Втроём. Роман 18+

После селфи с подвыпившей Рин я отправил девушку в ванную, чтобы она умылась и стёрла свой потёкший макияж. Но когда звук текущей воды из-под крана затих, раздалось шипение душа. Похоже, что моя гостья решила полностью освежиться. Это даже лучше. Решив помочь ей поскорее прийти в себя, я заварил ароматный листовой чай, пока она принимала водные процедуры. И когда Рин вышла в моём халате, посвежевшая и даже с мокрыми волосами, на кухне её ждал приятный сюрприз.

— О, как приятно, — улыбнулась брюнетка, увидев чашку с чаем. — Я почти протрезвела, а сейчас вообще буду в порядке. Как же хорошо избавиться от платья!

— Ты даже голову помыла. А фена-то нет, — отметил я.

— А — высохнет! — махнула она рукой, присаживаясь на табуретку.

Я же встал, подошёл к ней сзади и начал расправлять её длинные волосы, подкидывая их на ладонях, чтобы они быстрее просохли.

— О, у меня тут даже личный стилист нашёлся, — весело прокомментировала Рин, но останавливать меня не стала. — Чувствую себя, как со своей Галей, которая мне причёски мутит. Прям сразу о бабских секретиках потрещать захотелось.

— Секреты у нас с тобой — больная тема, — вздохнул я.

— Ну хоть о чём-то нам можно посплетничать! Хочешь, расскажу, какой длины у Вити член? Хотя, это, наверное, мерзко...

— Лучше поделись, как ты собралась ему мстить.

— О-о-о! Способов много! Но нужно ударить в самое больное место, — завелась Рин. — Моей первой мыслью было пустить по девочкам слух, что у меня после ночи с ним высыпания начались, и даже к венерологу пришлось сходить. Это очень жестокий, но, на самом деле, избитый приём. Любовники в ссоре часто наговаривают друг на друга в таком ключе. Опытные девчонки меня сразу выкупят. Поэтому я решила, что самая лучшая брехня — это правда. Скажу им, как есть: что Витя не понравился мне в постели, и я призналась ему в этом, а он из мести решил меня публично унизить. Пусть знают, что если с ним трахаться, то добром это не кончится. Ну и, конечно, сделаю упор на то, что любовник он так себе. И это, кстати, тоже правда! А ему самому... О-о-о, я выскажу ему такие вещи, от которых его раздутое самомнение говном истечёт! Я уже подобрала несколько острых фраз. Тебе процитировать?

— Не надо, — отказался я. — Что подружкам решила рассказать правду, это я хвалю, молодец. А устраивать с ним разборки не стоит.

— Ну как же...

— Он тебя обидел — он извинился. Пускай и не искренне. Теперь, когда ты его встретишь, веди себя с ним сугубо в рабочем порядке и больше не переходи на личности. А если он попробует тебя задеть, и тебе захочется вломить ему, то запоминай: сделаешь спокойное лицо и скажешь ему, что я просил тебя трогать его.

— Чего?!

— Вот именно того. Так и говоришь: «Витя, мне хочется тебя раздавить, как клопа, но Илья просил тебя не трогать. Так что живи и не мешайся мне больше».

— Да он поржёт надо мной после таких слов! Я себя дурой выставлю! — возмутилась Рин.

— Просто доверься мне. Это мужская психология. Да и вообще, тролль всегда трогает тех, кто на него реагирует. Перестанешь ему отвечать — он сам рано или поздно отстанет.

— Да ты что?! Если я ему скажу твою фразу, он заявит мне, что я под тебя прогнулась и, как собачонка, выполняю твои приказы!

— Именно. И это будет означать, что со мной у тебя большая эмоциональная связь, а с ним, соответственно, минимальная.

— Не поняла.

— Говоря проще, ты стала принадлежать мне, а с ним тебя больше ничего не связывает. Типа ты меня во всём слушаешься, а с ним даже собачиться не хочешь — настолько он для тебя никто, — объяснил я.

— Это уже какая-то игра в доминирование. Напомни, какое там у нас там стоп-слово? Я не подписывала контракт, что принадлежу тебе.

— Да не нужно никакого контракта — главное, чтобы он именно так это понял. Тогда он осознает, что потерял влияние над тобой и проиграл мне как мужчина. Это для него будет больнее, поверь, чем то, что ты разгонишь его маленький гарем.

— Правда? Ну, если так, то я согласна побыть твоим пассивом. Но только в глазах Вити! В постели я всё так же буду делать, что хочу! — заявила девушка.

— Хех, как будто в мире найдется хоть один доминант, который сможет тебя приручить.

