Эпизод 8 «Сестра/Казнь крысы»
— Вот, здесь лежат апельсины. А вот здесь я положила твои книги, — показывала Лиза.
С моей старшой сестрой я виделся редко. Но как только я позвонил ей, она тут же примчалась в больницу.
— По дороге зашла к тебе домой. Думала убрать весь твой бардак, а там всё убрано, — удивлялась Лиза — И главное, по всей квартире витает аромат цветов. Не знала, что ты любишь цветы.
Наверняка это была Соня. Хотя вмешательство Алисы тоже нельзя исключать. Эта парочка меня доконает.
— Будь добра, — поменяй замок на двери. Деньги лежат в дисководе, —попросил я Лизу.
— Зачем? — Лиза удивлённо таращилась на меня с широко распахнутыми от удивления глазами.
— Это очень длинная и запутанная история. Я расскажу её в более подходящей обстановке,— я попытался увильнуть от ответа.
Единственное, чем она мне поможет – посоветует «опытного мозгоправа».
— Куда уж более подходящее. Ты лежишь в больнице с травмой. Помоему — это лучшее для объяснений, — Лиза настаивала на своём — Хотя... Точно! Это всё объясняет! У тебя появилась девушка! —
— Чего? — настала моя очередь удивляться.
— Всё сходится. Ты дерёшься из-за девушки, которая живёт в твоей квартире и поэтому там так чисто, — высказала свою гипотезу Лиза.
— Нет, нет, нет,— запротестовал я. — Всё намного сложнее. —
— Точно. Медсёстры мне рассказали, что приходили две двушки. Ты прямо Казанова, — рассмеялась Лиза.
И когда она это всё успевает?
В палату вошёл человек в форме и произнёс: «Гражданка, не могли бы вы освободить помещение».
На лице Лизы выступил букет различных эмоций, смещающих друг друга с устрашающей скоростью. Она сначала посмотрела на меня, затем на вошедшего, а потом повернулась ко мне и озадачено спросила: «Что происходит?»
— Я же говорил, что всё очень запутанно, — ответил я.
Когда Лиза вышла из палаты, человек в форме присел на стул рядом с койкой: «Добрый день, как самочувствие».
— Уже лучше, благодарю. — ответил я участковому, — есть какие-нибудь известия?
— Да, есть. Второй объявился. Похоже, он является главой новой банды, которая за очень короткое время подмяла под себя весь город,— рассказал участковый.
— Откуда вы знаете, что это Второй? — задал я вопрос.
— У нас нет никаких улик, есть только сведения от нашего информатора из окружения Второго, — ответил участковый.
— Меня арестуют? — спросил я.
— Нет. Я же сказал, что у нас нет улик, — ответил участковый.
— Чего вы от меня хотите? — спросил я.
— Помощь. — умоляюще посмотрел участковый — Всё что угодно: документы, привычки и так далее.
— К сожалению, ничем не могу помочь. После того случая он как будто растворился. Он не взял ни документы, ни деньги, ни телефон. А его характер я не знаю. У нас общая только оболочка. Единственное, что я знаю — это то, что он опасен, — ответил я.
На заброшенном складе находилось трое человек. Второй. За его спиной стоял бугай, опиравшийся на биту, и круглолицый, который держал руки на кобуре. Напротив этой троицы, на коленях, стоял человек, на голове которого находился окровавленный мешок. «Второй» приказал бугаю, чтобы тот снял пакет с головы пленника.
— Что же ты наделал. — наклонился над пленником Второй. На его лице застыла кровожадная улыбка, — у тебя было всё: деньги, уважение, перспективы. Всё это тебе дала наша банда. И чем же ты нас отблагодарил? Ты сдал нас!— говорил свой монолог Второй, проходя мимо полок с заранее расставленными орудиями пыток.
— По золотому правилу, наказание соразмерно преступлению,— сказал Второй, когда взял в руку клещи.
Второй подошёл к пленнику, взял его за подбородок и посмотрел ему в глаза: «Скажи, я похож на сучку?»
Второй взял клещами язык пленника, держа клещи в левой руке. Затем другой рукой он взял нож для мяса и перерубил язык. Пленник завопил и попытался зажать челюсть. Тогда бугай стал её разжимать. Раздался хруст и сломанная челюсть обвисла. Второй взял обрубленный язык и запихнул его в горло пленника. Затем Второй выпрямился и пнул пленника так, что тот упал на спину, и наступил ему на грудь ногой.
Пленник лежал на спине. Отрубленный язык и кровь заполняли горло, мешая ему дышать. Он пытался перевернуться на спину, чтобы выхаркать язык и вздохнуть, но Второй прижал его к земле своей ногой.
Когда пленный перестал дёргаться, Второй убрал с него ногу и прокричал круглолицему: «Ты всё бензином облил?»
— Да, босс. — откликнулся круглолицый.
— Отлично. —
Второй сидел на краю плоской крыши, свесив ноги вниз, и в его жестоких кровожадных глазах отражался яркий танец огня.