Глава 22
Обеденный перерыв закончился, и Джису, как и планировала, направилась в кабинет председателя с заявлением об увольнении в руках. Он сидел за столом и играл в компьютерные игры. Увидев Джису, мужчина обрадовался и с напыщенным видом поднялся со своего места, усадил девушку на диван и попросил секретаря принести чай. Его жесты были быстрыми и ловкими, поэтому отказать было невозможно.
– В тот день в отеле я погорячился, – сказал председатель, как только Джису собралась заговорить об увольнении. – Я думал, что могу себе это позволить. Но с тобой это не сработало... На самом деле я очень растерялся, поэтому...
– Поэтому я первая женщина, которая вас ударила? Это просто поразительно! Послушайте, господин... господин Хан Соквон, – разгорячилась Джису.
– Как-как ты меня назвала?.. – переспросил председатель, не скрывая удивления.
– Я же говорила, что уволюсь сразу же, как вернусь в Корею. Так что вы больше не мой начальник. – Джису решительно бросила заявление на стол.
– Ну и что? У меня нет желания тебя отпускать.
Председатель бросил взгляд на заявление и вальяжно развалился, скрестив руки на груди.
– Есть еще вариант с вашим увольнением.
– Тебе правда обязательно так далеко заходить? Почему ты такая упрямая?
– Прошу утвердить мое заявление в течение недели.
Громко хлопнув дверью, Джису вышла из кабинета, ни на секунду не сомневаясь в своем светлом будущем. Но не прошло и мгновения, как ее уверенность разбилась вдребезги: она получила от банка отказ в ссуде. Перед глазами появилась картина: Джису безработная, Джису в тяжелой жизненной ситуации. Не только в Уруке жизнь была наполнена различными испытаниями, но и в Корее.
Доктор Ким Дженни, которая знала про обстоятельства подруги, предложила пойти к председателю, попросить прощения и забрать заявление. Ради двух шагов вперед нужно было отступить на шаг назад. На самом деле Джису сама уже подумала про этот вариант. Но гордость не позволяла ей этого сделать.
Девушка послала сигнал бедствия Тэхену, который находился в Уруке. Тэхен, обещавший всегда выслушивать Джису, даже если речь шла о мелких переживаниях или о меню на обед, в ответ на ее причитания лишь упрекнул девушку: «Почему вы не подумали о том, чтобы подать заявление об увольнении после ответа из банка?» Мужчина, который появлялся в критический момент и спасал ее от смерти, сейчас ничем не мог помочь.
В итоге Джису решила поступиться собственной гордостью. Как и в предыдущую их встречу, председатель правления сидел за столом и играл в компьютерные игры. А вот поведение Джису изменилось на 180 градусов.
Развалившись в кресле, мужчина с выжидательным выражением смотрел на девушку.
– Я обдумала последние восемь лет, которые провела в больнице «Хэсон», начиная с интернатуры и до получения ученой степени. Все это время больница «Хэсон» была моей жизнью, моим смыслом, моей сущностью, – сказала Джису, положив на стол букет цветов.
– Ну зачем же вы так, директор Ким, – съязвил председатель, подвинув букет обратно в сторону Джису.
– Вы такой остроумный, – через силу улыбнулась Джису.
– Кажется, кому-то не дали ссуду после официального увольнения? – ударил по больному председатель.
– Простите за причиненные неудобства. Если вы дадите мне еще один шанс, я положу все силы на работу в VIP-отделе. – Джису поклонилась.
– Забудем про VIP-отдел, с этого дня вы работаете в отделении скорой помощи, – снисходительно бросил председатель.
– Вы сказали, отделение скорой помощи?..
Джису не ошиблась: жизнь наполнена испытаниями.
– У меня тоже есть гордость. Я не хочу, чтобы ты пребывала в комфорте. Все дежурства будут ночными, зашивать пациентов после операций тоже будешь ты. Думаешь, несправедливо? Считаешь, что это превышение должностных обязанностей из-за мести?
– Что вы такое говорите, председатель. Я считаю, что отделение скорой помощи – это клумба нашей больницы. И такой прекрасный цветок, как я, должен там работать.
– Вот и отлично. Когда надоест, приходи ко мне. Я сделаю тебя не просто врачом VIP-отделения, ты и сама станешь важной персоной.