— Верно-верно! Мужики больше мною не рулят! Но тебя я послушаюсь — чисто ради эксперимента. Очень хочется проверить эту вашу «мужскую психологию».

Закончив с её волосами, я зевнул. После такого сложного дня хочется поскорее вытянуться в постели и заснуть, и время уже — час ночи.

— Идём спать? — предложил я.

— Да. Где там твоя дежурная майка для любовницы?

И впервые за наш недолгий роман мы с Рин просто легли в постель, укрылись одеялом, обняли друг друга, пожелали спокойной ночи с коротким поцелуйчиком и уснули. Это было так умиротворяюще, что мои последние мысли перед провалом в сон были именно о том, как прекрасно засыпать с девушкой без страсти и похоти.

Когда вы занимаетесь сексом перед сном, то ваши отношения легко можно объяснить вожделением и погоней за удовольствием. А если вы получаете удовольствие от простого засыпания друг с другом, то это уже чувства. И как там было в том стихотворении: в постель ложиться можно с кем угодно, а просыпаться хочется с любимым. Как-то так, вроде.

***

Утром я проснулся от приятных ощущений. Пожалуй, каждый парень хотел бы пробудиться от того, что красотка с модельной внешностью массирует нежными пальчиками его стояк. Я лежу на спине, Рин — рядом со мной на боку. Она откинула одеяло, освободила мой член из плена трусов и устроила ему сеанс массажа. Девушка так увлечена, что далеко не сразу заметила мой открывшийся глаз.

— О, доброе утро! — радостно сказала она. — Давно я не видела утреннего стояка. Твой дружок сейчас кажется даже больше, чем когда мы занимались сексом. Кто-то вчера не разрядился и сегодня требует реванша?

— Это просто физиология, женщина... — спросонья ответил я. — Но такой подарок с утра — это очень круто. Не знаю даже, как тебя отблагодарить.

— Я не могла пройти мимо такого крепыша. Он даже из-под одеяла звал меня, просил о помощи. А девичье сердце полно сострадания, знаешь ли. Как же я могла не помочь? — наигранно продолжила модель. — Ничего, сейчас мы ещё заставим его кончить...

— Это не так-то просто будет сделать с утра... — предупредил я.

— Вызов принят! — ответила Рин.

И с ехидной ухмылкой переместилась пониже, чтобы взять мой член в рот.

О, да... Утренний минет — это что-то из разряда фантастики. Настоящее королевское пробуждение. Стоит признать, по ощущениям, он мало чем отличается от обычного, но сам факт, что ты проснулся, и твои первые впечатления именно такие, заставит любого мужика почувствовать себя баловнем судьбы. Можно не иметь собственного особняка, дорогой машины и шестизначных цифр на счету, но если тебе сосут, когда ты только открыл глаза, то ты — однозначно король.

Сначала язычок Рин облизывал головку моего члена со всех сторон, а потом девушка попробовала заглотить моего солдатика как можно глубже. Её рука при этом скользнула на яйца и начала аккуратно массировать их. Затем её пальчики устремились ещё чуть пониже и надавили мне на место прямо под мошонкой... Невероятно! Она и об этом знает? Насколько же она хорошо успела изучить мужскую физиологию? И на ком, если у неё было мало любовников? Но я не могу сейчас об этом думать — мне слишком хорошо.

Ах, испытать все эти ощущения с утра — настоящее блаженство... Но про выдержку я не шутил. Хоть мой половой орган, и правда, очень крепок, но сам-то я только проснулся, и моё либидо ещё находится в полусонном состоянии. Поэтому, как бы там не старалась Рин — со всякими глубокими заглатываниями, лизанием уздечки и массажем под яичками, — а до оргазма мне ещё далеко. Прошло уже пять минут шикарного минета, а я, что называется, лежу бревном и только рефлексирую над приятными ощущениями. Хотя вид черноволосой русалки у моего «причала» тоже очень вдохновляющий. Ах, вот сейчас я жалею, что не могу снимать наш интим...

— Ты там снова уснул что ли? У меня сейчас челюсть отвалится, — наконец пожаловалась брюнетка.

— Я предупреждал, это непросто...

— Так значит, ты сейчас можешь долго не кончать, да? Тогда вставай и удовлетвори меня! Твой член так вкусно пахнет, что я возбудилась. Можешь сразу в меня войти, не лаская.

Ну вот, придётся всё-таки растрястись с утра... Но должен же я отблагодарить свою любовницу за эти чудесные несколько минут.

Я потянулся к тумбочке, достал презерватив и натянул его на свою готовую ко всему палку.

— Я не хочу особо двигаться, так что давай в твоей любимой позе, — заявила Рин, ложась рядом со мной на живот и раздвигая ноги.

