Часть 30. Стресс. Болезнь. Святость
Холод помещения пронзал всё тело. Тиен никак не мог согреться. Хотелось спать, но возле них было страшно. Хотя, с другой стороны, всё важное у него забрали. Он обхватывал себя руками, тёр плечи в попытке их разогреть и не заснуть. Но из-за переживаний и усталости глаза потихоньку начали закрываться, несмотря на холод. Тиен, наплевав на всё, свернулся как котёнок на скамейке, прижимая колени к груди. Было неудобно и жёстко, но других вариантов не было.
Он проснулся от скрипящего звука и поднял голову, пытаясь понять, что происходит. Мужчина в полицейской форме стоял в дверях и осматривал камеру.
— Кант, — сказал он, — на выход.
Тиен быстро поднялся, даже не собираясь исправлять неправильно произнесённую фамилию. Попрощавшись с доброй женщиной, он вышел. Ему вернули все вещи и сказали больше без документов не ходить, если здесь не понравилось. Наскоро одевшись и даже не вставив на место шнурки, Тиен поспешил в общежитие. Было ещё рано, и он не знал, пропустит ли его вахтёр. Но на посту его не было, поэтому Тиен проскочил дальше. Он вошёл в первый попавшийся туалет, чтобы умыться. На руках и лице буквально ощущалась грязь.
Холод до сих пор не отпускал его, и чувствовал он себя плохо. На подходе к своей комнате Тиен застыл на месте, когда увидел Макса, сидящего на полу возле его двери. Тот, согнув ноги в коленях, положил на них руки, а сверху голову. Рядом лежал телефон. Наверное, Макс уснул. От этой картины больно кольнуло в груди. Неужели он просидел здесь всю ночь, переживая за него?
Тиен сделал несколько шагов к нему и позвал, погладив по голове. Макс дёрнулся и поднял голову. Увидев Тиена, он резко встал, нервно осматривая его.
— Где ты был? — спросил Макс встревоженно, не переставая искать у него наличие каких-то повреждений. — Такой холодный.
Он сжал его руки в своих ладонях и поднёс к губам, пытаясь согреть дыханием. Тиен рассказал всё, что с ним произошло. От пережитых эмоций в горле встал ком. Макс обнял его, успокаивая. Он рассказал, что давно так не нервничал. Пришёл вчера, потому что не хотелось работать, но не застал его в комнате. Спустя полчаса звонков и ожидания — места себе не находил, обзвонил всех, кого только можно. Не знал, что и думать. И когда понял, что не сможет его просто так найти, стал ждать под дверью. Это единственное место, куда он точно должен вернуться.
Волнение Макса грело душу. Было приятно, что ему не всё равно. К тому же он выглядел таким напуганным, будто и правда очень переживал. Наверное, надумал себе всякого. Если бы Тиен так потерял Макса, он бы сошёл с ума.
Они вошли в комнату. У Тиена ещё было немного времени поспать, и он сразу завалился в кровать. Макс прилёг рядом на одеяло сверху. Тиена пробила крупная дрожь, будто он всю ночь был на улице под пронизывающим ветром, а не в помещении.
— Мне так холодно, — сказал Тиен.
Макс, кивнув, снял толстовку и забрался к нему под одеяло, прижимая к своей горячей груди. Постепенно согреваясь, Тиен уснул.
Он открыл глаза, когда стало невыносимо жарко. Макс сидел на полу с ноутбуком, что-то печатая. Тиен повернулся на бок, и это движение во всём теле отозвалось болью. Голова раскалывалась, горло будто кто-то изнутри расцарапал, а нос вообще не дышал. Макс повернулся на звуки и с улыбкой пожелал доброго утра. Тиен нахмурился и закрыл глаза. Чувствовал себя он отвратительно, даже не хотелось говорить. Макс встал и присел к нему на кровать, положив ладонь на лоб, потом нагнулся, чтобы коснуться губами, и быстро отстранился.
— У тебя температура, — заключил он. Тиену хотелось съязвить, но он не стал ничего говорить, зная, что когда он болеет, то находится не совсем в адекватном состоянии — может агрессировать или ругаться, а с Максом так вести себя не хотелось. — Ты как себя чувствуешь?
— Ужасно, — еле прохрипел Тиен, понимая, что голос пропал.
Наверное, сказалась ночь на холодной лавочке в неприятном месте. Макс заметался.
— Так, — размышлял он вслух, — рядом есть аптека. Я быстро туда и обратно. Держи телефон, — он всунул Тиену в руку его смартфон. — Если что — звони.