Председатель достал из ящика заявление об увольнении Джису.
– Спасибо, что всегда так искренне обо мне заботитесь, председатель.
Было непонятно, улыбалась девушка или же ее лицо свело судорогой. Не переставая твердить себе про шаг назад и два шага вперед, она схватила со стола заявление и порвала на мелкие кусочки, не переставая раболепно улыбаться. Ей казалось, что вместе с этим заявлением она рвет и свое светлое будущее.
Джису вступила в кровавый бой в отделении скорой помощи, а Лиса и Чонгук по-прежнему оставались в Уруке, наслаждаясь обществом друг друга. Они были так счастливы, что даже становилось страшно. Через два дня они собирались возвращаться в Корею. С одной стороны, Лиса была рада, что вернется домой вместе с Чонгуком, но не могла не переживать из-за встречи с отцом, ведь приказ Чонгуку оставить службу все еще был в силе. Поэтому оба избегали грустных мыслей, как влюбленные, у которых не могло быть счастливого будущего. Конфликт еще только зарождался и ждал своего часа. Однажды Чонгук уже спросил, что думает Лиса по поводу его увольнения.
– Я бы хотел, чтобы ты жила в комфорте.
Девушка поинтересовалась, что это за внезапный бред, но Чонгук в ответ лишь что-то невнятно пробормотал.
– То, что у тебя свой бизнес, не гарантирует успеха и комфортной жизни. Сейчас столько больниц разоряется, – холодным тоном произнесла Лиса.
– Значит, ты продолжишь карьеру военного?
– Если честно, солдату не нужны выдающиеся навыки в хирургии. Главное – это правильно поставить диагноз, чтобы болезнь в условиях замкнутого пространства не распространилась дальше. От врача требуется быстрый диагноз, от военного – полная самоотдача. И в том и в другом я хороша.
В ответ Чонгук неловко улыбнулся и посмотрел на девушку.
– Мне нравится моя работа военного врача. Если такой солдат, как я, уйдет со службы, для армии это будет огромной потерей. Разве не так? – строго спросила Лиса, выпрямляясь.
– Я понял. Исправлюсь, – отозвался Чонгук, мило щелкнув девушку по кончику носа.
Лиса звонко рассмеялась и уткнулась лицом в грудь мужчины. На лице ее была улыбка, но душу раздирала боль: она знала, к чему эти вопросы. Девушка считала, что лучше выговориться и обсудить все вместе, но в то же время ее раздражал и расстраивал тот факт, что Чонгук пытается справиться с проблемой в одиночку.
– Я люблю тебя, Лалиса.
Это прозвучало так неожиданно, что Лиса вздрогнула.
– Мы что, расстаемся? – спросила девушка, отстранившись от Чонгука и внимательно посмотрев ему в глаза. На мгновение ей показалось, что она увидела в уголках его глаз слезы. – Мы правда расстаемся?.. – снова спросила Лиса, невидимой рукой схватившись за сердце и пытаясь его успокоить.
– Люблю тебя. Очень сильно. И буду любить очень долго.
– Мы обычно и расстаемся из-за любви.
– Мы не расстанемся. Я обещаю.
С полным боли взглядом Чонгук потрепал Лису по волосам. А она не могла понять, почему признание в любви звучит так печально. – Отойди. Глаза слепит, – рассмеялась Лиса, как девушка, впервые услышавшая признание в любви, но в глазах ее таилась грусть.
Вернувшийся в Корею Тэхен получил отпуск на четыре дня и три ночи – короткая передышка между урукской миссией и новым заданием. В первый же день отпуска они с Чонгуком закатили трехдневную вечеринку с сочжу – так назывались посиделки в недорогой забегаловке под дешевую закуску и спаивание друг друга. Но этого им было вполне достаточно. Пока эти двое напивались, их после работы по разу навестили Джису и Лиса. Они цокали языками и ворчали, но мужчинам от этого становилось только радостнее.
Проблема возникла на следующую ночь после окончания вечеринки. И этой проблемой, как ни странно, оказалась пьяная Джису. Определенно то стало наказанием Тэхену, который, вернувшись в Корею, вместо того чтобы позвонить любимой, решил устроить затяжную попойку. Тэхен глубоко раскаивался, ведя домой перебравшую Джису. Шатаясь, как пьяный осьминог, она всем телом наваливалась на спутника.