Пристроившись к ней сзади, я попытался всунуть член внутрь, но что-то помешало ему войти.

— Что-то ты не совсем готова, — отметил я, тыкаясь снова и снова в бесплодных попытках.

— Ну, я влажная, но, может, тоже ещё не до конца проснулась, — сказала модель, уткнувшись лицом в подушку.

По всей видимости, она никак не собирается решать эту «проблему», свалив всё на меня. Пришлось самому наклониться к её промежности и, высунув язык, достать им до заветной щелочки. Получилось не очень, но Рин поняла мою задумку и немного оттопырила попку, чтобы мне было легче. Находясь в скрюченной позе, я несколько раз прошёлся языком по киске брюнетки, заставив её хозяйку немного постонать в подушку. Благо, можно не беспокоиться о стояке — он готов ещё долго ждать своей очереди.

— Похоже, мы оба помешаны на оральном сексе, — возбуждённо прошептала девушка.

Но я пока слишком занят, чтобы отвечать ей.

— Но это же так классно, согласись... — продолжила она. — Это как высшая форма... Привязанности... При любой возможности полизать своего партнёра...

Я на секунду прервался, чтобы аккуратно укусить Рин за попу. Иногда она болтает откровенные пошлости, но сейчас я с ней согласен. Я действительно готов приласкать её языком в любое время.

— Ай! Это что — кусь? — засмеялась модель, забавно дёрнувшись всем телом. — Смотри, не оставляй на мне следов. Вдруг моя следующая съёмка будет в бикини...

Наконец я посчитал, что дырочка брюнетки готова, и снова пристроился к ней для стыковки. На этот раз получилось со второй попытки. Мой член, который ждал слишком долго, кажется, возликовал от радости, оказавшись внутри тёплой и узенькой киски. Да и всему моему телу после неудобного куннилингуса весьма приятно принять эту позу. Вытянувшись и опёршись на попку Рин, я стал медленно двигаться, получая удовольствие не столько от толчков, сколько от ситуации в целом. Первое, что я делаю с утра, это трахаюсь, да ещё с такой красавицей.

— Утренний секс, и правда, особенный, — отметила девушка подо мной. — Тело ещё не такое чувствительное, и от движений не сносит башню... Можно даже спокойно поболтать в процессе...

— Ты действительно хочешь поговорить, или это я такой сонный, что не могу заставить тебя стонать?

— Да почему бы и не поговорить? По-моему, очень романтично обсудить что-нибудь, пока ты пялишь меня сзади... М-м-м... Можно воспринимать друг друга сразу в нескольких плоскостях...

— Ну, тогда задавай тему. А то я не могу думать ни о чём, кроме как о твоём чудесном запахе, — признался я, уткнувшись носом в её волосы.

— Окей. Скажи, тебе хорошо со мной?

— Что за вопрос такой? Ты же королева — уже забыла?

— Нет, я сейчас не про секс или внешность. Хорошо ли тебе со мной, как с девушкой? — переспросила Рин.

— В смысле, хотел бы я, чтобы у меня была такая девушка, как ты?

— Ну ты достал отвечать вопросом на вопрос!

— Так ты чётче формулируй. Да, мне весело и интересно с тобой, если ты об этом. Но хозяюшкой у плиты тебя трудно представить...

— Размечтался! Тебе вовек не сделать меня домохозяйкой! — выступила модель.

— Тогда в какой ещё ипостаси я должен рассматривать тебя как девушку? — уточнил я.

— Ну вот, если бы я вдруг по каким-то обстоятельствам перестала бы с тобой спать, ты бы проводил со мной время?

— Конечно.

— Ты даже не задумался...

— Именно. В этой ситуации скорость ответа — это тоже ответ.

— Умник... М-м-м... Да, вот этот угол хорош...

— Рин, ну а ты — общалась бы со мной без секса?

— Да... Но признаюсь... Это было бы очень грустно... Когда я просто общаюсь с тобой, ты мне кажешься хорошим парнем... Но когда мы вот так сливаемся вместе... Это нечто большее... Вчера я вдруг поняла, что мне даже становится стыдно называть тебя любовником... Это как-то принижает моё к тебе отношение... Ах, да! М-м-м... Думаешь, я втюрилась? Или это просто влечение...

— Мы это никогда не узнаем, пока будем вот так сладко трахаться... — сказал я.

Но трезво рассуждать мне становится всё сложнее. Каждое новое движение доставляет члену огромное удовольствие, и я уже начал двигаться более активно.

— Что ты имеешь в виду? Ах... Ах... — Рин, похоже тоже приближается к оргазму.

