13 part - истеричка.
Белые, чуть обшарпанные стены больничного коридора. Девушка нервно дергая ногой, смотрит на свою подругу, видя в каком она состоянии. Знала бы она, что неделю назад она спала с ее женихом, кажется, ее бы это добило. Стыдно ли ей? Стыдно. Она бы хотела стереть это со своей памяти. Забыть как страшный сон, и больше никогда в жизни не вспоминать.
— Даш, может пойдем в кафе? Оно тут рядом, хотя бы перекусишь. Ты вся бледная, — Поправляет белый халат Лиса, смотря на Дашу, что нервно теребит ключами от квартиры.
— Лис, не до еды сейчас, правда, — Отвечает ей коротко девушка, переводя взгляд на свое запястье, где от приглушенного света в коридоре, блестели серебряные часы.
Отведя от нее взгляд, Евсеева поднимается с неудобного до чертиков, «кресла».
Выйдя на улицу, за периметр здания, девушка достает пачку сигарет с кармана джинс. Чуть поджав сигарету между губами. Выдохнув дым, девушка слышит сзади себя до боли знакомый голос, который произнес ее имя. Повернувшись, Лиса зажмуривает глаза, перед тем как выкинуть не докуренную сигарету на проезжую часть.
— Мама? — Вопросительно смотрит Алисия на женщину, с которой давно оборвались абсолютно все связи. Как же она давно ее не видела, скучала невозможно, а сейчас она перед ней. Все слова, которые она хотела сказать ей раннее, застряли где-то глубоко в глотке, пока в горле образовывался тяжелый ком, от поступающих горячих слез, что вот-вот польются с ее глаз. Ничего лучше не придумав, Евсеева бросается к ней в объятия. — Прости меня, мам, пожалуйста, — Тихо шепчет Лиса, прикрывая глаза, в попытке скрыть слезы, что беспрерывно лились с ее зеленых глаз.
— Это ты меня прости, я не должна была говорить тебе такие слова, — Чуть запинаясь, проговаривает женщина, целуя свою дочь в макушку. — Поговорим об этом позже, хорошо? — Добавляет она, и Лиса понимает, что больница - не место для душевных разговоров.
— Ты почему тут? Все хорошо? — Интересуется Евсеева, не отстраняясь от своей мамы. Она попрежнему пахнет тем самым парфюмом, который она подарила ей на день рождение. Самый родной запах, из всех людей которые ушли от Евсеевой, она скучала только по маме.
— Да, все нормально. Просто проверить сердце решила, положили в больничку, чтобы стабилизировать все, — Пожимает плечами женщина, отстраняясь от Алисии. — Ты сейчас в завязке? — Резко спрашивает она, пока девушка чуть хмурится, направляясь обратно к зданию.
— Как ты это поняла? — Со смешком, Лиса открывает стеклянные двери в больницу, пропуская мать вперед. — Я уже несколько месяцев в завязке, мам. Стою на учете у нарколога, принимаю препараты, лечусь.
— Довольно легко. Ты выглядишь потрясно, а когда в употреблении, ты похожа на ходячего мертвеца. — Посмеивается Светлана, пока Лиса кидает на нее недовольный взгляд. Ей действительно с этого смешно?
— Мам, какой к чертям мертвец, — Спрашивает Евсеева, поправляя ремень на своих джинсах. — Разблокируй меня, пожалуйста. — Добавляет она, рассматривая новый цвет волос своей мамы. Она побывала во всех цветах радуги, по шестому кругу. Ничего не меняется, она все такая же красивая, милая.
Разговаривая с женщиной у входа, Лиса слышит настырный звук мобильника. Разблокировав телефон, она поднимает трубку, делая пару шагов назад, чтобы спокойно поговорить.
— Очнулся? — Произносит наконец девушка, и перекинувшись еще парой слов, сбрасывает звонок, переводя взгляд на маму. — Мне пора, я позвоню тебе вечером, только возьми трубку, — Обняв женщину, Алисия оставляет на ее щеке поцелуй, и уходит, скрываясь за многочисленными лестницами. Вскоре, оказавшись перед нужным кабинетом, девушка ожидает свою подругу.