– О? Я помню это место, помню. – Язык Джису заплетался даже сильнее, чем когда она говорила на английском.
– Это хорошо. Ну-ка, снимайте обувь. – Тэхен наклонился, чтобы помочь девушке разуться, словно маленькому ребенку.
– Нет. Я не снимаю обувь в чужом доме.
– Я понял, но вам надо протрезветь. Давайте зайдем.
– Боже, вы меня сейчас клеите? Я не из тех женщин, которых можно пригласить на чашечку кофе.
– Это уже не опьянение, а маразм.
Тэхен усадил девушку на диван и включил в гостиной свет.
– Пиво? Я за! Отлично. Пропустим еще по стаканчику!
Тэхен улыбнулся – пьяная Джису была милой, – как вдруг почувствовал чье-то присутствие в доме. Тэхен инстинктивно закрыл Джису рот и заставил замолчать, после чего, не зажигая света, отправился на темную кухню. Навстречу ему из-за стола поднялась неясная тень.
– Мама?
Возглас Джису остановил Тэхена, который был уже готов наброситься на незваного гостя. Еще миг, и он заехал бы ему по голове ногой. Включив свет на кухне, он увидел женщину лет шестидесяти, с короткими волосами, одетую в розовый свитер и плиссированную юбку. Она выглядела как Джису, только на тридцать лет старше. Женщина неловко улыбалась.
– Я принесла закуски и решила спрятаться, услышав мужской голос. А кто этот молодой человек? – спросила она у Джисв.
– Приятно познакомиться, я – парень доктора Ким Ким Тэхен, – запинаясь, растерянно произнес Тэхен.
– Мой парень? Правда? Мой парень красавчик, да, мам? – сказала Джису, широко улыбаясь, и взяла маму под руку.
– Стоит тебе выпить, и ты становишься сама на себя не похожа, – вздохнула мама Джису и скромно улыбнулась Тэхену. – В ней все хорошо, но вот пить совсем не умеет...
– Все в порядке. Это мило.
– Спасибо, что не сердишься на неё. А чем ты занимаешься? – спросила мама, опускаясь на стул и предлагая Тэхену присесть.
– Он военный. Должность – капитан. Остальные подробности – военная тайна. Вечно какие-то секреты – ответила за него Джису.
– Ты военный? Значит, зарплату вовремя получаешь, а домой не часто приходишь? Неплохо.
– Мама, что ты такое говоришь? Это же ваша первая встреча.
– Да ведь я о тебе. Она почти живет в больнице. Но зарплата вовремя приходит.
Это было прямо как в анекдотах про мать и дочь. Тэхен рассмеялся. Ну надо же, он сохранял хладнокровие в самых опасных и непредсказуемых ситуациях, а сейчас не смог ничего придумать. Пожалуй, это куда сложнее и неприятнее, чем экзамен в военной академии. Тридцать минут тянулись так долго, словно прошло тридцать лет. Радовало лишь то, что в глазах мамы Джису не было злости.
Длинный разговор закончился зевком Джису. Тэхен, следуя всем правилам вежливости, пообещал, что в следующий раз обязательно познакомится поближе, и вышел на улицу.
Назавтра, за день до возвращения в отряд, Тэхен пришел в кафе неподалеку от дома Джису, чтобы встретиться с ней. В этом небольшом уютном заведении, владельцами которого была пара молодоженов, ровно год назад Джису сказала ему: «Не на такую встречу я надеялась».
Тэхен сел на место, где в тот день сидела Джису, и посмотрел в окно. Солнечные лучи окутали стол, словно скатерть. Через какое-то время пришла Джису, заполнив все пространство ароматом своего шампуня, и села на стул напротив.
– Протрезвели? – спросил Тэхен, протягивая заранее заказанную чашку чая.
– Конечно, я не так уж и много выпила, – ответила Джису с притворным равнодушием.
– Вы много выпили. И превратились в другого человека.
– Да ладно, о чем вы? Это была я, и я все помню.
– Что-то не верится. Что сказала ваша мама? Я ей понравился?
– Вы встречались с моей мамой? Когда? – удивленно воскликнула Джису.