— Пока мы спим вместе... Нам в голову бьют гормоны... И может показаться, что это большое и сильное чувство... А если мы перестанем трахаться, но нас продолжит тянуть друг к другу, то да... Тогда это любовь...

— Ой, не произноси это слово... Когда мне начинали говорить про любовь, это всегда... Ах! Означало... Что меня хотят трахнуть и не более... Ах! Да!

— Слушай... Давай прервёмся ненадолго... В смысле, разговор прервём... Кончим, а потом продолжим... — предложил я. — А то всё, что мы сейчас скажем... Это лишь гормоны...

— Снова хочешь кончить вместе? — возбуждённо спросила девушка.

— Если получится... Скоординируй меня...

— Тогда давай жёстче! Вставь мне по полной, малыш... Чтобы прям искры из глаз...

И я поспешил увеличить амплитуду и силу толчков. Мой таз подпрыгивает на попке Рин, как на батуте. Она же уткнулась лицом в подушку и стонет прямо в неё. Кажется, даже закусила ткань от сильных ощущений. Моё же либидо окончательно проснулось и уже готово вырваться из меня мощным зарядом...

— Рин, я уже на пределе!

— Ещё чуть-чуть... Продержись... Я вот-вот... — ответила она, не поднимая головы.

Я набрал в грудь воздуха и сосредоточил все силы на том, чтобы не кончить, сохранив темп. Но сколько это дало мне секунд? Пять? Восемь? Наконец у меня настал такой момент, когда либо спустить всё, либо остановиться — третьего не дано.

— Ну же! Ещё нет?! — взмолился я.

— Кончай сам! Ах... Я не обижусь. Всё хорошо... Сделай это...

Я бы, с удовольствием, продержался бы ещё, но моё тело уже на пределе. Как хорошо, что Рин такая понимающая и не требует от меня подвигов. Испытав к ней сильное чувство благодарности, я позволил себе маленькую глупость. В момент оргазма, когда мой член сделал безопасный выстрел в недрах её живота, я наклонился к уху девушки и нежно прошептал: «Люблю тебя».

И тут с моделью произошло нечто странное. Она издала звук, похожий на рёв раненной самки... Даже не знаю, какого животного. Вцепившись ногтями в простынь она так сильно дёрнулась, что меня буквально подкинуло на ней. От этого импульса я даже вышел из её вагины и почти опрокинулся назад, но ноги вовремя нашли точки опоры, и я остался стоять на коленях. А прямо передо мной киска Рин сквиртанула на постель струей жидкости, оставив на простыне мокрое пятно. Ещё несколько секунд девушку били конвульсии, а потом она затихла.

— Рин, ты всё-таки кончила... — ошалело сказал я. — Ну почти вместе, здорово...

Но ответом мне был всхлип. После второго всхлипа я понял, что это не последствия оргазма — брюнетка откровенно плачет в подушку прямо передо мной.

— Что такое, Рин, тебе больно?

— Дурак... Козёл... — выжала она из себя. — Просила же такое не говорить...

— Да я не издевался... Я из благодарности... Или, знаешь, как это бывает — любить кого-то в этом моменте. Конкретно в этот момент я испытал сильное чувство. Ну и ляпнул...

— А я восприняла всерьёз! — озлобленно крикнула Рин и подскочила.

Она села на кровати в позу султана, обняв мою подушку, как плюшевого медведя. Глаза её при этом действительно оказались влажными от слёз.

— Я же вся на эмоциях, мне так хорошо, и тут ты вдруг с этим... — продолжила она. — Уж лучше бы молчал или пошлость какую-нибудь сказал! Мне это твоё «люблю» в самую душу залетело... Я даже понять ничего не успела, а тут меня как вывернет наизнанку... Чёрт, ну зачем мне всё это?

Может, я действительно ляпнул лишнего, но откуда такая реакция? От утренней пошленькой красотки не осталось и следа. Снова эта внезапная перемена настроения...

— Рин, погоди... Ничего же плохого не произошло. Что я такого сказал, что сделало тебе так больно? — спросил я в искреннем недоумении.

Девушка замолчала, отведя глаза в сторону. Мне показалось, что она сейчас больше в своих мыслях, нежели здесь со мной.

— Да дело, в общем-то, не в тебе... — наконец заговорила она, вытирая слёзы. — Это я дура. Мне надо было продолжать считать тебя просто любовником и балдеть от секса. Но после всей этой истории с интервью, Витей... И одновременного оргазма... Я начала подозревать, что ты стал для меня кем-то очень важным. Даже сегодня утром: я проснулась, ты спишь рядом, а мне так хорошо, будто я — влюблённая школьница. Чтобы напомнить себе, кто я и зачем я здесь, начала ласкать тебя... Понимаешь? Я старалась прятать эти чувства под похоть. А когда ты сказал мне это «стоп-слово», будь оно неладно, меня аж прорвало... Во всех смыслах...

