17 part - дельце.
Старые деревья, парк с красивыми фонарями, что создавали осеннюю атмосферу. Только вот неизвестность пугала до жути. Что он вообще себе позволяет? Еще и права свои качает. Да если бы не я, то где бы этот дебил вообще жил? На улице, на какой-нибудь лавочке в обнимку с бомжом.
— Куда мы едем? — Спрашивает Евсеева. Руки дрожат.
— В место, где очень серьезные люди. И если мы, ну точнее быть, я смогу выполнить их поручение, то получу за это мешок бабла, а ты пойдешь со мной. Ты красивая, фигурная, сечешь что я имею ввиду? — Спокойно отвечает Глеб. Это начинает раздражать.
— Останови машину, — Требует Лиса, расстегивая ремень безопасности, на что Глеб лишь ухмыляется отрицательно мотая головой. В голову приходит гениальная идея, которая в голове кажется спасением. Резко пододвинувшись к Глебу, Евсеева выворачивает руль, от чего машина чуть ли не врезается в забор, что ограждал парк от проезжей части.
— Ты нас убить хочешь? — Рявкает Викторов, резко затормозив перед самым забором. — Истеричка блять! С нами ничего не случится, угомонись, и сиди молча, если у тебя нет желания, чтобы я заткнул тебя по своему.
Посмотрев вдаль дороги, глаза мгновенно намокают. Он сейчас хуже Кирилла. Черт возьми, он больной на голову. Чуть посидев, девушка прикрывает глаза руками, пока слезы предательски потекли с ее глаз.
— Эй, ты чего? — Будто бы приходит в себя Глеб. Он затормозил машину, останавливаясь на обочине, переводя свой взгляд на девушку. — Только не ной, я тебя умоляю, — Произносит он, надавливая на щеки ладонями, смахивая слезы, хотя, это больше больно, чем мило.
— Ты полнейший идиот, Глеб. Я тебя приняла к себе домой, а сейчас ты меня тащишь хрен пойми куда! Я даже не знаю, что от меня требуется, я никуда не пойду. Открой машину, блять! — Чуть ли не срывает голос Алисия, а через минуту по периметру машины раздается звонкая пощечина, от чего Глеб поворачивает голову в сторону, машинально хватаясь ладонью за место удара, пытаясь двигать челюстью.
— Вали, пока я тебе не врезал, — Единственное, что произносит Глеб, пока Лиса захлопывает дверку машины, начиная отходить от машины. Машина скрывается с поле зрения, оставляя Евсееву одну стоять на дороге.
— Сука! – Рявкает девушка, усаживаясь на мокрый от дождя тротуар. Прикрыв лицо руками, она начинает реветь так, будто бы случилось реально что-то плохое, а не просто какой-то козлина оставил ее одну на произвол судьбы. Но уже через пару минут, она видит знакомую машину. Когда опускаются стекла, Лиса смотрит на Глеба.
— Залезай, — Безразлично произносит он.
— Никуда я не поеду с тобой! — Кричит девушка, поднимая свой зарёванный взгляд на Глеба, что лишь недовольно закатывает глаза.
— Угомонись, иди сюда, если ты не хочешь, чтобы тебя изнасиловал какой-то сумасшедший, — Спокойно проговаривает он, и Лиса направляется к машине, усаживаясь на переднее сиденье. — Не хочешь идти со мной - оставайся в машине. Только перестань ныть, я не переношу бабские сопли.
Хмыкнув, Евсеева смотрит на дорогу, рассматривая здания вокруг нее. Через полчаса, они оказываются перед каким-то гаражом, что находился за городом. Посмотрев на Глеба, она решила не отпускать его одного. Мало ли, что может случится с ним. Изобьют, или что похуже. С мыслей ее вытягивает голос Глеба, но она так и не расслышала, что он ей сказал.
Не проронив и слова, те выходят из черного порша, заходя в здание. В нос сразу ударяется запах дорогого алкоголя, вперемешку с травкой. На черных, кожаных диванах, сидят мужчины в черных, идеально выглаженных костюмах, которые смотрят на вертящихся полуголых женщин, что плавно двигаются в такт музыке, что играла на фоне. От страха, Алисия хватает Глеба за руку, переплетая его пальцы рук со своими, от чего тот усмехается, усаживаясь на диван. Перед ней сидел противный мужчина, что бесстыдно разглядывал ее тело.
— Не засматривайся, она со мной, — Твердо говорит татуированный, от чего я невольно улыбаюсь.
— Попроще разговаривай. Товар с тобой? — Спрашивает мужчина, покуривая кальян, пока на его коленях извивается очередная шлюха, у которой фетиш на толстых, противных мужиков.
— Со мной, но деньги вперед, — Произносит Глеб, показывая небольшую коробку, перемотанную в пергаменте. И мужчина, улыбнувшись, протягивает ему купюры, перемотанные канцелярской резинкой.
— Давай сюда, — Требует тот, протягивая руку, и Глеб вкладывает в нее эту коробку, принимаясь пересчитывать деньги. — Твоя малая бонусом не хочет со мной отдохнуть?