– Вы же все помните! Только попробуйте напиться с другим мужчиной! – ответил Тэхен, изображая, что хочет стукнуть девушку по носу.
– О, ревность, – негромко пропела Джису, излучая обаяние.
– Нет, вы еще не протрезвели.
– Смотрите, какой сообразительный.
У Тэхена завибрировал телефон: звонили из отряда.
– Здравия желаю. Капитан Ким Тэхен. Да... Да... Есть.
С угрюмым выражением лица мужчина закончил разговор. Джису перестала улыбаться.
– Меня вызывают в торговый центр, – сказал Тэхен с сожалением в голосе.
– А-а...
– Простите.
– Ничего. Как вернетесь, посмотрим вместе кино. Согласны? – Джису широко улыбнулась, чтобы Тэхен не чувствовал себя виноватым.
– Согласен. – Тэхен улыбнулся в ответ.
– Будьте осторожны.
– Спасибо.
В Пхеньяне в отеле «Корё» проходил первый этап переговоров между Севером и Югом, и в задачу группы «Альфа» входила охрана государственных лиц. Тэхен был капитаном охраны.
Группа «Альфа» и агенты политиков оделись в черные костюмы, у каждого были рация и пистолет, а на экстренный случай – ручка, которой можно было ударить противника в сонную артерию, чтобы тот скончался без мучений. Разместившись в черных седанах, они отправились на парковку отеля «Корё».
Тэхен и Чонгук первыми вышли из автомобиля и осмотрели территорию. За ними прибыли агенты, защищающие начальника службы национальной безопасности. Начальник и агенты по очереди вошли в отель, группа «Альфа» осталась снаружи, чтобы следить за обстановкой. Тэхен увидел мужчин в черных костюмах, которые шли им навстречу. Одно лицо было ему знакомо: по глубокому шраму от виска до глаза он узнал старшего лейтенанта О Сехун. Ровно год назад тот взял в заложники солдат, охранявших границу демилитаризованной зоны. Насколько Тэхену было известно, старший лейтенант О когда-то состоял в одиннадцатом корпусе войск специального назначения, а на данный момент служил в главном бюро охраны. В его задачу входила охрана особых лиц со стороны Северной Кореи.
– Я отвечаю за безопасность со стороны Республики Корея, – сказал Тэхен, первым протягивая руку для приветствия.
– Я отвечаю за безопасность со стороны Северной Кореи. Организаторы встречи находятся на двадцать третьем этаже, – ответил старший лейтенант О с каменным лицом, отвергая рукопожатие.
Двое мужчин окинули друг друга подозрительными взглядами, оценив забавный факт, что ручки у них в карманах были одинаковые: по иронии судьбы оба получили одну и ту же модель этого передового оружия.
– Как там ножевая рана, полученная от меня? Прошу прощения за это, – съязвил старший лейтенант О, скосив глаза на ручку в кармане Тэхена.
– Вас понизили до охранника из-за того, что проиграли мне? Прошу прощения за это.
– А ты все такой же. Тогда, может, избавимся от ручек и сразимся еще раз один на один?
– А кто потом за меня отчет писать будет? К тому же я не поддаюсь даже в гостях.
– И мыслишь ты все так же. Знай, тебе повезло, что ты здесь в качестве гостя. То, что два солдата вроде нас с тобой смотрят сейчас в одну сторону, не значит, что наступил мир.
– Тогда разреши попросить об услуге, раз уж я гость. Можем поесть нэнмёна на обед? Я очень хочу попробовать традиционный нэнмён из Пхеньяна, – пустословил Тэхег.
Старший лейтенант О пристально разглядывал его...
Отдежурив четыре дня подряд, Джису была измотана и душевно, и физически. Особенно тяжело приходилось на рассвете, когда поступало много пострадавших в авариях.
По истечении «золотого часа» пациенты нередко умирали, чаще всего потому, что отказывались от лечения в мелкой больнице и настаивали на отправке в более крупную. У врачей их упрямство вызывало злость и одновременно жалость.
Пациент, отчет о смерти которого заполняла Джису этим утром, был как раз из таких. Проведи они операцию хотя бы на час раньше, человека можно было спасти, но из-за транспортировки в больницу «Хэсон» они упустили время. Опекун пострадавшего переложил всю ответственность на врача. Вины Джису в этом не было – она сделала все что могла, но ничто не вернуло бы пациента к жизни.