Рин стрельнула взглядом по пятну на простыне, но эта мокрая мелочь меня сейчас совсем не заботит.

— Правильно ли я тебя понял, что для тебя наши отношения вышли за рамки потрахушек? — осторожно спросил я.

— Правильно! — огрызнулась она. — И мне этого совсем не надо. Ты классный парень, но нет. Извини, я не могу. Это не обсуждается. Но как мне теперь выкинуть это из головы?

Рин уткнулась лицом в подушку, а я опустил глаза на свой член, который упал вслед за моим настроением.

Сначала Сэн, которая была словно из моих снов, попросила, чтобы я не влюблялся в неё. Теперь ещё и Рин, как только почувствовала что-то ко мне, отмахивается от этого, как от вонючей тряпки. По идее, я должен радоваться, что смог влюбить в себя такую девушку, как она. Но после её слов счастья во мне нет ни на грош.

— Ты знаешь, погоди расстраиваться, — тусклым голосом сказал я, стягивая с себя наполненный презерватив. — Вспомни, о чём я говорил совсем недавно. Может, быть твои чувства — это всего лишь вожделение, страсть, та же похоть. Ты сначала проверь их на серьёзность, а потом сокрушайся.

— Предлагаешь нам перестать заниматься сексом? — девушка подняла голову от подушки и недоверчиво посмотрела на меня.

— Да, если это поможет тебе наконец понять себя. Может, ты просто запуталась, — продолжил я, не глядя на неё.

На этих словах я встал с постели и принялся надевать снятые перед сексом трусы.

— Может, у тебя ко мне ничего серьёзного, и это пройдёт через несколько дней, а ты устроила тут истерику со слезами, — подытожил я.

— Наверное, это будет хорошая идея... Мне надо уложить всё в голове и успокоиться, — сказала Рин. — Может, у меня просто давно не было нормальных отношений, и я приняла твою доброту за нечто особенное... Сама себе что-то напридумывала и теперь парюсь. Ещё и на тебя наехала... Ты-то точно ни в чём не виноват.

— Ну, тогда объявляем перерыв. С такими неопределенностями трахаться не то что неприятно, это даже опасно. Можно совсем голову потерять, — сказал я, продолжая одеваться.

На несколько секунд между нами повисла немая пауза. Причём именно я её создал, но ничего не могу с собой поделать. Заявление брюнетки выбило меня из колеи. Несколько минут назад я чувствовал себя королем, а теперь хочется выть от тоски.

— Илюш, ты меня ненавидишь? Почему ты говоришь со мной, но делаешь вид, что меня тут нет? — грустно спросила Рин.

Эти слова заставили меня посмотреть на неё.

— Ты и меня ставишь в очень затруднительное положение, — признался я. — Если бы мне можно было стать твоим молодым человеком, то я сейчас прыгал бы от счастья. Надо же, такая прекрасная девушка практически призналась мне! Но ты говоришь, что тебе нафиг не нужны отношения со мной. А как просто любовнику мне неприятно, что вместо бурного секса мы болтаем о чувствах, которые нам и даром не сдались. Как ни поверни, а ситуация печальная. Поэтому в наших же интересах поскорее в ней разобраться. Я всё равно не смогу ласкать тебя, зная, что тебе это приносит какие-то внутренние страдания, поэтому лучше разберись в себе. Подумай головой, а не... Гормонами.

Рин встала и подошла к окну, чтобы успокоить себя мирным утренним пейзажем из новостроек и виднеющейся неподалеку речки. Я же пока начал заправлять постель. Потом брошу промокшую простынь в стиралку.

— А вдруг я уйду и больше не вернусь? — грустно заговорила девушка. — Вдруг я пойму, что у меня к тебе ничего нет, и не захочу больше играть с тобой в любовницу, чтобы такое не повторилось?

— Ну, тогда будем друзьями по переписке. Ну или просто друзьями, если сможем переключиться с этой темы...

— Ты так спокойно об этом рассуждаешь... От твоих слов веет холодом, будто я тебе сразу стала чужая...

Я вздохнул и подошёл к ней, чтобы приобнять сзади. Мои руки скрестились на её животе, а её тут же легли сверху.

