ты оказалась в любом случае. Что касается тех ребят, то я с ними почти не общаюсь. Просто один из них живёт во дворе с моим другом из садика, Максоном, - выкидывая палку, ответил Миша, поворачиваясь при этом лицом к Лизе, - а про дружбу я так сказал, потому что ты мне очень напоминаешь мою бабушку.

-Ты смеёшься надо мной? - озадаченно уставилась девочка на своего оппонента.

-Я не шучу! Вы даже улыбаетесь одинаково. Бабушка Аня всегда, когда разговаривает со мной, смотрит будто не на меня, а сквозь. Я думаю, она видит меня изнутри. Также и ты, - почесав голову, продолжил Миша, - вот я и подумал, что люди, которые похожи на бабушку, априори не могут быть плохими.

-Мишка, да ты прям учёный-колочённый, как не погляди, - насмешливо заметила Лиза, - такие выводы на ровном месте. Ну ты, конечно, смешной.

Озорно посмеиваясь, девочка вновь слегка пихнула мальчика в бок, однако это абсолютно не обидело его. Лиза всегда казалась ему похожей на маленькую фею из книжки, которая стояла у него в детском саду. У той также были длинные русые волосы и глаза, как два цветка, росшие вдоль дороги по пути на дачу. Такие синие. Словно ночное небо. Было сложно объяснить смеющемуся другу, почему его так сильно интересовала именно эта книга. Но, сказать по правде, Миша особо и не старался. Он просто рассматривал иллюстрации, усердно пытаясь понять, как одна девочка ему могла одновременно напоминать его бабушку и маленькую фею. Все также продолжая рассуждать на этот счёт, неотрывно при этом следя за Лизой, до уха Миши донесся откуда-то сверху окрик.

-Миша, иди домой чай пить, - радостно звала бабушка своего внука.

Когда мальчик перевёл взгляд с балкона, то заметил, как Лиза слегка погрустнела. Однако она сразу попыталась вернуть улыбку на своё лицо, неестественно растягивая при этом губы.

-Хочешь пойдём вместе? Из домашних сегодня в квартире только я и бабушка. Скажу ещё по секрету, мама вчера купила конфеты-ромашка. Я вроде в лагере слышал, что ты их любишь, - наклонившись к уху девочки, заговорщически прошептал Миша.

-Должно ли меня настораживать то, что ты так много про меня "знаешь" или "слышал" - скептически заметила Лиза, понимая в глубине души, что конфеты-ромашка сделали своё дело, и она уже одной ногой находилась в квартире Ивановых.

-У меня свои источники на этот счёт, - с едва проступающей улыбкой сказал Миша, утягивая за собой несопротивляющуюся Лизу.

Стоит ли говорить какое же удивление было у Бабы Нюры, когда, позвав только своего внука, на пороге квартиры она увидела его с соседской девочкой. И не абы с кем, а с Лизой Лебедевой, с которой он жертвенно клялся никогда не общаться.

-Здравствуйте, можно присоединиться к Вам, - заметно краснея, произнесла маленькая девочка.

-Бабуль, Лиза хорошая, ты и сама это знаешь. Можно она с нами посидит. Ну, как посидит, чай попьёт, - сбивчиво объяснял Миша.

Наблюдая за этой картиной, женщина широко улыбалась. В глубине души она знала, что эти двое точно поладят. Слишком они были похожи.

-Так, ребятки, хватит тараторить. Идите быстрее на кухню, а то чай остынет. А ты, Михаил, не забудь показать нашей юной гостье, где находится ванная.

-Вас понял, Анна Павловна, - радостно ответил мальчик, понимая, что бабашка дала добро на их небольшое чаепитие.

Когда ребята пришли на кухню, на столе уже находились три чашки ароматно пахнувшего чая. Помимо этого, были также замечены те самые конфеты-ромашка и малиновое варенье, которое всем сердцем любил Миша. Аккуратно усевшись за стол, Лиза начала рассматривать интерьер комнаты, подмечая про себя, насколько опрятно выглядела маленькая кухонька. Жёлтый чайник на плите вместе с расписными тарелками смотрелись очень мило и даже слегка по сказочному. Зеленоватые же обои и светлая мебель навевали воспоминания о солнечной и тёплой весне. Однако больше всего Лизе понравился самовар, который стоял на самой верхней полке. Он был таким ярким и красивым, что ей хотелось бесконечно любоваться узорами на нём.

-Кхм, у меня к вам вопрос. Давно ли Вы дружите, молодые люди? - слегка прокашлявшись, уточнила Анна Павловна.