В девять часов утра, измотанная, с опущенными от усталости плечами, Джису направилась к стойке медсестер отделения хирургии. Она проверяла карты пациентов, переведенных из отделения скорой помощи, когда за спиной услышала голос, которому совсем не обрадовалась:
– Стараешься показать всем, что работала?
Развернувшись, Джису увидела доктора Кан Мин – та смотрела на нее, усмехаясь.
– Рада видеть. Как дела? – рассеянно ответила Джису.
– Говорят, ты роман крутила во время волонтерства. Слышала, он военный? – продолжала молоть языком доктор Кан.
– А ты пациентов не путала, палатами не ошибалась, пока меня не было? – едко ответила Джису, отворачиваясь.
– А ты забавная. После скандала с председателем прошло-то всего ничего, а ты уже другого нашла. Тебя же из-за этого уволили из VIP-отдела?
– Доктор Кан. Я очень многое осознала за тот месяц, что была волонтером. Мы здесь все – счастливые люди. Так что и ты будь счастлива. И навыки подтяни, пока будешь счастлива.
– Не выпендривайся. Поставила несколько вакцин да сфоткалась для виду, а строишь из себя Швейцера.
Джису сжала кулаки, борясь с желанием снова вцепиться в волосы этой мерзавке.
– О? – удивленно воскликнула Джису, увидев выходящего из лифта Тэхена. – Торговый центр уже закрылся?
Джису оставила доктора Кан позади и направилась к Тэхену.
– Да. Я пытался подгадать к концу вашего рабочего дня и закончил пораньше.
– Но торговые центры еще работают, – вмешалась доктор Кан.
– Этот торговый центр ты себе даже представить не можешь. Не лезь, – отрезала Джису.
– Я уж точно лучше тебя в торговых центрах разбираюсь. А кто это? Не познакомишь нас? – Доктор Кан кокетливо посмотрела на Тэхена.
– Тебя вызывают. Кажется, это срочно, – сказала Джису, указывая на карман ее халата.
– Я не взяла с собой телефон. Меня зовут Кан Мин А. Я подруга доктора Ким. Приятно познакомиться, – проговорила доктор Кан, сделав шаг в сторону Тэхена.
– Меня зовут Ким Тэхен. Я – парень доктора Ким. Рад познакомиться, – аккуратно ответил Тэхен, сделав два шага назад.
– Не стоит слишком радоваться, – пробубнила себе под нос Джису.
– А, так вы тот самый парень, про которого ходят слухи... – недовольно ответила доктор Кан.
– Я пошла домой, – сказала Джису, после чего передала карты медсестре, схватила за руку Тэхена и быстрым шагом направилась к лифту.
– Рад познакомиться? Рад познакомиться?! С чего бы это? Чему тут радоваться? С ума все посходили, – сердито ворчала Джису. К счастью, в лифте они были одни.
– Вы это обо мне? – спросил Тэхен.
– Нет. Это я о той лисице.
– Кажется, я пришёл в неподходящий момент – покачал головой Тэхен.
Лифт остановился на первом этаже.
– А вы сразу не поняли, что мы далеко не друзья? Я так старательно показывала, что ненавижу ее, но вам нужно было познакомиться. Вы же такой скрупулезный человек, имеете дело с минами, но не понимаете элементарных вещей? – бухтела Джису, первой выйдя из лифта.
– Вы что, ревнуете? Если бы вы знали, кого я сейчас встретил, то не стали бы так себя вести.
– И кого же? Председателя, что ли? – без задней мысли спросила Джису.
– Да.
– Вы не поранились? Я так переживала. Вы хотя бы поели? Как же так, даже не поели. Пойдемте, я что-нибудь вам куплю. – Джису внезапно заговорила нежным голосом и потопала вперед.
– Неподходящий момент продолжается.
– Ух ты, посмотрите, какой красивый фонтан. Это стиль рококо? – воскликнула Джису, глядя на фонтан, стоявший перед входом в больницу. Она видела его каждый день на протяжении последних десяти лет.
– Да стойте вы. Давайте обсудим председателя поподробнее, – сказал Тэхен, следуя за кружившей вокруг фонтана Джису.