— Рин, я приму любое твоё решение... — прошептал я ей на ухо. — Я уже не раз тащил девушек в отношения только из-за своих эгоистичных желаний. Я знаю, что ничем хорошим это не кончается. Поэтому, хочешь видеть меня любовником, или парнем, или просто другом, или вообще забыть — я соглашусь на всё, лишь бы мы не делали друг другу больно.

— Я никогда не смогу тебя забыть, — тихо призналась девушка, коснувшись ладонью моей щеки.

— Ты тоже навсегда останешься в моём сердце. Но страдать от непонятных чувств мы не будем. Хорошо? Давай, если тебе нужен этот перерыв, то я соглашусь на него. Не буду обижаться или ненавидеть тебя. Главное — не обмани саму себя по итогу. На тебя ежедневно смотрят тысячи глаз. Если ты сама будешь несчастна, то кого ты сможешь вдохновить?

— Ты прав... У меня всегда получалось добиваться целей, потому что я знала, чего хотела. Вот и сейчас мне нужно просто осознать свои желания.

— Да. И если после всего этого ты вернёшься в мою постель, то я хочу видеть у тебя только слёзы счастья от крутого оргазма. Грустными слезами я и сам могу поплакать. Как вспомню свои былые отношения, так сразу рыдать хочется...

Последними словами я попытался немного поднять ей настроение, но Рин не засмеялась и не стала меня подкалывать. Она повернулась ко мне, обняла за шею и очень пристально посмотрела в глаза.

— Можно? Напоследок... Поцелуй меня. Это чтобы я лучше поняла... — тихо произнесла она.

И мне не осталось ничего, кроме как слиться с ней в долгом поцелуе. В нём не было страсти и переплетающихся языков. Каждый из нас просто попытался донести до партнёра свои чувства и, может даже, разобраться в своих.

Я изо всех сил старался быть сдержанным, но в какой-то момент не выдержал и очень крепко обнял её за талию. Она в ответ тоже прижалась ко мне в районе груди. Ещё немного, и с её стороны поцелуй стал более пылким, в ход пошли язык и постанывания.

Чёрт, это плохо. Всё, о чём мы только что поговорили, пойдёт коту под хвост, если сейчас не остановиться. Я не хочу останавливаться, но я же парень — моя сила воли должна чего-то стоить. Мужик сказал — мужик сделал. Ради Рин я сейчас должен погасить это пламя возбуждения.

И я оторвал от девушки свои губы, уткнувшись ими в её плечо. Жаль, что мне сейчас не видно её лица. Возможно, она очень расстроена тем, что я прервал наш поцелуй...

Но спустя несколько секунд красавица положила свою голову мне на плечо, и наши объятия стали просто объятиями. Мы постояли в них ещё минутку, но больше растягивать этот драматичный момент просто нельзя.

— Завтракать будешь? — спросил я, отпустив её.

— Нет, это сейчас будет очень неловко, — ответила она, поправляя волосы и не смотря мне в глаза. — У меня другая просьба. Можешь мне дать какую-нибудь свою чистую майку и джинсы? Не хочу ехать домой утром в вечернем платье, как какая-то эскортница...

— Ладно, сейчас поищем.

Я нашёл в своих закромах маловатую для меня маечку, которую получил на одном из рекламных мероприятий в свою бытность корреспондентом. С полки штанов достал джинсы, в которых когда-то играл наши с пацанами панк-концерты. Они старые, узкие и с протёртой дыркой на левой коленке. Но Рин не стала критиковать предложенные вещи. Наоборот, когда она их надела, а сверху укуталась во вчерашний платок и прикрыла глаза очками, то получился очень даже стильный образ. Я не знаю, как она это делает. Что не наденет — даже мои, казалось бы, тряпки, — а всё равно выглядит, как с обложки. Модель от бога, не иначе.

Когда же Рин сложила своё платье в пакет, настала пора прощаться.

— Ты это, только не пропадай насовсем. Пиши, хотя бы, к чему ты там придёшь в своих размышлениях, — сказал я у двери.

— Не волнуйся. Мне всё равно нужно будет вернуть тебе эти вещи, так что у нас, в любом случае, есть повод встретиться снова, — буднично ответила она, а потом продолжила более серьёзно. — Я обещаю тебе, что как только сама разберусь, то расскажу тебе всё.

— И даже ту тайну, о которой говорил Витя?

— Скорее всего. С ней я тоже должна разобраться, как и со своими чувствами к тебе.

— Подозреваю, что эти два обстоятельства ещё и взаимосвязаны...

— Пойду-ка я отсюда, пока ты ещё о чём-нибудь не догадался, Шерлок.

Рин протянула руку для дружеского прощания, намекая на то, что больше мы целоваться не будем, даже в щёчку. Но я закончил эту встречу на своих правилах — галантно поцеловал протянутую мне ладонь, как это делают джентльмены в кино.