-С сегодняшнего дня, - серьёзно ответил Миша, разворачивая конфету и протягивая её остолбеневшей Лизе. Его безмерно забавляло то, как девочка легко пугалась и начинала вести себя, как трусливый заяц. Лиза же, в свою очередь, начала энергично кивать, едва не разливая чай.

-Вы меня сами заверяли, что никогда не станете друзьями. Извините, конечно, Михаил Сергеевич, но я просто обязана это сделать. А именно сказать: "Я же говорила!". Чаще нужно слушать свою бабушку, - совсем по-ребячески произнесла баба Нюра, задорно при этом хлопнув в ладоши, - а что это мы сидим в такой тишине гнетущей? Ужас! Давайте хоть музыку послушаем.

После этих слов женщина подошла к проигрывателю и начала поспешно просматривать все возможные виниловые пластинки. Спустя уже минуту, она поставила одну из них на поворотный диск, активно что-то делая при этом. Слегка попыхтев, Анна Павловна отошла от музыкального устройства, и комнату заполнила легкая и весёлая мелодия.

-Снова дом все тот же дом

Как я ему, он мне знаком, -

Он меня считает чудаком, - активно начала подпевать баба Нюра, немного пританцовывая на месте. В этот момент Миша, оперся на ладони, и тяжело вздохнул.

-Ну, бабушка. Не при Лизе же, - сокрушенно произнес мальчик, не отлепляя рук от лица. Немигающим взглядом смотря на Мишу, девочка заметила, как у него порозовели кончики ушей. Однако она не понимала его реакции, ведь сама думала о том, насколько у него энергичная и весёлая бабушка.

-Баба Нюр, не слушайте Мишу. Продолжайте, а я Вам постараюсь подпевать.

-Моя любовь на пятом этаже-

Почти где луна;

Моя любовь, конечно, спит уже-

Спокойного сна! - игнорируя поведения внука, продолжила петь женщина. Она протянула руки в сторону Лизы, таким образом, приглашая её потанцевать.

-Это моя любимая песня, Лизок! И хоть этот негодник сейчас яростно отнекивается, я знаю, что он её тоже любит. Мы под эту песню танцевали с его дедушкой на дискотеках, когда сбегали от взрослой жизни и обязанностей, которые свалились на нас, едва нам стукнуло тридцать, - произнесла с некой грустью Анна Павловна, однако уже спустя секунд десять продолжила с улыбкой на лице, - Толя, дедушка Миши, всегда говорил, что это песня про нас. Ведь до того, как мы начали встречаться, я жила на пятом этаже.

Столь откровенный короткий монолог обескуражил Лизу, но ей было так приятно, что этим вечером он смогла стать частью чего-то такого личного, сокровенного. Они танцевали вместе с бабой Нюрой, а после к ним присоединился Миша, который всячески старался показать, что делал он это нехотя. Когда уже Лиза шла обратно домой, то резко поняла; песня, которую напевал Миша сегодня возле песочницы и ту, которую они слушали у него в гостях, была одной и той же.

Последующие несколько дней погода улучшилась, поэтому ребята стали ещё чаще гулять на улице. Порой к ним присоединялась и Василиса, однако образовавшаяся связь между Мишей и Лизой даже её приводила в смятение. Да, она видела, что между ними что-то начало зарождаться во время летнего лагеря, но старшей сестре, казалось, что это что-то незначительное и эфемерное. Сказав Лизе те слова перед поездкой, она хотела лишь чуть-чуть пошутить над ней. Но последствия всего этого поражали её до глубины души, ведь младшая сестра перестала вовсе цепляться за неё. Это приносило Василисе одновременно облегчение и раздражение. Однако об этом нам предстоит узнать позже.

Помимо прогулок и игр Лиза и Миша частенько наведывались к бабе Нюре на чай, когда родителей мальчика не было дома. Женщина читала им веселые сказки, играла в салки и включала различные пластинки. Но стоит упомянуть, что чаще всего в квартире звучала одна определенная песня.

-Баба Нюра, скажите, вы любите эту песню, потому что она связана с дедушкой Миши, или есть ещё какая-та причина? - спросила Лиза в один из солнечных и знойных дней. Ей было безумно интересно узнать, крылся ли смысл в чём-то кроме ночных дискотек и вкуса мимолетной свободы у молодой пары родителей.