– Вау, смотрите, как свет меняется.
– Вау, смотрите, как выражение лица меняется. Стойте, я вам говорю. – Тэхен поймал Джису за руку.
– Зачем? Что там подробно обсуждать?
Джису резко развернулась, чуть не врезавшись носом в лицо Тэхена. Он поднял руку и положил ладонь на шею девушки.
– Что вы делаете? – спросила Джису, отпрянув.
– Думаю, что с размером я угадал, так что должно подойти. Я купил подарок. – Тэхен достал из кармана коробочку для украшений и протянул девушке.
– Вы сейчас размер моей шеи измеряли? Хотите задушить? – удивленно спросила Джису, принимая коробку и открывая крышку. В коробочке была цепочка с подвеской в виде снежинки.
– Просто захотелось прикоснуться к вам. – Тэхен взял цепочку и надел на шею Джисв. – Нас ждут Лиса с Чонгуком. При них дарить было бы неловко. Красиво.
– Обычно сначала спрашивают: «Вам нравится?»
– Вам нравится?
– Да! Очень красиво!
– Прекрасно, – рассмеялся Тэхен.
– Тогда идем. Только я не из тех женщин, которые за подарок готовы все забыть.
– Конечно. Хоть вы и улыбнулись.
– Это правда, – продолжала твердить Джису, не переставая улыбаться.
Так в спорах и пререканиях пара добралась до места встречи – бранч-кафе с широкой террасой. Лиса и Чонгук приехали раньше и заняли столик, Джису и Тэхен приветственно им помахали. Две пары сели друг напротив друга. Подошел официант, принес воду и меню и, явно узнав парней, сказал:
– Давно не виделись. У вас новые девушки?
Лица Джису и Лисы застыли.
– В прошлый раз они были с волком и кроликом. С плюшевыми – лукаво улыбнулся официант и ушел.
– Когда вы сюда приходили? И что еще за плюшевые игрушки? – спросила Лиса, сделав глоток воды.
– Однажды мы чуть не погибли в драке двое против семнадцати, потому что твоему парню приспичило отыскать телефон с твоими фотографиями. Это была самая тяжелая битва в моей жизни, – ответил Тэхен.
– Какие такие фотографии? Ты же все удалил! – Лиса схватила телефон Чонгука и открыла папку с фотографиями.
– Я не говорил, что там фотографии Лисы – рассердился на Тэхена Чонгук.
– Это была не очень почетная, но славная битва. Да-да, та самая, что произошла перед траурным залом больницы «Хэсон». – Тэхен ослепительно улыбнулся Джису.
– А, та драка, которую я видела? На скрытых камерах? – вспомнила Джису и легонько стукнула Тэхена по ноге.
– Если подумать, это была наша первая встреча. – Тэхен протянул Джису кулак, изображая хипхопера.
Джису широко улыбнулась и тоже протянула кулак.
– Серьезно? Здесь нет моих фотографий? Но как ты мог удалить абсолютно все мои фотографии? А это что такое? Ты подрабатываешь втайне от меня? Машинами торгуешь? – спросила Лиса, пролистав всю галерею.
Тэхен и Джису с любопытством взглянули на экран телефона. Вся галерея состояла из автомобильных номеров.
– И правда, что это? Мы из-за этого рисковали своими жизнями? – спросил Тэхен, закашлявшись от абсурдности ситуации.
– Для меня это фотографии Лисы, – ответил Чонгук, забирая телефон.
– У меня желтое лицо? – Лиса недоуменно уставилась на Чонгука.
– Я ничего не понимал в свиданиях, поэтому каждый раз мы с Лисы пили. Разумеется, выпив, я не мог подвозить ее до дома, и приходилось вызывать такси. Это автомобильные номера тех такси. Все фотографии, на которых мы вдвоем, я удалил. А эти не смог, уговаривая себя тем, что на них нет Лисы... Поэтому и хранил, – объяснил Чонгуе, ласково взяв Лису за руку.
Девушка часто заморгала, готовая разрыдаться.
– О! Старший сержант Чон, вы такой крутой, – растрогалась Джису, захлопав в ладоши.
– Кажется, я только что снова влюбилась, – мило произнесла Лиса, положив голову на плечо Чонгуку.
