5 часть
Воспоминания захлестунили меня, затягивая на самое дно. Руки начали дрожать, но я не отводил взгляд от него, всматривался в его глаза, видя только глаза матери. Я перестал понимать где я нахожусь, кто я и что происходит. И вот, похоже что я в конец, свихнулся, почти достиг дна, но из пучины неприятных воспоминаний, меня вытащил голос.
- Вы заказывать что-то будете? Или так, поглазеть на меня пришли? - язвительно задал вопрос парень, продолжая стоять напротив, перебирая пальцами браслеты.
Странно, но, сейчас его что-то забавило и его лицо, словно частички калейдоскопа, приобретало другое выражение. Я заметил что дрожь прошла, я вернулся в реальность, мой мозг начал соображать, а ноги больше не были ватными. Я снова чувствовал запах булочек и кофе, а не тот, что обжигает изнутри, перекрывая воздух. Я внимательно смотрел на него, расматривая каждый сантиметр лица, стараясь запомнить все до мелочей, это помогало убрать остатки паники. Наконец, когда от неё ничего не осталось, я принял более устойчивую позу и уверенно сказал, как только смог сказал:
- Эспрессо, без сахара. И чего нибудь сладкого. - не дожидаясь ни ответа, ни пока он приступит к готовке кофе, я направился за столик, что одиноко стоял в углу.
Усевшись, я достал телефон, быстро написав сообщение боссу, о том что чертежи были отправлены, я отбросил телефон на стол и уткнул взгляд в окно. Я чувствовал себя намного лучше, больше не ощущая страха и давления в груди. Что, показалось мне странным. За одно лишь мгновение, этот парень привел меня в чувства. Мне сразу вспомнилось, как я, как мне казалось часами приходил в себя, стараясь вернуться в реальность. А его глаза, они так похожы на глаза матери. Но в тоже время, не приводят меня в ужас и не вызывают отвращения, наоборот, словно затягивают в пучину спокойствия.
Наконец, когда, любитель странных носков подошёл с моим заказом, я заметил бейдижик с его именем. Незначительное деталь, но все же вызвала улыбку на моем лице. Имя "Евгений" красовалось на металическом прямоугольнике.
- Что это? - спросил я, переключая внимание на поднос. Но на его лице не проскользнула ни одна эмоция. - Я про пирожное. - пояснил я.
- Булочка со згущенкой. - спокойно ответил Женя.
- Булочка со сгущёнкой значит, почему именно она?
- Вы, Арсений. Не сказали чего желаете. Вот и принёс на своё усмотрение.
- Да, я знаю, Евгений. - специально сделав акцент на его имени, довольный своей, хоть и маленькой, но победой, ответил я. - Но мне интересно, почему именно Булочка со сгущёнкой.
Неожиданно, парень разразился хохотом и меня словно заклинило. Я смотрел на то как он смеётся. Это было забавно и странно видеть его не вечно недовольным. И казалось, что предо мной, возник совершенно другой человек.
- Что смешного?
- Да, нет. Арсений, ничего. Ни-че-го. Просто меня не Женя зовут, это не моя форма. - продолжая смеяться, он ушёл к стойке.
А я остался в замешательстве. А от моей "победы" не осталось и следа.
***
Войдя в квартиру, раздевшись на скорую руку, я собирался уйти в комнату. Но мой взгляд зацепился за обувь, оставленную в прихожей. Мои две пары кроссовок, ботильйоны Вики, и двое незнакомых мне. Мужские массивные ботинки и женские угги. Когда мою голову посетила мысль, о том что сестра привела кого-то в мою квартиру, не удосужившись спросить разрешения, я готов был разорвать её на части. Но услышав голос, этот родной, тёплый и второй же время грубый голос отца, на моем лице расползлась радостная улыбка. Поспешив войти в гостиную, я замер на пороге. Радостное настроение мгновенно испарилось, уступая место гневу. В моей гостиной, на диване, сидел отец, а рядом с ним, человек которого я ненавижу. Моя мать. Сидела и смотрела на меня, точно так же как и раньше, только при этом натянула радостную улыбку. Увидев меня, отец замешкался, что-то говорил, но я его не слушал. Мой взгляд был прикован к этой женщине, что вот так, словно ничего не было, словно мы семья, сидела и улыбалась мне. Только я хотел открыть рот, как в комнату ворвалась Вика.
