3.
дни юного студента тянулись, как бесконечная кинолента, зацикленная на одном и том же кадре.
утро начиналось с надоедливого звонка будильника, затем спешка в университет, лекции, которые сливались в единое гулкое эхо, и возвращение домой, где стены давно перестали казаться родными. этот цикл повторялся снова и снова, как заезженная пластинка, и только редкие ссоры с отцом нарушали монотонность, внося в его жизнь оттенки раздражения и горечи.
так незаметно пролетела неделя. парень и сам не заметил, как она ускользнула сквозь пальцы, оставив после себя лишь ощущение усталости. за эти шесть дней его мысли не разу не возвращались к тому голубоглазому мужчине, чей образ мелькнул перед ним всего на мгновение неделю назад. будто его и не было. как сон, что исчезает на рассвете, оставляя лишь лёгкий шлейф забвения. может, он действительно забыл?
на календаре светилось воскресенье — еще один день, пролетевший в привычном ритме. антон отработал свою смену с 10 утра до 9 вечера, и такой график был для него вполне удобным. он не любил ни слишком ранние подъемы, ни поздние возвращения, а этот режим позволял и выспаться, и вечером уделить время себе.
как обычно, закончив работу, он отправился домой. морозы с каждым днем становились все злее, сковывая улицы ледяным панцирем, но сегодняшний вечер немного выделялся. с неба падал легкий, почти невесомый снег. он кружился в воздухе, словно ленивые пушинки, медленно оседая на шарфах прохожих и укрывая тротуары мягким белым ковром.
антон поежился, сильнее втянул голову в воротник куртки и ускорил шаг. однако, проходя мимо знакомого магазина, он вдруг решил заглянуть внутрь — все равно дома почти ничего не осталось. в тепле супермаркета стало немного уютнее, и он сразу направился к полке с лапшой быстрого приготовления. взяв пару пачек «Доширака», он отправился дальше — к отделу с холодным чаем.
остановившись перед яркими бутылками «Липтона», Антон на мгновение задумался. персиковый? лимонный? может, взять зеленый? его взгляд бегал по разноцветным этикеткам, а в голове крутился вечный вопрос — что лучше подойдет под этот морозный вечер?
студент вдруг уловил боковым зрением неясную фигуру, стоящую всего в метре от него. незнакомец словно возник из ниоткуда, бесшумный и уверенный в своем присутствии.
едва повернув голову, парень замер, а его глаза слегка расширились от удивления. эти черты лица он узнал мгновенно. он видел их всего один раз, но почему-то запомнил навсегда, будто они были вырезаны в его памяти. эти чертовы голубые глаза — слишком яркие, слишком живые, слишком особенные, чтобы спутать их с чьими-то еще.
это был он. тот самый мужчина, которого студент заметил в университете. высокий, с темными, слегка растрепанными волосами и мягкой, почти ленивой улыбкой на губах. он не говорил ни слова, просто смотрел прямо на него, словно ожидал какой-то реакции.
зеленые глаза студента метались по его лицу, по линиям подбородка, очертаниям плеч, движениям груди при каждом вдохе. что-то в нем притягивало, не позволяло отвести взгляд, не позволяло даже моргнуть. странное ощущение — словно время замедлилось, оставляя в мире только их двоих.
но затем разум наконец перехватил управление. осознав, что уже слишком долго разглядывает брюнета, студент резко отвел взгляд. схватив первую попавшуюся бутылку с напитком, он быстрым шагом направился прочь, стараясь не оглядываться.
дойдя до кассы, он выложил свои покупки, но внутреннее беспокойство не отпускало. почти машинально он несколько раз бросал короткие взгляды назад — проверяя, стоит ли мужчина все еще там.
сложив все покупки в пакет, Антон вышел из магазина, вновь окунаясь в ледяное объятие зимнего вечера. мороз мгновенно ударил в лицо, пробираясь сквозь ткань одежды, заставляя его плотнее сжаться в куртке. он не поднимал глаз, уставившись в землю перед собой, но мысли его были далеко. в голове вновь вспыхнул образ мужчины — эти пронизывающие голубые глаза, слишком выразительные, слишком запоминающиеся.
он шагал вперед размеренным, неторопливым шагом, пока вдруг сзади не раздался голос:
— постой!