– Вы не забыли, что вы тут не одни? – пробурчал Тэхен.
– Кстати, Лалиса, ты знаешь пароль от телефона Чон Чонгука? – внезапно спросила Джису.
– Да, я сама его поставила. Этот мужчина думает, что это единственный возможный вариант, – гордо ответила Лиса.
– При покупке телефона дают маленькую книжечку. Там подробно расписано, как им пользоваться. – Тэхен посмотрел на Чонгука с жалостью.
– Не важно. Для меня в этом мире возможен лишь один пароль, – ответил Чонгук, положив руку на плечо Лисы.
– Мы пойдем, – подмигнув, сказала Джису.
– А мы еще не ушли? – поддержал Тэхен.
Джису, не удержавшись, рассмеялась. Лиса с Чонгуком и даже Тэхен тоже громко расхохотались. Эти четверо не собирались скрывать свои чувства, они были совершенно счастливы. Они ели и пили кофе, обсуждали серьезные темы, но при этом находили место для шуток.
Осень потихоньку вступала в свои права, и их любовь с каждым днем становилась все крепче.
Этим вечером Чонгук, проводив Лису, приехал домой и сел за стол. На столе лежало заявление об увольнении. Он написал его сразу же, как вернулся в Корею, но так и не подписал. И дело было не в том, что он сомневался в своем решении. Он просто хотел еще хотя бы недолго побыть военным. В смятенных чувствах он посмотрел на форму, которая висела на стене. Он выбрал судьбу военного, когда бросил школу и бродил по темным закоулкам жизни, не зная, чем заняться. Да, трудностей было много, но пользы этот выбор принес все же больше. Прими он тогда другое решение, он бы никогда не встретил таких друзей, как Тэхен, сержант Ким или младший сержант Чха. Но теперь он все это бросал. И все ради того, чтобы держать за руку любимую женщину. Чонгук уверенно взял ручку, будто то была рука Лисы, и заполнил последнее пустое поле заявления.
В комнате было темно, слабый свет исходил лишь от уличных фонарей. Ночь спускалась на землю, но через несколько часов она уйдет.
«Если исчезнет темнота, значит, наступило утро. Даже если уйду со службы, жизнь продолжится», – подумал Чонгук, положив заявление об увольнении в конверт и запечатав его. Отныне пути назад не было. Теперь единственным светом в жизни Чонгука была Лиса.
Чонгук отдал заявление руководству сразу же, как пришел на работу. Избегая сослуживцев, он бродил по тренировочной площадке. Новый день расцвел красками, а в его душе все еще царила темнота.
После обеда его вызвал к себе генерал-лейтенант Манобан. Открыв дверь и войдя в кабинет главнокомандующего, Чонгуе застыл: Лиса в обществе отца попивала чай.
– О? Я сорвала куш. – Лиса приветственно замахала рукой.
– Честь имею. Я пришел, потому что меня вызвали. – Чонгук отдал честь генерал-лейтенанту, но прежде взглядом поздоровался с Лисы.
– Я получил отчет. Выпьем чаю. Присядь, – резко сказал генерал-лейтенант Манобан.
– Спасибо за предложение, но в другой день и в другой обстановке, – ответил Чонгук, не желая говорить при Лисе.
– Ну что ж. Итак, ты принял решение? – Генерал-лейтенант Манобан откинулся на стуле, достал что-то из ящика и положил на стол. Это была папка с документами.
– Что это? – спросила Чонгук, схватив документы.
– Заявление об увольнении Чон Чонгука – уверенно ответил генерал-лейтенант Манобан.
– Папа!.. – Лиса уронила документы на пол.
– Да, это так. Я уйду со службы, – решительно сказал Чонгук.
– Ты в самом деле это сделал? Ты заставил его бросить службу? Но ведь я так тебя упрашивала! – набросилась Лиса на отца. – Лейтенант Манобан слышала наш разговор. Когда она была на грани смерти из-за вируса, она попросила об одолжении, поставив свою жизнь на кон. Попросила дать тебе одобрение, если она выздоровеет. Позволить тебе остаться на службе, – объяснил Чонгуку генерал-лейтенант Манобан.
– Это договоренность между вами и лейтенантом Манобан. Ко мне она отношения не имеет, – упрямо ответил Чонгук.