— А ты страшный человек — так играть с чувствами девушки, — отреагировала брюнетка. — Теперь я точно пойду. А то ещё останусь, и вся моя решимость улетучится...

— Взаимно, — добавил я и открыл девушке дверь.

Она вышла из квартиры и направилась к лифтовой, не оглядываясь. Я тоже не стал долго провожать её взглядом. Мы приняли решение и должны ему следовать. С этого дня мы больше не любовники, пока Рин не определится, что она ко мне чувствует.

А что, интересно, чувствую я к ней? Признайся она мне сегодня утром, что любит меня и хочет быть со мной, что бы я сделал? Попросил бы её подождать мой ответ до тех пор, пока не вернётся Сэн? Смог бы я дальше жить, встречаясь с какой-никакой, а звездой? Пара ли мы с ней, или как дельфин и русалка? Это низко, но должен признаться, что неуверенность Рин мне пока на руку, так как сам я ещё тот витязь на распутье. Мне тоже ещё многое предстоит уложить в голове и определиться с желаниями.

Эх, а как всё-таки здорово начиналось это утро...

***

Сесть поработать в этот день я себя так и не заставил. Всё думал, думал... И решил.

Я буду ждать возвращения Сэн. Что бы она там не говорила ранее, а меня не покидает ощущение, что наша с ней история не закончена. Как минимум, я должен услышать о её прошлом и как-то отреагировать. Ну а там, по прошествии нескольких недель, возможно, и Рин придёт к какому-то решению. Лишь бы они не вернулись в мою жизнь одновременно, а то это будет мелодрама, покруче того сериала.

Промелькнула мысль снова поискать кого-нибудь на сайте знакомств, но нет — это точно плохая идея. Во-первых, я всё-таки не кобель, бегающий от одной сучки к другой, а во-вторых, моя личная жизнь и так уже запуталась дальше некуда. Никаких новых девах, пока я не разберусь с этими двумя! Есть большая вероятность, что и с одной, и с другой ничего не получится. Ну вот тогда и можно будет рвануть на новые гулянки. А пока буду работать, закрывать свои долги, поправлять финансовую ситуацию и так далее.

Вечером написала Сэн со своим новым отчетом о съёмках. Я промеж дела спросил у неё, когда там конец её работы. Моя актриса ответила, что осталось несколько сцен — график плавает из-за разных обстоятельств, поэтому сложно сказать. Но ещё две недели это займет точно. Окей, значит, будем сидеть и ждать.

«Ты уже соскучился?» — написала Сэн.

«Ну, есть немного», — ответил я.

«Я же просила, не сиди в одиночестве. Найди кого-нибудь ещё, развейся».

«Да я нашёл и развеялся. Прикольно было, но недолго...»

«Почему? Девушка попалась странная?»

«Не без этого. Долго рассказывать. Мы хорошо проводили время, но сейчас решили сделать паузу».

«Странно. Зная тебя, ты бы вряд ли обидел девушку», — написала Сэн.

«Я и не обижал. Ей вначале нравились наши встречи, а потом она стала что-то ко мне чувствовать и испугалась этого. По крайней мере, я так понял. Есть советы, что мне делать, госпожа-психолог?»

«Дай ей время всё обдумать, а потом поговори с ней. Только о чувствах, а не о сексе».

«Ну, я так и планирую поступить», — признался я.

«Может, вы с ней снова подружитесь до моего приезда».

«Это ничего не меняет. Я всё равно жду тебя. Ты помнишь зачем».

«Вот упрямец. Но я тоже хочу тебя поскорее увидеть, поэтому не могу сердиться».

Я не стал на это ничего отвечать, вроде бы, уже всё сказано. Но через полчаса Сэн прислала ещё одно сообщение.

«Я много о чём подумала, пока нахожусь тут, — призналась она. — И, знаешь, я очень хочу рассказать тебе всё. Даже если это испортит наши с тобой тёплые отношения. Я прямо жду окончания работы, чтобы вернуться и всё открыть».

«Я жду этого с такой же силой», — написал я в ответ.

И на этом наш разговор уже точно был закончен.

***

А на следующий день мне написала Рин.

«Знаешь, сегодня ко мне пристал Витя. Я сказала ему всё так, как ты предложил. Он, действительно, заткнулся и отвалил. Буду надеяться, что этот „мужской метод" сработает».

«Должен сработать. Иначе этот ваш Витя — полный кретин», — ответил я.

«Кретин или нет, а я уже не смогу с ним нормально работать. Мне надо раскрываться перед фотографом, доверять ему, а на этого урода мне теперь даже смотреть не хочется. Представляю, какие снимки получатся — будто я хочу убить зрителя».