Антон вздрогнул. его сердце на мгновение замерло, прежде чем рухнуло куда-то вниз. он не хотел оборачиваться, но тело сработало быстрее разума. он развернулся — и да, это был он.
тот же самый мужчина.
он шел в его сторону, неспешно, совсем спокойно.
Антон не думал, не анализировал. его тело снова сработало первым. парень резко отвернулся, стиснул зубы и ускорил шаг, направляясь в сторону дома. холодный воздух обжигал легкие, но сейчас это волновало меньше всего.
однако мужчина не отставал. он не просто следовал за ним — он подстраивался под его ритм, ускорялся вместе с ним, словно играл в молчаливую погоню.
Антон не решался обернуться. Инстинкт подсказывал: не оглядывайся, просто иди. но ноги уже не просто шли, шаги становились все быстрее, переходя в стремительный темп. а затем, когда напряжение в груди достигло пика, он окончательно сдался инстинктам.он побежал.
добежав до дома, Антон резко остановился, тяжело дыша, а затем, почти панически, начал оглядываться. его взгляд метался по пустому двору, выискивая хотя бы намек на преследователя. но никого. ни мужчины, ни случайных прохожих — даже ветер, казалось, замер в ожидании.
пальцы лихорадочно нырнули в карманы куртки, нащупывая ключи. блять, блять, блять. их нигде не было.
в груди неприятно сжалось, но он заставил себя дышать ровнее. Антон еще раз оглядел старый двор, внимательно вглядываясь в темные окна и неосвещенные углы. никакого движения. мужчина исчез так же внезапно, как и появился.
глубоко вздохнув, он снова проверил карманы, но уже спокойнее. все та же пустота. лишь телефон и помятая пачка сигарет глухо перекатывались внутри.
— сука.
тихо выдохнул он, прикрыв глаза на мгновение.
Антон неторопливо двинулся в сторону старого двора, пряча озябшие руки в карманы. в голове гулко отдавался стук собственного сердца, а дыхание все еще оставалось сбивчивым после бега.
под ногами хрустел укатанный снег, а тишина вокруг была почти осязаемой. ни звука, ни движения — лишь редкие порывы ветра, шевелящие голые ветви деревьев. Антон тихо шмыгнул носом и на автомате провел рукавом по холодному кончику.
добравшись до качелей, он тяжело опустился на холодное металлическое сиденье. ветер слегка раскачивал старую конструкцию, и та отозвалась жалобным скрипом, будто недовольно протестуя. Антон попробовал пошевелиться, чуть сильнее оттолкнувшись ногами от земли, но качели лишь скрипнули громче, словно напоминая о своем возрасте.
он замер, опустив голову и глядя в треснутый асфальт под ногами. оставалось только ждать. надеяться, что кто-то из соседей случайно выйдет или вернется домой и впустит его в подъезд.
вокруг стояла тишина. лишь изредка где-то вдалеке хлопала дверь или проносился порыв ветра, но двор оставался пустым.
спустя несколько минут тишину зимнего вечера нарушил приглушённый хруст снега — кто-то приближался. шаги становились всё отчётливее, ритмично разрезая морозный воздух, и сердце Антона забилось быстрее. он не двигался, только слушал, как этот звук всё настойчивее пробирается сквозь царившую вокруг тишину. и вот — прямо перед ним остановились тёмные зимние кроссовки, врезаясь в рыхлый снег.
Антон медленно поднял голову. да, именно тот самый мужчина. всё тот же пристальный, пронизывающий взгляд ледяных голубых глаз, который буквально впивался в парня, словно стараясь прочитать его мысли. его рот был приоткрыт, тяжёлое дыхание вырывалось наружу горячими клубами пара, растворяясь в холодном воздухе.
— ты так быстро деранул, — произнёс мужчина, всё ещё переводя дух после пробежки, но в голосе его сквозило странное спокойствие. — я уж думал, что лёгкие выплюну.
он смотрел на Антона с лёгкой усмешкой, но в глубине этих глаз читалось полное спокойствие.
когда Антон сорвался с места, убегая от мужчины и даже не оглянувшись, им двигал лишь страх. ведь не каждый день кто-то внезапно бросается за тобой в погоню, да ещё и выкрикивает в спину настойчивые просьбы остановиться. разве мог он тогда думать о чём-то, кроме паники, захлестнувшей его разум?
