Глава 18 - Извинения

Я чувствовала, как будто моя голова была отделена от тела.

Я не понимала этого, я была рассеяна. Мой разум не осознавал оживлённый мир вокруг меня, я начала чувствовать себя потерянной в огромном Нью-Йорке.

Я не знала, что делать. Я не знала, что делать, думать или говорить. Как я могла принять это? Это должно быть была ложь. Моя мама обожала моего отца. Он души в ней не чаял; она бы никогда в жизни не оступилась. Нет, он был чёртовым лжецом. У них был такой удивительный брак; они были знакомы шесть месяцев, но прожили вместе годы. Это не происходит так просто, для этого нужна настоящая любовь. Я получила своё полное представление о здоровом браке на их примере. Нет, это не правда.

Я была так расстроена, поэтому мне нужно было выпить, много выпить. Я позвонила Лиаму, и он согласился устроить вечеринку, позвал всех наших друзей и захватил лучшую выпивку. Он не возражал, потому что я была немного неряшлива. Я не очень хорошо переносила алкоголь, ни в коем случае, а предпочитала слабоалкогольные напитки. Вечеринка была в самом разгаре у него дома, пришла группа людей из школы Луи, крича, смеясь, музыка наполнила дом. Моё сердце упало, когда я увидела Гарри, пьющего на кухне пиво. Я выпила шот, встала, направляясь прямо к нему, и схватила его за запястье, затаскивая в спальню Лиама.

— Она этого не делала. Она никогда не изменяла моему отцу. Они так любили друг друга.

— О да, так и было, — он закатил глаза и выпил.

— Не шути! — я закричала, выбивая напиток из его рук. — Это не смешно. Почему ты говоришь эту ложь? Почему ты вообще говоришь такие ужасные вещи? Ты сумасшедший или просто болен?

— Луи пригласил меня напиться, а не слушать твою ноющую задницу, — он направился к двери, но я захлопнула её через плечо и нырнула под его вытянутую руку, прислонившись к двери. Моё сердце билось, я чувствовала, как мои глаза отчаянно разглядывают его. Они были пустыми и тёмными, зелёный цвет казался очень глубоким в почти кромешной чёрной комнате.

— Моя мама разрушила брак твоих родителей? — он кивнул с приветственным выражением. — Ты сказал, что твой отец умер.

— Мой отец умер, когда мне был год. Мой отчим пришёл, когда мне было три, и он был единственным человеком, который у меня когда-либо был, и твоя мать разрушила это. Она использовала его, разрушила их брак и уничтожила мою мать.

— Что он должен был ей дать, а? Как она могла использовать его?

— Мой отчим был режиссёром, — он безучастно смотрел. — Кто, блять, ты думаешь, продюсировал все её фильмы, которые помогли искупать её в лучах славы?

— Ты правда имеешь это в виду? — он кивнул, его лицо ... его лицо было грустным. Я видела правду в его глазах. То, как он выглядел ... почти обиженным, слабым? Я не замечала этого раньше.

— О Боже, мне очень жаль, — я обвила его шею руками и заплакала, — Не могу поверить, что она сделала бы такую ​​ужасную вещь, — я икнула, пиво делает меня эмоциональной. — Я полностью понимаю, почему ты меня ненавидишь, я не такая, клянусь, я клянусь, Гарри.

— Ты, ты серьёзно плачешь из-за этого прямо сейчас? — его тело онемело, я поглаживала вверх-вниз по его спине. — Что, чёрт возьми, ты делаешь?

— Утешаю тебя, — я откинулась назад, моё лицо находилось близко к его, — Мне жаль, что моя мама тебя обидела. Это не правильно, но, пожалуйста, не ненавидь меня. Я ненавижу, что ты ненавидишь меня. Это сводит меня с ума. Думаю, мы могли бы стать отличными партнёрами, Гарри, пожалуйста, дай мне шанс, — я протёрла глаза. — Мне так больно от того факта, что она изменила моему отцу и разрушила вашу семью. Это так неправильно. Это так хреново.

— Ты и не знаешь половины того, что сделала твоя мать, — он прошептал.

— Я не хочу знать, я даже не могу сейчас с ней разговаривать.

— Ты ... правда ... ты плачешь?

— Ну, да.

— Твоя мать была холодной как лёд, я подумал, что ты будешь такой же.

