Тьма в его душе

Сегодня снова в школу.

Рейчел сегодня вызвалась заехать за мной перед школой. Не знаю, на чем она собралась заезжать, но это уже её проблемы. А я сейчас стою и жду её на улице. Я уже успела промокнуть под дождём. С волос текут самые настоящие струи воды. Я ещё никогда не была так близка к осуществлению плана "заболеть и умереть". 

Недалеко от меня останавливается машина, марку которой я рассмотреть просто не могу. Из этой машины выпархивает лёгкая фигура блондинки с зонтом в тонкой руке. Девушка торопится ко мне, перепрыгивая небольшие лужи на своём пути.

― Джин, прости, я немного задержалась, ― виновато тараторит Рейчел, держа зонт над моей головой.

― Ты разрушила великолепный план, ― наигрываю досаду я, потом все-таки делаю серьёзное лицо. ― Идём уже?

― Да, а то ты уже замерзла.

В машине я сажусь на заднее сиденье и очень удивляюсь, увидев за рулём Джеймса. Он не замечает меня и трогается с места.

Меня поражает его манера вождения машины. Он словно чувствует её всем телом, словно сливается с ней в одно целое. У меня это получается только с байком, но не с машиной. Мне кажется, он смог бы даже стать лучшим гонщиком не только на байках, но и на гоночных тачках. Я наблюдаю за ним, за движением рук, которые сжимают рук довольно сильно, что аж жилки выступают наружу, за мимикой его лица. Джеймс продолжает делать вид, будто меня тут нет, и также крепко сжимать руль, мне кажется, ещё немного и он сломается. Мимика тоже говорит о многом. Он сейчас немного похож на наркомана с ломкой, который должен терпеть, но перед ним лежит заветный шприц, укол которого усмирит страшную боль, но потом будет ещё хуже.

Из машины мы с Рейчел выходим вместе и направляемся в здание школы, не дожидаясь неразговорчивого сегодня брюнета. Да ну и черт с ним. Только вот в моей голове прочно засело все то, что я видела в машине. В моей голове засел Джеймс, и я не знаю как его прогнать оттуда, потому что такого влечения к человеку я ещё никогда не испытывала. Мне нравится в нем все. Мне удаётся на время забыть о нем.

***

Только забыла я про него ненадолго. Он сам заставил вспомнить о нем на алгебре, на которой он волей случая сидит вместе со мной. Он вваливается в класс уже после звонка, кидает быстрое извинение учителю и двигает к нашей с ним парте. Джеймс усаживается на свое место и прячет лицо, уткнувшись им в сложенные на парте руки. С ним сегодня творится что-то не то. Он какой-то странный, взвинченный и даже взволнованный. Странное для него состояние. Джеймс обычно всегда ко всему равнодушен.

Весь урок он молчит, иногда что-то записывает, а иногда витает в облаках, где-то далеко в своих мыслях.

― Джеймс? ― рискнув, зову его я, ― у тебя какой ответ в задаче?

Джеймс дергается, словно его резко разбудили, пока он был в трансе. Глаза его никак не могут сосредоточиться на каком-нибудь предмете.

― Что? ― переспрашивает он хриплым голосом.

― Какой у тебя ответ в задаче? ― повторяю я.

Джеймс уже приходит с себя после витания в облаках и начинает понимать, где он вообще находится. Парень понимает суть вопроса и начинает искать нужную запись в своей тетради.

― Семьдесят пять, ― бурчит он. У него сегодня точно нет желания со мной разговаривать.

Я начинаю говорить с ним первой. Разговор уже начат, осталось только развить его в нужное русло, если получится.

― Что-то случилось?

Джеймс мотает головой.

Мне ещё никто так откровенно не врал. Сразу же видно, что это чистая ложь. Он не вёл бы себя так странно, если бы ничего не случилось.

― Ладно. Не буду доставать тебя, если ты не хочешь говорить, ― хмыкаю я с равнодушием в голосе.

На самом деле мне даже обидно и тяжело такое произнести. Я ведь сегодня до последнего надеялась на то, что настроение Джеймса изменится в лучшую сторону, и он хотя бы спросит, как у меня дела. Умерла моя надежда.

― Да, я не хочу с тобой говорить, ― выдыхает Джеймс.

Меня ножом по сердцу полоснуло. Мне обидно. Я отворачиваюсь от него и продолжаю решать несчастную задачу, которая у меня не получается, потому что я думаю совсем о другом. Я думаю не о задаче, а о парне, сидящем рядом со мной. Между нами вырастает невидимая стена, ломать которую бесполезно. Джеймс выстроит новую.

***

В коридоре, после ужасно проведенной алгебры, меня находит Рейчел и тащит за руку на английский. Мое настроение упало ниже плинтуса и теперь валяется там, как куча из дерьма и мусора. Я обрушиваюсь на свой стул и уже собираюсь уснуть прямо на парте, но Рейчел отвлекает меня.

― Джин, что случилось? После алгебры ты какая-то сама не своя.

Я отмахиваюсь.

― Всё просто супер, ― выдыхаю я. Рейчел сразу распознает ложь по моему голосу. Да и плевать. У меня нет настроения придумывать себе какое-то отмазки.

― Это из-за Джеймса?

И как она, черт возьми, догадалась? У меня все на лице написано? Я тяжело вздыхаю, и Рейчел понимает, что оказалась права.

― Что сделал или сказал этот засранец?

Я мотаю головой.

― Вот именно, что он просто не хотел со мной разговаривать, ― выпаливаю я слишком громко, потому некоторые очень любопытные персоны нашего класса оборачиваются на меня.

Рейчел кладет руку мне на плечо и загадочно улыбается.

― А не послать ли нам его подальше, и сегодня пойти в клуб и забыть о нем?

Я поражаюсь её предложению, но оно до того глупо и безумно...

― Идём! ― я просто не могу не согласиться.