«А другого фотографа в агентстве нет?»

«Есть, но он менее профессиональный. Ладно, сама разберусь, не забивай себе этим голову».

«Как ты, Рин?» — в итоге спросил я.

«Держусь. Тоски по тебе пока не ощущаю. Но ведь ещё рано о чём-то говорить».

«Ясно. Пиши, если что».

«Я напишу, когда что-то пойму. А сейчас я просто хотела рассказать тебе про Витю».

«Витя меня мало волнует».

«Тогда до связи, Илья».

***

Следующие две недели прошли весьма странно. Рин не писала мне, и я её тоже не дёргал. Но я заметил, что если выложу что-нибудь в соцсети, даже просто репост какой-нибудь ерунды, то она обязательно просмотрит это одна из первых. Это знак, что она пристально следит за мной, а значит, не пытается меня забыть. Я начал постить что-то каждый вечер, чтобы отслеживать её активность, и сам всегда спешил просматривать её посты.

Вот он двадцать первый век — эра высоких технологий. Дожили... Общаемся даже не лайками, а просмотрами.

С Сэн были нормальные переписки, но короткие. Не будем же мы по десятому разу рассказывать, как нам хочется увидеть друг друга, и считать дни до её возвращения.

Я взял себя в руки и каждый вечер старался на что-нибудь отвлечься. Но получалось плохо. Ни игры, ни аниме, ни работа не помогали. В итоге я каждый раз ловил себя на том, что думаю либо о Рин, либо о Сэн. А иногда и о них обеих. Вот же извращенец... Хотя, почему бы не помечтать? Эти мысли, бывало, увлекали меня на целые часы.

А вот что действительно омрачило существование в эти дни, так это страничка бывшей. Настя будто почувствовала, что у меня на личном фронте всё хреново, и начала регулярно выставлять фотографии со своим новым мужиком. То он подвёз её на работу, то на выходные вывез на природу, а вот они дуют пиво в кафе, а вот на дне рождения у его друга.

Девушка всеми силами показывает, как ей здорово с новым бойфрендом. Хех, со мной она столько фоток не выкладывала, да и вообще говорила, что не любит светить личную жизнь в соцсетях. Оказывается, можно и посветить, если мужик попался «что надо».

Я, как мог, держался и убеждал себя, что мне по барабану на её новую жизнь, что я даже рад тому, что у неё всё хорошо складывается. Но каждый её новый пост оставлял в душе какое-то противное чувство, будто она выиграла, а я проиграл и остался в числе лузеров.

В итоге, в концу этих двух недель я стал злой и замкнутый. Меня всё раздражало, хотя я и так никуда не выходил из дома, только в магазин. Кончилось тем, что мы сцепились с моим редактором в рабочем чате. Не то чтобы поссорились, но мы как-то так резко поговорили в общей переписке, а потом пару дней делали вид, что не существуем друг для друга. И всё это могло кончиться плохо, если бы наконец в моей мрачной жизни не забрезжил лучик света.

В один из дней Сэн написала точную дату, когда она вернётся. Я тут же вызвался её встретить и помочь с чемоданом, она с радостью согласилась. Мысль о том, что я точно знаю, когда её увижу, согрела мне душу. Я тут же написал своему редактору примирительное сообщение, без всякого рабочего повода. Мы быстро обсудили, что наш конфликт яйца выеденного не стоит и продолжили нормально общаться. А ещё я сразу перестал остро реагировать на новые фотографии Насти и даже лайкнул парочку — пусть видит, что у меня нет никаких обид. Да и вообще, даже дышать стало как-то легче!

Я давно заметил, что, если знаю точную дату желаемого события, то ждать его становится гораздо проще. Я начинаю считать дни и радоваться тому, что с каждым прошедшим часом становлюсь ближе к тому, чего хочу. А сейчас я больше всего хочу увидеть Сэн. И даже на секс не рассчитываю, честно. Мне просто безумно хочется её обнять, чтобы в одном этом жесте выразить то, как сильно я её ждал. Ну а потом она обещала рассказать мне свою историю, из-за которой не хочет в меня влюбляться. Там, конечно, может оказаться какая-нибудь жесть, но оптимист во мне свято верит в то, что всё будет не так страшно, и нам не нужно будет расставаться.

Ну а что касается Рин... Я пока не буду забивать голову мыслями о ней — подожду откровений от Сэн. Брюнетка мне так и не звонит, значит, ещё не готова, а с блондинкой мы, вроде как, обо всём уже договорились. Так что буду решать проблемы по мере их поступления.