но теперь, глядя в эти спокойные, удивительно мягкие голубые глаза, страх понемногу отступал. в них не было угрозы, лишь какое-то странное, почти невесомое понимание. Антон почувствовал, как напряжение, сковывавшее его плечи, медленно растворяется. может, и правда, стоит отпустить сомнения?
после нескольких коротких секунд тишины, наполненной лишь приглушенным дыханием и едва слышным скрипом снега под тяжестью зимнего воздуха, мужчина первым нарушил молчание. его голос прозвучал спокойно, без намека на укор или осуждение, словно простой факт, вынесенный на обсуждение.
— не твое ли, случайно? — произнес он, протягивая вперед ладонь, в которой лежала небольшая связка ключей.
металл поблескивал в свете фонарей, а на одном из ключей красовался знакомый брелок. видимо, он выронил их, когда выходил из магазина, даже не заметив потери.
парень молча протянул руку, осторожно принимая свои ключи с прохладной ладони мужчины. на мгновение их пальцы едва ощутимо соприкоснулись, прежде чем он быстро спрятал находку в карман куртки, словно опасаясь, что потеряет их снова.
— спасибо, — произнес он почти шепотом, голос его прозвучал глухо и неуверенно, как будто слова застряли где-то в горле.
мужчина молча протянул ключи, и, когда они исчезли из его ладони, он сунул руки в карманы, словно подчеркивая свою уверенность и отсутствие спешки. его поза была расслабленной, но взгляд цепким, изучающим. он явно не собирался уходить.
на мгновение воцарилась пауза, во время которой мужчина, прищурившись, внимательно всматривался в лицо молодого парня. казалось, он пытался поймать ускользающее воспоминание, удержать его, соединить с чем-то знакомым. затем, чуть склонив голову набок, он наконец заговорил, в голосе звучала задумчивость, смешанная с искренним интересом:
— по-моему, я тебя уже где-то видел…
Антон не отвел взгляда, не смутился, но внутри него что-то шевельнулось. он лишь внимательно наблюдал за мужчиной, давая тому возможность продолжить. на его лице читалось молчаливое ожидание, но и скрытая любознательность — любопытно же, куда заведет этот разговор.
мужчина на секунду отвел взгляд, но тут же вновь вернулся к нему, и в глазах его мелькнула искра узнавания. казалось, нужное звено в цепочке воспоминаний наконец встало на свое место. уголки его губ дрогнули в подобии усмешки, и он, не испытывая ни малейшего стеснения, с полной уверенностью произнес:
— а, ну конечно. это же ты, тот самый парень, который в университете у лестницы пялился на девушку. я прав?
сказано это было так, будто он лишь утверждал очевидный факт, а не спрашивал. в его голосе не было ни упрека, ни насмешки — только спокойная уверенность человека, который отчетливо помнит увиденное. мужчина слегка наклонил голову, продолжая изучающе смотреть на Антона, словно проверяя, как тот отреагирует на его слова.
парень лишь тихо хмыкнул, услышав слова мужчины, и, чуть склонив голову, ответил с невозмутимым спокойствием:
— вообще-то, я не пялился, а просто смотрел. это, во-первых. А во-вторых, возможно, это действительно был я.
в его голосе не было ни смущения, ни оправдания — только сдержанная уверенность. и все же, несмотря на внешний спокойный тон, что-то в этом разговоре его развеселило. он даже не сразу понял, что за последние несколько дней, полных суеты и забот, это была его первая улыбка. пусть легкая, едва заметная, но все же настоящая.
мужчина же лишь снисходительно хмыкнул в ответ, усмехнувшись уголком губ. в его взгляде сквозила мягкая, почти дружеская насмешка, но и явное одобрение — словно ему было интересно наблюдать за этим парнем, разгадывать его характер, проверять, как тот будет реагировать.
— ну-ну… — протянул он, чуть прищурившись, а затем, сменив тон на более непринужденный, спросил:
— могу ли я поинтересоваться, откуда наш многоуважаемый студент идет домой в такое время? сегодня ведь воскресенье, выходной, вроде-бы.
