Идеальная химия#..

    В первый раз мы разговариваем как цивилизованные люди. Теперь мне нужно придумать что-нибудь, чтобы сломать эту ее защитную стену. Черт, мне нужно сказать ей, что-нибудь, что сделает меня уязвимым. Если она увидит меня уязвимого, а не полного придурка, я смогу надеяться на како-то прогресс с ней. И отчего-то я знаю, что она поймет, если я ей заливаю.
Я не уверен, если я делаю это для спора, для проекта по химии или просто для себя. При этом, я вообще не хочу анализировать то, что сейчас тут происходит.
- Моего отца убили у меня на глазах, когда мне было шесть, - говорю я.
Ее глаза расширяются.
- Правда?
Я киваю, мне не нравится говорить об этом, я вообще не знаю смог бы я, если бы захотел.
Ее наманикюренная рука закрывает рот.
- Я не знала. О, боже. Мне так жаль. Это должно было быть очень трудно.
- Да, - мне сразу становится лучше, просто оттого, что я говорю об этом вслух. Нервная улыбка моего отца превратилась в гримасу шока прямо перед тем, как он был застрелен.
Вау, я не могу поверить, что вспомнил выражение его лица. Почему бы его улыбка сменялась шоком? Эта деталь была абсолютно забыта до сих пор. Я все еще смущаюсь, когда я поворачиваюсь к Бриттани.
- Если я начинаю привязываться к чему-то, и потом это у меня забирают, я чувствую себя как в ту ночь, когда погиб мой отец. Я никогда больше не хочу так себя чувствовать, поэтому я заставляю себя не привязываться ни к чему.
Ее лицо наполнено сожаления, раскаяния и симпатии. Я вижу, она не притворяется.
Она все еще хмурит брови.
- Спасибо за то, что поделился со мной. Но я на самом деле не могу представить тебя не заботящимся ни о ком. Ты же не можешь себя постоянно программировать.
- Хочешь поспорить? - внезапно мне отчаянно хочется сменить тему. - Твоя очередь каяться.
Она отворачивается от меня. Я не настаиваю, чтобы она говорила, потому, что боюсь, что она замкнется и захочет уехать.
Может быть, это сложнее для нее, пролить свет на ее настоящую жизнь? Моя жизнь была настолько изуродована, трудно поверить в то, что у нее может быть что-то хуже. Я замечаю, как одинокая слезинка стекает по ее щеке, но она быстро смахивает ее рукой.
- Моя сестра... - начинает она. - У моей сестры церебральный паралич. И она заторможена в развитии. "Умственно отсталая", как называют это большинство людей. Она не может ходить, она использует звуковые аппроксимации и невербальные сигналы вместо слов, потому, что она не может говорить... - с этими словами другая слезинка стекает по ее щеке. На этот раз она не вытирает ее. У меня чешутся руки сделать это за нее, но что-то мне подсказывает, что лучше ее не трогать. Она делает глубокий взох. - И вот уже некоторое время она злится на что-то, но я не могу понять на что. Она начала цепляться в волосы. И вчера она вцепилась в мои так сильно, что вырвала кусок, моя голова кровоточила и моя мать сорвалась на мне.
Так вот откуда у нее эта таинственная залысина, совсем не от теста на наркотики.
Впервые мне становится ее жаль. Я представлял ее жизнь как сказку; худшее, что могло ее беспокоить, это горошина под ее матрасом, не дававшая ей спать по ночам.
Значит все далеко не так.
Я чувствую, как что-то изменилось... молчаливое понимание друг друга. Я никогда раньше себя так не чувствовал. Я прочищаю горло и говорю.
- Твоя мама, должно быть, срывается на тебе потому, что знает, что ты это вытерпишь.
- Ага. Ты прав. Точно лучше, чем моя сестра.
- Хотя это и не оправдание. Сейчас я не играю в игры, надеюсь, что она тоже. - Послушай, я не хочу быть придурком с тобой. - Вот вам и шоу Алекса Фуэнтеса.
- Я знаю. Это твой образ Алекса Фуэнтеса. Это твоя марка, твой логотип... опасный, смертельный, горячий и сексуальный Мексиканец. Я написала целую книгу о том, как создать свой образ. Я тоже на самом деле не целилась на то, чтобы стать блондинистой бимбо. Больше старалась добиться идеального и неприкасаемого образа.
Вау. Перемотка. Бриттани назвала меня горячим и сексуальным? Я совсем этого не ожидал. Может у меня все же есть шанс, чтобы выиграть это дурацкое пари.
- Ты знаешь, что только что назвала меня горячим?
- Как будто ты сам этого не знаешь.
Я не знал, что Бриттани Эллис так думала.
- Кстати, чтоб ты знала, я считал тебя неприкасаемой. Но теперь, когда я знаю, что ты думаешь, я горячий и сексуальный Мексиканский бог...
- Я никогда не упоминала слово 'бог'. - Я прикладываю палец к своим губам. - Шш, дай мне насладиться фантазией. - Я закрываю глаза. Бриттани смеется, эти сладкие звуки раздаются у меня в ушах.