– Чон Чонгук! – выкрикнула Лиса с дрожащими губами, чувствуя, что ее предали.
– Мой выбор – лейтенант Манобан. Если за этот выбор нужно будет заплатить, я с радостью это сделаю. Я оставлю службу. – Чонгук был непоколебим.
– Кто так решил? Нам нужно поговорить. Выйдем, – сказала Лиса, поднимаясь, и вышла из кабинета.
– Я могу идти? – уважительно поинтересовался Чонгук и встал.
Генерал-лейтенант кивнул. Чонгук тактично отдал честь и покинул кабинет.
Лиса стояла на улице и, ужасно нервничая, ждала Чонгука. Чонгук ненадолго остановился, сделал глубокий вдох и медленно направился к девушке.
– Как ты мог так поступить? Как ты мог так об этом мне сообщить? Как? – кричала Лиса с покрасневшим от злости лицом.
– Я понимаю, что ты чувствуешь... – сказал Чонгук, попытавшись приблизиться к девушке.
– Это неправда. Если бы понимал, никогда бы так не поступил!
– Я принял это решение, чтобы быть с тобой. Думаешь, мне оно легко далось?
– Нелегко. Знаю. Но как же я? Думаешь, мне было легко? Давать обещание отцу ценой собственной жизни, когда я была на пороге могилы. Думаешь, мне легко было игнорировать собственную совесть?
– Тогда зачем ты это сделала?
– Потому что ты постоянно сбегал. Где ты был, пока я сражалась с отцом? Ты же постоянно убегал! Ты должен был быть рядом. Ты должен был сражаться вместе со мной! А ты? Может, я для тебя просто шутка? Ты не сказал ни слова, ничего не обсудил со мной...
– Я пытался, я много раз пытался! Да, я сбегал и не отвечал на звонки, но только потому, что ты не хотела меня слушать. А теперь еще эта просьба отцу... Или это шутка такая? Может, я вообще для тебя просто шутка?
– Как ты можешь такое говорить? Я хотела, чтобы папа понял...
– Значит, ты правда не воспринимала меня всерьез. Мне нужно не понимание, а признание! Я хочу, чтобы главнокомандующий выбрал меня не потому, что об этом попросила его дочь, а потому, что я – это я! Я пытался доказать, что могу сделать все ради его дочери, вот почему нужно выбрать именно меня. Но если главнокомандующий выберет меня только потому, что этого хочет его дочь, то я в этом не участвую.
Резкость Чонгука ранила душу Лисы.
– Хорошо. Не нужно. Давай прекратим. – Лиса разрыдалась. – Если тебе настолько некомфортно со мной, то будь счастлив в одиночестве. Это я искренне.
Джису никогда не была большой поклонницей торговых центров. Работа и дом составляли всю ее жизнь, поэтому девушка не тратила на шопинг больше одного часа. В ее представлении, в торговых центрах задорого продавались вещи известных брендов, но все то же самое можно было купить на рынке. Теперь слова «торговый центр» вызывали у нее другие мысли, ведь ее мужчина время от времени пропадал в таких местах. Но требовался ему там не толстый кошелек, а полная обойма патронов. И каждый раз девушка нешуточно переживала.
Несколько часов назад Тэхен прислал сообщение, что отправляется в торговый центр. В ответ она пожелала ему остаться невредимым и поскорее возвращаться; ее же ждал нескончаемый поток пациентов в отделении неотложки. В этот день случилось множество аварий, и Джису была страшно занята, но время от времени она думала о Тэхене. Она приняла твердое решение забыть обо всем и поверить любимому.
Джису стояла у стойки регистратуры и заполняла карты пациентов. С громким воем сирены перед отделением остановилась машина скорой помощи. Джису сразу же бросилась к ней.
– Огнестрельное ранение! – крикнул врач скорой помощи, выкатывая носилки.
У Джису мороз побежал по коже. Лишь увидев человека на носилках – мужчина лет тридцати со шрамом на лице, – девушка успокоилась. Но тут приехала еще одна скорая, и тоже с огнестрельным. Мужчина был ранен в плечо и бедро, повязки пропитались кровью. Девушка подошла ближе, чтобы проверить его зрачки, и закричала. Это был Тэхен.