в его голосе слышалась легкая ирония, но в то же время искреннее любопытство.
парень даже не знал, что ему ответить. вроде бы можно было бы поддержать разговор, продолжить диалог, но с другой стороны — перед ним стоял почти незнакомый человек. стоит ли тратить на это силы?
а сил у него, честно говоря, почти не осталось. все тело налилось усталостью, в висках неприятно ныло, а мысли текли медленно, неохотно, словно их затянуло в густой туман. он вздохнул, на секунду задержав взгляд на мужчине, а потом, слегка понизив голос, устало произнес:
— я иду после работы. и, если честно, планирую хорошенько отдохнуть, так что… извините, но мне пора.
говоря это, он поднялся с качели, движение было ленивым, неохотным. он подцепил пакет с продуктами, чуть поправил его в руке и уже сделал шаг вперед, готовясь уйти, но перед этим коротко взглянул на мужчину.
тот лишь слегка улыбнулся, не проявляя ни обиды, ни разочарования, будто изначально знал, что разговор получится коротким. но интерес в его глазах никуда не исчез, он продолжал внимательно, почти задумчиво смотреть на парня, словно подмечая в нем что-то новое.
— ну, до встречи тогда, — спокойно сказал мужчина, кивая ему вслед.
парень не ответил, только молча пошел дальше, а ощущение чужого взгляда еще какое-то время сопровождало его, пока не растворилось в ночной тишине.
когда Антон поднялся домой, его сразу же охватило удивление — в квартире было непривычно тихо. ни пьяных разговоров, ни громкого, неприятного смеха, который обычно раздавался из кухни и раздражал его до зубного скрежета. это была та редкая тишина, которая приносила не тревогу, а облегчение. видимо, отца не было дома. и это было только плюсом.
скинув тяжёлую куртку и стянув с ног кроссовки, парень неспешно направился на кухню. движения его были механическими, почти автоматическими — за долгие годы он привык к определённому порядку действий, которые сопровождали его вечера. первым делом он протянул руку к чайнику, наполнил его холодной водой и поставил на плиту. металл отозвался тихим стуком, вода внутри ещё не зашумела, но Антон уже занялся следующим шагом: достал из пакета упаковку дешёвой лапши, привычным жестом распечатал её и высыпал макароны в глубокую тарелку.
пока чайник медленно нагревался, издавая всё более отчётливый гул, Антон воспользовался паузой, чтобы переодеться. он сбросил повседневную одежду, в которой ходил на пары, и натянул старую, но до боли уютную футболку с чуть выцветшим принтом и мягкие, давно разношенные спортивные шорты. домашняя одежда всегда давала ему ощущение спокойствия, пусть и небольшого, но столь необходимого в его жизни.
вернувшись на кухню, он залил лапшу кипятком, выждал пару минут, затем добавил специи и размешал. вскоре он уже сидел за столом в своей комнате, тихо прихлёбывая холодный чай и поедая горячую лапшу. простая, почти рутинная трапеза почему-то приносила удовлетворение. этот вечер казался спокойнее, чем многие другие. в голове ещё крутились события дня, но особенно ярко всплывала неожиданная встреча с мужчиной. она оставляла в душе странный, едва уловимый осадок — не тревожный, но заставляющий задуматься.
после ужина Антон не торопился ложиться спать. он немного посидел, уставившись в экран телефона, бездумно листая ленту, но вскоре понял, что глаза начинают слипаться. с зевком поднявшись, он направился в ванную. тёплая вода приятно растекалась по телу, смывая усталость, позволяя немного расслабиться. на несколько минут он просто стоял под душем, вслушиваясь в шум падающих капель, ощущая, как горячий пар окутывает его лицо.
когда он наконец вернулся в свою комнату, там было тихо и темно. антон рухнул на кровать, устремив взгляд в потолок. в полутьме ему вдруг показалось, что в комнате стало как-то уютнее, чем раньше. что-то странное, почти забытое, шевельнулось внутри него. незаметно для самого себя он ощутил, как уголки его губ слегка приподнялись. лёгкая, призрачная улыбка коснулась его лица.
он уже давно не улыбался.
можно ли было назвать это каким-то достижением?
возможно.
***
вся информация о выходе глав:
https://t.me/imrotgkmeni (тгк)