- В каком-то искаженном смысле, Алекс. Я думаю, я тебя понимаю. Хотя меня и раздражает до чертиков, что ты ведешь себя как последний неандерталец. Когда я открываю глаза, я вижу, что она смотрит на меня. - Не говори никому о моей сестре, - просит она. - Мне не нравится, когда люди слишком много обо мне знают.
- Мы актеры в нашей жизни, притворяемся теми, кем на самом деле не являемся.
- Теперь ты понимаешь, почему я не хочу, чтобы мои родители знали, что мы... друзья.
- Ты получишь взбучку? Черт, Брит, тебе восемнадцать. Ты не думаешь, что уже можешь быть друзьями с кем угодно? Пуповина была перерезана, знаешь ли.
- Ты не понимаешь.
- А ты попробуй, объясни.
- Почему ты хочешь знать так много?
- Разве партнеры по химии не должны хорошо знать друг друга.
Она издает короткий смешок. - Надеюсь, что нет.
Правда в том, эта девчонка совсем не такая, как я ее себе представлял. С того самого момента, как я сказал ей о своем отце, мне показалось будто все ее тело вздохнуло с облегчением. Как будто чье-то еще несчастье, помогло ей почувствовать, что она не одна. Но я все еще не могу понять почему для нее так важно показывать эту идеальную маску всему миру вокруг.
А над моей головой висит это пари. Мне нужно заставить эту девчонку влюбиться в меня. И пока мое тело говорит 'давай вперед', мой разум думает 'ты последний урод, потому, что она сейчас очень ранима'.
- Я хочу все те же вещи от жизни, что и ты, - говорю я. - Я просто добиваюсь их другим путем. Ты адаптируешься к своей среде, я адаптируюсь к своей. Я кладу свою руку на ее снова. - Дай мне показать тебе, что я другой. Oye, стала ли бы ты встречаться с парнем, который не мог бы себе позволить пригласить тебя в дорогой ресторан или купить тебе золото и бриллианты?
- Конечно. Она убирает свою руку из-под моей. - Но у меня есть парень.
- Если бы у тебя его не было, дала бы ты этому Mexicano шанс?
Ее лицо приобретает ярко розовый оттенок. Интересно, заставлял ли Колин ее когда-нибудь так краснеть.
- Я не собираюсь отвечать на это, - говорит она.
- Почему нет? Это простой вопрос.
- Ой, я тебя прошу. В тебе нет ничего простого, Алекс. Так что давай не будем продолжать.
Она переключает машину на первую скорость.
- Давай возвращаться.
- Si, если ты хочешь.
- Мы в порядке?
- Я так думаю.
Я протягиваю руку для пожатия. Она оглядывает татуировки на моих пальцах, потом протягивает свою руку и пожимает мою, ее энтузиазм очевиден.
- За средство для согрева рук, - говорит она улыбаясь.
- За средство для согрева рук. И за секс, добавляю я мысленно.
- Ты хочешь отвезти нас обратно? Я не знаю дороги.
Я отвожу ее обратно в умиротворяющей тишине, пока садится солнце. Наш пакт делает меня ближе к моей цели: выпуск из школы, пари... и что-то еще, чего я пока не могу признать даже себе.
Как только я завожу ее офигенную машину на темную парковку библиотеки, я говорю:
- Спасибо за то, что позволила мне, ну, похитить тебя. Увидимся позже. -
Я вытаскиваю свои ключи из кармана и думаю о том, смогу ли я когда-нибудь позволить себе машину, которая не будет ржавой, использованной или древней. Как только я выхожу из машины, я вытаскиваю из заднего кармана фотку Колина и кидаю на сиденье, которое я только что освободил.
- Подожди, - говорит Бриттани, когда я направляюсь к своему мотоциклу.
Я разворачиваюсь, она стоит прямо позади меня.
- Что?
Она соблазнительно улыбается, как будто хочет чего-то еще кроме нашего пакта. Чего-то намного больше. Черт, она что, собирается меня поцеловать? Я стою, абсолютно застигнутый врасплох, чего обычно не случается. Она прикусывает нижнюю губу, как будто обдумывая следующий свой шаг. Я точно готов к тому, чтобы позажиматься с ней.
Пока мой мозг проходит через все возможные сценарии, она делает шаг ближе.
И вырывает ключи из моих рук.
- Что ты думаешь, ты делаешь? - Спрашиваю я.
- Мщу тебе за то, что похитил меня, - отвечает она и изо всех сил бросает ключи прямо в деревья.
- Ты только что не сделала это.
Она пятится назад, оставаясь, все время ко мне лицом.
- Не обижайся. Расплата - сволочь, не так ли, Алекс? - говорит она, пытаясь сохранить серьезное выражение лица.
Я в шоке наблюдаю, как моя партнерша по химии садится в свой бумер. Заводит его и уезжает, без единого лишнего звука или толчка, идеальный старт.
Я разозлен оттого, что мне либо придется шарить в темноте среди деревьев в поисках ключей, либо звонить Энрике и просить его забрать меня.
Еще я удивлен. Бриттани Эллис побила меня в моей же собственной игре.
- Да, - говорю я ей, зная, конечно, что она уже далеко и не может меня слышать. - Расплата - сволочь. Carajo!