— Ты здесь холодный, а не я, — он провёл кончиком пальца по моему лицу, вытирая слёзы. Он выглядел таким растерянным. — Как ты думаешь, я плохая танцовщица?

— Плохая танцовщица? — я кивнула. — Почему?

— Ты напридумывал себе, что я попала сюда только потому, что я Риччи, ты правда так думаешь?

— По правде? — я кивнула, — Думаю, ты одна из самых прекрасных балерин, которых я когда-либо видел, — добавил он. — Думаю, что ты очень талантливая.

— Тогда почему ты сразу сбросил меня со счетов? Почему мы ... мы не можем начать всё сначала? Потому что я думаю, что мы можем творить невероятные вещи на сцене, просто прости меня за то, что моя мама сделала с твоей семьей, — я немного икнула. — Пожалуйста?

— Я смотрю на тебя и вижу её лицо.

— Ты настолько хорошо её знал? — он уверенно кивнул.

— Мне жаль, — я уткнулась ему в грудь, моё сердце было разбито. — Она играла с моим отцом.

— Чёрт, отстой, не так ли? — я кивнула и вытерла глаза о его рубашку. Вау, от него так потрясающе пахло.

— Прости, Гарри, прости, не могу сказать, что этого достаточно. Это не моя вина, — я уставилась на него. — Мы оба ... мы должно быть были рядом друг с другом, но я совсем тебя не помню.

— Я помню тебя, — тихо сказал он.

— Правда? — я удивилась. Он кивнул, — Странно, — выдохнула я. — Я лишь помню, как постоянно ездила с мамой на гастроли, даже после того, как она закончила танцевать и ушла в гастролирующие театры, наказывая мне танцевать, участвовать в соревнованиях и учиться.

— Я сидел с мамой и наблюдал, как она шьёт.

— Значит, мы ... мы путешествовали вместе, но никогда не пересекались? Чертовски странно, — он кивнул. — Мне всё ещё очень жаль, Гарри; я даже не знаю, что сказать. Внутри меня всё разрывается, когда, я осознаю, что она обманывала моего отца. Я думала, что у них были лучшие отношения в мире. Я думала, она была идеальной.

— Внешность может быть обманчивой.

— Понятно, — я вытерла слезящиеся глаза.

— Перестань плакать, — прошептал он.

— Ты сейчас милый?

— Я могу попробовать.

— Ты действительно думал, что я буду похожа на неё? Очевидно, звучит, как будто я даже не знаю её; понятия не имею, на что она была способна.

— Я ожидал, что яблоко от яблони недалеко падает, в этом роде.

— Если бы моя мама не испортила твою жизнь, я бы тебе понравилась?

— Я ненавижу большинство людей, Одетта. Думаю, что смог бы терпеть тебя.

— Разве мы не можем попытаться сделать это?

— Я...

— Я имею в виду, — я смотрела в его глаза. — Мне так жаль.

— Правда?

— Почему ты удивлён?

— Это не удивление, просто ... — его дыхание обволакивало моё лицо, когда он тяжело дышал. Это была смесь пива и мяты. Он открыл глаза, в них отражалось немного боли. — Я ждал всю свою жизнь, чтобы услышать искренние извинения от Риччи.

— Ты получил их. Я имею в виду, от всего сердца.

Он продолжал смотреть на меня в течение некоторого времени. — Я не знаю, достаточно ли этого для меня, — между нами повисло напряжённое молчание, и я понятия не имела, что это значит. — Спасибо, Одетта, мне нужно идти проветрить голову, — я кивнула и выскользнула из-под его рук, он открыл дверь и вышел. Я свернулась калачиком на постели, ощущая боль в сердце.

— Хей, вот ты где, Дот, — Лиам заполз рядом со мной и поцеловал меня в щёку.

— Ты никогда не обманешь меня, верно?

— Конечно, нет, я бы никогда этого не сделал. Почему ты спрашиваешь? — я покачала головой и уткнулась лицом в его грудь, плача. — Что случилось, Одетта, поговори со мной, что происходит?

— Ничего, моя семья, ничего. Сегодня я пьяная плакса.

Он просто поглаживал меня по спине и утешал. Я была поражена абсолютно всем. Я всегда, всегда боготворила мою маму. Я выросла, наблюдая, как она танцует, я выросла, думая, что она самая идеальная женщина, фантастическая хорошая мать, верная любящая жена, но это было обманом.

Кто, чёрт возьми, Миа Грейс Риччи?