- Арс, привет. - неловко почесав затылок, сестра обошла меня, подавая гостям чай. - Тебе тоже налить? Там ещё есть в заварнике.
Я чувствовал как злоба растекается по моему телу, затуманивая рассудок. Я было сделал шаг, как вдруг предо мной вырос отец, выставляя руки.
- Успокойся. Не делай глупостей. - не то прося, не то веля, придерживал меня за плечи.
Я не отнимал взгляд от её глаз. Они возвращали меня на одинадцать лет назад. Но я не собирался давать волю чувствам, не хотел больше боятся и дрожать, от этих воспоминаний, хотя и хотелось забится в угол как маленький щенок. Я решил заменить страх, гневом.
- Я должен успокоится? - руки все сильнее сжимались в кулаки, а ногти казалось, вот вот продавят кожу. - Какого хрена, она здесь делает? - с каждым словом, мой голос грубел, я почти переходил на крик.
Внезапно руки, сжали мои плечи с новой силой. А глаза отца загорелись.
- Не смей, так говорить с матерью! - прикрикнул отец.
- Как? После всего этого, вы, - указывая пальцем на отца с сестрой - можете её защищать?! Она принесла только боль и разруху в эту семью. - откровенно не понимая почему, спрашивал я.
- Не смей так говорить! Она родила вас, а вы лучшее в моей жизни. И мы... никто из нас, не забудет прошлого, его не исправить. Но можно попытатся исправить будущее.
- Я не хочу, иметь с ней ничего общего, никакого будущего у нашей семьи с этой женщиной не будет!
- Я не прошу её простить. Это невозможно простить, я знаю как тебе было сложно. - опустив голову, отец кажется пытался скрыть подступившие слезы. - Но, бывают моменты в жизни, когда стоит забыть о разногласиях.
- Арсений, прошу давай поговорим. - мать подала голос, вставая и делая несколько шагов на встречу. - Мне жаль, правда, очень жаль и есть о чем рассказать, это не сгладит углы, но возможно даст понять, почему я так поступила. Я знаю, что сложно, но давай попробуем. - Она не изменилась, лицо все такое же помятое и непонятного оттенка. Не знаю, употребляет она до сих пор или недавно слезла. Но потому как она все сильнее дёргается, с каждой минутой, она все ещё зависима.
- Скажите мне только одно. Что вам всем, черт, от меня нужно? - чувствуя как, меня начинает накалять каждое её слово.
- Мы сядем и обо всем поговорим. - приглашая присесть, ответил отец.
- Либо вы говорите, либо пускай она выметается. - настаиваю на своём.
- Маме, нужен донор. Она больна лейкемией. Я не подхожу, нужно что бы ты сдал анализы. - отозвалась Вика.
Я кажется потерял опору, ноги не держали меня, а внутри, где-то в груди, разлилось что-то, горячее, неприятное. Я резко опустился на колени, закрывая руками лицо. У меня были смешанные чувства, но я чётко ощущал предательство. Мне хотелось, с корнем вырвать, это неприятное жжение. По комнате раздался громкий хохот, и я не сразу понял, что смеюсь именно я.
- Арсений. - горько протянул отец.
- Я в восторге. - продолжал смеяться, но убрал руки от лица. - Ты, пришла ко мне домой и говоришь, что тебе жаль? Что ты хочешь поговорить, и все потому, что тебе нужен я, как донор. - мне было не смешно, но я не мог остановиться смеяться - Тебе как было, так и сейчас плевать.
- Это не так...
- Закрой рот! - уже без смеха, грубо осадил.
- АРСЕНИЙ! - начал было отец.
- Что? Что Арсений?
Отец был зол, Вика смотрела куда-то в пол. А она... она все так же смотрела на меня пустым взглядом.
- Да пошли вы всё.
Встав с пола, схватив свои вещи, я пулей вылетел из квартиры. Слыша, как отец кричит мне что-то в догонку. Но мне было глубоко плевать, я просто хотел уйти и не видеть её лица, не слышать как отец вступается за неё и как Вика жалобливо в перемешку со стыдом смотрит на меня. Хотелось убежать от всего и скрытся где-то в горах, со временем позабыв обо всём и всех.