-Если честно, сложно ответить на этот вопрос. Человек из этой песни готов пойти на всё ради своего близкого и любимого. А это огромная редкость в наше время, так как не всегда любимые близки, а близкие любимы. Здесь же у главного героя есть свой дом, а точнее человек, который как раз-таки и является этим домом. Я могу трактовать смысл немного иначе, однако просто представь, что есть кто-то в твоей жизни ради кого ты с легкостью можешь преодолеть все невзгоды. Это необязательно вторая половинка, это может быть также и друг, который является не только частичкой твоего сердца, но и души, - загадочно сказала баба Нюра, неотрывно смотря при этом в окно.

На тот момент Лиза также не особо поняла слова престарелой женщины, однако их смысл дошёл до неё уже совсем скоро.

Лето шло своим чередом, воздух был душным, а дни вновь становились короче. В один из таких погожих дней Миша не вышел на прогулку. Это озадачило маленькую девочку, ведь обычно, когда кто-то из них не мог по какой-то причине выйти на улицу, то он предупреждал другого по домашнему телефону. Здесь же стояла звенящая тишина. На следующий день к молчанию друга добавился плач мамы. Трясущийся подбородок и нескончаемый поток слёз безумно напугали Лизу, но добили её слова после. Бабушки Ани не стало. Тромб оторвался во сне. Ей было всего пятьдесят пять лет.

На похороны маленьких девочек не взяли, родители пошли туда в одиночестве. Лизе было очень больно, сердце сжималось так, будто оно хотело выпрыгнуть и убежать далеко-далеко. Она не до конца понимала, что значит, когда человек умирает. Однако, когда мама объяснила, что баба Нюра больше не будет приглашать их с Мишей на чай и играть с ними, то тоска и отчаяние накатили на неё с такой силы, что это перешло в неконтролируемую истерику. Если ей так больно, то девочке было страшно представить, что испытывал Миша. Её новый друг, товарищ. Каково было ему потерять столь близкого человека? Она хотела находиться с ним рядом, держать за руку и говорить, что всё будет хорошо. Однако уже тогда Лиза поняла, что в беззаботном детском восприятии появятся трещины. Насколько глубокими они будут, это был уже другой вопрос.

Девятнадцатого июля, в тот день, когда хоронили бабу Нюру, погода стояла ясная. Миша не мог смотреть на лакированный гроб, не мог слушать нескончаемый плач. Его разум был пуст, а сердце ныло от невероятной боли. Однако он не плакал, а просто смотрел на лес позади. Птицы громко пели, пролетая мимо всей процессии. Мальчик хотел улететь вместе с ними подальше от этого горя, подальше от этой суеты. После похорон, когда все отправились на поминки в их квартиру, Миша надолго там не задержался. Попросту не мог.

Сидя в чёрном костюме возле подъезда, мальчик бездумно смотрел вперёд. Ему было всего 7 лет, но уже в столь юном возрасте он познал всю горечь утраты. Человек, который искренне любил его, бабушка, которая была готова провести всё свободное время со своим единственным внуком, даря всю ласку и заботу этого мира, умерла. Она больше не сможет слушать с ним пластинки, рассказывать то, как они с его дедушкой по молодости сбегали на дискотеке. Больше никто не будет гладить его по волосам, напевая с самого детства полюбившуюся ему песенку из мультика Анастасия. Её попросту больше нет. Она где-то там, под землей. Бабушка Аня больше не дышит и слёз его тоже не услышит. Придя к этому выводу, Миша сделал то, что хотел сделать последние часа три. Он громко заплакал. Ему было всё равно, что подумают о нём соседские дети, что скажут их родители. Бабушка всегда говорила, что мнение людей относительное, все верят в то, во что хотят верить.
Однако, откуда не возьмись перед ним появилось девичье лицо, маленькое, бледное и слегка напуганное. Из-за слёз Миша сначала и не понял, что перед ним стояла Лиза. Но после он учуял знакомый запах лаванды и апельсинов. Первое время девочка просто была рядом, держа мальчика за руку, но потом она не выдержала и крепко-крепко обняла его. Сухие губы раскрылись и начали напевать:

"Снова дом всё тот же дом

Как я ему, он мне знаком, -

Он меня считает чудаком:

"Пришёл опять

Сюда стоять

Всю ночь не спать

И ждать...""

После того, как девочка спела первый куплет, она тихим голосом, чтобы только Миша услышал, промолвила:

-Ты мой дом-Миша. А боль пройдёт, пока она не отступит, я буду с тобой. А баба Нюра будет наблюдать за нами с неба, мне так мама сказала. И знаешь, что, я ей верю.
Когда Лиза отодвинулась, её глаза застилали слёзы, но при этом она ярко улыбалась, стирая мокрые дорожки с лица мальчика.

Это стало началом. Началом великой и крепкой дружбы.