— За языком следи, она не такая, — Предупреждает его Викторов, закусывая щеки изнутри. Желание прописать ему с ноги, за то, что позволяет такое говорить в сторону женщины, которая с ним приехала. — Зай, посиди тут, — Театральным голосом протягивает Глеб, давая понять, что надо подыграть.
Послушно кивнув, девушка остается в помещении, а перед ней сидел мальчишка, лет двадцати. Белые волосы, зеленые глаза, черный, строгий костюм. Самодовольная улыбка на его лице выглядела так, будто бы от что-то задумал. Когда он пододвигается к ней, Лиса напрягается.
— Веснушка, значит... — Шепчет паренек, ухмыляясь ее веснушкам, что идеально подходили ее внешности. Минута, и мужская рука обхватывает ее бедро. — Расслабимся?
— Я не пью, — Врет девушка, и слышит голос Глеба позади, и этот мужик сразу же отодвигается. — Домой? — Надежда умирает последней.
— Подожди меня снаружи, у меня есть одно дельце, — Спокойно отвечает Глеб, и Евсеева недовольно закатывает глаза, пока Глеб садится за стол, притягивая к себе девушку, что послушно садится к нему на колени, целуя его губы, пока Викторов подхватывает ее на руки, унося в комнату.
Когда Лиса видит, как девушка целует Глеба, в её сердце разразилась буря эмоций. Дикая ревность как огненный вихрь заполнила её грудь, сжимая лёгкие. Стоп, ревность? Нет, не может быть, глупость. Но каждый взгляд на эту сцену вызывал в ней болезненное чувство, словно острое лезвие пронзало душу. Буквально вылетев с помещения, девушка садится на капот машины, заливаясь слезами. Почему так обидно? Даже не понятно, от чего сильнее: от того что его засосала какая-то шлюха? или от того, что он просто заставил ее выйти одну, ночью на улицу.
Много непонятных типов, что смотрят на нее, чего становится страшно.
Глеб:
Кинув эту девушку на диван, в другой комнате, он прижимается к ее шее, пока мужская ладонь сжимает ее грудь. В комнате, где только красный свет освещает только очертания обнаженных тел, по периметру комнаты раздаются характерные хлопки активно двигающихся в такт, тел. Жалостливые стоны, крики, минет, да и в общем - грязный секс, без каких-либо чувств. Обычное истребление животного желания. Укусы, красные пятна на шеи той девушки, царапины от ее острых ногтей на спине Глеба, когда тот ускоряется. Около часа блаженства, тот заканчивает в контрацептив, и выкидывает его, бегло одеваясь. Правду говорят, что после секса улучшается настроение.
Алисия:
Слезы льются с глаз девушки, скатываясь горячей струей по щекам. Холод пробирает каждый миллиметр ее тела. Она простояла час на улице, ожидая этого полуебка. Волосы развевались на ветру, когда она пыталась их собрать, но лишь еще сильнее разревевшись от безысходности, та кидает резинку на землю. Она стучала ногтями по металлической поверхности, будто пытаясь сбросить с себя тяжесть мира, привести себя в нормальное состояние. Вокруг люди останавливались, перешептывались, но Лиса не замечала. Её мысли были погружены в хаос, ужасная обида. Ее оставили одну, в такой ситуации.
— Эй, ты чего? — Произносит хриплый голос, позади нее. Конечно же, и полгода не прошло. Развернувшись лицом к Глебу, девушка замахивается оставляя красную отметину на его щеке. — За что?
— Ты ублюдок! Самый ужасный человек, после Кирилла. Мало того, что ты потрахался с какой-то шлюхой почти у меня на глазах, ты еще и заставил меня выйти на улицу полуголой, я вся замерзла. На меня смотрят как на дуру, а вызвать такси, и оставить тебя тут, я не могла, потому что мой телефон разряжен! — Рявкает со всей дури Лиса, тыкая указательным пальцем в грудь Глебу, пока тот лишь улыбается.
— А ты что, ревнуешь? — Ухмыляется Глеб, поправляя ширинку черных джинсов. На что получает разъяренный взгляд девушки. Это даже возбуждает.
— Даже не мечтай! Я тебе про то, что ты меня сюда привез, в качестве своей спутницы, а в итоге что получилось? Я осталась на улице, одна, блять, осенью. Это ты считаешь адекватным? — Возмущается она, а Глеб лишь
смеется, скрещивая руки на груди.
— Угомонись, а? — Единственное, что произнес он, перед тем как сесть в машину. — Так ты идешь, или спишь под гаражом?
Сев в машину, Евсеева брезгливо смотрит на Глеба. Сначала он ее целует, потом шантажирует. Потом приводит ее в эту ебаторию, вмешивая в свои дела, а потом чуть ли не на ее глазах трахает проститутку. Нет таких слов, чтобы описать насколько он бесит ее, до дрожи в теле. Полнейший идиот.
— Я сейчас же напишу Даше, так и знай, — Ставит его перед фактом зеленоглазая, доставая свой телефон, пока ее руку не хватает тяжелая мужская рука.
***
Ну что ж, надеюсь, вам понравилась эта глава! ставим зведочки, комментируем !
мой тгк: агрессивная неверикс.
спасибо за прочтение!
возможно допущены ошибки в тексте.
если найдете—напишите :)
всех люблю!
спасибо за прочтение🤍