Тиен, кивнув, закрыл глаза, чувствуя, как по всему телу распространяется невыносимый жар. Поясница нестерпимо болела, как и другие части тела. В глазах скапливались слёзы, которые он смахивал и ощущал себя ужасно жалким. В голову пришли мысли, что Макс его оставил, потому что с ним не хотел находиться рядом. Ещё немного — и он его бросит, потому что Тиен такой убогий. Когда Макс вернулся, Тиен накрутил себя уже настолько, что просто лежал и смотрел в стену, а на подушку капали слёзы. Говорить с ним не хотелось. Пусть лучше сейчас уйдёт. Без лишних слов и долгих прощаний. Но он почему-то остался. Принялся пичкать Тиена лекарствами, сочувствующе заглядывая в глаза. Тиен думал, что не достоин его — слишком он хороший. Макс поглаживал Тиена по голове, пока он вновь не провалился в сон.
Тиен несколько раз просыпался сам, не понимая, где находится и почему рядом Макс. Приходили какие-то женщины в белых халатах, осматривали Тиена, слушали, проверяли горло. Он с ними даже не говорил. Слабость была такая сильная, что он просто позволял себя трогать как куклу.
Иногда Макс будил его, чтобы он принял лекарство. Несколько раз Тиен сам вставал, чтобы сходить в туалет. Сколько времени прошло, он не знал. Весь период болезни он провёл как в забытье. В какой-то момент ему стало лучше, и здравый смысл постепенно вернулся.
Макс лежал рядом и обнимал его, поглаживая по спине, когда послышался звук открываемой двери. Макс соскочил с кровати.
— О-о, — раздался голос Данила, — так вы... это самое, что ли?
— Кому-то скажешь, — ответил Макс низко, с угрозой, — будут не падающие лепестки роз у тебя на свадьбе, а земля, потому что вместо свадьбы будут твои похороны.
— Воу! — возмутился Данил. — Тиен вообще-то мой друг.
Тиен слушал их разговор, и почему-то он вызывал улыбку. Макс переживал за них обоих так сильно, что начал угрожать человеку. Это странно, но в своём состоянии Тиен отметил это как нечто приятное. Но не хотелось, чтобы его близкие люди вступали в конфликт.
— Макс, мне очень холодно... — прохрипел он, намекая на то, чтобы тот вернулся.
— Я предупредил, — сказал Макс Данилу и, чуть помедлив, лёг в кровать.
Тиен понимал, что Максу тяжело это далось. Ведь он и так с большим сопротивлением принял свои чувства, которые никогда не показывал на публике. А здесь с одной стороны посторонний человек, а с другой — Тиен, которому необходимо его внимание. Поступок Макса заставил сердце биться быстрее. Тиен очень ценил то, как он старается ради него, переступает через себя, меняется, подстраивается. Наверное, это он бы хотел чувствовать всю жизнь. То, что есть человек, которому не всё равно.
Когда Тиен проснулся и, кажется, окончательно отошёл от болезни, Макс поведал ему замечательную историю о проведённом времени.
— У меня даже Ася не такая капризная как ты, когда простужен, — он рассмеялся. — Ты просил яблок, но когда я тебе их принёс, ты сказал, что их ненавидишь. Ты хотел позвонить родителям и сказать, что скоро умрёшь; хорошо, что я успел телефон забрать. Просил лежать с тобой рядом, но когда становилось слишком жарко, ты меня прогонял так, будто я твой враг.
Тиен слушал его рассказ и чувствовал стыд. В своё оправдание он мог лишь сказать, что даже не помнил, что общался в том состоянии. К счастью, Макс не выглядел расстроенным, а даже каким-то счастливым. Он не ушёл и всё время провёл рядом с ним, несколько дней следя за его состоянием, забыв про учёбу. Макс позаботился о Тиене, вызвав Скорую, так что у него не будет пропуска по неуважительной причине. О своих пропусках он ничего не упомянул. Видимо, останутся как прогулы.
— Забрал мою толстовку, — посмеялся Макс, — сказал, что в ней тебе спится лучше.
Тиен посмотрел на себя и, увидев кофту Макса, улыбнулся, подумав о том, что спалось и правда хорошо.
Вернувшись к занятиям, Тиен заметил, как Ника стала улыбаться без причины, думая о чём-то своём. Она всегда была немного со странностями, улыбка часто появлялась на её лице, но теперь в этом читалось что-то другое, еле уловимое. Поймав её на переписке со Стёпой, он всё понял, но был удивлён. Они столько лет учились в одном универе и никогда не пересекались. Тиен узнал, что они переписывались ночи напролёт, и был очень рад за подругу, но переживал, не зная, какой на самом деле парень этот Стёпа. Макс успокоил его, объяснив, что ему можно доверять. Сказал, что Стёпа в своём городе однажды организовывал благотворительный марафон, вырученные деньги с которого отдал детскому дому. Был волонтёром в приюте для животных, покупал старенькой соседке продукты и приносил их на дом, сажал деревья, бесплатно обучал детей игре на гитаре. Мысленно нарисовав Стёпе нимб над головой, Тиен успокоился, глядя на счастливую Нику.