Скрипящая дверь открывается и Алисия сразу же поднимает свой чуть уставший взгляд на подругу. Оно и понятно, они проторчали в этой больнице до самого утра, чтобы дождаться когда очнется этот любитель употребить, чтобы валяться у кого-то на хате с передозировкой веществ.
— Лис, он не помнит ничего. Абсолютно ничего, — Выдает она, прикрывая руками свое заплаканное лицо. — Он не помнит что произошло за эти три месяца.
Ничего не ответив, Лиса лишь обнимает ее. Она даже не представляет, что можно сказать, как поддержать. Но в голове такая тупая мысль, что кажется даже неуместной в этой ситуации: «Если подумать, то он не помнит ее, значит, не вспомнит что они переспали. Надеюсь». — Ужасно звучит.
— Даш, поехали домой, тебе надо поспать, — Через несколько минут произносит девушка, ведя ее по нужному направлению. — С ним все будет гуд, он оклемается.
— Домой? Я себе места не нахожу, Лис! — Кричит истерическим голосом подруга, от чего Евсеевой режет уши. Все можно понять, она его любит, но закатывать истерику в больнице, идея не айс.
— Я все понимаю, но успокойся уже ради бога, иначе тебя упекут в дурку, и тогда ты точно больше к Глебу не приедешь, — Не подумав проговаривает девушка, пока Даша останавливается, переводя на нее свой взгляд.
— Я еще и истеричка? Да что ты знаешь о любви? У тебя, блять, Кирилл, который пиздит девушек как боксерскую грушу, тянет тебя на дно. Тебе не понять, когда в отношениях стабильность, и тут бац, твоего жениха находят в полумертвом состоянии. Для тебя это норма, ты не понимаешь, как я волнуюсь за Глеба, и поэтому ты относишься похуистично к этому всему, — Выпалила Даша, сжимая челюсти, пока Евсеева лишь помотав головой, оставляет ее одну, в темном помещении больничных коридоров.
— Реально истеричка, — Не выдерживает девушка, и говорит ей вслед, но вряд-ли Даша это услышит. Как же хотелось употребить. Это чувство ломает ее сущность, что стремилась оставить эту зависимость в прошлом. желание выворачивает ребра, пронзая легкие. Ускорив шаг, она бегло скидывает из себя этот халат, и он падает на землю, пока Лиса покидает больничное помещение, где на улице ее ожидает такси.
«А может, употребить все-таки?» эта мысль, считывается как непреодолимое желание, которое проникает в каждую клеточку её тела. Это желание становится подобным яду, разрушающему её изнутри. Оно ломает её кости, как молния, пронизывающая тьму. Каждый раз, когда она пытается сопротивляться, боль усиливается, словно невидимые цепи сжимают её тело.
Внутри неё происходит борьба: светлая часть стремится к свободе, а тёмная — к разрушению. Это желание становится её тёмным спутником, заставляя чувствовать, как кости трещат под тяжестью внутреннего давления. Лиса понимает, что оно поглощает её, оставляя лишь пепел надежды. Каждое движение — это борьба за существование, где каждое мгновение наполнено страхом и болью. Сможет ли она выдержать эту несусветную боль, пока доедет домой – одному богу известно. А пока, ей лишь остается смотреть на дорогу, пытаясь не показывать своего состояния водителю.
Ей нужна доза. Только доза.
Посмотрев на экран своего телефона, девушка лишь улыбается, предвкушая, какой интересный день, ее ожидает.
***
Ну что ж, надеюсь, вам понравилась эта глава! ставим зведочки, комментируем !
мой тгк: агрессивная неверикс.
спасибо за прочтение!
возможно допущены ошибки в тексте.
если найдете—напишите :)
всех люблю!
спасибо за прочтение🤍